Связанные

      Бьянка нежно проводила рукой по волосам спящего Перси. Тот был все еще слаб и сразу вырубился. Робот воистину впечатлял. Он был одним из неудачных творений Гефеста, но близкий к идеальному. Снаружи это была настоящая машина для убийства, но внутри оказалась простой комнатой с центром управления. Тут была кровать, холодильник и даже телевизор. Откуда в столь древнем металлоломе столько современности, оставалось загадкой. Управляла им Талия, что несколько удивляло Бьянку. Она прекрасно помнила, что Грейс страдала боязнью высоты. Но, возможно, когда она спасала друзей, то центр страха отключило под действием адреналина.       Ди Анджело еще немного посидела с Перси и пошла к ней.         — Эй, — неловко улыбнулась она, садясь рядом. — Не против?       Та искоса взглянула на нее, гордо задрав нос.        — Кто я такая, чтоб что-то вам запрещать, Ваше Высочество?       У них в отношениях была такая фишка. Когда одна обижалась на другую, они дразнили друг друга такими прозвищами типа: «принцесска», «ваше высочество» и так далее. Вроде немного обидно, и от истины недалеко.         — Извини, что накричала в баре. Просто ваши ссоры к добру не приводят, а у нас итак, сейчас много проблем. — как можно искренне сказала Бьянка.         — Да не в этом дело, — вздохнула Талия. — Просто все эти события меня напрягают. И мне просто не хочется до конца признавать, что Перси прав.         — В том, что Аннабет пропала, твоей вины нет, — твердо сказала девочка. — Ты ни при чем. Это приспешники Кроноса.         — Будь я внимательнее… — Талия крепче сжала руль.         — Это уже произошло, что толку горевать? Аннабет еще не умерла, ты можешь все исправить.         — Знаю. Просто… неприятно, — она внезапно улыбнулась. — А в баре ты была крута. Я даже не догадывалась, что ты на такое способна. Режим дочери Аида активировала?         — Иди ты, — отмахнулась Бьянка. — Слушай, Талия… А полукровкам снятся…сны про богов?       Улыбка тут же сошла с ее губ.         — Ты что-то видела?         — Ну…типа того. Я была в каком-то дворце, и подслушала разговор двух…существ. Женщина была очень красива, а у мужчины было два крыла за спиной. Они говорили, что он должен сыграть в чем-то решающую роль. Разорвать стрелами какие-то узы.       Талия задумчиво закусила губу. Видно рассказ ее не порадовал.         — Бьянка, я не уверена. Те, кого ты видела, личности не самые приятные. Афродита и ее сынок, Эрот. Оба покровительствуют любви и оба заклятые враги Геры. По их воле расторжено немало браков, возможно, это как-то касается вашей ситуации.       Девочка обернулась к все еще спящему парню.         — Афродита никогда не является просто так. И добром ее появление не всегда заканчивается. Помни об этом.       И резко отвернувшись, крикнула:         — Буди мужа! Мы на месте.       Перси спешной побудке рад не был. Но церемонится с ним никто не стал. Робот с грохотом (Талия пилот неопытный) приземлился в каком-то парке. Парень схватил свой рюкзак и пошел к люку, где его уже ждала Бьянка.         — Джексон!       Перси обернулся.         — Будь осторожен. Дважды живым из загробного царства точно никто не выходил.       Парень улыбнулся.         — А у меня вип-билет, — и поднял их соединенные с Бьянкой руки.       Девочка покраснела и резко ударила его в плечо.       Талия легко улыбнулась, и махнув на прощанье улетела так же быстро, как и появилась.         — Ай! — схватился парень за пострадавшую часть тела. — За что?         — Перси Джексон, — укоризненно смотрела она на него. — Ты слишком наглый.       Он пожал плечами.        — Я твой муж, мне можно.       Та вновь покраснела и сквозь зубы проворчала:       — Будь у меня выбор, по-настоящему я бы тебя в мужья не взяла.         — Ничего, — холодно ответил Джексон. — Скоро ты со мной разведешься.       Почему-то слова Бьянки больно задели. Оскорбленное самолюбие выползло наружу. Будто Джексон этого всего очень хотел. Больно надо. Прям молился каждый день о дочери бога мертвых. Нет уж. Вот разведутся, и пусть эта гордая девчонка идет куда хочет. Это не его дело. У него проблем хватает.         — Пошли, — схватил он ее за руку, чтобы не отставала. — Навестим твоего папашу. ***       Оформление звукозаписывающей студии, где Джексон побывал в двенадцатилетнем возрасте, никак не изменилось. Он не мог сказать, радует его это, или наоборот. Скорее ни то, ни другое.         — Это… здесь? — сглотнула Бьянка.         — Что-нибудь чувствуешь? — повернул к ней голову парень.       