Overlord - Высший Кровавый Лич Момонга (Айнз Оал Гоун)

Предупреждение: дань уважения любимому фандому Сайлент Хиллу! Микро-кроссовер. Прошёл год, в течение которого было не так много событий, с момента последней войны - Колдовского Царства с Королевством Робл. Король Рэ-Эстиза внял словам мёртвого мечника и назначил новым кронпринцем своего второго сына Занака, а единственную дочь Реннер – ближайшим советником, да и в целом больше общался с детьми на государственные темы, убеждаясь в том, что отпрыски справятся с любой непростой ситуацией. Император Багарута – Зиркниф также получил предложение о выкупе своих земель Колдовским Царством и без малейшей задержки дал согласие, что поспособствовало в дальнейшем более благосклонному отношению государства в форме низких цен и скидок на некоторые полезные товары для народа Империи. Обе страны вскоре узнали чудовищные подробности последней войны, отчего кровь у них стыла в жилах от ужаса. Собственно на основе страха, что однажды всё могущество Короля-Заклинателя повернётся против них, они и вели максимально дружественную политику с теми, кого всегда считали врагом – разномастными монстрами Царства Айнза Оал Гоуна. Впрочем, некоторые из мирян обоих государств, что ближе всех к границе отделяющей их от столь пугающего соседа, смогли в некотором смысле побороть неприязнь, страх и даже наладить чуть более плотный контакт, помимо обычной вежливости. Недавно созданные несколько браков людей и полулюдей обещали начало новых отношений между расами, которые с одной стороны давали надежду на светлое будущее, но пугали некоторых параноиков до потери всякого здравого смысла. Но именно эти пары использовались каждой страной, чтобы по возможности шпионить и узнавать чуточку больше об опасном соседе. Ведь некоторые новости узнают сначала жители Царства, а затем уже и их соседи. Так, например, Зиркниф первым узнал, что такое многообразие полулюдей там находится неспроста. Король-Заклинатель ставит эксперименты по выведению гибрида, в различных вариациях и комбинациях. Часть этих опытов была успешной, подарив миру такие сочетания как тарв и ехидна, нага или серпент и людо-ящер, даже были попытки скрестить дракона и людо-ящера, пока не успешные в основном для носителя. Но было много и неудач, которые чаще всего заканчивались тем, что зачатие не произошло, что плод погибал, не сумев развиться, и реже всего, что умирал при рождении. (ещё одну неведому зверушку я представлю во втором эпилоге, ибо она не может родиться без кое-чего важного… *подмигиваю*). Да и как выяснилось, брак с людьми даже поощрялся Айнзом Оал Гоуном, но почему, теоретически предположил Флюдер Парадин, что разбавление крови улучшает шансы на чуть более благоприятное слияние наследия. Человек и многие виды полулюдей отлично сочетались вместе, кроме пожалуй тавров и кентавров. Эти виды получеловека был слишком огромен для человека и чисто физически не могло быть ни полового акта, ни вынашивания плода. Таким образом, получившийся гибрид может дать потомство от получеловека с совершенно иным типом характеристик. Допустим, потомок бафолка и человека в последствие, может, с чуть более высокой вероятностью успеха дать жизнеспособное потомство от кого-то из змеиного народа. Но глубоко вникать в эти дебри Зиркниф не стал, страшась одной лишь мысли, что когда-нибудь все эти гибриды ещё и станут чудовищной армией. Свойства и способности этих тварей противоестественного слияния неизвестны, а значит, это ставит их в стратегически невыгодное положение. Хотя бы потому, что наследие многих змеелюдов – природная способность к магической невидимости. Нет лучшего шпиона, чем тот, которого ты даже не можешь увидеть и обнаружить без ощутимых затрат некоторых ценных ресурсов. И вот этот год увенчался приглашением от Короля-Заклинателя. Он звал глав соседних государств «погостить» и выслушать кое-что очень важное. Ранпосс III, Занак и Реннер, а также Зиркниф и его приближённые быстро отреагировали и прибыли так скоро, как только смогли. В любом случае они встретились с правителем Колдовского Царства не раньше, чем все оказались в сборе. Зиркниф уже ранее бывал в Великой Гробнице Назарик и второй приезд уже не до такой степени шокировал молодого Императора, чего не скажешь о гостях с Рэ-Эстиза, которые находятся здесь впервые. Их реакция была бесценна своей комичностью, но Зиркнифу было не до смеха, ведь он узрел в них самого себя. Но это не значит, что тот жалел их или сочувствовал им, нет, Зиркниф просто осознал неизбежность такого сценария и уменьшение морального ущерба абсолютно невозможно. Даже его предмет подавляющий ментальное воздействие не был в полной мере эффективен в Подземной Гробнице Назарик. Само место угнетало, а её жители плевать хотели на любые магические преграды и способы самозащиты. Гостей провели мимо тронного зала в помещение, которое можно охарактеризовать как «зал переговоров». В светлой и со вкусом обставленной комнате был огромный круглый стол не меньше, чем на сорок персон, и во главе стола сидел Айнз Оал Гоун, жестом приглашая присесть туда, куда пожелает душа гостя. После обмена приветствиями и любезностями, Король-Заклинатель сразу же перешёл к делу, что было его отличительной положительной, но пугающей чертой. Слишком долгие светские обмены любезностями утомляли Высшего Лича, и тот предпочитал говорить исключительно по существу. -Итак, я бы хотел ещё раз выразить свою благодарность за содействие развитию Колдовского Царства путём продажи ваших земель. К сожалению далеко не все соседи откликнулись на мою просьбу. Если точнее, то Теократия Слейн не дала никаких ответов. В течение полугода я посылал пернатых товарищей с посланием, в котором просил о переговорах, но всякий раз чувствовал, что посланец был уничтожен. Что было с посланием, мне неведомо. Иными словами, это государство вообще не хочет идти на контакт и общаться со мной в какой-либо мирной форме, - огорчение отчётливо было слышно в тоне лича, отчего у всех прошёлся мороз по коже от мысли, что же в итоге решил Король-Заклинатель. -Возможно, было бы резонно попросить вас, как представителей одного вида, помочь мне, однако, я прекрасно знаю, что вы и сами не в ладах с Теократией Слейн. Так что вместо этого я прошу вас поддержать меня в другом направлении – открыто заявить о согласии с дальнейшим моим решением в отношении Теократии Слейн. Айнз сделал многозначительную паузу, во время которой люди едва ли не забыли, как дышать от напряжения, охватившего их душу. -Я намерен объявить им войну и по праву победителя забрать всю их территорию, - огласил лич свой приговор. -Мы поняли вашу просьбу, но какая будет наша роль в этой войне? – первым подал голос Зиркниф, который нервничал меньше других благодаря амулету и какому-никакому опыту общения с этой нежитью. -Простая и не затейливая. Всего лишь закрыть свои границы для бегущих из нор крыс и лично присутствовать в битве возле меня. О безопасности не беспокойтесь, моя магия и мои слуги – самая надёжная защита, учитывая удручающую военную мощь противника, - с ноткой высокомерия промолвил Момонга. -То есть мы не должны помогать беженцам и своим присутствием образно согласиться с вашими действиями? – уточнил Ранпосс, и у старика заболело сердце, но тот не подал виду. -Всё верно, - подтвердил Айнз, вдобавок кивая черепом. –Учитывая состояние вашего здоровья, вас вполне может заменить кронпринц Занак. Также вы можете взять с собой свиту, чтобы не заскучать, поскольку моё общество может в прямом смысле вогнать в смертельную тоску, из-за моей не любви к светским беседам без должной цели, - тут же добавил Момонга, выражая своё снисхождение к слабой черте всего сущего среди живых – смертности. -Есть ли ограничения на размер спутников? – деловито поинтересовался Император Багарута. -Да, не более двух особ. В случае же принца Занака и его советницы принцессы Реннер, они могут взять по одному спутнику, хотя в сумме их будет четверо, тогда как вас трое. К сожалению, я не вижу выхода из этой ловушки, чтобы соблюсти честность и никого не обидеть, - вновь с какой-то непонятной печалью промолвил Айнз. -Что если я возьму своего старшего сына? Хотя он не будет наследником престола, но ему уготовано не последнее место в свите Императора, я доверяю юноше, как никому другому, - предложил Зиркниф, чтобы разрешить неловкую проблему лича. -Это будет прекрасно. Но разумно ли тянуть с поиском наследника на престол? Всё же этот вопрос затрагивает не только то, кто возьмёт бразды правления в свои руки, но и кто станет для вас опорой при жизни. Ах, нет, простите мою навязчивость. Просто я оцениваю ситуацию с позиции своих знаний и взглядов. К примеру, молодая Святая Королева так и не выбрала себе супруга, не родила дитя, что обладало бы правом на престол и не назначила кого-то из близких, кто шёл бы вслед за ней, как итог Королевство Робл, едва не осталось без правителя, если бы старший брат не вылез, как чёрт из табакерки. Впрочем, я понимаю, почему вы мешкаете с выбором, и одна из причин – поиск любви, а вторая – заговоры и мятежи с целью скорее занять место предшественника. Воистину это не спокойные условия, для уверенного правления. Как вам только удаётся держать всё под контролем? Не поделитесь секретом? – под конец неприятной для гостей речи, Момонга подался чуть вперёд, сосредотачивая заинтересованный взгляд ярко мерцающих алых точек на Зиркнифе. -Вы весьма проницательны и верно озвучили причины, по которым я не спешу искать себе наследника. Однако, есть ещё одна причина – никто из моих сыновей не унаследовал целиком и полностью мои умственные и внешние данные. Я бы хотел, чтобы точная копия меня и дальше поддерживала