Overlord - Высший Кровавый Лич Момонга (Айнз Оал Гоун)

Долго провозившись с заполнением необходимой письменной формы, для запроса на воскрешение, Айнз всё-таки призывал в центр зала огромную кучу золота. Из него будет возрождён до мельчайших деталей Демиург. Но прежде, чем он запустит этот процесс, нужно дождаться Альбедо и прочих отсутствующих. Всем им необходимо объяснить столь неловкую ситуацию, а затем убедиться, что каждый понял, принял, и более не будет винить демона за дерзкое своеволие. Впрочем, Момонга прекрасно понимал ход мыслей стражей, и был в чём-то согласен, но в свете некоторых фактов, продолжать винить Демиурга в «восстании» будет несколько несправедливо, по его меркам праведности. -Мой Господин, Актёр Пандоры и плеяды прибыли по вашему приказу, - молвила Альбедо, элегантно преклонив колено. Хотя доступ к сокровищнице был лишь у Момонги, из-за кольца Айнз Оал Гоун, это не отменяет возможностей Альбедо посылать сообщения всем стражам, пусть и в одностороннем порядке. Момонга был рад, что не может выражать свои эмоции в мимике, присущей живым, ибо сейчас при взгляде на Актёра Пандоры, лич испытывал глубочайший стыд. «С этим тёмным прошлым нужно что-то делать. Хватит с меня потрясений на ближайшие сутки» - твёрдо решил Айнз. Готовя всё к воскрешению, Момонга обнаружил одну занимательную деталь. У него не было доступа к переменам всех стражей, кроме его собственного творения. Напротив строки с Актёром Пандоры был значок ключа, а открывало сие меню допуск в ритуальный зал. В игре он выглядел несколько иначе, но здесь приобрёл более натуральный элемент своего бытия. В этом помещении можно провести процедуру изменения, усиления или сотворения своего творения. Беда только в одном – огромная цена золотом Иггдрасиля. Стоимость каждой функции была одинаково заоблачной, но лишь потому, что Актёр Пандор нип девяностого уровня. Для прочих подданных Назарика уровнем ниже шестидесятого была более приемлемая цена, не вызывая удушения от жадности. Однако, вопреки, Айнз хотел потратить любые средства, только бы его творение не вызывало в нём это отвратительное чувство стыда. Он рад забыть своё прошлое, за которое ему невероятно стыдно! -Мой Бог, твой верный слуга прибыл по твоему зову! – пафосно промолвил Актёр Пандоры на немецком диалекте, принимая не менее пафосную позу. «Не-е-ет, перестань! Только не это!» - мысленно взмолился Момонга. -Очень хорошо, Актёр Пандоры, однако, впредь обращайся ко мне также, как и остальные стражи, - спокойствие в голосе было феноменальным, при бушующих эмоциях внутри, определённо, своё бытие личом это то, за что Айнз вновь благодарил богов. -Если таково желание моего Великого Создателя, Господина Момонги! – вновь на немецком языке промолвил Актёр Пандоры, делая глубокий поклон пафосно жестикулируя, как…актёр, даже не удивительно, что это его имя! -Довольно паясничать Актёр Пандоры, говори на общем диалекте, немецкий никого не впечатляет, - строго заявил Момонга, и нотка мимолётного гнева подействовала как надо. -Йи-йе-сть! – с лёгким испугом отозвался страж сокровищницы. Искреннее надеясь, что более его тёмное творение не будет позорить создателя своим поведением, Айнз сосредоточился на том, чтобы произнести пояснительную речь, после чего запустит процесс возрождения. -Стражи, вы собрались здесь, чтобы услышать о том, что же произошло на Арене, из моих уст. Не буду отрицать, ведь система гильдии уже всё рассказала о восстании Демиурга. Однако, прежде чем я прервал его существование, страж открылся мне и я понял, почему тот пошёл на это. Вы думаете, что нет причины его прощать и чтобы я не сказал, вы его не