Один путь для двоих

      В то время, пока Викториан продвигался к транспортному отсеку, Селендис пробивалась в зал управления запуском техники, каждый раз мысленно извиняясь перед аккуратно обезвреженными охранниками. Она уже не раз пожалела, что взялась помочь Викториану в его безумном плане. Но пока все шло нормально, она без лишнего шума добралась до нужного места и почти перехватила управление захватом машины, когда в комнату вбежали дежурные стражи. Без сомнения, они хорошо знали кто она, а ее нынешние действия не добавляли ей хорошей репутации. Взяв колдунью на прицел, они предостерегли колдунью от дальнейших действий. Один из них приказным тоном сказал.       — Селендис! Я знал, что ты однажды снова предашь нас. Немедленно отойди от панели управления! — Но колдунья медлила, для нее пути назад уже не было. Собравшись с духом, Селендис провела рукой по пси-кристаллу и мысленно разблокировала один из соколов. В этот же момент стражи открыли огонь. Она знала, что рано или поздно этот момент настанет, но не думала, что она станет колдуньей, дважды предавшей свой Мир-корабль. Единственным утешением было то, что она сдержала свое обещание тому, кого поклялась защищать до самой смерти. К добру или к худу.       Очередь сюрикенов вонзилась в ее тело. Отшатнувшись назад, она упала на пол и краем глаза успела увидеть, как один из стражей подбегает к панели управления и что-то пронзительно кричит остальным. Тут же он поднял по тревоге в воздух дежурные Сумеречные крылья.       — Малыш покинул гнездышко. — Подумала Селендис и с облегчением закрыла глаза. Она была еще в сознании, но уже не видела, как в комнату управления вбежал аутарх Зардиан, и разочарованно взглянув на нее, с досадой произнес.       — Селендис!.. Чтоб тебя варп побрал! Тебе же дали второй шанс, как ты могла предать меня снова?! — Колдунья с трудом приоткрыла глаза и виновато взглянула на него.       — Прости… старый друг… Однажды я дала нашей богине обещание исполнить любую ее волю… — У колдуньи в груди не было воздуха, и она едва могла пошевелить губами.       — Ах обещание?! — Он опустился на колено и негодующе встряхнул ее голову, крепко сжав руками. Колдунья простонала от боли. — Обещание… Будто ты не знаешь, кого отпустила и на что это значит для всех нас!       — Он обещал… Я верю ему… Прошу, поверь и ты. Все будет хорошо… — На этом она закрыла глаза и почувствовала, как ее тело будто теряет вес и под влиянием непонятной силы ее затягивает куда-то.       — Надеюсь, в этот раз ты окажешься права. Ох как надеюсь… Иначе ты подставишь нас всех. — Он провел рукой по ее лицу, еще искаженному от боли и взглянул на ее камень души, светившийся ярко красным. — Мы не прощаемся Селендис. У тебя, так или иначе, осталось еще одно невыполненное обещание. И у нас еще будет возможность оценить последствия твоих действий. — Мрачно сказал он и вышел из комнаты. Ему еще предстояло организовать поиски беглеца и навестить его нерадивого отца-человека.       Андерс, Лирая и Тиарэлла нервничали всю ночь, и вот через несколько часов после ухода Викториана, к ним заявились злющие эльдары, во главе с аутархом Зардианом и провидцем Ваинаруэлем, явно раздраженные побегом Викториана. Зардиан более с укором смотрел на них обоих, чем со злостью, но не провидец, не столь давно проигравший Викториану.       — Ты хоть представляешь, что наделал?! — Не скрывая гнева, накинулся на Андерса Ваинаруэль.       — Это был его выбор. — Спокойно ответил Андерс, что еще больше раздражало провидца.       — Выбор? Да он еще совсем юнец! Это был твой выбор, и только твой! Хотя, что еще можно было ожидать от человека, ты просто обязан был все испортить своей глупостью. И еще эта несносная колдунья! Я знал, что было ошибкой подпускать ее к ним! — Бросил он аутарху, чувствуя и свою вину за этот недосмотр.       