порядок. Для этого я ищу ту единственную, кто сможет родить мне такое дитя, а любовь дело наживное, - весьма спокойно на первый взгляд ответил Император, но в груди бушевала буря. И Момонга её чувствовал. Определённо его слова и вообще всё происходящее вызывало дискомфорт даже у такого человека как Зиркниф, который славился тем, что был превосходным правителем. Для человека, он сделал столько всего, что даже монархи его прошлого мира позавидовали бы упорству Императора. Но вот о методах Айнз частично догадывался и позже не был сильно удивлён, хотя и хвалил мужчину за мужество, с которым тот с юности держал себя и окружающих в ежовых рукавицах. -Ах, понятно. Что ж, в этом есть смысл. Тогда желаю вам успехов в поисках! – промолвил Айнз скорее для галочки, но сам же сильно сомневался в успехе и считал этого человека идеалистом, ищущим то, что по факту недостижимо и не возможно в природе. -Благодарю, - в том же тоне поблагодарил Зиркниф. -Теперь о деталях, если вы, конечно, не передумали сию же минуту, - после его вопроса люди синхронно отрицательно покачали головой и Момонга продолжил. – Прежде всего, я подготовил артефакты блокирующие ментальное воздействие вплоть до паники. Снарядите им себя и своих будущих спутников, поскольку в дальнейшем наше совместное путешествие будет иметь место активации моих аур, - Айнз при помощи левитации отправил гостям красивые медальоны на подобие того, что он когда-то одалживал Нее Барахи, когда они вместе шли на штурм города. –Мы будем перемещаться при помощи дракона-нежити, на спине которого будут комфортные апартаменты. Прислуга будет иметься наличие, но главное, сражения будет вести мой страж единолично. После упоминания о страже, у сведущих выступил холодный пот, а кто ничего не знал о таковых личностях, удивлённо посмотрел на Короля-Заклинателя. -Прошу вас, наденьте предметы прямо сейчас, - скорее уж потребовал, нежели попросил Момонга, но не стал акцентировать внимание на своём тоне. Едва люди выполнили сие простое действие, как в комнате стало холодно, но терпимо, а вокруг Короля-Заклинателя зримо появилась тёмная аура. -Заратос, приди! – властным тоном с громоподобным эхом воззвал Момонга. В вихре невесть откуда взявшегося алого призрачного пламени появилась фигура огненного всадника, тот смеялся как безумец, а голова существа, жившая отдельно от тела, летала по всей комнате. Присутствующие признали в дивном чудовище легендарную нежить – даллахана, безглавого призрачного всадника. -Повелитель мой, я услышал твой зов! Отдай приказ, я к битве готов! Устрою резню и кровавую бойню! Низвергну всех в Ад, А коль сбежать захотят, Так пламя моё настигнет их жалкие души И оставит лишь пепел в далёкой глуши! (и тут автор кается: хреновый из меня рифмоплёт). -Прекрасно, что ты в добром здравии. А теперь запомни этих людей, что будут меня сопровождать во время твоего дебюта. Твоё пламя должно воспринимать их, как союзников, - предупредил Момонга, ведь именно за этим он устроил эту встречу. Помимо того, чтобы Заратос не оплошал и не сжёг дотла тех, кто находится под его защитой, Айнзу хотелось узреть и ощутить всю глубину того страха, ужаса или даже паники, которая разразиться в душе этих людей. И это вопреки тому, что на них подлинный и сильный магический предмет, блокирующий его и Заратоса влияние на психику с помощью расовых пассивных способностей. По сути, всё остальное – результат игры разума смертных. Если они считают, что перед ними что-то, чего они должны бояться, они будут бояться, а ведь без предмета ещё не узрев опасность, уже показали бы магию сверкающих пяток. Всадник вернул свою голову к телу, и та зависла над огненной пропастью, где отсутствовала предполагаемая шея между двумя острыми концами воротника длинного плаща. Страж осматривал людей в целом и в тоже время каждого индивидуально. Плотный огонь, служащий мимикой далллахану показывал разные спектры эмоций безглавого призрака, от изумления до скептического отношения, а под конец и вовсе презрение с ненавистью, с последующим хищным оскалом и негромким ехидным смехом. -Я зрителям в зале всегда рад! Но похвала Владыки, лучше всяких наград! – промолвил Заратос и, дёрнув поводья, навёл своего скакуна на гостей, вмиг проезжая сквозь них, а затем совершил полёт к потолку, сделал круг и исчез в знакомом вихре огня, столь же громко хохоча, как и в первый раз. Люди сжались, прижимаясь друг к другу, ведь сработал психологический инстинкт в форме попытки укрыться от беды под боком того, кому доверяешь. Физического и психического вреда им не причинила выходка даллахана, исключая их собственное самовнушение. -Не обращайте внимание. Таков уж нрав этих призраков. Заратос к тому же ещё и поэт, и безмерно любит говорить стихами, но без моего приказа отказывается разговаривать обычной формой речи, - с ноткой веселья промолвил Айнз, тем самым поясняя, что не властен над некоторыми повадками в своём слуге. Будь это всё ещё игра Иггдрасиль с её старым методом работы ритуального зала, то Момонга ни за что бы не оставил в настройках подобную эксцентричность, но если задуматься, что этот ритуал действительно в полной мере отобразил его – Айнза в форме нового творения. А нежелание, чтобы это было видно всем и каждому связано с тем, что он периодически играет на публику и просто отчасти связано с его менталитетом японского прошлого. Заратос это самая тёмная сторона души Айнза, весь его гнев и озлобленность на мир, что так был несправедлив. В итоге он сам устанавливает меры справедливости и праведности, благо ему дана такая власть. И Момонга прекрасно понимал, что вкусив её, та уже развратила его до невиданных масштабов. Подобно запретному плоду или прекрасной деве, оказавшейся шлюхой, вседозволенность во власти взяла над ним верх. Чего греха таить, когда Айнз был не против? Будь у него губы и язык, сейчас бы он уже облизал их в предвкушении долгожданного финального акта. На момент мести Святому Королевству этот план был на задворках ума, и вот через год он довёл его детали до ума, найдя в нём место непоседливому призраку, жаждущему не сидеть без дела, а действовать. Из всех стражей Назарика у Заратоса был самый огромный и разрушительный потенциал. Даже Коцит проиграет призраку, если вызовет на дуэль. Дело не только в навыках, но и в мощи, которую Заратос вкладывает в каждый удар. Казалось бы, что такого, если разница в пять уровней? На самом деле это ощутимая дистанция, но ещё не означающая гарантированное поражение, однако, в дело вступает война стихий. И вот тут разница в уровне даёт Заратосу ощутимое преимущество над Коцитом, как впрочем, и над любым другим стражем Гробницы Назарика. -Ваше Величество, позвольте попросить вас об одолжении, - робко обратился принц Занак к Королю-Заклинателю. После многозначительного кивка, кронпринц продолжил. -Позвольте мне взять в качестве спутника одного из ваших Рыцарей Смерти - сэра Газефа Стронофа, я бы хотел немного пообщаться с тем, кто в детстве учил меня азам фехтования. -Не имею ничего против, - пожал плечами Айнз, поскольку не видел в этом ничего противоречащего его планам, напротив, Строноф сможет быть ему глазами и ушами в человеческом обществе, а также ещё одной линией защиты. Уж он-то искреннее не пожалеет сил, чтобы защитить тех, кого сам предложил на роль будущих правителей Королевства Рэ-Эстиз. И в этом предложении Момонга не был соучастником, то была полностью инициатива Стронофа, впрочем, вполне удачная. -Благодарю вас. Кстати, когда и где нам надлежит встретиться? – поинтересовался кронпринц. -Полагаю вам нужно некоторое время, чтобы разобраться с некоторыми делами, в частности вам Император Зиркниф необходимо оставить заместителя на время вашего отсутствия. Касательно продолжительности войны, я планирую закончить её за месяц, поскольку новые территории нужны уже сейчас, - размышляя над вопросом вслух, Айнз закончил всё следующими словами. –В итоге встреча состоится через неделю возле входа в Назарик. К месту сражения мы отправимся верхом на драконе, но с помощью магии телепортации. Гости смогли только кивнуть, а затем, вежливо попрощавшись, покинули зал в сопровождении нескольких горничных, в качестве проводников. Им предстояло морально подготовиться к кошмару, который будет твориться перед их глазами возможно круглые сутки весь последующий месяц со дня следующей недели. Также не лишним будет поразмыслить, кого взять с собой. Основная задача спутника – моральная поддержка, всё же общение с нежитью само по себе малоприятная альтернатива. А Король-Заклинатель так вовсе не знает меры своим словам, хотя и демонстрирует своё осведомлённое представление о человеческой душе в целом. Причины такого контрастного поведения были самые разные, но большинство в мыслях сходилось к одному конкретному выводу – Высший Лич гениальный актёр. Где нужно, проявляет заботу, доброту и понимание нужд смертных, а где можно показывает свою истинную сущность. И во всём этом спектакле во главе угла – выгода. Им нужно быть интересными и выгодными зверушками для Айнза Оал Гоуна, чтобы он и его ужасающая мощь не обратилась против них. В этом вопросе о гордости не может идти и речи, а высокое самомнение на её почве так и вовсе подобно противному жужжанию ничтожного насекомого, лишь разгневает столь могущественное существо с божественным рангом, что выше любых героев. * * * Ровно через неделю возле поверхности около входа в Назарик собралась необычная компания. Тут был и кронпринц Занак Валуриан Айгана Райл Вайселф и его младшая сестра по совместительству советница Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф, а также её личный охранник Клаим, с которым юная леди обычно никогда не