Ди Анджело взглянула на свои руки. Да, она определенно кое-что чувствовала. Силу. С каждым шагом она становилась сильнее. Но по какой-то причине Джексон этого не ощущал. Возможно, метод наполняющий силы полубогов с помощью стихий их родителей для каждого индивидуален.       — Нет, — соврала она. — Ничего.         — Тогда вперед, — толкнул он дверь. — Не терпится заглянуть в подземный мир.       Бьянка хмыкнула. В этом она даже не сомневалась.       На этот раз, Харон предстал перед ними шатеном, но все в тех же очках и одетый с иголочки в итальянский костюм.       Увидев их, он позы не изменил.         — Харон, — приветственно кивнул Перси.         — Увы и ах, полубог, твоего имени я не знаю. А должен ли? — протянул он с насмешкой.         — Нет, — И закинув на стол шесть золотых драхм (Талия одолжила), уточнил. — Нам надо к Аиду.         — Впервые встречаю тех, кто сам просится к нему. А, нет. Не впервые, — Перси этого не видел, но почувствовал, что взгляд Харона стал тяжелее.       — Ты тот самый нагло подкупивший меня.         — Ты не возражал, — пожал Перси плечами.         — А потом мне досталось от начальства, — проигнорировал его перевозчик душ. — И досталось немало. Я не стану вас перевозить. Но заберу драхмы, и сделаю вид, что вас не видел.         — Ты… — глаза Перси опасно загорелись.         — А Аид знает, что ты настолько наглый?       Джексон удивленно посмотрел на заговорившую Бьянку.         — Что ты сказала, девчонка? — немного ошарашенный такой бестактностью, спросил Харон.         — Я спросила: «Аид знает, что ты настолько наглый?» — она подошла ближе. — Думаю нет. И ему очень не понравится, если он узнает.         — Кто ты такая, чтобы угрожать мне? — голос снизился до шипения. — И с чего бы Аиду тебя слушать?         — Значит, все-таки боишься, — заключила Бьянка. — Встречный вопрос: с чего бы отцу не доверять мне?         — Отцу? — теперь в голосе проскользнуло удивление.         — Я дочь Аида, — гордо выпрямилась она. — Все еще не хочешь нас перевезти?       Перси стоял в полнейшем шоке. Он и не подозревал, что Бьянка может быть такой. Упрямой и немного наглой. Она будто показывала: здесь она хозяйка, она может всем управлять, и никто не смеет ей ничего говорить наперекор. Призраки в приемной оживленно забегали, чувствуя темную силу.       Харон встал, не говоря ни слова. Девчонка доказала свои слова, и спорить с ней сейчас, занятие опасное. Неизвестно, как Аид отреагирует на оскорбление дочери.         — Прошу за мной.       Она лучезарно улыбнулась.         — Благодарю. ***       Они прошли по знакомому Перси пути. Пересекли реку Стикс, прошли мимо полей наказаний и остановились у главных ворот. Цербер грозно рычал и скалил зубы на внезапно взбунтовавшихся душ. Видимо, они чувствовали присутствие Бьянки. Сама же девушка смотрела на все вокруг с опаской и любопытством. Ей совсем не претило подземное царство, Джексон это чувствовал, но некоторый страх был. А вот чем он был обусловлен, Перси не знал. Может, она волновалась из-за встречи с отцом?       К Церберу Бьянка подошла с мягкой улыбкой.         — Тише, мальчик. Скучаешь тут, да?       Пес склонил все три свои головы, с интересом глядя на девушку. Она подняла разорванный. слюнявый, но каким-то чудом живой мяч, подаренный Аннабет. Скептически осмотрев его, она достала из рюкзака зеленый мячик для гольфа, несколько крупного размера. На вопросительный взгляд Перси пояснила.         — Нашла в том доме, на, — и кинула его Церберу. — Лов       У того аж глаза засияли. Он гавкнул тремя головами так, что аж души попадали, и перекувырнувшись, поймал мяч. Тут же, громко топая и сваливая толпу повторно, подошел к девочке, аккуратно передавая его ей. Из его пасти стекали слюни, огромные клыки были в непонятной жиже, а дыхание не отличалось свежестью. Но Бьянка только засмеялась, аккуратно принимая подарок. А затем отойдя на несколько шагов, вновь кинула его.       Джексон поймал себя на том, что улыбается. Даже в этом мрачном месте, ди Анджело была собой, что казалось удивительным. В этом мире мертвых она была лучом солнца, теплым и светлым. И он не единственный это чувствовал. Души вокруг стали разговорчивее, очередь пошла быстрее, а скелеты что-то заклацали челюстями на своем языке.         — Бьянка, — мягко коснулся он ее плеча. — Мы должны идти.       Она растерянно взглянула на него. Подошедший пес весело размахивал хвостом, но поймав ее взгляд опустил уши.         — Прости, мальчик, — погладила она его по носу. — Я должна идти.       