Наложница принца огня

      Очнувшись, Зуко обнаружил себя лежащим на земле. Он рефлекторно попытался приподняться, но сил его хватило лишь на то, чтобы слабо пошевелиться, и он бессильно повалился обратно. Левая рука дико болела, в голове шумело, перед глазами стояла чернота с расплывающимися разноцветными пятнами, и он никак не мог сосредоточиться на происходящем и вспомнить, где находится и что происходит. Он ощущал прохладу камня под собой, впившуюся в ладонь колючку, и чувствовал какой-то неприятный, слабый запах. А еще он чувствовал чью-то руку на своем плече и слышал голос возле самого уха, тихо, но настойчиво шепотом повторяющий его имя:       – Зуко, очнись. Давай же, ну? Зуко. Открой глаза, Зуко.       Зуко сделал еще одну попытку и все же сумел чуть приподняться. Все та же маленькая рука перехватила его, помогая удержать равновесие. Зуко сфокусировал взгляд и, наконец, сумел сквозь туман разглядеть перед собой чрезвычайное бледное лицо Катары.       – Катара? – с трудом прохрипел он. – Что происходит? Где мы?       И без того встревоженное лицо Катары сделалось совершенно испуганным.       – Что? Ты не помнишь?       Зуко сел на земле и, зажмурившись, сжал виски руками. Голова его гудела, словно растревоженный улей моле-ос, и попросту отказывалась соображать.       – Нас сбили огромным огненным шаром, помнишь? – шепотом напомнила ему Катара.       Зуко медленно приоткрыл глаза. Он постепенно начинал вспоминать. Они с Катарой вполне успешно имитировали нападение на тюрьму. Небесный бизон с оглушительным ревом летал над постройками, снес своей тушей несколько сторожевых башен и пробил внушительную брешь в каменной стене, а Зуко и Катара сбрасывали на землю заготовленные ее братом самодельные бомбочки из взрывчатого порошка, которые, хоть и не могли нанести никакого вреда, но грохота издавали – будь здоров. Ответные огненные залпы охраны тюрьмы сперва не несли для налетчиков никакой опасности, однако спустя какое-то время в ход пошли катапульты. Зуко сразу скомандовал отступление, но улететь они не успели: один из огненных снарядов попал в цель. Бизона взрывом отшвырнуло к скале, и тот ударился об нее с такой силой, что Зуко с Катарой не удержались в седле. Во время падения Зуко попытался защитить Катару и принял весь удар на себя, но сам, похоже, тут же отключился.       – Нас отбросило далеко в сторону, – продолжала быстро говорить Катара. – Наверное, солдаты этого не заметили, иначе они бы уже давно были здесь.       Зуко убрал руки от лица и непроизвольно поморщился: голова болела невыносимо.       – Как долго я был без сознания?       – Несколько минут. – Катара вытянула покорением из закрепленного за ее спиной бурдюка тонкую струйку воды, преобразовала ее в большую, размером с ладонь, каплю и поднесла к виску Зуко. – У тебя тут большая ссадина. Очень больно?       – Ничего. – Он коротко зашипел от боли. – А что с бизоном?       Катара заметно поникла.       – Он улетел.       Зуко аж вскинулся.       – Как улетел?       – Солдаты сразу набросились на него, – шепотом затараторила Катара, словно пытаясь оправдать своего гигантского питомца. – С огнем. А Аппа очень боится огня. Вот он и улетел. Не волнуйся, он просто полетит к месту нашего сбора, а Сокка потом вернется за нами.       Зуко, зажмурившись, прижал ладонь ко лбу. Сокка вернется? У них нет на это времени. Они находятся в окружении врагов, посреди военной базы. Их обнаружение вопрос лишь времени. Ждать помощи некогда. Нужно бежать.       – Ты не пострадала? – озабоченно поинтересовался он у Катары.       Та отрицательно покачала головой.       – Нет, почти нет. Немного ушиблась и все. – Она убрала свою воду и встревожено заглянула Зуко в лицо. – Ну, как? Легче?       – Легче. Спасибо.       Зуко осторожно подвигал пострадавшей левой рукой, которая, судя по всему, приняла на себя самый сильный удар при падении, убедился, что перелома нет, и выдохнул с облегчением.       – Слушай, Катара, – быстро зашептал он, повернувшись к своей спутнице, – нам некогда ждать помощи. Нужно бежать прямо сейчас. Постараемся уйти незаметно. Нельзя позволить обнаружить себя.       