расстаётся. Рядом с принцем стоял Газеф Строноф, мило ведя светскую беседу. Неподалёку стоял Император Зиркниф Рун Фэрод эль Никс, со своей свитой из: сильнейшего рыцаря Багарута - Нимбла Аку Дил Анокка, генерала Кавейна и старшего из множества своих сыновей – Регерита Рун Фэрода эль Никса. В отличие от большинства отпрысков, каждый скажет, что Регерит ближе всех подходит к требованиям Зиркнифа, но все-таки, по мнению Императора недостаточно хорош, чтобы получить право наследовать престол. Однако, прозябать таланту тот не позволил, приближая отпрыска не как любимого сына, а как верного слугу и товарища в делах государственных. Все люди и один Рыцарь Смерти ждали только виновника этого собрания – Короля-Заклиантеля. И Айнз Оал Гоун не заставил гостей ждать слишком долго, показавшись перед ними вместе с безглавым стражем, что стоял чуть позади своего Владыки. После обмена приветствиями и любезностями, Айнз воспользовался запечатывающим кристаллом, в котором содержался ездовой летающий зверь. -Смертокрыл, приди, - Момонга вызвал дракона-нежить. Существо предстало перед глазами собравшихся в полной своей красе: экипированный в первоклассную броню, с огромными апартаментами на спине, которые напоминали небольшое, но комфортное жилище, для долгих путешествий по воздуху. В этот момент из входа гробницы показались фигуры двух личей в невероятно скромных чёрных мантиях, полностью покрывающих их тело, кроме лицевой стороны черепа и рук. А между ними стояла прекрасная полудевушка полузмея, коих в Колдовском Царстве звали Ехиднами. -Господа, позвольте представить вам прислугу на время нашего путешествия. Зилав и Груд – Старшие Личи исполнят ваши пожелания в любое время суток. А Наджира, является Ехидной и прекрасным поваром, с безупречно отточенными навыками в приготовлении любого блюда. Как видите наше общество получилось неоднородным и смешанным, но я надеюсь, что итоге все будут довольны предстоящим путешествием, - закончив с высокопарной речью, Айнз подошёл к дракону и с помощью магии создал нечто вроде лестницы для себя и гостей. Первым поднявшись на борт живого летающего корабля, Момонга дождался, пока остальные не окажутся внутри. К слову внутреннее убранство было комфортным с точки зрения живых, даже более ориентированным на человеческую расу. Главная палуба имела выход на несколько балконов, а также к носовому мостику для кучера, при этом на ней была удобная мебель, не прикрепленная к полу, и проход в коридор, где ещё две встреченные двери вели в раздельные спальни и на кухню. Есть одна вещь, которую Айнз не предусмотрел – место для справление малой и большой нужды. Позже было найдено несколько позорное решение – горшки, очищаемые с помощью магии. Также тут не было ванной комнаты, но и тут было найдено решение чуть позже – реки и озёра. Момонга всё равно планировал делать привалы раз в сутки, чтобы люди выспались, как следует, если конечно кто-то вообще будет в состоянии уснуть. Едва все пассажиры оказались на борту, Айнз вышел на носовой мостик кучера и взял поводья. Окинув взглядом мечущегося около шеи дракона даллахана, который был весь в нетерпении и предвкушении, Высший Лич произнёс заклятие массовой великой телепортации и переместил их прямо в столицу Теократии Слейн. Смертокрыл завис над городом по воле Айнза, также его кивок призраку был сигналом о начале войны, вернее резни. -Явитесь из тьмы, слуги мои. Сейте смерть, раздор и войны! Откликнитесь же на мой яростный зов! Пусть сгинут в огне души глупцов! – пугающий стих был подобен заклятию, и на момент молвы рядом с Заратосом образовывались фигуры – точь-в-точь копия самого стража, только цвет пламени и отличал этих призраков. Впрочем, недолго так было, вскоре они все стали неотличимы. В безумном смехе всадники вооружились мечами и быстрее молнии поскакали на праздник для нежити – убивая, сжигая и разрушая всё на своём пути. Неважно, кто был перед ними, старик, женщина, ребёнок или воин, они не щадили никого. Не оставили в покое никакую живую душу, даже животных сжигали своим пламенем, оставляя лишь пепел и тлен. Кто искусно прятался, в итоге погибал внутри укрытия или от дыма или от огня, что упорно настигал свою жертву. Мольбы, плач и стоны страданий не могли помочь несчастным, лишь развлекали и питали бездумных и жестоких призраков, подливая масло азарта в их яростное пламя. Первые несколько часов Айнз просто бесстрастно наблюдал, как истлевают насекомые в неистовом пламени огня, и чуть приободрился, даже перенял дух веселья всадников, лишь в тот момент, когда появились шишки Теократии из всех Писаний - сильнейшие заклинатели всего государства. Вот их потуги борьбы были хоть сколь-нибудь захватывающими. И Заратос чувствовал, что не стоит слишком быстро лишать этих букашек жизни, и очень долго играл с толпой заклинателей, но когда Владыка растерял к ним интерес, всадник просто окончил сие жалкие трепыхания смертных одним ударом меча или кнута. Гости на борту наблюдали за всем из-за окон главной палубы, и первое время сохраняли спокойствие, а потом некоторым становилось плохо, они прекращали созерцание ожившего кошмара – отдыхом на мягком диване и глотком свежей воды. Когда началась битва безглавых всадников с заклинателям, Зиркниф с Ниблом и Кавейном были первыми кто хотел поближе рассмотреть происходящее, на что Старший Лич Зилав сообщил Императору, что они могут выйти на балкон и не беспокоится за свою безопасность по причине того, что всё «седло» дракона окружено защитным магическим куполом, аннулирующим слабую магию вплоть до четвёртого уровня. А ведь все противники могли использовать максимум третий уровень. Троица уверившись в безопасности вышла посмотреть красочное и пугающее шоу. Они не могли не ужасаться тому, сколь сильны и могущественны даллаханы Айнза Оал Гоуна. Притом только Зиркниф понял, что страж поддаётся и играет с наивными заклинателями, точно кот с мышью, но ровно до того момента, пока сам Король-Заклинатель с живым интересом наблюдал за происходящим. Когда же Айнз перевёл своё внимание на что-то более интересное, жизнь заклинателей вмиг был оборвана всего одним взмахом меча или кнута. Чуть позже один из всадников принёс несколько тел павших заклинателей и Момонга перед небольшой публикой создал ещё трёх Высоких Личей, которые будут защищать на балконе гостей от магии выше четвёртого уровня. Имена трёх новых мертвецов опять были странные, для человеческого уха: Нимлот, Увару и Курт. Процесс сотворения был малоприятный, к тому же людей больше пугал тот факт, что Айнз Оал Гоун делал это без каких-либо усилий, казалось, что для лича это не сложнее, чем человеку дышать. Такая естественность действий напоминала скорее бессознательный характер, чем осознанный и вызывающий трудности в какой-либо области. А ведь под ними ещё неисчислимое число жертв – трупов, которые могут стать нежитью, что обладают разной степенью угрозы человеку. Страшно представить, если Айнз решит поднять всех павших и повести такое угрожающее войско мёртвых в бой. Но как Король-Заклинатель и говорил – основную работу сделает страж Заратос. И было понятно, почему акцент стоял на нём. Этот монстр наслаждался процессом, горя ярче, чем звёзды в чистом ночном небе. И, похоже, что его веселье частично влияло на Айнза. «Их аппетиты в этой бойни не знают границ!» - сделали вывод люди, когда после разорения столицы, Король-Заклинатель направил дракона к ближайшему поселению. До самой полуночи в общей сложности было уничтожено четыре населенных пункта, и только тогда Айнз опустил дракона на землю, чтобы совершить привал. -Итак, первый день был, безусловно, плодотворным, но сейчас вам необходимо отдохнуть. Я, конечно же, мог бы приказать Заратосу продолжить сражаться, однако, хочу лично присутствовать и понаблюдать за происходящим. Располагайтесь, и спокойной вам ночи, - после своего обращения к людям, Айнз вышел наружу, и вскоре нашёл своего стража. Тот зажигал костёр по просьбе Наджиры, которая хотела приготовить особенное блюдо и ей необходимо сделать это на открытом огне, а после пригодятся и угли для дополнительно обработки картошки. Позвав своего слугу, они отошли чуть в сторонку, чтобы переговорить и не отвлекать повара от приготовления пищи, что утром будет подана на завтрак. -Ну, вот ты и дождался своего часа, Заратос. Как тебе битва с заклинателями? – поинтересовался Момонга. -О, это было высшее счастье, вершина блаженства! Хотя букашки неприятно жалили, но в остальном были слабы, что и ожидалось от таких червей, как эти смертные. Просто топливо для моего пламени, - без стихов, но невероятно эмоционально ответил безглавый всадник, который редко расставался со скакуном и сейчас не изменил своей привычке. -Понимаю твоё разочарование, но из них вышли отменные Высокие Личи, значит, их существование не такое уж и бесполезное, в посмертном служении, - согласился Момонга. -Это в порядке вещей, Владыка. Все черви послужат вам и живыми и мёртвыми, но лучше мёртвыми, - пламя призрака сформировало то, что можно назвать улыбкой хищника - оскалом. -К слову, мой Повелитель, Война нашёл кое-что интересное в этом лесу, только что, - добавил Заратос, и указал на место, откуда прискакал выше упомянутый всадник. В руке воин нёс какое-то живое существо. Айнз почти сразу определил, что это был человеческий подросток и судя по робе – жрец света, но вероятней всего пока ещё чей-то подмастерье или послушник из храма. Безглавый всадник остановился и бросил добычу так, чтобы та оказалась между Заратосом и Владыкой. Парень не спешил вставать, и исподлобья созерцал две ужасающие душу нежити. Из-за активных аур, пленник крупно дрожал, а его мочевой пузырь был давно пуст, но бежать тот