простите? – сделав короткую паузу, чтобы сделать несколько шагов к куче золота, но стражи не осмелились вымолвить хоть слово, полагая, что вопрос Владыки был риторический. -Это решать вам в вашем сердце, но и я принял решение, когда узнал правду. И я прощаю Демиурга! Доказательство лежит перед вами. Я намерен воскресить павшего стража! – королевский жест в сторону горы золота. –И причина его восстания прозвучит как абсурдный бред. Демиург хотел помочь мне. Мне отчаянно нужен был спарринг с сильным противником, но я ни за что не стал бы рассматривать вас стражей – мою семью, напоминание о моих дорогих друзьях – ваших создателей, как цель для снятия накопившегося напряжения. Я бы отказался! Но Демиург это просчитал и очень убедительно сымитировал восстание, обманув систему гильдии и меня! Он обманул моё чутьё нежити! Не могу не восхититься его навыками, которые вложил его создатель! Хотя и не одобряю обман в мою сторону, но Демиург уже заплатил за ложь и такое предательство жизнью. И если бы не эта причина, оставаться демону мёртвым. Если вы всё ещё не верите, тогда смотрите, - вот он решающий миг, Айнз разбил сферу с воспоминаниями, демонстрируя большой публике инцидент, произошедший на Арене. А всё началось с его резни, которую устроил Айнз со всей ранее невиданной яростью. И хотя для стражей в этом нет ничего предосудительного, но Демиург до этих событий столкнулся с тем, как хвалёный контроль лича уже не в силах сдерживать скопившуюся ярость. Сколько раз внутреннее тот испытывал досадное разочарование от невозможности вкусить битвы, да и мимолётные живые раздражали. Вот они есть, а вот их не стало! Раздражение копилось,и его некоторое время успешно подавляла пассивная расовая способность «покой», теперь даже она начала давать сбой. -Шалтир, скажи, во время нашего уединения, ты почувствовала что-то кроме общего удовольствия? – неожиданно спросил Айнз, когда фильм из воспоминаний закончился. -Эм, а-а, - неуверенно начала Бладфолен. –Ну, было ощущение опасности, однако, я… - было видно, что девица отрицала в своём сердце, что стоит бояться Владыку, ведь это абсурд, но сейчас вопрос Господина вынуждал её принять этот факт. -Когда мы разошлись, меня нашёл Демиург. По его реакции я понял, что со мной не всё в порядке. Он тоже сделал свои выводы, а результат вы уже знаете. Скажи, теперь ты ощущаешь былую опасность? – Момонга использовал случай с Шалтир как доказательство, чтобы убедить даже самых упёртых. Конечно, сейчас Альбедо душит гнев от несправедливости, но у Айнза уже нет времени на неё, придётся демонице подождать ещё немного. -Нет. Но ведь это может повториться? – за ответом у Шалтир неожиданно возник резонный вопрос. -Может. К сожалению, в прошлом мне было на ком изливать естественное желание нежити убивать, а также пристраститься к тому, чтобы биться с достойным равным противником и поэтому не было никаких проблем, которые возникли только сейчас. Насколько бы я не был Высшим Существом, превзойдя всех из моей расы, но спорить с природой себе дороже. Даже если умом я буду отрицать, моя сила сделает это за меня, - вот так Айнз признал, что из-за смены места обитания и отсутствия серьёзного врага, Высший Лич банально заскучал и истосковался по отнятию жизни. «Хотя мысленно я этого и не хочу, но чувства не обманешь. Это как голод, он внутренний твой голос. Если я сидел часами в Иггдрасиль, я мог вспомнить о потребностях тела только, когда их скопилось слишком много! Тут сработал схожий принцип. Нежить может долго быть «миролюбивой», но рано или поздно ей нужно отнять чью-то душу. Кроме того, мне действительно уже не хватает хоть маломальского адреналина, в