Связанные

      Одно Бьянка знала точно. Им конец. Зомби, повинуясь приказу своей госпожи, резко накинулись на них. Перси с боевым кличем сразу полез в драку, сбивая с ног мертвецов, рубя их на куски. У девочки дела шли не хуже. Она ловко снесла одному скелету голову ударом ноги, а другого пронзила ножом из небесной бронзы, и он тут же испарился. Перси уничтожал врагов одного за другим, а Бьянка прикрывала ему спину. Но они понимали: долго они не продержатся. В подземном мире куча душ, и все они подчинены Персефоне. Сама богиня, кстати, с безмятежной улыбкой наблюдала за происходящим. Бьянке очень хотелось ее задушить.       Один из скелетов вцепился ей в руку. Она попыталась вырваться, но подоспели ещё двое, хватая ее за ноги и голову.         — Бьянка! — Перси отвлекся, и пропустил удар. Ему ранили плечо, а он ведь недавно вылечился! Ди Анджело сжала зубы. Как смеют они так обращаться с ней? Да будь Персефона хоть царевной мира, Бьянка не позволит ей так потешаться над ними! Тем более, над собой.       Она дочь Аида. Это она должна приказывать, а не воевать со своими слугами.         — Прекратите это! — закричала она, пытаясь встать. — Не смейте трогать нас! Отпустите Перси! Живо!       Ее голос звуковой волной прошел по залу. Персефона даже руку убрала с подлокотника, заметив, что слуги отступают, поглядывая друг на друга. Эта девчонка… Смогла как-то воздействовать на них?       Перси времени даром терять не стал. Извернувшись, он откинул ближайших скелетов, и подхватив девочку побежал к выходу. Скелеты ещё минуту тупили, пока Персефона не завизжала: « За ними!»       Ребята стрелой вырвались из замка, и помчались к толпе душ. Цербер недоуменно смотрел тремя головами на беглецов, и следующую за ними армию.         — Мальчик! — мелькнула в голове Бьянки безумная мысль, которую она решила осуществить. — Фас!       Она даже ни на что не рассчитывала, крича больше от безысходности, и желания испытать удачу.       И та ей улыбнулась.       Пёс ощерился и с лаем кинулся на преследователей. Мертвецы затормозили, и повернули назад, каким-то образом понимая, что трехголовая собака страшнее незваных гостей.       Ребята тем временем добежали до Стикса.         — Теперь куда?! — Рявкнул Перси.       Ди Анджело беспомощно оглянулась. Оббегать слишком долго и бесполезно. Переплыть? Не вариант. И силы Перси тут не помогут. Стикс — самая беспокойная и беспощадная из рек. Сын Посейдона ей не указ.       Внезапно прямо перед Бьянкой из земли вырос цветок. Ликорис. Девочка в шоке смотрела на раскрывающееся растение, пока не заметила, что чуть подальше лезет второй. Их куда-то звали. Но кто?       «Потом выясним» — Решила она и позвала Джексона. — Идем!       Цветок как вырос, так и завял. Ди Анджело неслась, не чувствуя ног. Погоня за ними возобновилась. Бьянка слышала злобное клацанье за спиной, и бежала ещё быстрее. Джексон не отставал. Зомби его тоже не вдохновляли.       Впереди показалась пещера, и Бьянке резко захотелось повернуть назад. Темнота внутри не внушала доверия, и от камней исходила сильная аура чужого, незнакомого Бьянке человека. Но поворачивать было поздно. Они стрелой ворвались в пещеру, и вход за ними завалило, оставляя ребят в кромешной тьме.         — Эм… Бьянка? — позвал Перси.         — Тихо. — судя по голосу, девушка была напряжена. — Тут кто-то есть.       Ощущаемая ранее сила, стала ближе. Она исходила отовсюду, оставляя след своего владельца.       — Добро пожаловать, сестра. Я тебя ждала.       На стенах неожиданно вспыхнули факелы. На мгновение ребята зажмурилась от яркого света. Они оказались в огромном коридоре, уходящем далеко вглубь. По бокам виднелись проходы, но откуда конкретно доносился голос, трудно было сказать.        — Приветствую, дорогие гости. Прошу вас идти только вперёд. Для заплутавших здесь, хорошего исхода не будет.