не пытался, и просто беззвучно плакал. На лице парня были эмоции ужаса и паники, подросток явно мечта оказаться даже перед носом дракона, а не под взором мёртвых чудовищ из легенд и мифов. -Занятная зверушка. Успел значит сбежать из своего городка, до того момента, как Заратос перекрыл всех выходы с помощью пламени? – поинтересовался Момонга. Парень ничего не мог ответить, ужас был столь сильным, что язык не слушал команд мозга. -Отвечай, когда Владыка спрашивает, червь! – разозлился Заратос и ударил хлыстом рядом с парнем, оставляя обугленный след. Подросток вздрогнул и сжался, ещё сильнее загоняясь разумом в ловушку паники и отчаяния. -Ну-ну, Заратос. Поэтому я тебя не брал с собой раньше, ты неверный подход применяешь, чтобы получить желаемую информацию. Страх вещь полезная, но с некоторыми запуганными животными он попросту не сработает! Иногда мнимое миролюбие может расположить к себе, важно лишь не излучать враждебность, - поучительным тоном объяснил Айнз, частично укоряя стража. -Да, Владыка, простите, - чуть присмирел даллахан и его копия повторила жест за оригиналом, выражая в поклоне свои извинения. -Впрочем, это не важно. Момент упущен, хотя шансы и были изначально малы, а теперь их нет вовсе, - с лёгким расстройством констатировал факт лич и приблизился к человеку, а нависнув над ним, промолвил. –На что же ты сгодишься? Айнз поднял парня за шиворот одежды, как недавно его тащил всадник, и осмотрел сжатую фигуру со всех сторон, а затем вынес вердикт. -Создание Великого Предмета – стол, - возложив жертву на плоскую поверхность, Айнз приковал окончательно сошедшего с ума от паники парня, чтобы тот не рыпался и не сбежал. Высший Лич разорвал одежду парня, обнажая щуплое тело и невинно коснулся грудной клетки. -Биение жизни столь привлекательно и интимно, знаешь ли ты об этом? – жутким, почти злодейским тоном промолвил Айнз. Каким-то чудом до парня ещё доходил смысл слов монстра, который решил, что заберёт его душу. -Из-за того, что я нередко контактирую с живыми, пассивный навык наносящий урон живым всегда отключён. Но для тебя я сделаю исключение, - в этот момент там, где пальцы лича соприкасались с кожей, парень ощутил жгучую боль. Момонга забрался на стол, нависая над хрупким парнишкой, а затем погрузил одну руку в грудь, минуя лёгкие и достигнув сердца, сжал столь желанный орган, пока свободная рука с мнимой ласковостью поглаживала лицо жертвы, оставляя жуткие тёмные следы – признаки иссушения жизни и разложения. Вопль нестерпимой боли и ужаса сотряс окружающий их лес, но гости, если уже спали, не проснутся благодаря барьеру, который Момонга заранее предусмотрел, если люди пожелают поспать днём, а в это время будет идти сражение. Айнз склонился чуть ниже к подростку и не отказал себе в удовольствии несколько интимно прокусить губы, подбородок, а затем и вовсе чуть ранить кожу на шее, не погружаясь во внутрь, ибо не был уверен, что не заденет сонную артерию, которую он хорошо видел, но также понимал, что она сейчас просто неимоверных размеров из-за бешеного потока крови. Убрав руку от лица, Момонга опустился чуть ниже и вспорол живот парню, блуждая по внутренностям, ради алой эссенции, которую потом размазывал по черепу и вскоре начал безумно смеяться, выражая своё искреннее наслаждение процессом. -Изысканная смерть от рук моего Владыки! Тебе выпала неслыханная честь, червь, - пророкотал рядом Заратос, объезжая пару по кругу и наблюдал за процессом со всех сторон. Но вскоре сознание человека стало угасать и Айнз, с некоторой долей разочарования оборвал нить жизни – раздавив сердце. -Вот только его душа слишком мимолётна, но мне хочется именно представителя человеческой расы, ибо троллей и драконов уже было предостаточно, - капризно заявил Айнз. -Мор обнаружил несколько гостей, с непомерным любопытством - неожиданно промолвил Заратос. Тут же из-за деревьев были вытолкнуты две фигуры – молодой мечник Клаим и сын Императора - Регерит. Сделал это второй всадник, а третьего пока не наблюдалось. -Что же вам не спиться, господа? – с лёгким оттенком недовольства, поинтересовался Момонга. Хотя у этих людей и был медальон, оберегающих их от психической атаки, однако оба онемели от страха перед Высшим Личом. -Если вам было интересно посмотреть, тогда чего ж стеснятся? Подходите ближе, - с издёвкой предложил Айнз, взмахнув ладонью, как бы приглашая присоедениться. -Я вынужден отказаться, моё присутствие здесь вызвано беспокойством, что из-за шума принцесса может проснуться, - высказал светловолосый мечник частичную правду, и сделал шаг назад, желая поскорее покинуть столь неприятное и пугающее общество этих мертвецов. -А меня мучила бессонница, но кажется я вспомнил, что…что… - Регерит не мог придумать здравого оправдания, но про отсутствие сна в обоих глазах – правда, в итоге в голову пришла спонтанная идея –Что искал сэра Стронофа, чтобы кое-что спросить у столь опытного мечника! – воскликнул парень, натянуто улыбаясь. -Какая жалость. Что ж, тогда Газеф сам найдёт вас в ближайшее время, потому что он сейчас на патруле, - Айнз не видел за что мог бы зацепиться, да и неразумно будет что-то делать с этими двумя юнцами, как бы он того не желал. Лучше бы они не подглядывали и не будоражили нервы нежити, что вошла во вкус, испробовав крови, поскольку желание продолжить пир с их душами было невероятно велико, тем более в ночное время суток – когда всякая тёмная тварь полна сил и активна, как никогда. Едва два «храбрых» зайца исчезли с поля зрения Момонги, как Высший Лич устало вздохнул и переключил своё внимание на труп молодого жреца. -Смертные невероятно глупы и бессильны понять, когда стоит бояться и бежать, а когда неплохо бы на месте постоять, - презренно фыркнул Заратос. -Хоть страх это прекрасно, но как уже достало! Это однообразие подобно скуке. Заратос, если тебе встретиться человек, который не будет бояться, не убивай и приведи ко мне, - гневно промолвил Айнз. -Да, Владыка, твоя воля будет исполнена, - всадник отвесил поклон на коне. * На следующее утро, сразу после завтрака, кошмар повторился вновь. Притом, Айнзу было чем заняться всю ночь, ведь из пепла и праха тот сотворил несколько каменных статуй, которые тут же оживил и придал им особое значение. Инструктировав в них звук противовоздушной сирены, прямо как в одной древней, но очень известной игре его мира, Момонга послал этих монстров заранее перепугать всё население, чтобы всадникам было чуть более весело всех догонять и убивать. Существа в форме мифической мантикоры, обычного кота и ещё какой-то непонятной химеры занимали удобные места, откуда непрерывно завывали, создавая панику и хаос. Сам же Момонга прибыл через полчаса и Заратос вместе с копиями азартно отлавливали разбежавшихся овец, мгновение ока лишая их жизни, правда на сей раз пострадала вся округа, помимо очередного поселения. Деревья, поля и сама земля – всё было выжжено дотла и обугленной черноты. Зрелище на сей раз было чуть более, чем просто интересным, и Момонга был доволен тем, как сработала его задумка и отныне вперёд них всегда шли «каменные завыватели» и терзали душу чудовищным звуком сирены, а после на сцену выходили даллаханы. На второй день, на палубе отсутствовал только один человек – Регерит. И Айнз прекрасно понимал, что недавнее ночное зрелище не прошло для психики молодого мужчины бесследно. В конце концов, у паренька такая же нежная душа, как и у Зиркнифа, но Император ещё стоически держится, поскольку положение обязывает. Впрочем, вопреки тому, что зрелище для человека было тошнотворным и у них в здравом уме не полезет кусок в горло, но благодаря особому зелью, которое создал Энфри Барил, по приказу Айнза, пища не спешила вывалиться наружу, поскольку варево имело общий успокаивающий эффект и благотворно влияло на пищеварение. Изначальная цель – помочь больным, когда и им от дурного состояния трудно съесть даже ложку того же куриного супа, но вполне пригодилось и в данной ситуации. Наджира не просто хорошо готовила, но и удачно смешивала зелье так, чтобы оно не портило вкус продукта, а напротив, подчёркивало. Догадывался ли кто-то из пассажиров о подобной манипуляции или нет, уже не важно. Главное, что люди стабильно питаются весь день, а ночью спят. Крепкий сон опять же обеспечивался снотворным зельем в чаше молока с мёдом. Однако, никого насильно этим не поили, поэтому неудивительно, что Регерит не смог забыть ужасов дневной бойни и спокойно уснуть, и во время прогулки, пошёл на пугающие звуки, застав столь нелицеприятную картину. Что до Клаима, то с мечником всё понятно, тот продолжает быть псом-охранником, хоть защитников тут предостаточно. Тот же Газеф Строноф, множество личей, в конце концов, сам Айнз и его страж. Но преданность делу была подобно шилу в пятой точке, и тот не мог себе позволить такую роскошь, как отдых, отдавая всего себя на защиту принцессы Реннер! Ближе к вечеру, Момонга решил сделать привал чуть раньше запланированного, и на то была веская причина – в лесу был обнаружен крошка-дракошка, и, судя по комментариям его союзников, малыш был представителем лесных драконов. Это весьма заинтриговало Айнза и он решил уделить некоторое количество своего внимания найдёнышу, чтобы узнать побольше об этой породе и по возможности отыскать его сородичей. На сей раз люди ужинали не в апартаментах, а на открытом воздухе. Конечно, пейзаж на горизонте был малоприятным, но вскоре станет совсем привычным, а пока небо заволокло дымом поднимающимся от сожженного дотла города. После трапезы большинство вернулось обратно на дракона, но принцесса Реннер и принц Регерит остались, ведя светскую и интеллектуальную беседу. Но в какой-то момент мужчина начал