По стопам Инквизитора

Перекресток жил своей жизнью, находясь в относительной безопасности за хоть кое каким частоколом. Мать Жизель встретила нас чуть не у ворот, и, узнав, что большая часть разбойников убита, лагерь преступных храмовников уничтожен, а путь к фермам Деннета теперь свободен, неподдельно обрадовалась. - Ещё бы лагерь магов вы нашли, совсем бы чудесно было – сказала она растягивая слова – Но уже людям будет легче, явно Создатель послал Инквизицию нам на благо. Мы кивнули, а Жизель снова оглядела нашу компанию и остановила взгляд на повозках, на которые уже косились все стекающиеся к воротам беженцы. - Что это у вас такое? - То, что отобрано у храмовников – заявила Кассандра, потом покосилась на стоящего позади Асмона и отошла в сторону – Но это хочет вам отдать наш новичок, сразу скажу, принявший веру в Создателя и даже покаявшись в своих грехах, выбравший удел монаха, решив благими делами заслужить себе искупление от бремени прошлой жизни. Брат Асмон, подойди. Асмон осторожно подошел и люди пригляделись к огромной фигуре незнакомого для них существа. Жизель глядела особенно внимательно, а потом сказала – Хороший порыв, брат Асмон, монашество выбирают немногие. Но почему ты лицо скрываешь? Тот вздрогнул, а потом медленно снял с себя шлем. Люди отшатнулись, а Жизель побелела. - Порождение тьмы?! - Гарлок, Создатель защити! - И эта тварь убеждает, что решила покаяться? Людоед! - Чудовище! Выкрики становились всё более громкими, люди сжимали кулаки, а Жизель посмотрев на толпу, кинула на нас взор, и покачала головой. Мы напряглись, кажется сейчас будет самосуд, но Асмон не дернувшись, открыл рот и начал своим хриплым голосом петь…Песнь Света. Самые злобные люди, уже успевшие сбегать за дрекольем, застыли в шоке, про остальных и говорить не стоит. Жизель и то, напоминала рыбу, выброшенную на берег, ибо пыталась судорожно вдохнуть. Асмон продолжал петь, ни разу не сбившись, стих за стихом. На трети песни Жизель уже задергалась. Песнь Света вообще то длинная, и если Асмон будет петь её всю, это займет весь день. Но гарлок остановился ровно на фразе о том, что каждая тварь, приняв учение Андрасте, да очистится перед Создателем. - Кхм, не думала я, что поро… гар…гхм – закашлялась Жизель - что ты брат Асмон, так можешь песнь Света знать. - Я не буду много говорить, ибо согрешил, будучи под властью Архидемона, суть исчадия тьмы, рожденного Скверной, насланной Создателем, в наказание нечестивцам магистрам Тевинтера, посягнувшим на Золотой град. Я был воином, несшим наказание грешному миру, но не по своей воле, ибо не имел её как и души. Позже, когда Архидемон пал, я стал таки думать что я творю, зачем вообще существую, но не нашел ответа. Но Песнь Света дала мне ответ, я решил жить так, чтобы искупить свои прегрешения, пусть и не по моей личной воле сделанные. Потому и помогал тайком многим из вас, а встретив Инквизицию принял решение сдаться на милость суда, где покаялся во всех грехах, и попросил о милости, уделе монаха, желающего искупить грехи прежней бренной жизни. Ведь Создатель грозен, но милостив, Андрасте учила, что любой может принять веру в него, отринув после причастия прежние грехи. Но мои грехи велики, и потому искупать я их буду всю жизнь. Но… если позволите… я бы хотел вернуть вам хотя бы часть того, что вы утратили от рук преступников, под ликами преступивших веру храмовников. Толпа молчала, лишь обалдело переглядывалась. Асмон же пошел в первой повозке, отцепил от коня, подволок поближе, распотрошил свертки и ящики, и достал из за пазухи звякнувший мешочек. А потом к общему шоку, достал из безразмерной котомки сундучок. Вскрыл и все ахнули, он до краев был забит серебряными монетами. И как люди уставились на всё это, медленно сказал: - Не жду вашего прощения, мои грехи непростительны, не жду милости, лишь Создатель когда я паду, решит, приблизился я к тому, чтобы получить душу или мои грехи не искуплены. Не молю о снисхождении, ибо вскоре уйду, не омрачая своим видом ваши десницы. Нет, я лишь прошу вас принять то, что я хотел бы вернуть вам, то, что ваше по праву. Можете проклинать меня в лицо, но кто хочет, может подойти и я раздам каждому монеты, сверток с провизией и тюк с вещами. Там палатка, одеяла, немного одежды. Брезгуете, можете не подходить, я отвезу это в Убежище, туда, где погибли