***

      — Ты знаешь, кто бы это мог быть? — уточнил Перси.         — Ни малейшего понятия. — покачала она головой. — У нас с Нико не было никаких родственников. Может, какой-нибудь еще один внебрачный ребенок Аида?         — Я в истории не силен, — нахмурился Перси. — Но по-моему из всех богов он единственный был верен супруге. Ну, за исключением вас.         — Не всегда правда лежит на поверхности, Джексон. — последние слова парня больно резанули по слуху. — Ему совершенно необязательно было афишировать свою личную жизнь.       Весь их маленький диалог они шли по длинному, каменному коридору, украшенному черепами. Они принадлежали разным существам: от пегаса до циклопа. И человеческие тут, разумеется, были. Бьянку это немного нервировало. Но что странно: здесь витал прекрасный аромат полевых цветов. Никакой плесени, никакого тлена. Но это лишь больше напрягало. Девочка чувствовала себя наркоманкой, переборщившей с дозой.       Впереди показался конец. Перед ним была большая, кованная железом дверь, с изображениями героев, когда-либо посетивших подземный мир. Что примечательно: в центре был не Геракл, обычно доминирующий, а Тесей. И он единственный был в цвете. Девочка протянула руку, чтобы дотронуться, но дверь внезапно распахнулась, и она чуть не отлетела назад.         — Аккуратно! — поймал ее Перси перед самым падением. — Ты как?         — Нормально. — прохрипела она отстраняясь. Кожа Перси была слишком горячей.       Помещение, в котором они оказались, было довольно уютным и походило на оранжерею, тут росла зелень, маки, лилии. Преобладали жёлтые и красные цвета. В центре на полу находилась ниша метров шесть в ширину и в длину. Она была наполнена водой.       Глаза у Перси загорелись. В подземном мире с водоснабжением было плоховато (реки не в счёт), и такая неожиданность казалась подарком судьбы. Он ощущал, что вода чистая.       — Добро пожаловать в мою скромную обитель. — вновь раздался знакомый голос. — Сто лет ко мне уже никто не заходил.       К ним вышла юная девушка лет семнадцати, слишком прелестная, чтобы быть человеком, или даже полубогом. В черном облегающем до пола платье, собранными на плече распущенными светлыми волосами и мягкой улыбкой, она казалась приветливой и добросердечной. Но картину портили черные глаза, таившие насмешку и угрозу. Она как будто говорила: «Вы уверены в том, что видите?»         — Рада видеть тебя, Бьянка ди Анджело. — кивнула она. — Я давно тебя жду.         — Кто ты? — настороженно спросила девочка.         — Макария, несущая блаженную смерть. Единственная дочь Аида и Персефоны. ***       Всё-таки, не зря Аннабет называла Перси рыбьими мозгами. По части тупых вопросов он, видимо, был мастер.         — У них были дети? — не думая, брякнул он.       Бьянка чуть ли мученически не застонала. Господи, какой идиот.       Но хозяйку это несильно смутило.         — Ах да, я не особо популярна в мифах. — закусила она губу. — Сижу тут, тихо и скромно. Никого не трогаю, не убиваю. Что обо мне вспомнить? Разве что, ко мне Тесей сватался. — стрельнула она в Перси глазами. — Тоже сын Посейдона, кстати. Но увы. Папа не одобрил.       Она тяжело вздохнула, и вновь повернулась к Бьянке.         — Ну что ж, дорогая, — протянула она руку. — Давай пройдемся. Мне хотелось бы поговорить с тобой наедине.       Перси сузил глаза, явно не одобряя такую идею, но Бьянка бросила предупреждающий взгляд и подошла к богине.         — Персей Джексон, ты уже заприметил мой скромный источник? — улыбнулась она парню. — Воспользуйся, если хочешь. Но аккуратно. Трудно в этом месте добыть воду.       «Не сомневаюсь» — Мелькнуло у Перси в голове.       