флиртовать с прекрасной дамой, надеясь на взаимность, а также возможное укрепление отношений между издавна враждующими государствами. Некоторые его действия сильно не понравились Клаиму, и верный защитник попытался вежливо отогнать нахала, но в итоге его отослала сама принцесса, тем самым соглашаясь с действиями Регерита. Мечник подчинился и перестал мешаться, но в душе у парня была боль и печаль. Он не хотел, чтобы этот проходимец использовал прекрасного ангела для своей выгоды, теперь тот мог лишь надеяться, что принцесса не совершит ошибку. Гулял он неподалёку, но вне поля зрения, и смотрел исключительно себе под ноги, а потому не заметил, как натолкнулся на чью-то фигуру. Отпрянув, Клаим с удивлением обнаружил, что это был страж Высшего Лича, и что самое непривычное – он был не на своём скакуне. Зачем же Заратос спешился? Но судя по некоторым действиям, даллахан предположительно…ухаживал за своим конём? -Ах, что за тоска, что за печаль в душе твоей? Тебя отравляет любовь к ней! -Но я знаю лекарство, позволь мне помочь. Лишись головы и дурные мысли пойдут прочь! Театрально играя огнём, чтобы создать маску сочувствия, а затем хищный оскал, Заратос пафосно коснулся меча и медленно достал оружие, указывая им на голову парня. Однако мечник воспринял это всерьёз, и тоже достал оружие, приготовившись защищаться, хотя внутри всё дрожало от страха. -Иль ожесточённая дуэль поможет тебе! Огонь яростной битвы, вытравит заразу в душе! -Сражайся смелей, иль падай же ниц, ведь Всадника ярость, не знает границ! Заратос тоже принял боевую стойку, и злодейски посмеиваясь, скрестил свой меч с клинком человека, но делал всё страж невероятно медленно, почти лениво. Для него бой с этим червём был не более, чем очередным развлечением. Только даллахан прекрасно помнил, что убивать того нельзя, но запрета на подобные шалости не поступало. Их сталь создавала музыку битвы, а движения напоминали танец. Хоть Клаим и выкладывался на все сто, потея в три ручья не только из-за прилагаемых усилий, но и потому что драться с огненным призраком было весьма жарко физически. Постепенно парень даже избавился от лишней одежды, чтобы та не стесняла движения и не перегревала тело. Сам же Заратос воистину танцевал и веселился, не сдерживая эмоции, заливался безудержным хохотом всякий раз, как парень оступался и едва не падал лицом в грязь. На звуки этой битвы сбежались все, кто это услышал. Первыми прибыла ворковавшая парочка, затем Император со свитой и под конец Айнз, с дракончиком в руках, который недоуменно смотрел на творящийся беспредел. Момонга сначала хотел было отчитать стража, но посмотрев на ситуацию с другой стороны, вернее глазами самого Заратоса, мысленно усмехнулся и решил не вмешиваться. Принцесса Реннер попыталась вначале разгорающейся схватки остановить Клаима, но тот отказался слушаться свою госпожу, да и страж упрекнул девицу, что та мешает лечению измученной души, намекая, что плачевное состояние парня – её вина. Поэтому в дальнейшем принцесса больше не лезла на рожон, мысленно надеясь, что даже если её верный пёс не победит, то покажет себя достойно перед этим высокомерным призраком. Когда парень уже еле на ногах держался, а руки начали дрожать от усталости и едва сдерживаемого гнева, Заратос решил подлить масла, дабы затухающее пламя их битвы продержалось хотя бы ещё на минутку. -Что же ты, сдаться решил? В битву вступить, против меня поспешил! -Душа твоя, уже обречена. Зачем принцессе такая труха? -Ты пёс беспородный, не благородной крови. И смелости в тебе, как у зайца и гоблина! -Но милость тебе, я окажу. Тяготы с души твоей, в один миг сниму! Провокация сработала, Клаим взялся за остатки своих сил и с диким рёвом атаковал стража снова и снова, стремясь доказать, что это ещё не конец и он не трус. Но вскоре у парня окончательно сдали нервы, ведь следующие попытки Клаима были бесчестными. Парень использовал землю, чтобы ослепить врага, а затем хотел заехать ногой в живот, поскольку по росту попросту никак не мог бы достать до головы, которая всё равно живёт отдельно от тела. Он уже перестал соблюдать честь воина-мечника, и опустился до всех известных ему подлостей, поскольку хотел скорее закончить, опасаясь, что потеряет сознание прямо во время битвы. Нога человека была перехвачена рукой даллахана. Страж одарил своего оппонента максимально презренным взглядом, мысленно уже поливая того оскорблениями на ряду с жестоким убийством, но сдерживался, позволив себе разве что незначительно причинить боль человеку, чуть сжав тому лодыжку. -Довольно. В другой раз продолжите спарринг, если вам это так нравиться, а сейчас время отдыхать, - вмешался Король-Заклинатель. Заратос вмиг отпустил парня и сам отошёл. Свершило то, чего опасался Клаим, сознание против воли ускользало в царство сна, но парня подхватил пришедший на помощь Строноф, появившись слишком поздно, застав уже самый конец этой непонятной ситуации. Именно Газеф отнёс Клаима в спальню, и остался рядом, дабы когда тот очнётся, отчитать идиота и возможно высечь, как сидорову козу. Остальные зрители тоже разошлись, и остался на поле боя только даллахан, лич и дракончик. Эта троица ещё некоторое время пообщалась, а потом и крошка дракон покинул парочку нежити, чтобы сладко выспаться на кушетке, что стояла на главной палубе. * Что же о самом дракончике. Тот оказался незаконно привезенным контрабандистами яйцом, но добрые люди отобрали у негодяев ещё не вылупившееся дитя и взрастили в лесу, где ему и место. Малыш пока плохо понимал, что такое печаль и горечь от потери дорогих тебе душ, и ненавидеть ещё не умел. Страха в сердце крошки тоже не было. Как позже Айнз узнал, этот вид драконов с рождения не испытывает страха из-за своей природной любознательности, однако, инстинкт и предосторожность у этого вида присутствуют, но на бессознательном уровне. Лесной дракон превосходно ладит со всем лесом и его обитателями, не агрессивен, не конфликтен, и что важнее всего – мастерски владеет маскировкой довольно высокого уровня с самого рождения. Так этот невероятно пацифистский вид очень редких лесных драконов и выживает с момента рождения. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Момонга так легко сошёлся с этим милым дракошкой. А тот хоть и понял, что лич причина гибели тех, кто его взрастил, но в нём перевесила природная черта, а новое знакомство с чем-то неизведанным, полным тайн и загадок, было подобно огню для мотылька – манил и не отпускал внимание. Врождённых знаний у малыша оказалось не так много, но чутьё сородичей присутствовало, что давало надежду Айнзу, найти других лесных драконов при помощи этого экземпляра. Люди назвали своего подопечного Валлийнис Эль Драгос, в честь дерева под названием «валлин», где было сооружено гнездовье. Проще говоря, они не заморачивались с тем, как назвать найдёныша, озвучив первое, что попалось на глаза. Они чуть запоздали с утренним отлётом к новым населённым пунктам из-за отправки Валлийниса в Колдовское Царство на попечение к Изере – матриархе небольшой стаи ледяных драконов. Но прибыв на место, обнаружили лишь тихий город. Вернее человеку и вообще кому угодно могло так показаться, но не парочке нежити. Айнз и его страж ощутили, что глубоко под землёй укрылось много людей, в иных укрытиях на поверхности было значительно меньше человек, и как Момонга предположил, это оказалась засада. Ещё одна волна заклинателей решила дать бой при помощи тактических ходов, а также они успели увести мирное население в безопасное место. «Проснулись, наконец. Начали совершать, хоть какое-то подобие действий, чтобы защитит эту страну» - сделал вывод лич с величайшим презрением к этим людям. Бой был скучным и быстрым, впрочем Момонга велел изловить живьём одного из заклинателей, и только после того как тот был доставлен на кучерский мостик, Заратосу было дозволено не сдерживаться. Даллахан с огромным наслаждением направил сильнейший поток пламени на землю, буквально расплавляя её. Вскоре безжалостный огонь настиг спрятавшихся в норах грызунов, поглощая в одно мгновение их хлипкие души. Каждый раз яростный призрак демонстрировал свою творческую натуру, убивая и уничтожая с особым изысканным вкусом, чем и сам искренне наслаждался. Но для невольных зрителей каждая такая сцена была подобна кошмару наяву, наказанию за неизвестные грехи ещё при жизни, хотя истинным проклятием будет только восстать как нежить и если есть в этом мире Бог, то лучше бы им не сохранить души в этом проклятом теле. Воистину это будет самая ужасная пытка – убивать своих близких и невинных, будучи покорной воле Высшего Лича отвратительной нежитью. А тем временем на мостике Айнз собирался разузнать, как они смогли организовать нечто подобное, и как догадались, что сегодня с утра они прибудут в этот населенный пункт. Используя магию подчинения, Момонга лишь задавал вопросы, а безвольный человек покорно отвечал, если располагал интересующей информацией. И подобная демонстрация его возможностей, ранее никому неизвестная, вызвала новую волну страха у пассажиров на борту. Благодаря Старшим Личам, что слушали перешёптывающихся людей, Айнз прекрасно знал, что конкретно их напугало, и параллельно Момонга слушал ответы пленника. Собрав информацию и рассортировав её в голове, лич снял заклинание и с насмешкой обратился к чужаку на своём летающем военном корабле. Иначе же такого питомца не назовёшь. -Спасибо за информацию, червь. Хватка сердца, - поблагодарил Момонга и, схватив алый орган, не спешил завершать заклинание – раздавить его цель и тем самым лишить человека жизни. От ощущения, как нечто невидимое внутри трогает его сердце и вот-вот сожмёт свою холодную смертоносную