Зуко не хотел говорить этого Катаре, чтобы не пугать ее еще больше, но сам он превосходно понимал последствия их пленения. Если их с Катарой сейчас схватят, за такое вопиющее предательство их не просто казнят. Отец прикажет сжечь их обоих живьем, в этом Зуко даже не сомневался.       Приподнявшись, Зуко осторожно выглянул из-за камня и осмотрелся.       Вход в тюрьму, в которой держали Аватара, был замаскирован под небольшую воинскую часть у подножия высокой скалы, в недрах которой и были пробиты коридоры самой тюрьмы. Ее территория была со всех сторон обнесена высокой каменной стеной, взобраться на которую без лестниц или заранее спущенных сверху веревок не представлялось возможным, однако Зуко сразу приметил поврежденную небесным бизоном часть стены с северной стороны базы. Если им с Катарой удастся проникнуть в разрушенную башню, то тогда они смогут незаметно подняться на валганг, а уже оттуда спуститься по наружной стороне стены и сбежать. К счастью, все источники света в этой части базы оказались погребены под каменными завалами, так что она сейчас была погружена в глубокий мрак. Со стороны входа в тюрьму доносились голоса стражников, отблески факелов то и дело скользили по камням то в одном, то в другом месте, но Зуко и Катаре нужно было преодолеть лишь одну открытую площадку, чтобы добраться до стены, так что задумка эта не выглядела совсем уж невыполнимой.       Зуко вновь опустился на землю и повернулся к своей спутнице.       – Нужно попытаться взобраться на стену, – прошептал он, рукой указывая направление. – Держимся в темноте. Постараемся не выдать себя, но если что – будем сражаться. В плен сдаваться нельзя.       Катара понимающе кивнула и машинально поправила крепление своего бурдюка. Зуко тяжело вздохнул. Конечно, если их обнаружат, чтобы отбиться, им придется применить покорение, но тогда они с головой выдадут себя. Лучше постараться обойтись без драки.       Подобрав валяющийся рядом капюшон, который Катара, судя по всему, сняла с него, когда пыталась привести в сознание, Зуко натянул его поглубже на голову и тщательно закрепил на лице тканевую маску. В нос тут же ударил запах пыли и плесени, но выбора все равно не было. Зуко все еще надеялся уйти с этой базы живым, и выдавать свою личность не собирался.       Еще раз оглядевшись и убедившись, что стражников рядом нет, Зуко выскользнул из их с Катарой укрытия и, прижимаясь к земле, шмыгнул к ближайшему каменному завалу.       Вообще им с Катарой очень повезло, что при падении их отшвырнуло именно сюда, к обвалившейся арке. Черная одежда, которую Катара наспех соорудила из добытых ее братом одеяний, и которую они натянули поверх своей, не позволила стражникам разглядеть их в темноте, что дало им возможность оставаться незамеченными все то время, что Зуко валялся без сознания. Сейчас же им предстояло пересечь довольно большую открытую территорию, и вероятность оказаться обнаруженными была очень велика. Впрочем, отсиживаться в руинах дальше тоже смысла не было. Единственный шанс уйти – уйти сейчас, под покровом темноты. Потом будет поздно.       Пригибаясь и прячась за каменными обломками, Зуко и Катара благополучно миновали завалы и добрались до открытого участка. Ночь стояла безлунная, было достаточно темно, но Зуко все же опасался, что движение привлечет внимание кого-то из стражников. Сделав Катаре знак затаиться, он осторожно высунулся из-за камня и еще раз огляделся, оценивая обстановку.       Стражники даже не подозревали, что по территории тюрьмы разгуливают незваные гости. Несколько человек поднялись на стену, выглядывая в ночном небе бизона, другие заряжали катапульты для отражения новой атаки. Все были заняты своими делами, за разгромленным участком базы никто не следил. Зуко на секунду зажмурился, собираясь с силами. Пора.       