Макария, взяв девочку под руку, повела ее дальше. Одной комнатой ее владения не ограничивались. За ней шел прекрасный сад, целиком состоящий из камней. Деревья и трава были сделаны из золота. Вместо воды в импровизированном пруду были бриллианты и сапфиры. На деревьях росли плоды из рубина и граната. Дорожки вымощены серебром. Сверху лился жёлтый свет, создавая иллюзию дня. Макария шла с мечтательной улыбкой и запрокинув голову. Она казалась беззаботной, но Бьянка знала, что это и близко не так. И не только потому, что она богиня. Она тоже дочь Аида. У его детей беззаботной жизни не бывает. Если говорить по совести, ни у одного полубога спокойной жизни не бывает.       Они направлялись к золотому мосту, под которым была река из аквамарина. На берегу сидела искусственная, как показалось сначала Бьянке, синяя, упитанная ящерица. Но при их приближении, рептилия резко открыла жёлтые глаза и поползла к ним.         — О, Аскалаф. — взяла ее на руки Макария. — Снова спишь? Ты же знаешь, это вредно. Окончательно обленишься.       — Аскалаф? — переспросила Бьянка, и что-то шевельнулось в памяти.         — Садовник. — пояснила богиня, тиская ящерку. — Превращенный Деметрой в ящерицу за то, что выдал Персефону, и ей пришлось остаться в подземном мире. Он становится собой, когда мама уходит к бабушке.       Она обвела рукой сад.         — Он очень талантливый. Все, что ты здесь видишь его работа. У мамы ещё больше, конечно, ну да что ж.       Ящерица тем временем высвободилась и лениво поползла обратно к нагретому местечку.         — Единственное здесь живое существо. И то относительно. — тихо сказала дочь Аида, присаживаясь около искусственной реки. Стоя на коленях она перебирала камни, с тоской глядя на них.         — Послушай, — немного потоптавшись, присела Бьянка рядом. — зачем ты нам помогла? Твоя мать меня не жалует.         — Зачем? — горько хмыкнула богиня. — Потому что мы друг другу не чужие. Знала бы ты, как я завидовала детям Посейдона и Зевса! Сколько у них родных! А я? Единственная дочь. Всегда одна.       Она отрешённо посмотрела вперёд.         — Сколько я здесь? Не знаю. Когда я видела в последний раз свет? Единственными интересными моментами в мой жизни были те, когда сюда спускались герои. Но они не видели меня, не знали обо мне. Кроме…одного.       Она будто очнулась, тряхнула головой и поднялась         — Идём. О      ни пересекли золотой мост, и оказались в чем-то наподобие беседки. Здесь был другой пейзаж. Было изображено запустение и преобладали зелёный и черный цвета. Стол и стулья поистине королевские, белого цвета. Пол был засыпан изумрудами, изображающими мох. Из него же были стебли на колоннах. Драгоценные заросли.         — Садись — кивнула Макария на стул.       Бьянке казалось, что она восседает на троне. Холодном и не очень удобном. Но все же она старалась держать спину прямо, боясь лишний раз шевельнуться.       Макария, напротив, была расслаблена. Ее ничто не могло смутить, Бьянка не была столь важной птицей, чтобы гордо держаться перед ней.       Она задумчиво рассматривала свои пальцы, и, наконец, сняла что-то с руки.         — Хочешь взглянуть? — протянула она любопытной ди Анджело перстень.       Темные глаза внимательно начали изучать сие великолепие. Сделано кольцо из серебра, вставлен камень с, по всей видимости, обсидианом. На нем был выгравирован зелёный трезубец. Символ Посейдона.         — Когда я была очень юной, я любила побыть на поверхности. Просто сидеть смотреть на небо, наслаждаться морским воздухом, — богиня усмехнулась. — для меня это было чудом. Однажды на берегу я увидела печального юношу. До этого я редко контактировала с кем-либо из живых, и даже не знала, что полагается делать в таких случаях. Я не нашла ничего лучше как спросить, что случилось.         — Это был… Тесей? — предположила Бьянка.         — Только-только убивший Минотавра. — Макария закрыла глаза, погрузившись в прошлое. — У него умер отец, по его вине. Он корил себя и ненавидел. Может, потому как не мог себя контролировать, все рассказал мне. Я решила ему помочь. Вызвала дух его отца из подземного мира, дала возможность поговорить. Ему стало легче. Как он меня благодарил! Чуть ли ноги не целовал. — засмеялась богиня. — Мы стали встречаться. Разговаривали. Он был очень интересный. И красивый. — заговорщически посмотрела она на Бьянку. — Но я ни разу не заикнулась кто я, хотя он спрашивал. Год мы дружили. А потом… Он всё-таки выяснил мое происхождение.       