Грусть из его собачьих глаз никуда не делась.       Перси всегда признавал, что дворец Аид отгрохал под стать себе. Черные мраморные стены должны были ужасать, камин со сгорающими в нем душами должен вызывать отчаяние, а трон из костей трепетать и падать ниц, признавая свою жалость.       Все это видел Джексон. А Бьянка нет.       Все вокруг, казалось, было обвито тоской и одиночеством. Каменные статуи выражали отчаяние и безысходность, а боль умирающих душ, олицетворяла боль хозяина. Бьянке было жутко и непривычно, но не более того. Хотелось посмотреть на отца и понять: неужели он действительно так терзается?       Однако спросить было некого.       Зал был пуст. Повелителя подземного мира на законном месте не наблюдалось.         — Дядя! — крикнул Перси. — У вас гости!       Эхо его голоса отразилось от стен, но особого эффекта не произвело.         — И что же здесь нужно надоедливым героям?       Над вторым троном появилось свечение. Перси быстро закрыл девочке глаза и зажмурился сам. Рисковать здоровьем не хотелось.         — Зачем вы пришли?       Персефона выглядела слишком хорошо для царицы подземного мира. Длинные светлые волосы, напитавшиеся солнцем, отливали золотом, кожа имела небольшой загар, и длинное белое платье на ней выглядело как с модного журнала. Видно, все дело в том, что Аид недавно забрал жену домой, ведь на дворе царил сентябрь.         — Госпожа, — как можно почтительнее склонился перед ней Перси. Бьянка, поколебавшись секунду, последовала его примеру.         — Персей Джексон, — холодно поприветствовала она. — И ты       Столько презрения, одним словом, на Бьянку еще не выливали. Она почувствовала себя резко Золушкой, страдающей от гнета мачехи.         — Как ты посмела сюда явиться? — голубые глаза пылали негодованием.       Бьянку ее тон разозлил.         — Я имею на то право, — подняла она голову. — Куда важнее: где мой отец?         — Бьянка! — шикнул Перси. Нельзя так разговаривать с богами, ох нельзя.         — Ты мне указывать собираешься?! — взорвалась богиня.- Мерзкая девчонка! Знай свое место! То, что ты дочь моего мужа, ничего не меняет. Я могу испепелить тебя в одно мгновенье!       Ди Анджело вновь склонила голову, скрипя зубами. Персефона права: она в невыгодном положении перед ней. Было глупо полагать, что дочь Деметры так просто ее примет. Но сделанного не воротишь, а даже если бы можно было, Бьянка не стала бы ничего менять.         — Что же касается Аида, — успокоилась Персефона. — Его здесь нет.       «Да ладно?» — мелькнула в голове Перси мысль, но вслух он спросил — И где он?         — На Олимпе.         — Что? — Бьянка вновь подняла голову — Зачем?         — Хочет разорвать Геру и Зевса на кусочки, — ответила внезапно увлекшаяся своими ногтями богиня.       Полукровки переглянулись.         — Что это значит? — требовательно спросила девочка.         — Глупые полубоги, — она перевела на них взгляд. — Как думаете, зачем Гера благословила ваш брак?       Перси пожал плечами.         — Поиздеваться?         — Не совсем, — хмыкнула Персефона. — Объявление брака выступает как союз двух семей. После этого им запрещается враждовать друг с другом. Ваш союз как гарантия того, что Аид не станет предавать Олимп.         — А разве не логичней было бы тогда сделать моим…партнером Талию? — запнулся Джексон, увидев злой взгляд Бьянки.       Та пожала плечами.         — Даже мне до конца непонятна логика Геры. Может, она посчитала Посейдона до мозга костей Олимпийцем и решила, что ему можно верить.         — Но она просчиталась, — похолодела Бьянка.         — Верно, — Персефона улыбнулась. Теперь они в бешенстве. У богов проблемы будут не только с Кроносом, но и между собой. Если через пять дней ваш союз не отменят, то будет война.       Бьянка вскочила.         — Мы должны их остановить. Это безумие.         — Должны. Но не сможете.       В зал внезапно вбежало около сотни скелетов. Все они были вооружены, их глазницы сияли жутким зеленым цветом. Челюсти угрожающе клацали. Они готовы были убить незваных гостей.         — Что это значит, Персефона? — поднялся с колен Перси, вытаскивая Анаклузмос. Бьянка сжала крепче кинжал, хотя чувствовала, что ей это не сильно поможет.         — Я ничего не имею против тебя, Перси Джексон. Но вот внебрачные дети моего мужа у меня восторга не вызывают.         — Как примитивно, — пробормотала Бьянка, смотря на подступающую толпу.       Персефона улыбнулась и крикнула:        — Убить их!