лучшие представители Церкви и отдам жрицам, коим поклялся служить до последней капли крови. Они найдут, как это добро пустить на людское благо. Гарлок под изумленными взглядами взял обычную ложку, зачерпнул горсть монет и вытряхнул к нескольким серебряным из мешочка золотую монету. Подтянул один сверток и один тюк. Люди переглянулись, но стояли неподвижно. Наконец самый оборванный не выдержал и подошел не смело к гарлоку. - Можешь проклясть меня, только возьми себе на благо – громко сказал Асмон. Плюгавенький мужичок тут же заковыристо проклял порождение тьмы, но монеты и тюк со свертком схватил, тут же убежав подальше. За ним осмелилось подойти ещё трое, один кроме ругани оплевал землю в сторону Асмона, на что получил цитату из песни Света. За этими мужичками рискнули ещё пятеро, а потом люди видя уже несколько счастливчиков прячущих подальше деньги, и копающихся во свертках, стали таки в очередь. Злоба злобой, но серебро с золотом не та вещь, от которой отказываются. Проклятия сыпались градом, но Асмон на всё отвечал цитатами из песни Света, и люди стали стихать, уже молча получая монеты и свертки. Кое кто бурчал даже тихо благодарности. Кроме одного, прооравшего нецензурищину, но к всеобщему удивлению не получившему ничего. Асмон убрал монеты и скрестил руки: - Человек, ты уже получил пару минут назад свою долю, зачем тебе вторая, если не все ограбленные страдающие души, ещё получили положенное им вознаграждение за страдания? Плюгавый мужичонка вскипел – Что? Да как ты смеешь поганая морда обвинять меня? Да я… Асмон же вдруг сверкнул глазами – Я узнал тебя. Ты и раньше так противно орал. Полгода назад, ты жил с семьей, приютившей тебя на полпути к фермам Деннета. Я видел, как они вылечили тебя и дали работу. Потом пришли храмовники, ища кого бы ограбить, и судя по крикам их только что подпалили маги. Они увидели ферму и рванули к домику. Ты как всегда бездельнячащий в поле, за что давшие тебе приют уже ворчали, испуганно спрятался, обгадился, стал смотреть куда бежать, а потом сунул в дверь метлу, запирая фермеров и сбежал. Фермеры стучали в дверь, чем привлекли внимание, и ты смог удрать, пока тех, кто тебя спас, рубили на куски. Я вмешался поздно, далеко был, и пока спустился с гор, успел лишь убить напавших. Увы, вылил все имеющееся у меня зелье, но фермеров не спас, кроме маленькой девочки. А ты исчез. А сейчас после такого греха, требуешь себе вторую долю помощи? Мужичонка спал с лица, а толпа ошарашено загудела. - Брешешь, собака поганая! – завизжал мужичок. - Погодите, а ведь верно, Тревор привозя урожай, говорил что жена приютила раненого голодранца, только вот неблагодарного, даже после выздоровления не помогающего тем, кто его вылечил, а потом Тревора с семьей храмовники порезали – вышел вперед староста, что рассказывал нам об Асмоне – А ты пришел к нам точь в точь, после нападения. - Вы что? Поверили брехне чудовища? – заорал мужичок, но староста насупившись кивнул и крикуна скрутили. - А вот мы тебя покажем маленькой Лине, дочке Тревора, которую мы нашли на пороге, кто-то принес её, вместе с запасом лечебных зелий, и постучав в мой дом, исчез, сейчас кроха ещё выздоравливает, и посмотрим, опознает малютка того, кого приютили родители или нет? И если ты пёс и правда тот голодранец, так вот отплативший за милость, то я как то больше поверю гарлоку чем тебе. Увести собаку. Двое дюжих парней уволокли мужичка, а староста внимательно посмотрел на Асмона и сказал: - Простить я тебя не могу, порождения тьмы много во время Мора моих друзей убили, но сейчас ты поступаешь хорошо. И похоже искренне, что же, пусть Создатель тебя судит. Жители расступились и староста взяв свою долю отошел в сторону, но встал так, чтобы следить за очередью, сам отогнав ещё парочку хитрецов, решивших получить второй раз дары. Люди подходили и подходили, пока сундук не опустел. Асмон подтаскивая, раздал вещи ещё с двух телег, а как и они почти опустели, кинул старосте звякнувший мешочек и ткнул в несколько свертков оставшихся на телеге. - Тем кто ещё придет, и вообще деревне. Староста склонил голову и по его знаку мужики быстро забрали всё что осталось. Асмон же одел шлем, и сказал: - Благодарю, что приняли то, что ваше же по праву. Теперь мне лучше уйти, много грехов ещё надо искупить, и осквернять ваши взоры я больше не буду. Солнце