Ненадолго она замолчала.         — Тесей хотел похитить Персефону. — припомнили Бьянка.         — Чистой воды идиотизм. — покачала головой Макария. — Надо было додуматься… Но не суть. Он рассказал об этом мне. И вот тогда мне пришлось сказать, что она моя мать. Он был в шоке. И я просто ушла, не желая видеть в его глазах презрение. Но он нашел меня сам. Чтобы попасть в подземный мир существует много дорог. Например, дорога Орфея. Если правильно идти, очень скоро приедешь к Стиксу. А если сбиться… Придёшь ко мне.       — И он пришел. — догадалась Бьянка.         — И знаешь, что сделал? Признался в любви. Он был намерен просить моей руки у Аида.       Ди Анджело начала склоняться к мысли, что тупость у детей Посейдона — наследственное.         — Я еле его отговорила. Но он все равно подарил мне это кольцо. Сказал: «Впервые завладели мной, а не я кем-либо».         — Но хорошего конца не вышло? — тихо спросила Бьянка.       Макария горько улыбнулась.         — У меня много поклонников. И избранник им, естественно, не нравился. Танатос донес, что Тесей, якобы пришел забрать Персефону. Аид церемониться не стал. И… Больше мы не виделись. И знаешь… Это даже к лучшему.         — Что? — Бьянка не поверила свои ушам. — Но ты любила его!         — Любила. Потому и не стала удерживать. — Макария встала, с грустью смотря на девочку. — Запомни, Бьянка. Любовь детей Аида — как бесконечная бездна Тартара, обоюдоострый кинжал. Мы калечим их, одновременно себя. Ломаем, подстраивая под нас. По-другому не можем. Каков их итог? Смерть.         — Зачем ты это мне говоришь? — смотрела Бьянка ей в глаза.       Макария нежно погладила ее по щеке.         — Чтобы ты не натворила ошибок. Выйдете из комнаты, идите налево. Там будет лестница, по ней наверх, и вы в мире живых. Прощай, сестра.       Богиня начала уходить, оставляя девочку в одиночестве.         — Макария! — опомнилась Бьянка. — Кольцо!       Богиня остановилась.         — Отдай Персею. Скажи, чтобы когда он делал выбор, вспомнил о тех, кого боги предпочли забыть.       И исчезла. ***       Макария не обманула. Выход был. На пути им встретилась пара мертвецов, но ребята на них обратили внимания.       На поверхности царил сумрак. Солнце исчезло за горизонтом, начали появляться первые звёзды. Они вышли прямиком около леса, и мудрить сильно не стали, разводя костер недалеко от места выхода. Перси задумчиво смотрел на горящие поленья. Произошедшее в подземном мире его удивило. В первый раз его не пыталась убить армия мертвецов, не было безумных мачех и неожиданных родственников. Серьезно, с Аидом было проще.         — Прости, Перси. Пожалуйста. — донёсся до него тихий шепот. — За то… За сегодня.         — Эй, ты ни при чем. — повернулся Джексон к спрятавшейся в колени лицо девушке. — Ты не виновата.         — Там внизу… Я ощущала власть. Полную, неограниченную. И я… Меня одолела гордыня. Я хотела быть повелительницей, чтобы слушались меня, а не я кого-либо. Это ужасно, Перси. Я не хочу быть такой. Ты ведь не считаешь меня отвратительной? — подняла она взгляд полный мольбы.         — Бьянка, послушай. — взял ее за плечи Перси. — Ты очень хорошая. Лучше меня и Талии вместе взятых. У каждого человека свои слабости и пороки. Но если он о них знает и может сопротивляться, то это не плохо. Это признак силы. Отвратительны те, кто слишком высоко себя мнит, и наслаждается этим. Так что, нет. Ты не можешь быть мне отвратительной.       Девочка долго смотрела на него, а потом резко подалась вперёд, обнимая. Перси тоже стиснул ее до хруста, ощущая тепло, после адского холода подземного мира.         — Ложись. — нехотя отстранился он. — Я постерегу.       Ди Анджело без лишних слов улеглась на куртке, сворачиваясь калачиком. Перси долго смотрел на нее, гадая, какие испытания ждут их дальше.