В тихом омуте я вожусь, здрасьте!

      — Я лучше к Мадараме-сану пойду, — тихо и нервно протараторив, Онигири смахнул рукавом выступившую на лбу испарину и, резко развернувшись на пятках, торопливо потопал к выходу.       Но не тут-то было! Юмичика, не глядя, схватил того за ворот, с легкостью швырнув обратно. Близнецы-офицеры смотрели на все это с нескрываемой опаской, ведь они тоже еще с того момента, как только приотворилась дверь, помышляли различные и местами абсурдные пути к отступлению. Золотоискатель, как его уже успела окрестить Мива, просто же стоял на месте, с завидным упрямством уставившись в одну точку. Аристократка даже и не подозревала, что предметом такого неподдельного интереса являлся принтер, похожий на те, что стояли в офисах в Мире Живых. Затем высокий парень, широко раскрыв глаза, словно познав ранее неизведанную человечеству тайну, отпрянул к стенке, от чего краска мелкой крошкой опять осыпалась на пол.       — Та-ак, — с подозрением следя за отряхивающим спину громилой, девушка бодро сцепила пальцы в замок, — теперь кто-то из нас должен сходить к капитану, чтобы тот подписал хотя бы один документ, — Мичи начал напористо тянуть руку, словно школьник, пытающийся задать гложущий душу вопрос. — Сейчас объясню, почему только один, — парень сразу же успокоился, вновь натянув от уха до уха свою любимую глупую улыбку. — Если мы будем знать, как выглядит его подпись, то с легкостью сможем справиться без его участия.       — То есть подделать, как какие-то рецидивисты?! — подняв к затылку брови и чуть поддавшись вперед, возмущенно вскрикнул Онигири, выбравшийся из капкана четвертого офицера.       — Ну, это слишком громко сказано… — слегка прикусив губу и в задумчивости закатив глаза, протянула восьмой офицер.       — Не проще ли попросить у него именную печать*? — неожиданно подал голос один из близнецов, пока второй помогал неуклюжему громиле очистить спину от стенной крошки.       — Хороший вариант, — кивнув больше самой себе, Мива украдкой бросила сощуренный взгляд на задумавшегося Юмичику. Лучше бы тот в данный момент хорошенько следил за развитием событий. — Пятый офицер? — парень мотнул головой, выходя из полудремы. Затем поднял на зов удивленные сиреневые глаза. — Не могли бы Вы взять на себя такое ответственное дело?       — А? — он в задумчивости свел брови к переносице, пытаясь уловить ниточку рассуждений собеседницы. — Нет-нет, Мива, у меня не получится это сделать также хорошо, как ты, — брюнет, натянув улыбку, сродни седьмому офицеру, начал активно махать согнутыми в локтях руками. — Это я только с виду такой весь серьезный, на деле же ни чуть не лучше нашего балбеса Мичи, — в один присест оказавшись рядом с объектом своих сумбурных речей, Юмичика сгреб того в охапку, сдавив бедное горло в неумолимых тисках. — Да же, друг?       — … Уа-а… д… ДА… В… ВОЗД… — извиваясь, словно припадочный червяк, блондин безрезультатно пытался выбраться из удушающего плена.       Подперев маленьким кулачком острый подбородок, девушка погрузилась в бескрайние раздумья. На самом деле тут и думать было нечего, ведь и дураку понятно, что таких вот бойцов за смертью посылать, да и только. Причем в буквальном смысле. По их лицам и без слов ясно, что они и слыхом не слыхивали, какая подпись, что за печать, куда ставить, на что ставить, куда идти. Как обычно, все сваливается на хрупкие женские плечи.       — Хм-м, — аристократка медленно прошлась взглядом по отряду «особого назначения». К первому близнецу присоединился и второй, все в тех же жалких попытках очистить огромную спину двенадцатого офицера. Юмичика, войдя в раж, до сих пор не выпускал уже посеревшего Мичи. И только Онигири спокойно стоял себе посерединке, среди всего этого развернувшегося беспорядка и, судя по лицу, невинно строил отнюдь не первый план по захвату мира, — в таком случае я могу на вас рассчитывать? — все разом остановились, чересчур быстро и сильно мотнув головой в знак согласия. — Юмичика, ты будешь главным. Знай, я на тебя надеюсь.       — Конечно, Принцесса, к твоему приходу все уже будет сделано! — от упоминания своего ненавистного прозвища аристократка в недовольстве скривила лицо.