Опустившись на землю, Зуко пополз вперед. Медленно, по-пластунски, прижимаясь к земле всем телом и ежесекундно настороженно замирая. Вдалеке были слышны голоса стражников, но здесь, среди руин, царило мертвое безмолвие, и каждый звук, каждый шорох, каждый хруст казался слишком громким. Зуко медленно полз среди пробивающихся через скалистый грунт высохших пучков травы, стараясь не обращать внимания на впивающиеся в ладони острые камешки и настороженно прислушиваясь к голосам стражников. Вот и разбитая катапульта, сброшенная бизоном с охранной башни. Огромный кусок стены. Разбитая в щепы деревянная дверь. Он почти на месте.       Осторожно приподнявшись, Зуко перевалился через кусок большой металлической трубы и, наконец оказавшись под прикрытием обломков наполовину разрушенной башни, позволил себе подняться на ноги. Отлично!       Обернувшись, Зуко махнул рукой Катаре, которая все это время наблюдала за ним из своего укрытия. Она утвердительно кивнула и принялась повторять его маневр.       Зуко с тревогой следил за тем, как Катара, так же, как и он сам, плотно прижимаясь к земле, медленно ползет через площадку, постепенно приближаясь к нему. Двигалась она бесшумно, стражники в их сторону не смотрели, и Зуко совсем уже было уверился, что у них все получится, как вдруг один из стражников неожиданно отделился от остальных и решительно направился прямо к ним.       Сердце Зуко заколотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Он вжался спиной в стену, настороженно следя за стражником, готовый в любой момент обрушить на него шквал пламени. Пусть лучше его узнают, но он не позволит им захватить Катару, ни за что!       – Эй, ты куда? – окликнул стражника другой мужчина, облаченный в униформу тюремщика.       – Мне показалось, я что-то заметил, – отозвался первый, поднимая факел повыше и оглядываясь кругом.       Тюремщик, приблизившись, тоже окинул руины взглядом.       – Где?       Зуко, застыв, словно каменное изваяние, старался даже не дышать, чтобы ненароком не выдать себя. Его черная одежда сливалась с темными камнями, и, пока он не двигался, заметить его было очень сложно.       – Не знаю. Мне просто показалось, что здесь что-то есть.       Стражники остановились буквально в пятнадцати шагах от небольшой рытвины, в которой спряталась Катара. Она, как и Зуко, лежала совершенно неподвижно, и со стороны ее можно было принять просто за небольшую кочку или камень.       Тюремщик еще раз обвел разрушенную стену взглядом и махнул рукой.       – Нет здесь никого. Это у тебя уже нервы шалят.       – Еще бы не шалили, – недовольно проворчал стражник, но тоже отвернулся. – Этот гигантский летающий бык чуть не сожрал меня! Челюстями клацнул прямо вот здесь! – Он провел рукой перед своим лицом. – Я уж думал – все, без головы останусь.       – Хорошо, что тварюка огня боится, – поддержал его тюремщик, и они неторопливо направились обратно к входу в тюрьму. – Если бы не это… Ты видел, что он со стеной сделал?       – Еще бы не видел! Это хорошо еще, что никого не придавило, когда он хвостом своим башню снес. А это ведь всего лишь питомец Аватара. Представляешь, на что способен его хозяин?       – Да, хорошо, что он под замком. И почему Лорд Огня приказал не убивать его?       – Не знаю… Ну, да это не наше дело. Лорду Огня виднее.       Стражники, наконец, ушли. Их голоса постепенно затихли, фразы стали неразборчивыми, и вокруг вновь воцарилась тишина.       Прошло несколько долгих минут прежде, чем Катара вновь рискнула пошевелиться. Убедившись, что стражники ушли окончательно, она быстро, но все так же осторожно преодолела оставшуюся часть площадки и, перебравшись через трубу, сразу оказалась в объятиях Зуко.       – Как же ты меня напугала, – прошептал он, прижимая ее к себе.       – Я и сама себя напугала, – так же тихо отозвалась она.       Зуко чувствовал, что Катара вся дрожит от перенесенного напряжения. Да он и сам никак не мог успокоиться и унять бешеное сердцебиение. Оба они сейчас чрезвычайно нуждались в небольшой паузе, в том, чтобы хотя бы несколько минут посидеть на месте и прийти в себя, однако позволить себе такую роскошь не могли. Пока все тихо, нужно бежать, а отдохнуть они смогут и потом. Мягко отстранив Катару от себя, Зуко вопросительно заглянул ей в глаза. Она утвердительно кивнула, давая понять, что готова, и он ободряюще кивнул ей в ответ.       