Один путь для двоих

      Это было сложное для Империума время, очередной Черный Крестовый Поход утих, но отброшенные орды хаоситов не думали так просто сдаваться. Боги Хаоса с удовлетворением взирали на заново разрастающуюся вокруг Ока Ужаса войну. Обе стороны несли потери, превращая весь район боевых действий в один бескрайний алтарь с постоянными подношениями Богам Хаоса. Их мало волновала чья-либо победа или поражение, имел значение лишь бесконечный поток жертв, и чем он был больше, тем лучше. Они были бы рады если бы и всю галактику объял пожар войны. Поэтому когда вернулся из мертвых Робаут Жиллиман, они знали, что он решит дать отпор врагам Империума и с нетерпением ожидали его действий. Как они и предполагали, Примарх сплотил Империум и бросил его силы на противостояние угрозе Хаоса.       После воскрешения Примарх был воодушевлен самим Императором рассказом о грядущем избраннике, призванном в этот мир низвергнуть демона и вернуть Империуму былую славу. И хоть Он не сообщил своему сыну о том, кто это будет, для него это было не так важно. План Императора должен был быть выполнен, Империум восстановлен и огражден от угрозы Хаоса. Поэтому войска во главе со своим Примархом сражались на границе Ока, храбро сдерживая растущий натиск хаоситов. До прихода таинственного избранного оставалось совсем немного времени.       Викториан после событий в подземном храме Терры принялся собирать среди верхушки командования верных Трону последователей. Он прекрасно знал о Робауте Жиллимане и его тяжелом положении, но пока был не до конца уверен в том, что готов с ним встретиться. Он должен был прочувствовать свои новые возможности и быть достойным своего нового статуса. Он лично участвовал в сражениях с силами хаоса, помогая останавливать их нападки в разных уголках Империума и возвращая многие зараженные хаосом миры под знамя Империума. В этом ему помогало его обретенное знание о паутине, с помощью которой он мог безопасно и быстро достигать нужных ему мест. Из-за такого поведения, никто толком не мог знать, где он будет находиться на следующий день. Вокруг него начали появляться самые разные слухи, а о его подлинном существовании, планах и происхождении знали лишь те, кому это было необходимо.       Но так не могло продолжаться вечно, хоть подобное занятие начинало нравиться Викториану. Обладая силой двух богов, практически любая задача была легко осуществима для него. И пусть Викториан делал успехи и много полезных вещей, в этом и заключалась для него опасность — он должен был привыкнуть к трудностям, а не наслаждаться новыми возможностями. Так он решил, что пришло время наконец-то встретиться со своим старшим братом, Робаутом Жиллиманом.       Викториан застал брата на передовой крепости Ультрамара. Он известил Робаута о своем скором прибытии незадолго до своего визита, чтобы как можно меньшее число людей знало о его планах. По такому поводу Робаут собрал совет из своих приближенных, желавших не меньше его самого взглянуть на нового Примарха. Но кроме Робаута, никто пока не знал, кем он может являться для всего Империума.       Викториан прибыл практически инкогнито, с минимальным сопровождением и на малом фрегате, явно рассчитанный на короткие варп-переходы. Ультрамарины коротко приветствовали его и без лишних церемоний проводили в зал собраний. Викториан уже не раз видел массивные укрепления людей и уже привык к сопровождающим его в подобных местах элитным Астартес, не обращая внимания на величие подобной архитектуры.       В зале собрания царила тишина, все ожидали необычного гостя каждый со своими мыслями. И вот наконец-то Викториан появился в массивном дверном проеме, закрывшемся сразу за ним. Присутствующие доверенные лица Робаута Жиллимана лицезрели сразу двоих Примархов. Зрелище захватывало даже бывалых Космодесантников, уже попривыкших видеть среди своих рядов Робаута.       Два Примарха стояли друг на против друга, один в массивной броне цветов Ультрамара, другой в золотой броне, слегка походившей на броню библиариев, явно сделанную лучшими мастерами. Один выглядел сурово, на его лице отпечаталось выражение опыта лет, другой выглядел моложе и менее пафосно, но через его взгляд словно смотрел сам Император. И смотрел в самую суть каждого, кто осмеливался заглянуть в его глаза. Видевшие их встречу испытывали настоящее потрясение, словно они вернулись в далекое прошлое и Его дети вновь правили Империумом.       — Я наслышан о тебе, брат Викториан. — Наконец-то поприветствовал вошедшего гостя Робаут. — Мне даже приходили донесения, что ты будто призрак, появляешься из ниоткуда и существуешь в разных местах одновременно. И где бы ты ни появился, ты ищешь себе союзников, призываешь миры людей стать на твою сторону. Ты и сюда за этим пришел? — С некоторым подозрением в голосе сказал Примарх.       — Не совсем так, брат Жиллиман. Я пришел сюда не призывать тебя выбирать чью-либо сторону, но помочь тебе исполнить свой долг и восстановить былую славу Империума. — Невозмутимо ответил Викториан.       — Да. Когда я прибыл на Терру, Император так и сказал мне. Вскоре придет тот, кому суждено спасти Империум от демонов внутри и снаружи него. — Задумчиво произнес он и выдержав паузу добавил, пристально глядя на собеседника. — Или, он уничтожит все то, что мы имеем даже сейчас. Отец сказал, что когда я его увижу, то должен буду лично испытать силу и волю, чтобы решить, достоин ли он Его и моего доверия. Но Отец не упоминал, что его избранником будет наполовину человек, наполовину эльдар. — С некоторым удивлением и презрением произнес Примарх. Его глаз мог разглядеть даже в измененном самим Императором лице нечеловеческие черты. Викториан уже привык к таким встречам и давно понял, что одним из его испытаний было изменить это отношение к себе и к расе эльдар в целом.       — Ты сам неплохо знаком с расой эльдар и знаешь об их склонности к ментальным способностям. Мое происхождение было необходимо для осуществления Его плана. Ты уже работал с ними, но я собираюсь вывести отношения наших рас на новый уровень, сделать их более прозрачными и дружескими. Согласись, в галактике не так уж много разумных рас, которых в крайнем случае мы могли бы называть союзниками.— Терпеливо объяснил он и более властно добавил. — На то воля Императора, мое желание и стечение обстоятельств, вследствие которых оба наших народа могут исчезнуть. Итак, не будем же терять время. — Немного нетерпеливо ответил Викториан и на этом проследовал к свободному месту за столом. И хоть его никто не приглашал, никто не возразил ничего против.       Молодой Примарх лишь в общих чертах объяснил причину своего появления, так как немногие здесь присутствующие были не достойны его собственного доверия. Его существование еще было окутано тайной и слухами, и пока было рано объявлять о себе во всеуслышание. Робаут Жиллиман понимал это, но то немногое из услышанного даже его застало врасплох. Слишком безумно это звучало из уст получеловека, и ужасно для избранника Императора, в чьей подлинности уже никто не сомневался. После собрания Робаут решил прогуляться наедине со своим названным братом и узнать подробности его планов.       — Значит, ты полагаешь, что у нас в руках Артефакт древних? Тираниды на пороге нашей галактики? Я знаю, что для Империума настали мрачные времена, он прогнил изнутри, враги снаружи усиливают натиск, а Хаос отравляет и жадно поглощает души слабых. Но почему Император не сообщил этого лично мне, а лишь тебе? — Сказал он, не утаивая обиды. Его задевало то, что Отец снова первым посвятил в свои планы младшего сына, а не уже доказавшего свою верность. Викториан остановился, в его взгляде не было раздражения или гордости. Только понимание.       — Лишь у меня будет возможность свершить то, чего не сможет более никто и это не проявление моей гордости. Это факт, но к сожалению еще не гарантия победы. Мой успех будет зависеть от моей подготовки и собственной уверенности в своих возможностях. Даже Император не может знать наверняка, справлюсь ли я со столь ответственной задачей, потому Он и не сообщил тебе всего. Но Он направил меня сюда не просто так. Ты можешь чувствовать Его присутствие, знание и силу, что была дарована Им мне. — Он сжал в кулак силовую перчатку, озарившуюся золотым ореолом силы Императора, а Примарх ощутил Его силу так ясно, словно Он сам шел рядом с ними. — И можешь видеть, что богиня эльдар также поддерживает меня. — Сказал Викториан, сжав другой кулак, и белые псионные молнии тотчас окружили его. Одновременное присутствие колдовства варпа и благословения Императора сбивали с толку даже бывалого Примарха. — Но данная мне возможность быть проводником для сил богов не делает меня достойным этой роли. Я сам должен быть уверен, что готов и достоин принять свою судьбу. Вот зачем я здесь. Так ты поможешь мне, брат Робаут? — Прямо просил Викториан.       — Если на то воля Отца, да будет так. И если я соглашусь на это, то со всей строгостью буду присматривать за тобой. — Ответил Жиллиман, несколько завидуя роли своего брата, и славе, что она могла принести ему.       — Для этого я и пришел к тебе. И не нужно огорчаться из-за того, что выбор этой роли пал на меня. Однажды, ты возблагодаришь Отца за то, что он уберег тебя от нее. — Немного мрачно сказал Викториан и проследовал дальше. — Ты уже проделал немалую работу и это сильно поможет нам быстрее свершить задуманное Императором. Но помимо объединения Империума, случилось и то, что не входило в Его планы изначально. Альянс с ксеносами. Мне предстоит объединить армии Империума и эльдарского народа. Это пожалуй одна из самых странных и ненадежных рас галактики, но только с их знаниями и возможностями, у нас будет шанс пережить надвигающиеся потрясения. Кстати, я слышал, что ты именно им обязан своим возвращением. — Робаут недовольно поморщился. Похоже, что эта тема его не особо радовала, но он все же ответил, глядя перед собой.       — Это отчасти так. Иврэйна, и следующие за ней эльдары. Инари, как они себя называют. Несомненно, у них была своя причина помогать мне, и может их цели схожи с нашими. Но они даже больше своих менее радикально настроенных сородичей преследуют свои собственные цели. Это с ними ты хочешь объединиться? — Скептически спросил Примарх и презрительно добавил. — Я знаю, что они принимают в свои ряды даже выходцев из Темных Эльдар. Они ведут свою игру, и как обычно, используют нас, а потом предадут. Эльдары помогают нам, пока это выгодно им, но не больше. Я не глупец и не доверюсь больше необходимого этим ксеносам. И тем более не доверю жизни своих людей и будущее Империума в их руки. — Твердо заявил Робаут, на что Викториан кивнул с легкой улыбкой.       — Как и я. Это ксеносы должны довериться нам и я знаю, как это устроить. У нас есть ключ к их спасению и ключ этот я. Можешь не волноваться, присоединение Иннари к нашему плану мало вероятно. Иша не одобряет их действия, но пока вынуждена с горечью сожалеть о своем бессилии что-либо изменить. Если они согласятся помочь нам в борьбе с Хаосом, что же, да будет так. Но большинству эльдар придется сделать выбор, присоединиться к Иврэйне или ко мне. Принять сторону богини жизни или бога смерти. Думаю для эльдар выбор вполне очевидный. И я уверен, Инари не понравиться, когда последователи станут уходить из их рядов, чтобы сражаться за возвращение Иши.       — Так ты намерен еще и бога эльдар вернуть? — Презрительно бросил Примарх, пристально вглядываясь в своего собеседника, словно ища в нем зерна зарождающегося сумасшествия. И не найдя искомого, неожиданно иронично добавил. — Хорошо. Допустим, ты сумеешь притворить это. Ведь ты же стоишь здесь и предлагаешь мне то, за что любого следовало бы обвинить в ереси. — Но долго искорка веселья не задержалась на суровом лице Примарха и он серьезно добавил. — Все это может породить еще больше проблем, чем существует сейчас, как среди нас, так и среди эльдар. Иннари не оставят твою выходку безнаказанной и не позволят тебе безнаказанно втянуть весь их народ в грядущую войну.       — Они не настолько безумны, чтобы разделять свой народ на два противоборствующих лагеря в столь тяжелые для них времена. В конце концов, у нас общая цель, и по большей части это их война, длящаяся еще со времен падения их расы. — Словно размышляя вслух, ответил Викториан. — Но ты прав, они все равно могут попытаться помешать мне. Впрочем, до этого еще далеко. Сначала необходимо убедить и подготовить наших людей принять этот союз. Сколь бы увертливы ни были Эльдары, они хотя бы видят, как нечто темное нависло над будущим всей их расы и в отчаянии они ухватятся за любую соломину, сколь-нибудь сулящую им спасение. Большинство же людей даже не сознают нависшей над ними угрозы, а потому воспримут это предложение за ересь. Мне нужно доказать обратное, сделать это аккуратно и в кратчайшие сроки. Отчасти ты это уже это начал, теперь мне нужно завершить. Теперь ты понимаешь, что у нас нет права на ошибку, брат Робаут.       — Думаю да, брат Викториан. — Робаут был не согласен с Викторианом, но чувство, что он должен поддержать избранника Императора не покидало его. — Твоя ноша трудна, и ты должен суметь удержать ее, так что начнем с твоей боевой подготовки. Если ты и правда настоящий Примарх, будешь мне достойным противником. — Викториан согласно улыбнулся.       — Хорошая мысль, брат. А то многие люди на меня уже и смотреть боятся. Чего доброго, я начну думать, что неуязвим.       Они прошли в тренировочную залу космодесанта. Многие присутствующие с трепетом и любопытством провожали обоих взглядами. Находящиеся там бойцы почтено освободили для своего командира арену. Противостояние Примархов никому из них еще не доводилось видеть. Его исход должен был определить, сможет ли молодой Примарх быть достойным своего титула или же нет. Он мог впитать в себя многие знания, память и силу, но без опыта был уязвим, ему еще только предстояло по-настоящему приспособиться к возможностям своего нового тела. Робаут должен был исправить это, причем на глазах Астартес. Человек познается в бою, эту истину хорошо знал каждый из них, а потому каждому хотелось увидеть, чего стоил их новый предводитель.       