***

      Прошло полчаса, прежде чем Мива в полной мере осознала, что заблудилась на территории собственного отряда, ведь, как оказалось, она вовсе не знала, где же находятся заветные покои капитана. Еще тридцать минут бессмысленных скитаний наконец-то привели к долгожданному результату. Теперь оставалось дело за малым — постучать в дверь. Для любого другого данное обыденное действие — пару пустяков, но для аристократки это было что-то с чем-то, приправленное бесконтрольной дрожью в коленях, а затем и вовсе ступором.       Внезапно дунул легкий ветерок, который дурашливо потрепал стиснутый в тонких пальцах отчет, заполненный на скорую руку. Произошедшее, словно отрезвляющий подзатыльник, живенько вернуло настрой поникшей Миве. Сжав лист еще сильнее, от чего на бумаге остались следы от ногтей, она гордо подняла подбородок, отважно встречаясь с судьбой, а точнее с дверью, лицом к лицу.       Пару нерешительных мгновений, в виде занесенного в стуке кулака, казалось, длились целую вечность. Все мышцы были напряжены до предела. Внутри велась самая что ни на есть борьба. Изо всех сил зажмурив глаза, девушка отчаянно пыталась выровнять сбившееся дыхание, но все тщетно. От перенапряжения начала болеть та самая занесенная рука, от чего бицепс охватило мелкой дрожью. Зажмурившись еще сильнее, Мива, не отдавая себе абсолютно никакого отчета, резко и довольно-таки сильно пнула дверь.       — Ой-ой-ой! — поскорее отвернувшись от причины охватившей с головой паники, она прытко села на корточки, прикрыв бесстыжую рыжую голову несчастным листком с ненавистным отчетом.       Сзади послышалось какое-то приглушенное шевеление, перемешанное с еле различимым бормотанием. Затем последовали стремительно приближающиеся шаги. С каждым новым шагом девушка все больше сжималась в тугой комочек, всем сердцем желая отсюда исчезнуть. В такой безвыходной ситуации готова была даже на «провалиться сквозь землю».       — Кого тут еще принесло? — злобно сжав дверную ручку, Кенпачи со всей ненавистью к окружающему миру открыл жалобно скрипнувшую дверь. Осмотрев вокруг пустующую улицу, он уже хотел было пойти спать обратно, но неожиданно перед взором попался маленький черный шарик, прикрытый помятым, как конфетный фантик, листком. — А? — чуть поддавшись вперед, Зараки пытался понять, что за зверь перед ним находился. От внезапного тепла, исходившего от мужского тела, девушка невольно дрогнула. Красный хвостик, все это время спокойно покоившийся на маленьком плече, соскользнул вниз, теперь кокетливо выглядывая из-под отчета. — Принцесса?       Шатенка резко подскочила с места, как ошпаренная, своей красной головой чуть не отправив Кенпачи в нокаут. Чересчур быстро и нервно она оттряхнула и так чистые штаны, тем самым пытаясь отсрочить время, когда все-таки придется повернуться к сбитому с толку мужчине.       — Капитан, — на высокой ноте начала аристократка, — не поверите, заколку потеряла, — затем последовал сдавленный звук, отдаленно похожий на смешок, — вот, теперь сижу и ищу.       С сожалением поняв, что высасывать из пальца уже было нечего, Мива резко развернулась, чудом не запутавшись в собственных ногах. Она была готова ко всему, но только не к этому. Перед лицом, буквально в двадцати сантиметрах, находился уставший лик начальника. Как бы вы поступили на ее месте? Правильно. Вот и перепуганная не на шутку Мива, издав брачный крик гиены, бездумно сделала огромный шаг назад, вдобавок еще беспомощно всплеснув руками. Почему бездумно? Стоит отметить, что все это время под ногами спокойненько себе находилась широкая ступенька. По высоте она была, конечно, не как небоскреб, но для расписного синяка на пятой точке более, чем предостаточно.       Неожиданно падение приостановилось. Взглянув вниз и облегченно вздохнув, аристократка для себя отметила, что все не так уж и плохо, как поначалу ожидалось. Ей несказанно повезло, что она успела крепко ухватиться за тонкий ствол дерева. Стоп. Но поблизости же нет дерева. Медленно повернув вперед голову, в процессе с задержкой моргнув, девушка снова очутилась лицом к лицу с Кенпачи, но на этот раз, точнее будет сказать, носом к носу.       — Ты что творишь? — девичью нежную кожу обдало обжигающим дыханием, от чего веки невольно сомкнулись.       