моральном отныне смысле. В начале игры всё было не так радужно, но когда я прокачался и стал силён, сражения с другими игроками доставляли мне сплошное удовольствие. Мы были равны по силе, но всё решала тактика. Я учился на многих ошибках, благо филактерия позволяла ошибаться. Я развивался в битвах не только физических, но и моральных. Управлять гильдией задача не из лёгких, и будем честны, на меня свалили эту работу, потому что я чёртов трудоголик и если делаю работу, то только на отлично. Не люблю трудиться в полсилы! Что ж, в этом есть свои плюсы, своя плата, притом взаимовыгодная» Разобравшись в себе, Момонга параллельно смотрел на лица стражей, оценивая их эмоции и ход мыслей через мимику или позу головы. Убедившись, что большинство приняло факт простительного поступка Демиурга, Айнз исключил возможность мести в рядах стражей. Будь Демиург воскрешён молча и без объяснений, началась бы травля, чего Момонга естественно не потерпит в своих рядах! -Что ж, коль вы приняли решение в своём сердце, однако, хочу попросить тех, кто всё ещё осуждает Демиурга, не ставить ему это событие в вину. Я простил его, а значит, на нём нет вины, а невиновный не должен быть наказан столь несправедливо! – завершив свой план, Момонга активировал ритуал воскрешения и тот же час всё золото в зале, расправилось, переливаясь оттенками алого и жёлтого, и текучая масса неспешно собиралась в узнаваемую фигуру Демиурга. Несколько утомительных минут, после чего фигура обрела плоть и кровь, а затем и дыхание жизни. Демиург был совершенно наг, но прекрасен по меркам, какие остались у Момонги при жизни человеческой, но этому факту он уделить время немного позже. Достав из инвентаря одну из низкоуровневых накидок, Айнз накрыл тело демона. -Просыпайся Демиург, страж седьмого этажа! – властно повелел Момонга. Демон тут же встрепенулся, но осознав, что он без одежды и даже без любимых очков, за которыми скрывались алые глаза с кошачьим зрачком, Демиург с лёгким стыдом от недоумения прикрылся имеющейся тканью. -Господин, я… - хотел было оправдаться, и по поту на лице было видно, как нервничал страж. -Успокойся Демиург, твоё воскрешение это знак моего прощения. Я понял твой замысел, и он сработал, - благосклонно промолвил Айнз. Чуть расслабившись и более спокойно дыша, демон принял покорную позу и с естественной для себя ехидной улыбкой промолвил. -Я восхищаюсь вами, Господин Айнз! Вы разгадали причину моего недостойного поведения. Я рад, что смог послужить душой и телом вам! -Твои деяния натолкнули меня на мысль, что нам всем необходимо будет, скажем раз в месяц устраивать спарринги, но без смертельного исхода. Финансы гильдии не безграничны. Демиург, хватит ли тебе смелости согласиться на это? Если ты сомневаешься, я не буду настаи… - речь Айнза была резко прервана. -Я согласен Господин! – решительно воскликнул Демиург, и алый взгляд демона был полон настойчивости. -Тогда я рассчитываю на тебя и остальных стражей, кому хватит смелости выйти на ринг против меня. Это позволит нам вкусить давно забытое и поддерживать форму. Что если однажды в этом мире появиться кто-то из нашего родного мира и он будет недружелюбен к нам? Мы должны дать достойный отпор этому нахалу! – приукрасив своё желание помахаться благородным мотивом, Айнз был рад видеть, что стражи приняли эту идею и многие даже серьёзно задумываются о согласии. Проблема будет, пожалуй, только с Альбедо, но Айнз знает пару трюков, с помощью которых сможет раскрепостить демоницу. Переводя взгляд с одного стража на другого, взор Момонги пал на безликое существо в военной немецкой форме. «Ах да, Актёр Пандоры. Сильнейший из