костлявую руку, человек запаниковал и с диким криком обратился к Королю-Заклинателю. -Нет, молю пощадите. Пожалуйста, умоляю! Я буду хорошим слугой, нет, преданным рабом. Я сделаю что угодно, только прошу вас, не убивайте меня…Я, я ведь наверняка не всё рассказал. Я… - речь была прервана из-за немого ужаса, когда рука сомкнулась чуть сильнее на сердце. -Лучший слуга – мёртвый слуга. И я сильно сомневаюсь, что ты владеешь какой-нибудь стоящей информацией об интересных вещах этого мира или же полезных сокровищах своей страны, - вот так Айнз фактически отмахнулся от слёзной мольбы о пощаде, словно не знает, что это такое. -Божественный дракон! Он в недоступном месте! – это всё что успел выкрикнуть человек, и сделал это вовремя, ибо Момонга сжал руку почти полностью, но всё равно ощутимо повредил сердце. -Отмена умения, - промолвил Айнз, а затем тут же достал палочку, снимающую негативные эффекты и Старший Лич помог напоить человека лечебным зельем. Всё было сделано быстро и вовремя. -Где же этот дракон? – шепотом промолвил Момонга прямо на ухо только-только очнувшемуся заклинателю. -В-в-в хра-аме. Заброшенном храме, что далеко на юге. Я не знаю точного местоположения! Мой статус позволял мне знать о его существовании и некоторые сведения, но мне не доверили иную информацию. И я лишь знаю, что силами этого дракона мы воскрешаем павших, даже тех, кто не подлежит воскрешению нашими силами. Тех, чьё тело повреждено или находится в неизвестно месте, но не удерживается магией. В том случае дракон тратить своё здоровье, а не манну, поэтому Божественный скорее всего ещё и крепко спит, чтобы восстановить потери, - тараторя так быстро как мог, чтобы рассказать всё, что он знал. -Любопытно. Я навещу его после зачистки моей территории от вас, черви. Но ты оказался полезным насекомым, поэтому я приму твоё служение. Кстати, назовись, – поинтересовался Айнз. -Ликтор Банвальс, мой Господин! – быстро ответил, ещё с трудом веря в то, что он прошёл проверку на вшивость и заслужил благосклонность всесильного Высшего Лича – Айнза Оал Гоуна. Как и ожидалось, слухи о Нём не врали, однако, Ликтор надеялся, что умрёт в бою в одно мгновение и его трусливая натура не успеет проявить себя. К сожалению, волею судьбы тот был схвачен, а пытка от одного присутствия врага всего живого свела Банвальса с ума. Он растерял свою решимость и теперь готов был на что угодно, только бы выжить! Прежде чем позволить заклинателю войти внутрь, Айнз объяснил тому некоторые правила поведения, всё же внутри была одна знать из соседних королевств и любое непочтительное отношение со стороны его слуг станет неприятным пятном на его репутации. Но если за нежить, исключая Заратоса, он мог поручиться, то живой слуга это всегда риск и проблемы. Впрочем, Банвальс шустро сориентировался и преклонил колено перед людьми, что наблюдали из-за окна за происходящим допросом-пыткой. В такой позе он заверил присутствующих, что как верный слуга Короля-Заклинателя не доставит никому проблем, а также исполнит любое пожелание союзников своего Господина. Отправив Ликтора в комнату, где спит прислуга, Айнз гадал, как скоро тот взвоет от соседства с Ехидной. По Наджире не скажешь, но она та ещё стерва и очень любвеобильная в постели особа. Хоть у неё имелся такой недостаток, навыки повара были ценнее, а чтобы не возникало проблем с её дурным характером, была проведена «беседа». Наличие такого количества нежити сдерживает Наджиру от непоправимых действий, ведь в лучшем случае её просто убьют, но Момонга умел искусно запугивать вещами, что были хуже смерти. -Господа, вы что-нибудь слышали о Божественном Драконе? – резонно поинтересовался Момонга у своих союзников. -Только сказки и мифы, - ответила Реннер. -Это просто невероятно, что ублюдки из Теократии скрывали такое существо у себя! – взъярился Занак. -У меня были предположения, но я не мог ничего подтвердить. Кстати, у меня дома есть амулет, который каким-то образом связан с этим драконом. Но это не мои догадки, а Флюдера Парадина, это он исследовал сей дивный магически артефакт, - признался Зиркниф. -Позволите взглянуть на эту вещицу? – полюбопытствовал Момонга. -Да, конечно. Пользуясь случаем, хочу пригласить вас в Империю на торжественный приём в честь успешного завершения этого похода, - миловидно улыбаясь, предложил Император. -Ха, надеюсь, что не умру от скуки на этом торжестве, - завуалировано согласился Айнз, смиряясь с тем, что такие светские сходки будут необходимы, как бы ему не хотелось, чтобы те перестали существовать. -Что вы, скучный банкет будет завершён показательной дуэлью лучших рыцарей моей страны, а после, если вам будет мало развлечений, тогда Арена предоставит вам поистине грандиозное шоу! Программа постоянно меняется, чтобы зритель не заскучал, - пообещал Зиркниф, хоть на самом деле этот план он придумал только что, дабы впечатлить Высшего Лича. За эти дни он чуть лучше узнал Айнза Оал Гоуна и постепенно собирал крохи информации о личности и его вкусах, чтобы знать, как удовлетворить такого монстра. Ведь если Король-Заклинатель останется доволен, то его отношение к Империи Багарут будет дружественным ещё очень долгое время. -Я рад это слышать. Мне пора вернутся, чтобы Заратос успел до темноты сжечь ещё пару поселений, - кивнул Момонга и покинул главную палубу, направляя дракона по неизменному маршруту. Ближе к ночи они вновь сделали привал, но на этот раз прямо внутри догорающего в пепел городка, предварительно расчистив место для посадки от трупов и обломков от выгоревших зданий. Причина, по которой они приземлились здесь – вокруг были сплошные болота и применять высшую магию, чтобы решить эту проблему, Айнз не хотел, хоть из-за страха союзников его манна будет постоянно на максимуме. В этот раз лишь самые не брезгливые пассажиры покинули палубу и прогулялись, чтобы осмотреть разрушения во всей красе, но вскоре омерзительный аромат горелой плоти загнал их обратно. * * * На четырнадцатый день остались только пограничные деревеньки, которые встретили победителей всем поселением вне своих домов на открытой площади, в коленопреклонённой позе, и молили позволить им стать частью Колдовского Царства. Айнз озвучил условие, при котором он согласиться с их отчаянной мольбой – они должны принять соседство с полулюдьми, притом желательно заверить свои мирные отношения браком между десятками юношей и девушек людей и полулюдей. Деревенские не могли сказать «нет», и хотя такая перспектива была малоприятной, альтернатива была хуже. Их согласие огорчило Заратоса, который не находил себе места из-за того, что его лишили сладостного удовольствия, впрочем, жители сделали неожиданное предложение, в надежде угомонить ярость слуги Короля-Заклинателя. Они принесли в жертву некоторую часть людей, что согласилась стать своего рода платой «малой кровью». Такое деяние, оказалось, по вкусу даллахану. Конечно, это не могло в полной мере насытить и удовлетворить, однако решимость и готовность пойти на подобное вызвало некоторую долю уважения, отчего Заратос даже похвалил мелких насекомых. Айнз не вмешивался в этот процесс. Он не принуждал и не отговаривал, предоставив этим крестьянам самим заслужить благосклонность стража, после чего отозвал Заратоса, пока тот не удумал откусить больше того, что могли дать смертные. На этом дивное путешествие закончилось. Момонга вернулся в Некрополь и оттуда важные гости разъехались по домам. Что касательно Божественного Дракона, то лично искать Айнз не желал, тем более, что у него на носу приглашение на торжество в Империю Багарут. Поэтому Момонга отдал приказ Демиургу организовать поиски, а сам приготовился морально к скуке на светском празднике. Лич даже сомневался, что битва рыцарей будет интересной, то ли дело заманчивое предложение с Ареной, где как правило, всегда есть на что посмотреть. Впрочем, всё это лишь мишура, и главной целью визита было заполучить медальон, который определённо понадобиться, если слухи не врут и тот имеет какое-то мистическое неизвестное отношение к Божественному Дракону! Однако, даже к такой незначительной мелочи Момонга подошёл со всей серьёзностью и прежде всего взял с собой Альбедо, как спутницу и в будущем партнёра для танцев на сию светскую вечеринку. Тщательно подобрал наряд, чтобы он подчёркивал его рядом с прекрасной леди, и велел горничным украсить карету, которую Аура уже запрягла четвёркой белых Слейпниров. Весь этот пышный шик был необходим для создания репутации высшего класса, чтобы другие гости на званом балу, как минимум потеряли дар речи, а лучше, пусть через сарафанное радио передадут свои яркие впечатления всем и каждому у себя дома. Их появление всё равно вызвало толику ажиотажа. Первое время люди вели себя несколько сковано, но после того, как Момонга использовал свои актёрские навыки, чтобы расположить к себе окружающих, он в мгновение ока оказался вовлечён во множество бесед. Наличие прекрасной спутницы вызывало зависть и одновременно манило пойти на контакт с ним, как её мужчиной. Причём зависть исходила не только от мужчины в его сторону, но и от женщин, что считали себя жирными свиноматками на фоне божественно прекрасной Альбедо. Едва закончилась первая часть программы, как Момонга с непреодолимой скукой созерцал на то, что предсказал ещё в Назарике – постановочный театральный бой четвёрки лучших рыцарей. Большинство зрителей, вероятно, не замечали этого, поскольку были не сведущи в том, что такое настоящий бой. Но было несколько лиц, которые тоже выражали тоску при виде этого спектакля, таким образом Айнз хотя бы не в одиночестве страдал. На Альбедо можно даже не смотреть, и не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, о