Для проверки: сон это или нет, открыв сначала один глаз, затем и другой, Мива что есть мочи завизжала, как пожарная сирена. Теперь пришло время капитану закрывать веки, а точнее зажмуривать, пытаясь пережить атаку оружием массового поражения — девичьим ультразвуком. Мигом расцепив руки, раннее обосновавшиеся на мужской, крепкой шее, шатенка на этот раз отпрянула чуть ли не на другой край улицы.       — Простите, простите, простите… — все не в силах остановиться, офицер без умолку твердила, как мантру.       Кенпачи же в свою очередь просто посмотрел на смятый грязный листок, лежащий под ногами. Данный жест не мог пройти мимо припадочной, то есть девушки. Отправив свою крышу в кругосветное путешествие, Мива, подняв километровые клубы пыли, со световой скоростью вернулась обратно на злосчастную ступеньку.       — Нужна ваша подпись, капитан, — сделав лицо кирпичом и выпрямившись по стойке «Смирно», без запинки отрапортовала офицер Сугиями.       Только сейчас она в полной мере могла оценить вид своего начальника. Девичьи щеки тронул легкий румянец. Хотя нет, они пылали во всю, топили, как батарея в сорокаградусный мороз. Еще немного, и яичницу скоро можно жарить, а там заодно и котлетки, и чебуречки. Дыхание так вообще не то, что сбилось, оно просто исчезло. Голубые глаза ни при каких обстоятельствах не смогли бы оторваться от лика святого, то бишь от лика любимого капитана.       Его непривычно прямые волосы, еле касающиеся мощных широких плеч, сосредоточенно изучающие листок в руке зеленые глаза. Девичий взгляд скользнул ниже. От увиденного маленькие кулочки сжались до предела, оставляя на ладошках глубокие красные следы от острых ногтей. Мускулистое тело прикрывала темно-синяя юката**, небрежно повязанная такого же цвета поясом.       — Вы… Вы… — нервно сглотнув, Мива всеми силами пыталась нормально вдохнуть спасительный кислород.       Кенпачи медленно поднял глаза, запечатлев прекрасную картину: серо-буро-малиновое лицо, бешено выпученные голубые глаза и беспрерывно трясущаяся челюсть, в попытках выдать хотя бы единственное внятное слово. Наткнувшись на убийственный взгляд (как сама же для себя и отметила), девушка звучно вздохнула, отвернув лицо в сторону, подальше от коварных зеленых глаз.       — Могли бы Вы отдать свою именную печать? — от такого неожиданного заявление у Зараки невольно вытянулось лицо. — Вы только ничего такого не подумайте, — шатенка начала энергично махать выставленными вперед ладошками, при этом до сих не поворачивая голову обратно, — это временно. Как мы закончим с документами, я Вам ее сразу же верну!       — Так у меня нет печати, — как ни в чем не бывало, спокойно проговорил мужчина.       — Как нет? — после такого заявления Мива даже соизволила повернуться. — Подождите, — вся на эмоциях она сделала шаг вперед, но, вспомнив не так давно произошедшее, сразу же вернулась назад, — как же Вы тогда документы подписываете?       — Так вот… — развернувшись, Зараки стал искать что-то за стенкой.       Закрывая ладошками обзор перед собой, аристократка всеми силами пыталась не смотреть на отвернувшегося капитана — сзади он еще прекрасней! Извиваясь, как глиста, под конец она уже просто задрала голову, пытаясь отвлечься на размеренно плывущие по небу облака. Но облаков сегодня на небе не было! От отчаяния девушка просто закрыла горячими ладошками лицо.       — Держи, — раскрыв свой раскрасневшийся лик, шатенка увидела протянутый листок.       Аккуратно взяв его трясущейся рукой, она посмотрела на содержание, но что-то было явно не то. «Он же пуст! Ах, да, перевернуть надо». Чуть не выронив бумажку, офицер перевернула ее. «Что же ты будешь делать, опять что-то не то! Ах, да, он же вверх тормашками». Теперь можно было со спокойной душой искать капитанскую подпись. Что есть мочи сощурив глаза, от чего непроизвольно скорчилось и само лицо, Мива пыталась понять: то это или нет. Даже отчет поближе к носу пододвинула — все-таки то. На этот раз аристократка немного выглянула из-за листка, одними глазами поглядывая то на подпись, то на вальяжно оперевшегося о дверной косяк капитана. Подпись. Капитан. Подпись. Капитан. Подпись. Капитан.       — Крестик? Серьезно? — донеслось недоумевающее пищание, на что в ответ Кенпачи лишь неопределенно пожал плечами.