Зардиан вступился за недавно ушедшую Селендис, немного успокоив Ваинаруэля. Затем взглянул на Андерса, ясно понимающего, что остался один среди кучи враждебно настроенных эльдар, но выглядевшего скорее опечаленным, чем напуганным. Он и не ожидал, что эльдары обрадуются побегу Викториана, но не думал, что для Селендис это окажется последним делом в ее непростой жизни. Его сильно печалила будущая судьба колдуньи, камень души которой теперь должны были встроить в тело призрачного стража. Оставшись без ее поддержки, ему по большей части было уже все равно, что с ним будет, но у него еще оставалась Тиарэлла. Его действия омрачали ее дальнейшее будущее, и без того уже не самое светлое.       — Ты поступил глупо, человек. Твой сын должен был оказать всем нам помощь в грядущей войне, а ты отдал его людям на растерзание! Можешь собой гордиться. — Укорил его Зардиан.       — О какой войне идет речь? — Осведомился Адерс, все больше чувствуя, что поступил правильно.       — А ты уже забыл, что сюда идет флот-улей Тиранид?! Пока он еще далеко, но он обязательно сюда нагрянет, и тогда мы должны быть готовы. Присутствие самой Иши могло сплотить эльдар для этой битвы! Теперь же, Йанден будет в лучшем случае опозорен, а в худшем, нам даже свои же сородичи помогать не захотят. Ведь именно мы укрыли вас и на нас лежала ответственность за вашу безопасность. И теперь мы потеряли единственную связь с Ишей! Вот она, твоя благодарность, человек! — Негодовал аутарх.       — Полу-человеческому юноше только и осталось, что заниматься объединением древнейшей из рас галактики. — С сомнением заметил Андерс.       — Что толку говорить с ним. — Проговорил Ваинаруэль. — Он все равно ничего не поймет. Просто пусть знает, что за ним и его дочерью отныне будут пристально следить. Не хватало еще и ее потерять. — Он развернулся и быстро ушел прочь. Зардиан недовольно покачал головой.       — Ваши передвижения по Йандену с этого момента ограничены. Наставник будет забирать Тиарэллу каждый день на занятия и провожать обратно. Она довольно способная и еще может стать на путь эльдар. И в отличии от брата, она не такая своенравная. — Сказал он пристально глядя на сжавшуюся от страха девочку. — Лирая, ты переедешь в другой район где и продолжишь свое обучение. Сюда без сопровождения тебе больше заходить нельзя. Идем. — Зардиан тоже удалился, забрав с собой эльдарку и оставив двоих стражей за дверями.       — Что же, вот мы и остались вдвоем. — Невесело сказал Андерс дочери, и от этих слов ему самому стало страшно. В ответ она только заплакала, прижавшись к отцу и свыкаясь с мыслью, что теперь все стало еще хуже.       На следующий день, как и сказал Зардиан, за ней зашел незнакомый эльдар и отвел малышку на занятия. Андерс все больше времени проводил в одиночестве. Беспомощность и бездействие все больше угнетали его. Он часами проводил возле своей жены, заключенной в стазисном поле. С ее уходом все пошло наперекосяк, а теперь и его сын отправился в рискованный поход.       Это все негативно отражалось на Тиарэлле, которая теперь лишилась друзей и почти все время должна была проводила среди эльдар, не особо радовавшихся ее присутствию после выходки ее старшего брата. А после занятий и косых взглядов сверстников, дома ее встречал отец и безрадостная обстановка. Андерс понимал, что дочери приходилось с ним нелегко, и боялся потерять и ее. Но Тиарэлла понимала беспокойство отца, и хотя ей было за что обижаться на него, она не могла оставить его. Вот только как выбраться из сложившейся ситуации, она не знала, и просто пыталась быть рядом и поддерживать единственного родного ей человека.