чём думает демоница при взгляде на эту детскую возню, на этот спектакль в детском саду. -Как вам, Ваше Величество? – шепотом поинтересовался Зиркниф, но смотреть на череп лича не стал, ибо это совершенно бесполезно, поскольку у него нет мимики, чтобы примерно прочитать, о чём тот думает. -Если бы это был спектакль детей, я бы ещё похвалил за рвение так правдоподобно сымитировать сражение. Однако, «сражаются» взрослые мужчины и это весьма блекло по сравнении с тем, что такое настоящее сражение. Честно говоря, битва Клаима и Заратоса была более интригующей, хотя бы с той точки зрения, сколько парень ещё продержится против моего стража, - честно высказался Айнз, тонко намекая, что его подобные вещи скорее утомляют, чем развлекают. -Простите, если оскорбил вас этим. Мне стоило предугадать, что нечто подобное не может вас впечатлить из-за разницы в опыте. Это целиком и полностью мой просчёт… - Император тщательно подбирал слова для извинений, чтобы погасить возможное недовольство Высшего Лича, ведь первоначальной целью Зиркнифа было как раз оставить благоприятные впечатления у Айнза, а иначе… -Пустое, ведь этот спектакль был отрепетирован не только для меня, но и других гостей, а с моей стороны было эгоистично так говорить. Чувствую себя стариком, который пришёл на праздник и всё время бурчит от недовольства. Воистину мои манеры для светского общества просто ужасны! – с ноткой веселья промолвил Айнз, отклоняя извинения Зиркнифа. В целом, если подумать, то он и впрямь чрезмерно выпячивает свой эгоизм. Ему не стоит требовать от людского общества того, что будет интересно ему одному, всё равно он здесь не за этим. -Но ведь вы виновник торжества, в честь вашей блестящей победы я организовал это мероприятие. И мне крайне стыдно, что вам большая часть не пришлась по душе, - спина Зиркнифа взмокла от пота, мужчина опасался, что уже ничего не исправить и миссия оказалась проваленной. -Тогда как на счёт перейти к последнему гвоздю программы, а между тем, я бы хотел взглянуть на медальон, - предложил Момонга. Человек встрепенулся и лицо его засияло от счастливой улыбки. Зиркниф немедленно закончил второй скучный этап и предложил гостям собраться на арене. А пока активность народу перетекала из одного места в другое, и на арене шла подготовка к предстоящим номерам, монарх забежал в сокровищницу, где хранилась искомая вещица. Император передал предмет Королю-Заклинателю и они вместе поехали в Коллизей. За время их путешествия, Айнз без стеснений и церемоний изучил предмет и даже попробовать распознать его при помощи магии, чтобы получить чуть больше информации об этом неизвестном артефакте. Вещица выглядела как красный дракон, который кусал собственный хвост, сжимаясь крыльями в позу эмбриона. Символ очень напоминал известный в его мире уроборос, только в виде рептилии покрупнее крошечного ужа. Распознание предмета выдало невероятно скудное количество информации. Сказано, что этот артефакт как-то связан с драконами, ни то призывает их, ни то повелевает всеми здешними, а как можно это понять из фразы «взывает к драконьему сердцу». Вот и понимай, как хочешь, опять придётся методом проб и ошибок искать ответ. Так ещё и непонятно, что нужно для этого делать. Но Момонга надеялся, что встреча с Божественным Драконом расставит все части пазла на свои места. Вот они приехали к Колизею, и, судя по гулу голосов, трибуны полны практически под завязку, но шоу не может начать без присутствия главного гостя – монарха этой страны. Император проводил одного лишь Короля-Заклинателя с его спутницей на вип-ложе, которое было только для правителя и тех, кого монарх захочет пригласить к себе. Едва Зиркниф занял своё место и дал сигнал рукой, как шоу тут же началось с довольно эффектного представления группы лиц с огненным номером. Это были молодые заклинатели – ученики Флюдера Парадина и здесь они не только оттачивали своё мастерство, но и развлекали окружающих потрясающими номерами, не всегда связанные с одной лишь стихией, просто так совпало. После эффектного вступления, на сцену вышли лучшие на данный момент гладиаторы и, им предстояло пройти несколько этапов на выживание, то есть сразиться с представителями различных видов существ, будь то звери или же полулюди. Раундов всего семь. Победители после семи раундов будут сражаться за то, чтобы в финале остался лишь один. До этого они друг другу братья, сёстры и товарищи, а после уже враги. Да вот это действительно было интересным. Айнз сравнивал это со школьными жестокими играми в его мире, где дети собирали насекомых различных видов и помещали их в одно место, заставляя сражаться. Даже если это были существа охотник и добыча, им нравилось, как победитель пожирает побежденного. Забавно, что Момонге пришла в голову именно такая ассоциация, а главное, вновь стало понятно, что никакого человеческого отклика в фантомном сердце нет. «Остались лишь мои знания о том, как я должен был смотреть на это раньше, но сейчас мои чувства изменились, если не исчезли полностью. И я, безусловно, ощущаю нечто вроде… удовлетворения? Нет, оно отличается от взрыва эмоций от контакта с кровью, скорее уж что-то вроде согласия с ситуацией. В этот раз это хотя бы не скучная постановка, однако, шоу можно сделать слаще, если добавить немного больше опасностей, впрочем, справедливо также усилить главных героев на арене, иначе их слишком быстрая смерть испортит вкус всей картины в целом» В таком духе Момонга размышлял почти все семь раундов, а затем предложил Зиркнифу дать бойцам попробовать пережить ещё три раунда, но испытания для них заготовит лично он. Естественно речь шла об поднятии павших на арене, в качестве нежити. Было видно, что это не желанный сценарий, но монарх не посмел отклонить предложение гостя. Не сказать, что Айнз собирался целенаправленно погубить души выживших бойцов, при помощи поднятой нежити, нет, он просто был опечален, что средь противников не было ни одного мертвеца. Конферансье объявил всем присутствующим, что сейчас у зрителей есть невероятная возможность узреть великое колдовство Короля-Заклинателя, а у бойцов арены будет новое испытание в три раунда. Итак, первый противник на восьмом раунде – обычный поднятый скелет. Несмотря на их количество в два раза превышающее число гладиаторов арены, благодаря оружию, которое было зачаровано магией святого элемента, они с лёгкостью рассыпали медлительных мёртвых воинов, да и удар наносили не слабый дробящий, вполне подходящий их уровню. Вторым противником девятого раунда были – черепные стервятники. Враг по силе лишь на одну ступень шёл выше простых скелетов, был более шустрым, а главное – умел летать. Поскольку гладиаторы были оснащены лишь оружием для ближнего боя по земле, несколько из них взяли новое, которым хорошо владели – сети и длинные копья. Применяя тактику и слаженность команды, они вышли без потерь со своей стороны, если пару царапин не считать таковыми. Однако такой враг в количестве пятнадцати особей уже смог задеть бравых бойцов. И, наконец, враг десятого раунда – Рыцарь Смерти среднего уровня. Момонга специально создал всего лишь троих и позволил людям обновить заклинание на оружии, чтобы сражаться с более высокой версией всех святых положительных эффектов. Также на сей раз Айнз остался на поле боя, чтобы воистину в первом ряду понаблюдать за разворачивающимся сражением в деталях. После несколько нелепой гибели нескольких бойцов, они поняли, что тут даже одной лишь тактики будет мало. Монстры эти были почти не пробиваемые, кроме того, как выяснилось, нельзя поворачиваться к ним спиной, не то смерть в одно мгновение настигнет тебя. С одной стороны Рыцарь Смерти был медлителен, но это потому что свою настоящую скорость он приберегал для своей контратаки, а так в основном тот был в режиме защиты и скорее ждал нападения на свою персону. Это сражение продлилось более часа и забрало остатки сил и без того истощённых гладиаторов, а также жизни половины из них. Оставшаяся пятёрка была вынуждена постоянно маневрировать, прикрывая спину друг другу, чтобы Рыцари Смерти не могли использовать свой особый навык – телепортация за спину врага. Но если быть откровенным, то у них уже нет шансов. Они устали и даже имея такое преимущество как численность, навыки, хорошее оружие, не смогли толком поцарапать врага. Эти монстры были за гранью их возможностей. -Какая жалость. Вы не можете их победить, - вынес вердикт во всеуслышание Айнз и на трибунах все резко затихли, с ужасом слушая пугающую речь высшей нежити. –Тогда я несколько упрощу задачу, - раздался щелчок пальцев, хотя как лич это смог сделать загадка даже для Момонги, но он сделал это машинально и на самом деле в этом не было нужды. В этот же миг Рыцари Смерти окружили охранным кольцом своего Хозяина и их поведение заметно отличалось от той безучастной куклы, что стоит и ждёт или атаки или возможности для контратаки. Теперь их поза имела какое-то подобие боевой стойки, а в движениях была готовность отразить любую атаку и только, на сей раз атаковать в ответ для них не в приоритете. -Атаковать в ответ они не будут. Но ваша цель – прорваться через кольцо обороны. Если у кого-нибудь из вас получиться оказаться возле меня, победа будет автоматически засчитана, - объяснил Момонга суть новой игры, и всем было ясно, что сейчас лич начал веселиться как никогда за сегодняшний день. Знать и сам Зиркниф заметили солидную разницу в настроении Высшего Лича. И Император припомнил слова, которые возникли у него в первый же день резни в столице Теократии Слейн «Его аппетит в этой бойне не знает границ!». Это касалось как самого Айнза, так и его стража. И под «его» Зиркниф имел в виду «монстра». Так