Стараясь двигаться как можно беззвучнее, беглецы поднялись на второй уровень башни. Часть ее лестницы обвалилась вместе со стеной, но Зуко удалось допрыгнуть до балки, с нее перебраться на перекрытие и втащить туда же Катару. Отдышавшись, они, не медля, стали взбираться дальше. Карабкаясь по обломкам и одновременно следя за тем, чтобы никто их не заметил, они, наконец, оказались на стене.              – Как же нам спуститься? – растерянно пробормотала Катара, глядя вниз, на совершенно отвесную стену.       Зуко, выглянув из-за ограждения, покачал головой. Сам он, пожалуй, сумел бы спуститься здесь, но как быть с Катарой? У него с собой не было ни веревки, ничего, что можно было бы использовать для безопасного спуска. Вариант добраться до земли самому, а затем поймать Катару, тоже отметался: стена была слишком высокой, чтобы быть уверенным в безопасности такого трюка. Кроме того, метрах в тридцати Зуко заметил двоих стражников, которые патрулировали тюрьму снаружи, так что шуметь ни в коем случае было нельзя.       – Давай попробуем здесь, – предложил он Катаре, указывая на частично разрушенный участок стены. – Просто делай как я, – быстро добавил он, увидев отразившуюся в глазах Катары неуверенность. – Прижимайся к стене и крепко держись за выступы. Я спущусь первым и если что – поймаю тебя, – ободряюще добавил он.       Катара согласно кивнула.       – Хорошо. Давай.       Зуко перебрался через ограждение, еще раз посмотрел на стражников, которые сейчас стояли на месте, и, убедившись, что они не смотрят в его сторону, начал спуск.       Спуститься на деле оказалось гораздо проще, чем это казалось изначально. Разломы и трещины в стене давали множество опор, за которые было удобно держаться, так что большую часть спуска Зуко проделал без особого труда. Обычно ему даже нравилось это ощущение риска, когда ты висишь над пропастью и должен выверять каждое свое движение, чтобы не сорваться вниз, но сейчас на карту было поставлено слишком многое, чтобы он мог наслаждаться этим чувством. Медленно, цепляясь за выступы и трещины, Зуко дюйм за дюймом приближался к своей цели и, наконец, почувствовав под ногами надежную опору насыпи, спрыгнул на землю.       Переведя дыхание, Зуко бросил еще один быстрый взгляд в сторону стражников и махнул рукой Катаре, которая с тревогой наблюдала за ним сверху. Она еще раз кивнула ему и тоже принялась спускаться.       Зуко с замиранием сердца следил за ее действиями. Конечно, Катара не была изнеженной домашней девочкой, которой в жизни не приходилось носить чего-то тяжелее зонтика, но силы, чтобы удержать тело на весу, ее рукам явно недоставало. В какой-то момент она оступилась, и Зуко аж дернулся вперед, намереваясь поймать ее, однако Катара сумела сохранить равновесие, нашла ногой опору и продолжила спуск.       Катаре удалось преодолеть почти половину стены, когда голоса стражников вдруг стали громче. Обернувшись, Зуко с ужасом обнаружил, что они возобновили свой патруль и теперь направляются вдоль подножия стены прямо к нему.       – Катара! – шепотом позвал он, надеясь, что ветер не донесет до стражников его голос. – Прыгай!       Катара, вцепившись в ближайший выступ, опустила голову и недоуменно посмотрела на Зуко.       – Стража! – Зуко указал рукой в сторону приближающихся охранников. – Прыгай!       Катара заколебалась. Конечно, до земли еще было слишком высоко, но времени не оставалось. Несколько секунд – и их заметят. Нужно бежать прямо сейчас.       Зуко протянул к ней руки. Катара зажмурилась и прыгнула.       Зуко поймал ее, но не удержал равновесия и упал, едва успев сгруппироваться, чтобы не удариться затылком. Пострадавшая левая рука тут же отозвалась нестерпимой болью, и ему пришлось закусить губу, чтобы не вскрикнуть. Катара повалилась на него сверху.       – Кто здесь?!       У Зуко с языка чуть было не сорвалось одно из тех крепких выражений, которые ему доводилось слышать, когда он жил в Нижнем Кольце Ба Синг Се. Он рывком вскочил на ноги, увлекая за собой и Катару, и они оказались стоящими лицом к лицу с двумя стражниками.       – Эй! Вы кто такие? Что вы тут делаете? – рявкнул один из них, совсем молодой парень, не старше двадцати лет на вид, вооруженный коротким копьем.       Его напарник занес сжатую в кулак руку, которую тут же объяло пламя.       – Это же те самые шпионы, что напали на тюрьму в прошлый раз, – прошипел он сквозь зубы. – Сдавайтесь, или вы умрете!       Зуко отступил на шаг, рукой загораживая Катару. У него не было никакого оружия, он не мог использовать покорение огня. Ничего, чем бы он мог защитить Катару и себя.       Стражники коротко переглянулись.       – Взять их!       Зуко метнулся в сторону, одновременно оттолкнув Катару к стене. Огненный шар пронесся буквально в сантиметре от его лица. Его всего обдало жаром, а перед глазами на несколько мгновений потемнело. Он наугад бросился вперед и ударом плеча сбил покорителя огня с ног. Того отбросило на землю, но в ту же секунду острие копья со свистом рассекло воздух прямо перед Зуко. Он отпрянул назад, перехватил оружие за древко и резко дернул на себя, пытаясь вырвать из рук копьеносца.       Сзади раздался отчаянный выкрик Катары:       – Осторожно!       Зуко едва успел отшатнуться от разорвавшего воздух потока пламени. Покоритель огня уже был на ногах. Он размахнулся, намереваясь обрушить на Зуко очередной залп, но тут к нему подскочила Катара и резко ударила его по руке, так что огненный шар просто ушел в небо.       – Ах ты, сука! – взревел покоритель огня, схватил Катару за плечо и с силой отшвырнул ее к стене. Катара со всего размаху ударилась спиной об камень и, вскрикнув, бессильно повалилась на землю.       У Зуко потемнело в глазах.       – Нет!       Не помня себя от ярости, он набросился на покорителя огня. Тот ударил огнем. Зуко взвыл сквозь зубы, но не замедлился и, воспользовавшись паузой между атаками, мощным ударом кулака в лицо уложил противника на землю. Убедившись, что тот не шевелится, Зуко рвано выдохнул и уже хотел броситься на помощь Катаре, как вдруг копьеносец преградил ему путь.       – С дороги! – глухо прорычал Зуко.       Стражник зло оскалился.       – На этот раз вам не уйти.       Он сделал резкий выпад копьем. Зуко увернулся, перекатился по земле и одновременно провел подсечку. Стражник упал на колено. Зуко попытался перехватить копье, но тот, размахнувшись, снова ударил. Копье вонзилось в землю. Зуко, вскочив, перехватил противника за корпус и рывком опрокинул того на спину. Приподнявшись, он успел остановить удар стражника и сам ударил его кулаком в лицо. Тот увернулся, и удар пришелся в землю. Воспользовавшись секундным замешательством Зуко, стражник схватил его за обе руки, извернулся и со всей силы пнул его ногой в живот. Зуко повалился на спину, и теперь уже стражник оказался сверху. Он с размаху ударил, но Зуко успел закрыться, и всю силу удара приняло на себя предплечье левой руки. Взвыв от боли, Зуко схватил стражника за грудки, дернул изо всех сил, и они, вцепившись друг в друга, покатились по земляной насыпи.       Некоторое время была слышна лишь приглушенная возня, глухие удары, короткие яростные вскрики и рычание. У Зуко перед глазами все кружилось, он не мог понять, где верх, где низ, вдобавок, капюшон здорово закрывал обзор, но избавиться от него и выдать свою личность он позволить себе не мог. Он наугад наносил удар за ударом, получая такие же удары в ответ. В какой-то момент ему удалось извернуться, перехватить руку противника и вскочить на ноги, но тот, не вставая с земли, всем корпусом навалился ему на ноги и вновь опрокинул. Зуко перекатился на спину, но подняться не успел: стражник напрыгнул на него, усевшись на грудь, и, выхватив откуда-то нож, размахнулся, чтобы всадить его Зуко в горло. Зуко резко дернулся, сбросив стражника с себя, и прямо в перекате схватил того за руку с ножом. Стражник вырвался, и они одновременно вскочили на ноги.       