уже давно село, пока шла раздача, и Асмон с поклоном положив к ногам матери Жизель ещё один мешочек, просто отойдя в сторону, скрылся в ночи. Я стояла до сих пор пытаясь вернуть челюсть на место. Судя по моим прикидкам, гарлок раздал тут не меньше трех тысяч золотых, если в них перевести. Да и добра на немалую сумму. То то и селяне вдогонку не бросаются с кольями. - Во дает – икнул рядом Варрик, приводя меня в чувство. - Да уж, не ожидала, что он так всё устроит – прошептала Кассандра, тоже ошарашенная. Солас только буркнул еле слышно – Раздавать деньги людям? Пфе. Но самой пораженной выглядела мать Жизель. Она подняла мешочек, заглянула и с трудом проговорила: - Кто бы мне раньше сказал, что гарлок может стать монахом, наизусть читать песнь Света и оказывать помощь обездоленным, посчитала бы сумасшедшим. А вот поди, и такое бывает. Правда сказано, что вера изменяет любого. Из Перекрестка мы уезжали, не зная, что и сказать то друг другу. Я кусала губы, Касси что-то бормотала, Варрик ворчал, Солас презрительно молчал. Но уже за ближайшим поворотом мы увидели Асмона, ждущего нас. Кассандра тут же подошла к нему, и уперла руки в бока. - И что вот это там было? Только не говори, что в тебе милосердие огромное проснулось? Гарлок усмехнулся и вдруг кинул на ближайшую телегу ещё один сундучок, крикнув солдатам, что это их доля, за помощь скромному монаху в похоронах и сборе трофеев. Судя по тому как быстро сундук испарился, о его содержании солдаты прекрасно знали. Асмон же достал большой мешок, и звякнул им. - Да, признаю, ещё со склона водопада приметил несколько сундуков и направляя лавину, кидал камни на них, чтобы их не снесло прочь, а потом откопал. И все добро на телегах, мои трофеи, ведь это я хитростью убил тех преступников, но я монах, и не могу владеть богатством. Я раздал в деревне три тысячи золотых, включая долю жрицы и старосты. Солдатам дал тысячу, на обновление снаряжения, а тут чистое золото на ещё полторы тысячи, отдам это Лилиане. Она, отпуская меня с вами, говорила, что раз я стал монахом, то и должен быть им, служа в первую очередь Церкви, затем интересам Инквизиции и конечно простому народу. Я и делаю, что сказано. Народ, настрадавшийся от разбойных нападений, получил малую компенсацию своих мук, солдаты Инквизиции получили то, что им поможет купить себе более качественное снаряжение, преступники лишь кару. Плюс куча трофеев из оружия и доспехов пойдет Харриту, опять же служа Инквизиции. А тут у меня церковная доля. Я поступал ровно так как велено, и одновременно как монах оказывая помощь страждущим. Что не так? - Но…- начала Касси и запнулась. Да уж, и возразить то нечего. - Плюс обеспечил хорошую молву о себе. Слухи из убежища о монахе гарлоке поползут, неизбежно обрастая грязью и сплетнями, и репутации Инквизиции это может повредить. Но тут пойдут уже новые слухи, о том, как монах гарлок, искупая свои грехи, раздает то, что отняли грабители, нуждающимся людям, причем щедро – вздохнула я – И многие сплетники, хотевшие наговорить о притворстве порождения тьмы, невольно заткнуться, и следовательно призывов к казни, как слухи достигнут сильных мира сего, будет не так много, как при других обстоятельствах. Асмон ничего не сказал, но усмехнулся. А Варрик улыбнулся – Ох и хитер ты Асмон, и беженцам помог, и приказ Лилианы выполнил, и репутацию себе улучшил. И всё за раз, а главное придраться не к чему. Нет есть конечно те, кто не всем довольны, особенно дележкой… Тут гном покосился почему то на меня, не сводящую глаз с мешка монет и усмехнулся ещё шире. Я и правда пялилась на полторы тысячи золотых, часть цены моего залога, кусая губы, от того сколько денег упустила. Следом за Варриком на меня покосились Касси и даже Солус. Асмон тоже посмотрел, но недоуменно. А я недовольно прошипела гному – Тьфу на тебя. Умный ты больно, а раз так, то не окажешь услугу, когда у меня снова будут приступы брезгливости, дай мне в глаз? - Без проблем, за ответную услугу, такого же плана с твоей стороны. А то гарлок раздает сундуки с деньгами, а гном теребит дыру в кошеле. Непорядок – улыбнулся Варрик. - Договорились – кивнула я. Как бы то ни было, мы и правда направились к Убежищу. Войска перегруппировывались, да и кучу трофеев надо было отвести. Уже в лагере нас ждала Лилиана, тут же протянувшая руку за мешком с