или иначе, но началось новое беспрецедентное шоу и люди с трибунов болели за гладиаторов, надеясь на их победу. Им тоже было не по себе от мысли, что даже хорошо обученные бойцы не могут нанести хоть какой-то урон этой чудовищной нежити. С ней точно нужно что-то ещё помимо физических атак, но на арене не принято видеть заклинателей, поскольку нет достаточно сильных магов, которые смогут неустанно колдовать, и при этом будут владеть внушительным арсеналом заклятий. Есть, конечно, вероятность, что многоуважаемый Флюдер Парадин мог бы с помощью магии победить Рыцарей Смерти, но никто не знал, что сильнейший заклинатель Багарута уже имел честь попробовать свои силы и всё, что он смог сделать – нейтрализовать этого монстра. Был ещё вариант – здесь нужны были славно известные паладины и жрецы света Святого Королевства Робл. И вся эта специфика очень удручала окружающих. У них нет возможности соблюсти хоть одно из условий для победы. Гладиаторы на этой арене и без того за пределами возможностей обычного человека, ввиду таланта и тренировок. И если даже они бессильны, то внутренний плач народа однажды мог перерасти в крик ужаса и отчаяния. После серии выпадов, попыток напролом проникнуть через кажущуюся брешь, на поле боя осталось только три гладиатора, и они долго обходили по кругу непробиваемую защиту из сего трёх Рыцарей Смерти. Притом, на атаку реагировало по одному из них на каждую атакующую цель. В этот момент бойцы осознали, какую ошибку совершили отдав жизни своих товарищей. В этом и заключался ответ, как победить – отвлечь всех троих сторожей, пока один из двух зайцев не проникнет внутрь. Теперь их было по количеству этих стражей! Люди упали на колени и, бросив оружие, отказались сражаться дальше, потому что не видели другого выхода. -Лишь совершив ошибку, вы узнали, что проиграли. К чему же было спешить и поступать столь необдуманно с имеющимися ресурсами? – подливая масла в огонь горечи поражения, поинтересовался Айнз. -Атака также нужна, чтобы добыть информацию, - ответил тот, кто всё это время был их лидером. -И одного разведчика было мало? – изумился Момонга. -Могло быть недостаточно, но это не важно, я не смог додуматься до масштабной атаки, в которой у нас ещё был бы шанс. Хотел выйти с минимальными потерями, - глухо ответил гладиатор. -Что ж, это будет вам уроком, - согласился Айнз и покинул поле боя вместе с Рыцарями Смерти. Хоть их провожали овациями, но Момонга чувствовал, что они не искренние. Зрители просто боятся, что из-за своего очевидного выбора в пользу проигравших, высшая нежить разозлиться. А начал эти овации сам Зиркниф, после чего громкая волна прокатилась по трибунам и, вскоре, шум заполонил весь Колизей. Воистину давно здесь не было такого впечатляющего сражения. Позже Император и остальные из знати поблагодарили за поучительный бой, который оставил у них неизгладимое впечатление. Сам же Айнз тоже почувствовал себя наконец-то довольным, но позже с ещё большим удовольствием Момонга выслушал доклад Демиурга, слуги которого обнаружили заброшенный храм с искомым драконом. И тот предсказуемо спал, но его охраняла небольшая группа заклинателей, которые были убиты в мгновение ока. Поэтому, не теряя времени даром Айнз переместился туда в компании личного творения, на тот случай, если будет нужно сразить дракона или появиться огромное количество драконов, которые будут защищать Божественного. Да всякое может случиться, а Заратосу он доверял, как сильнейшему стражу Назарика. Их появление рядом с драконом спровоцировало вибрацию медальона. Тот явно реагировал именно на спящую белоснежную тушку. При оценке уровня этого существа через планшет, Момонга едва не потерял челюсть от полученной информации, что тварь имела сотый уровень, но уровень его здоровья был ниже пятидесяти процентов. «Если он монстр из Иггдрасиля, то здесь явно был переименован. Был ли он локационным рейдовым или подземельным босом, уже нельзя понять точно. Там было достаточно много боссов-драконов. Проклятие, нужно было позвать больше нипов. Шалтир и Альбедо отвлекали бы монстра на себя, а Коцит, Демиург, Маре и Аура могли бы помогать мне с помощью магии. Ну и Заратос был бы основной атакующей силой из всех стражей. А от меня потребовалось бы применение сильнейших навыком из разряда высшей магии» - размышляя, не поздно ли прямо сейчас с помощью портала переместить всех сюда, Айнз понял, что опоздал в тот момент, когда медальон вырвался у него из руки и прилип к груди спящего дракона в районе сердца. Тварь проснулась, но не выглядела враждебной, хотя Заратос уже приготовился, даже позвал свои копии. Зевнув, так что из глаз покатились слёзы из настоящих драгоценностей, дракон сонливо посмотрел на фигуру заклинателя. -Ты пришёл, наконец-то. Как долго я спал и ждал этого дня, - пробормотал Божественный Дракон. -Судя по тому, что ты не назвал моё имя, ты ждал любого, кто придёт с медальоном в руках? – уточнил Момонга. -Не совсем так. Не любого. А того, в чьих руках эта вещица активируется, - ответил дракон. -И что же теперь? Для чего ты ждал избранника медальона? И есть ли критерии, при которых предмет активировался бы? – пытливо протараторил Айнз, и на самом деле мог бы задать ещё большее количество вопросов, но остановился, когда дракон накрыл морду лапой. -Ты слишком спешишь. Как видишь, я немного без сил. Моё здоровье слишком мало и это влияет на мыслительные способности, я не могу поспевать за тобой. Давай начнём с начала, а началом-начал, является информация об имени собеседников. Меня зовут Люцифер и я первый из драконов, появившихся в этом мире, - промолвил тот довольно спокойно, вопреки наглости гостя. -Айнз Оал Гоун, хотя моё первое имя – Момонга, - представился лич, и решил, что здесь исключительный момент, в котором он может представиться своим настоящим именем, поскольку существо перед ним достойно этого. –Рядом со мной мой страж Заратос, - жестом руки указал он на огненного всадника. -Очень приятно. Что ж, я ждал того, в ком будет работать амулет, чтобы тот избавил меня от оков этого мира. Подобные безделушки я разослал в различные миры, где было хоть какое-то отражение моего мира. Даже если это игра. Она вытягивала одного кандидата и после этого терялась где-то в этом мире. Целью призванного было найти предмет и с ним найти меня. Спасибо, что сбросил с меня ярмо, из-за которого я даровал местным жизнь и магию воскрешения. Больше я не буду их поддерживать, а остатки жизни пусть догорают, как им вздумается. Теперь мой дух свободен уйти в другие миры, но и тебя не оставлю без благодарности. Если я был божеством жизни и воскрешения, то ты станешь богом смерти и разрушения. Мир принадлежит тебе и всё сущее отныне повинуется твоей воле. Но как «смерть во плоти», ты волен вернуть к жизни любую душу. И я не знаю специфики платы за подобное, это уж выясняй сам, - подробно ответил Люцифер, а затем с трудом поднялся на четыре лапы, чуть пошатываясь из-за низкого уровня здоровья. -То есть ты фактически переложил своё ярмо на меня? – своим вопросом Айнз пытался понять, что же это для него означает. -В точку. Прости за это. Но все предыдущие «гости» из разных миров так и не смогли исполнить предначертанное. Я очень устал, в отличие от тебя, у меня живое сердце и оно чертовски устало от всего в этом мире. Теперь у этого мира есть подходящий ему бог. Всё сложилось просто идеально, а значит, я не зря страдал в ожидании, - с некоторой долей жалобы ответил Люцифер. Дракон расправил крылья и явно готовился к отлёту и в этот момент Момонга задал ещё один вопрос. -Скажи ещё кое-что, я ведь тоже могу призывать существ из другого мира? -Конечно. В твоей власти даже создать новый мир взамен старого, только не забудь сначала узнать свою плату за эти действия. Нельзя что-то сотворить, не отдав чего-нибудь взамен. Мана, здоровье или что-то ещё, это уже не важно, - ответил с небольшим предупреждением тот. -И что же будет, если я «перестараюсь»? – не отпускал лич ценного информатора. -Когда я в юности перестарался как раз таки с этими игрушками, для поисков, то уснул. Моё тело развоплотилось, я спал долго и даже после возрождения моего тела, я всё ещё спал. Моё тело жило само по себе, как личность какого-то дракона. Оно бывало в разных местах и вот оказалось здесь, служа этим наглым людишкам топливом для магии воскрешения и не только… - хмуро ответил Люцифер. -Понимаю твоё огорчение. Что ж, спасибо за ответы. Остальное, думаю, я найду сам, - Айнз не стал более задерживать узника и тот воспользовался милостью нового бога этого мира, чтобы покинуть свою клетку-конуру. Люцифер всё ещё оставался божеством, но был существенно ослаблен из-за передачи ярма, однако, тот не утратил того, что присущее богам – быть вне времени и пространства. Сбросив физическое тело, его дух исчез во вспышке открывшегося портала в иные миры. От ценного ресурса Айнз решил не отказываться и впоследствии приобрёл ещё одного ездового дракона-нежить. Вот и конец, который был на самом деле началом новой его жизни в роли Бога Смерти и Разрушения. Теперь Айнз Оал Гоун мог открыть своё настоящее имя перед всем миром, что лежит у него, как на ладони. Момонга расхохотался, осознав, что воистину достиг пределов своего могущества. Сотый уровень? Какая мелочь… Теперь он не сомневался в том, что был не просто Высшим Существом, которого почитают стражи Назарика, но божеством. Сомнения улетели прочь, а взамен них появилось множество планов и идей, которые не дадут ему заскучать в его бессмертной и бесконечной жизни. Конец (полностью всего сюжета) и продолжение следует во втором эпилоге (там будет концовка, которую автор хотел изначально и было много намёков именно на неё).