Дым сигарет с ментолом и прочие неприятности

— Пока мир не изменился, я тоже не интересовался, вернее, не знал многого, — задумчиво сказал Тевильдо, глядя на Маглора, пришивающего пуговицы к рубашке. — Всё знать невозможно, кем бы ты не был, но ладно, иногда сам не ожидаю, что могу задуматься над какими-то вещами! Вот например, вастаки. Совершенно непривычной культуры личности? Ведь на вашей стороне сражался род Бора, правильно помню? Но думается, из-за предательства… хотя может, предательство Улфанга даже и причиной не было… — Причиной чего? — уточнил Маглор. — Если ты о проигранной битве, то да, предательство Улфанга нас подвело, очень смягчая. Но я не понимаю, причём тут род Бора. Или снова желаешь погадать, как повернула бы битва, предай нас другой род? Киса… — Почему ты почти никогда не угадываешь, о чём я хочу поразмышлять? — пожаловался Тевильдо и грустно замахал хвостом. — Я же прямо сказал, вастаки были племенами совершенно, даже абсолютно непривычной вам культуры! Мне так кажется во всяком случае! Вы конечно любознательный род, стремившийся… к каким только познаниям не стремившийся! — но поначалу, думаю, не все вастачьи обычаи вами понимались и принимались! И сами вастаки наверняка племенами не то чтобы дружили! Я же прав? Прав, можешь даже не отвечать! Элементарные знания! — Интересный ты собеседник, котик, — Маглор улыбнулся и даже отвлёкся от шитья. — То ты всё не знаешь, то взаимоотношения народов и племён тебе элементарные вещи, хотя до сих пор… Но ладно, не будем о политике. Хочешь сказочку, то есть, не сказочку расскажу? Точнее, слухи и легенды о племенах, что нас предали, поведаю тебе, о, кот. Не эльфийские правда, этим мы кажется не славились. И появились те легенды сильно позже нашего союзничества. — Допустим, хочу, — Тевильдо недоверчиво посмотрел на Маглора. — Но более чем уверен, в тех легендах ничего нового и неожиданного я не услышу! Не бывает, ну не бывает новых сюжетов у легенд о неизвестных и пугающих созданиях, сложившихся под влиянием мутных изложений сомнительных учёных и не менее сомнительных путешественников! Не настолько изменился мир, чтобы массы начали привлекать… не знаю, легенды и истории о мудрых и добрых кошках, заботящихся о… — …глупых хозяевах, — не сдержался Маглор и прикусил губу, чтобы не рассмеяться. — Котик, я опять тебя не понял. Соглашусь, слухи оригинальностью не отличались, здесь ты прав. Но видишь ли, всё в мире повторяется. Это тоже неизменно, питомец мой волшебный. Однако, тебе всё равно любопытно, чем же я занимался, пока мне тебя не подарили. Тевильдо прижал уши к голове и сокрушённо зашипел. — Ты правда не замечаешь разницы? — сердито, даже немного зло спросил он. — Легенды, архетипы и просто жизнь ужасно непростого и многогранного тебя немножечко не одно и то же! Расскажешь ты мне о легенде, где Улдор Проклятый, которого ты убил, насколько помню, приманивал соратников рассказами о блаженных землях и кущах с прекрасными девами! А я выслушаю, из вежливости и потому, что всё-таки напросился сам! Но меня подобные слух или легенда не заинтересует и не привлекут! Потому что похожее встречалось и встречается в массе легенд и даже в изданных книгах, насколько знаю! — А по слуху, что я хотел тебе поведать, Улдор воспылал гибельной любовью к прекрасной деве, которую ему показал Моргот, — Маглор усмехнулся. — Тоже ничего необычного, дальше кстати… Но раз это уже было, умолкаю, — и, что-то насвистывая, вернулся к рубашке. Тевильдо, подумав, шлёпнулся на пол и, растянувшись во всю длину, забил хвостом.