всех допельгангеров гильдии. Его сила копирования безупречна и ограничена лишь уровнем его бытия. Будь я девяностого, как и Актёр, мы были бы воистину равны по силам. Но так как я уже сто первого, Актёр сможет скопировать мои силы вплоть до девяностого. Хорошо бы сохранить эту способность и поменять лишь личность, дабы она больше соответствовала моему текущему состоянию. Каждое творение олицетворяет творца характером своего поведения. Создатель Демиурга, к примеру, был одержим идеей абсолютного зла, поэтому творение его именно демон, который коварен, хитрее и жесток. По Актёру можно понять, каким я был пять лет назад, но я изменился, а мой друг – создатель Демиурга, нет. Вот и вся разница. Творцы меняются, но поспевают ли творения?» (прим.автора: понеслась философия…) -Да, Владыка! – хором воскликнули стражи и плеяды. -Теперь прошу вас вернуться к своим обязанностям, кроме тебя Актёр Пандоры, к тебе у меня есть отдельный разговор. Следуй за мной, используя вот это – промолвив приказ, Айнз отдал стражу сокровищницы кольцо «Айнз Оал Гоун». -Я-я, я не смею принять это! Это же символ… - в священном трепете Актёр Пандоры хотел отказаться. -Ты споришь с моим решением? – строго поинтересовался Айнз. –Хочешь заставить меня ждать пока ты самостоятельно доберёшься? – заворачивая так далеко, Момонга хотел добиться лишь одного, чтобы сейчас страж не спорил с ним, позже он даст внятное объяснение, почему даёт ему возможность свободно перемещаться по всему Назарику. Да-а, эта привилегия должна быть заслужена и некоторые стражи давно её заслуживают, просто случая подходящего не было. Актёр Пандоры пока особо не заслужил подобной чести, Айнз просто хотел облегчить себе жизнь и не ждать творение, для того чтобы как можно скорее поговорить с ним тет-а-тет. -Не смею! – воскликнул Актёр Пандоры и всё равно с некоторой опаской принял кольцо, нервничая от самой мысли, что столь ценная вещь не просто в его руках, но теперь будет на пальце! Остальные стражи с завистью взирали на такую благосклонность от Владыки, но многие это приняли более спокойно, считая нормальным, что личное творение так высоко над остальными. Многие, кроме Альбедо. По её взгляду было понятно, что она ещё попробует прояснить вопрос главенства, ведь именно у неё титул «Главы Стражей». «Этого и следовало ожидать, но думаю, что вскоре Альбедо будет разочарована» - Момонга без особого сожаления констатировал факт, зная, что будет в будущем. Едва Повелитель Назарика и страж сокровищницы исчезли, воспользовавшись кольцами, прочие стражи разошлись. Демиургу помогли его демоны, которых игровое золото восстановило, ведь с гибелью сюзерена по связи через «последнюю услугу» погибли и вассалы. Поэтому цена воскрешения Демиурга и всего что к нему прилагалось, была такой заоблачной. Однако на фоне всех вод, коими были финансы гильдии, была потерянная лишь одна небольшая река, и оставалось ещё приличное число озёр и рек, поэтому Айнз не волновался, ведь он постарался предусмотреть всё, чтобы в будущем это не повторилось. Хотя предстояло отдать солидное озеро денег, чтобы исправить Актёра Пандоры. Вот об этом Момонга собирался поговорить со стражем. Ему придётся быть строгим, но справедливым, подобно отцу, потому что своё поведение пять лет назад он считал не более чем ребячеством! Это прискорбно осознавать, но будучи физически взрослым у него взыграл комплекс подростка. И хотя это произошло во время игры в Иггдрасиль, но продлилось недолго, а сделанного на тот момент не воротишь. Но это касается лишь поступков, с Актёром Пандоры же всё иначе. Айнз был рад, что хотя бы тут есть возможность смягчить фактор прошлого…