Стражник напал сразу. Умело орудуя ножом, он стремительно рассекал воздух перед собой, нанося один удар за другим. Зуко с большим трудом успевал уворачиваться от этих атак. Он постепенно отступал, отклоняясь то вправо, то влево, отбиваясь руками, но силы его были на исходе. Улучив момент, когда стражник провел широкую атаку с размаху, он резко наклонился, позволяя лезвию ножа просвистеть у себя над головой, и рванулся вперед. Стражник попытался ударить сверху, но не успел. Потеряв от удара равновесие, он выронил нож, и они с Зуко вдвоем полетели с насыпи в овраг.       Зуко от боли едва не лишился сознания. Он упал на спину, а стражник навалился прямо на него. Зуко заметил мелькнувшую на его губах торжествующую улыбку и, со злостью ударив его кулаком в лицо, сбросил с себя.       Наступила короткая передышка. Зуко с большим трудом перекатился на живот и, держась за ушибленное плечо, медленно поднялся на ноги. Его противник тоже здорово пострадал – это было слышно по его сдерживаемому кряхтению, – но нашел в себе силы встать. Пристально глядя друг на друга, они оба приняли боевые стойки.       Зуко напал первым. Сделав фальшивый удар в корпус, второй рукой он яростно ударил в область головы. К несчастью, его соперник оказался опытным борцом. Легко уклонившись от этой атаки, он ответил встречным ударом, который, впрочем, тоже пришелся по воздуху. Несколько секунд они безрезультатно махали кулаками, не нанося друг другу никакого вреда, пока стражник не умудрился извернуться и перехватить руку Зуко. Тот отчаянно дернулся, ударил локтем, но стражник сумел уйти и от этого выпада и резко вывернул руку Зуко, оказавшись за его спиной. Зуко ударил ногой. Мимо. Тогда он просто упал на колени, уходя от обрушившегося на него сверху кулака, и вывернулся из захвата. Стражник с ревом пнул его коленом в лицо. Уже падая, Зуко схватил его за корпус и перекинул через себя, но стражник тут же проделал тот же маневр, и они оба вновь оказались на ногах. Зуко ударил с размаху. Стражник снова уклонился, и Зуко, потеряв равновесие, полетел на землю. Стражник с победным воплем бросился на него, но Зуко в последний момент сумел собраться, резко уперся ногой ему в живот и, перекинув его через себя, отшвырнул далеко в сторону.       Воцарилась тишина. Пошатываясь и тяжело дыша, Зуко поднялся на ноги и подошел к лежащему без движения сопернику. Тот, судя по всему, крепко приложился головой об землю при падении. Склонившись над стражником, Зуко некоторое время пристально вглядывался ему в лицо, пока не убедился, что тот дышит, и вздохнул с облегчением: если бы он планировал убить этого бойца, то не стал бы вступать с ним в рукопашную, а просто использовал бы покорение огня. К счастью, этого не потребовалось. Зуко поправил маску, убеждаясь, что она осталась на месте, и принялся торопливо выкарабкиваться из оврага.              *              Проснувшись, Катара не сразу поняла, где находится. Ярко светило солнце, в воздухе витал солоноватый запах моря и слышался шум прибоя. Зажмурившись, она потерла глаза, а потом приподнялась, огляделась по сторонам и, увидев мирно спящих на брошенных как попало одеялах Аанга, Сокку и Зуко, сразу все вспомнила. Вспомнила, как они с Зуко пытались выбраться с территории тюрьмы. Как стражник так сильно ударил ее, что она потеряла сознание. Как очнулась на руках у Зуко уже далеко от тюрьмы, когда он пытался привести ее в сознание, брызгая на нее водой из ее же бурдюка. Как они вдвоем дошли, наконец, до назначенного места сбора, где их уже ждали не на шутку встревоженные Сокка, Тоф и Аанг. Сокка позже рассказал, что, когда Аппа вернулся без седоков, готов был в ту же минуту лететь за ними, но Тоф предложила немного повременить, считая, что Катара и Зуко вполне могут постоять за себя и, возможно, вскоре вернутся сами. Что, собственно, и произошло. После этого вся, наконец воссоединившаяся, компания взобралась на Аппу и спешно покинула недружелюбный материк, отправившись к ставшему их временным убежищем острову.       Катара с грустной улыбкой посмотрела на спящего рядом с ней Аанга. За время своего заключения он очень похудел – когда Катара вчера обняла его, он показался ей даже еще более маленьким, чем был раньше. А еще волосы. Было так непривычно видеть Аанга с необритой головой. Ежик коротких, жестких волос покрывал его голову, практически полностью скрывая под собой татуированную стрелку, и от этого Аанг выглядел совсем другим. Не то, чтобы он казался Катаре более или менее красивым. Просто другим.        