Как только ограждение, отделяющее арену от зрителей, было поднято, сражение Примархов началось. Естественно, они бились на тренировочных мечах, боевые же мечи обладали слишком большой разрушительной мощью и не годились не для чего, кроме уничтожения врагов. Но и тренировочных мечей было вполне достаточно, чтобы покалечить соперника. К тому же, оба были в броне, что уже было само по себе оружием.       Робаут даже в тяжелых доспехах двигался проворно, молниеносно проводя выпады и удары. Невооруженному глазу могло показаться, что Примарх двигался вопреки законам физики, что было бы лишь обманом зрения. Сознанию Викториана были знакомы эти движения, но не его телу. Он проигрывал в мастерстве и умению распоряжаться своими знаниями на такой скорости. Но это свое неумение в этом он компенсировал хорошо известной ему эльдарской тактикой, уворачиваясь, обманывая, отступая и внезапно нападая вновь, чем иногда сбивал с толку своего соперника, не ожидавшего видеть подобное поведение от подобного себе. И тем не менее, броня Викториана уже покрылась отметинами от ударов меча Робаута. Но он не мог просто сказать «довольно!» и прекратить поединок. Это означало бы не только его поражение в технике боя, но и показало слабость духа. Хоть это была и тренировка, он четко понимал, что в поражении нет чести. Именно так начиналась закалка каждого из Астартес, наводящих ужас на врагов Империума одним своим названием.       Увлекшись посторонними мыслями, Викториан пропустил финт и Робаут выбил его меч из рук. Следующим движением он намеревался нанести контрольный удар и окончательно сравнять его навыки боя с землей. Но Викториан не мог потерпеть позорного поражения любой ценой и яростно вскинул под удар согнутую в локте руку, которая вспыхнув ярким световым щитом, отразила удар, расщепив меч Робаута. На этом поединок можно было считать оконченным, и хоть Викториан воспользовался способностями, которыми пользоваться не должен был, он не допустил своего полного поражения. Робаут недовольно покачал головой.       — Ты своенравен, хитер и увертлив, Викториан. Но твоя вера сильна и в глазах нет места для страха. Не печалься, твои навыки боя мы еще подтянем. Пока достаточно, для первого раза ты показал себя неплохо. У техников и полировщиков будет, чем заняться, выправляя твой доспех. — Подначивал его Робаут, похоже обрадованный обретенному сопернику на тренировочной арене.       — Тебе лучше не отпускать своего техника далеко. Я быстро учусь, брат. — Парировал Викториан.       — Надеюсь на это. Тебе еще многое предстоит узнать и постичь. — Серьезно ответил Робаут. Это означало, что он согласился оказывать поддержку Виториану.       С этого дня обоих Примархов можно было часто увидеть на различных тренировках в крепости Космодесанта. Викториан также присутствовал на военных советах и помогал координировать действия воинов Астартес. Это давало как ему, так и им возможность привыкнуть друг к другу.       Но обучение было далеко не односторонним, Примархи не сидели безвылазно в крепости. Странствуя с Робаутом, Викториан обучал его тому, что узнал от Императора. Также старый Примарх оценил преимущества перемещений в паутине, узнав много нового про нее. Также он видел силу богов, что мог являть Викториан в этом мире, видел его стремление в избавлении мира от угрозы Слаанеш и Ока Ужаса. Оно было наивное, но смелое, и наблюдая за его действиями, Робаут все больше склонялся к тому, что именно его младший брат сумеет воплотить задуманное в жизнь. Он видел его успехи и быстро растущую популярность, что начинало его беспокоить. Он уже знал одного такого же успешного и харизматичного Примарха, задумавшего изменить мир. Знал он и о том, что всякой истории свойственно повторение.       Но, несмотря на опасения Робаута, они вместе с Викторианом продолжали собирать войска, защищали планеты по всему Империуму от вторжения сил хаоса, проводили переформирования и совершенствовали управление аппаратами правительства в экстренные ситуации. Они определенно должны были скоро настать, а значит в назначенный час, все должны были действовать слаженно и быстро. Как люди, так и эльдары. Конечно, людям предстояло сыграть решающую роль в грядущем сражении, но Викториан видел роль эльдар далеко не последней. Он неотступно считал, что пора и эльдарам самим вступить в сражение ради их же собственного освобождения, а не использовать кого-то другого. Переманить их на сторону Империума было необходимо, иначе они могли взяться за старое и играть нечестно. Это и стало его первоочередной задачей.       Время шло, больше ждать было нельзя, и Викториан вновь оставил дальнейшее укрепление Империума на попечение Робаута, а сам решил отправиться навестить своего отца и эльдар Йандена, чтобы выдвинуть им первым предложение альянса. Он был не до конца уверен, что готов объявить о себе во всеуслышание, но выбор у него был не велик. Он должен был сделать решительный шаг.