деньгами, видно прознала про него заранее. Асмон удостоился бурчания, мол неплохо сделано, для порождения тьмы, мы же приказов подать рапорты обо всех произошедших событиях. Сам же Асмон повез телеги с трофеями кузнецу. Когда я вышла из Церкви, сдав рапорт, то увидела что кузница окружена храмовниками, и они явно что-то громко обсуждают. Невольно подумав, что Асмона там могут прирезать, за убитых пусть и преступных, но храмовников, я направилась туда. Но к моему удивлению Лизетта, возглавляющая соратников, лишь обсуждала с гарлоком личности убитых, а остальные споря друг с другом выясняли кто из их знакомых всегда был скотиной, и чуть что подался в преступники. Харрит же уже раскладывал перекованные комплекты брони и заточенное оружие, что рыцари разбирали себе, у кого чего не хватало. Конечно в Инквизиции было не так уж много храмовников, так что большая часть снаряжения осталась невостребованной, и кузнец откладывал это на более полную перековку. Маги Инквизиции стояли неподалеку, перебирая целую кучу разных амулетов, а самые опытные изучали груду книг, явно только что полученных, похоже Асмон отдал и им трофеи. Видя, что тут делать нечего, я пошла отдыхать. Утром, сделав пробежку, я остановилась у кузницы. Харрит спозаранку уже спорил о чем то с гарлоком, а потом всучил ему сверток, вернувшись к наковальне. Уже сделав разминку на мечах, с парой солдат, я плетясь на завтрак, увидела Асмона. Тот шел навстречу во всё том же комплекте ферелденского наемника, только измененного. Вместо герба Ферелдена на груди был символ Инквизиции, да и плечи закрыты накладками с символикой глаза. На шее висел полускрученный плащ, с заколкой в виде того же глаза. - Ух ты, вот это переделка – поразилась я вслух. Асмон кивнул мне. - Доброе утро, Вестница. Да вот, чтобы меня не путали с ферелденскими разбойниками, заказал себе легкую перековку. Сам то доспех не плох, нужно было только сменить эмблемы, как делала ты в своем предыдущем комплекте. Ваш кузнец сделал всё бесплатно, так как мы много ему снаряжения вчера привезли. Вот ещё и щит мне заменил. И гарлок снял из за спины ростовой щит, на котором вместо огненного меча храмовников, было тоже изображение глаза. - Красиво получилось – признала я и покосилась на свой доспех. Теперь и мне захотелось таких переделок. - Пойду потренируюсь в поле – кивнул мне Асмон и ушел, а я пользуясь моментом двинулась к Харритту, где с удивлением узнала, что гарлок сдав вчера трофеи, не говорил что это его личная добыча, а лишь сказал «На благо Инквизиции». Потому-то кузнец был ошеломлен подарками в таком количестве, и не протестовал, что храмовники брали отсюда что приглянется. Более того Харритт считал что и мы участвовали в получении им такого количества снаряжения. Выяснив это, я затряслась, и достала таскаемый в бездонной котомке сундук с трофеями. Немного переговоров и мне починили всё снаряжение, в частности мой любимый командорский доспех. Единственно попросила переделать мне плечи, как сделали Асмону, обшить ремни держащие нагрудник стальными нашлепками, да усилить живот вторым слоем кольчуги. Также мне на всякий случай переделали и ферелденский доспех. Очень довольная результатом, больше всего мне нравится восстановление доспеха командора, пошла таки завтракать. А уже возвращаясь, утирая губы от крошек, засекла бочком выходившую от кузнеца Кассандру, и улыбнулась. Видать не одна я видела переделки заказанные Асмоном. Но оказалось, что искательница оказалась хитрее меня. Она смогла договорится не только на перековку, а на получение себе, причем бесплатно, комплекта брони из сданного снаряжения и в итоге нашла там комплект командора как у меня, который ей подогнали по фигуре. Ну и конечно Харрит переделал его, как и мой, изменив символику на груди, плечах, усилив ремни и кольчугу живота. Я это выяснила, когда мы уже выехали снова в направление Внутренних земель, и сперва остолбенела, увидев Кассандру в копии моего снаряжения. А искательница лукаво сверкнула глазами и с насмешкой сказала: - Так то вот Тревельян, теперь не только у тебя красивый комплект. Кстати, я сказала Харриту больше никому бесплатно ничего не подгонять, без приказа Каллена, он теперь будет решать, кто заслужил обновление снаряжения за счет трофеев, давая указания интенданту и кузнецу. - Жадюга – надулась я, а Касси рассмеялась.