Катара тихонько вздохнула и перевела взгляд на Зуко. Он лег спать чуть в стороне от всех остальных, словно сознательно пытаясь отделить себя от них. Похоже, именно это и происходило. С того момента, как они все встретились, Зуко словно подменили. Он не участвовал в общих радостных приветствиях, и даже отвернулся, когда Катара бросилась обнимать Аанга. Он почти ничего не говорил, предоставив Катаре самой рассказать об их приключении. Катара предполагала, что его недовольство связано с постигшей их неудачей, хотя, если подумать, все прошло не так уж плохо: их маневр удался как нельзя лучше, охранники действительно отвлеклись на налетчиков, что дало Тоф и Сокке возможность беспрепятственно добраться до камеры Аанга и вытащить его. Сами же Катара и Зуко выбрались из тюрьмы хоть и не совсем невредимыми, но живыми и никем неопознанными, что тоже можно было считать большим успехом, так что Катара решительно не понимала такую перемену в настроении Зуко.       Тоф уже не спала. Она сидела у самой кромки воды, погрузив ноги во влажный песок, и лениво играла с Момо. Катара, стараясь никого не потревожить, тихонько поднялась и направилась к ней.       – Привет, Тоф.       – О, привет, Сахарная Царевна! – весело поприветствовала та подругу. – Проклятый песок, такой рассыпчатый, я в нем почти ничего не вижу. Ненавижу песок!       Катара молча опустилась на землю рядом с ней. Да, после их нелегкого путешествия по пустыне Ши Вонг Катара и сама испытывала к песку большую неприязнь.       – Что, все остальные еще спят?       – Да. – Катара коротко оглянулась через плечо. – Еще бы. У нас всех выдалась бурная ночь.       – Ну, зато мы теперь снова все вместе. Знаешь… – Тоф вдруг резко отвернула от Катары лицо. – Ты, конечно, зануда и все такое, но я за тебя переживала. Не то, чтобы скучала, просто переживала.       Катара почувствовала, как на глаза ее наворачиваются слезы. Быстро смахнув их, она подалась вперед и крепко обняла подругу.       – Я тоже тебя люблю, Тоф.       Та неопределенно хмыкнула.       – А знаешь, по чему я очень скучала? – резко сменила она тему разговора. – По еде, которую ты стряпаешь. То, что готовит Сокка, есть просто невозможно! Может, приготовишь что-нибудь на завтрак? Я жутко проголодалась.       Катара тепло улыбнулась.       – Конечно, Тоф. С радостью.              Вскоре запах свежеиспеченных на углях лепешек разбудил всех остальных. Сокка и Аанг сразу присоединились к Тоф и Катаре за завтраком, Зуко же продолжал держаться в стороне, и Катаре пришлось дважды позвать его, прежде чем он тоже сел возле их импровизированного стола.       – Чего ты стесняешься, Зуко? – поинтересовался с набитым ртом Сокка. – Ешь давай. Ты же теперь с нами.       – Да, я никак не мог подумать, что ты сделаешь это для меня, – робко добавил Аанг, отпивая чай из глиняной чашки. – Спасибо тебе, Зуко.       – Я сделал это не для тебя, – довольно резко отозвался Зуко.       – Да-да, – махнул Сокка рукой и оторвал от лепешки зубами еще один большой кусок. – Ты просто хочешь остановить войну, мы знаем. Тебе нравится быть плохим парнем – будь на здоровье, мы не возражаем.       Аанг хихикнул, прикрыв рот ладонью. Зуко сердито зыркнул на него.       – Что?       – Я всегда знал, что в тебе есть что-то хорошее, но ты так тщательно это скрываешь, что сразу и не понять.       Зуко раздраженно фыркнул и отвернулся. Катара вдруг подумала о том, что все это утро он смотрел на что угодно, только не на нее. Они даже единым взглядом не обменялись.       – Теперь ты на свободе, Аватар, – все так же ни на кого не глядя, проговорил Зуко. – Что ты собираешься делать?       Лицо Аанга стало серьезным.       – Даже не знаю. Я должен был сразить Лорда Огня для того, чтобы остановить войну, но теперь слишком поздно. Захватив Ба Синг Се, народ огня и так практически победил…       – Нет, Аватар! – резко перебил его Зуко. – Война еще не закончена, и ты должен остановить ее до… – Он запнулся и замолчал.       Аанг слегка прищурился.       – Ты хотел сказать, до прилета кометы Созина?       Сокка и Катара вопросительно уставились на него, а затем синхронно посмотрели на Зуко. Тот сидел с каменным выражением лица, опустив взгляд в землю.       – Зуко, ты что-то знаешь. Что произойдет в день прилета кометы?       Зуко отрицательно покачал головой.       – Я не могу тебе сказать.       Аанг переглянулся с друзьями. Сокка пожал плечами.       – До прилета кометы осталось два месяца, – заметил он. – У нас еще есть время.       Зуко холодно посмотрел на него.       – У вас есть план?       – Есть, но… – Сокка явно колебался, стоит ли раскрывать перед Зуко все козыри, но, еще раз взглянув на Катару, решился: – Мы планировали напасть на Страну Огня в день Черного Солнца.       Здоровая бровь Зуко изумленно взметнулась вверх.       – В день Черного Солнца? А откуда вы узнали об этом дне?       Сокка самодовольно ухмыльнулся.       – У нас, простолюдинов с Южного Полюса, есть свои надежные источники.       – В общем, – нетерпеливо вмешалась Тоф, – мы хотели заручиться поддержкой войск Царя Земли, но Ба Синг Се пал, так что теперь большого вторжения не получится.       – Зато можно организовать вторжение поменьше. – Сокка задумчиво потер подбородок. – Раз Аанг с нами, все еще может получиться.       Зуко несколько секунд пристально смотрел на него, а затем согласно кивнул.       – Может. – Он перевел взгляд на Аанга. – В таком случае, решено. Не знаю, как вы это организуете, но в день затмения ты должен свергнуть моего отца.       – Постой, Зуко! – недоуменно перебила его Катара. – Что значит: «вы»? Ты разве не останешься с нами?       И тут Зуко, наконец, посмотрел на нее. У Катары даже сердце сжалось. В его взгляде отразилась такая тоска, что она окончательно поняла: расставание неизбежно.       – Я должен вернуться, – тихо ответил он. – У меня еще остались незавершенные дела. И, потом, когда Аватар свергнет отца, кто-то должен будет занять место Лорда Огня. Нельзя допустить, чтобы к власти пришла Азула или еще кто-то, кто впоследствии вновь развяжет военные действия. Потому я должен быть там.       У Катары горло сдавило от слез. Она почему-то уверилась, что теперь, после всего произошедшего, Зуко останется, и им не придется расставаться. Увы, все было совсем не так.       – Я возвращаюсь домой. – Зуко поднялся на ноги и коротко кивнул, прощаясь со всеми. – Встретимся в столице, в день Черного Солнца.       – Спасибо, Зуко, – серьезно отозвался Аанг. – Удачи тебе.       – И вам.       Развернувшись, Зуко решительно пошагал к стоящему на якоре катеру. Аппа проводил его громким ревом, но все остальные промолчали. Все-таки он был чужим для них. Для них всех. Но не для Катары.       – Зуко, стой!       Вскочив с места, Катара бегом бросилась к нему. Зуко обернулся и тут же оказался в ее объятиях.       – Ты же обещал, что не уедешь, не попрощавшись.       Привстав на носочки, она обхватила его лицо ладонями и прижалась губами к его губам. Зуко растерянно замер, но спустя мгновение пришел в себя и пылко обнял ее.       Это был очень долгий, проникновенный поцелуй. Через него Катара пыталась передать все свои чувства, все то, что испытывала к Зуко. Всю нежность, всю любовь, всю страсть и благодарность. За то, что он для нее делал. За его любовь, за ласку, за доброту. За все. И ей было плевать, что остальные их видят. Она не могла отпустить Зуко не попрощавшись.       Прошло несколько долгих минут прежде, чем Зуко и Катара разорвали поцелуй. Они так и остались стоять на месте, прижавшись лбами и закрыв глаза, не в силах отпустить друг друга.       – Мы ведь не навсегда расстаемся? – тихо спросила Катара.       Зуко чуть отстранился и серьезно заглянул ей в глаза.       – Конечно. Я бы ни за что не согласился расстаться с тобой. Мы просто завершим все дела, а потом обязательно встретимся. Я найду тебя, обещаю.       Он легонько коснулся ожерелья на ее шее, и Катара не смогла сдержать улыбку.       – Да, Зуко, я знаю.