Драбблы EXO unpopular

Чондэ не был тем рыцарем, который служил верой и правдой королю, бежал по первому зову и защищал всех ценой свой жизни. Скорее, он был тем, кто будет это делать, если ему хорошо заплатят. Работа наемника приносила свои плоды и не цепляла к определенному месту, разве что до того момента, пока там не закончатся деньги на его содержание — Чондэ брался за все, за что могли хорошо заплатить. И вот три дня и две ночи он скачет, изредка останавливаясь на небольшие привалы — советник короля лично обратился к нему, якобы в тайне, чтобы не беспокоить его величество по пустякам: слишком много рыцарей погибло от колдуна, которого никто даже в глаза не видел. Чондэ понимал, что мог не вернуться, но, как говорится, как себя настроишь — так и будет. И вот, остановившись в очередной раз уже с ночлегом, Чондэ заходит в небольшую деревушку с убранными полями, небольшими домиками и карапузами, бегающими тут и там без опаски. И даже странный путник с мечом наперевес не испугал ребятишек. А дальше все по обычной схеме: трактир — ночлег в комнате или хлеву, как придется. — Похлебку и вина, милая, — подмигивает он трактирщице у стола, та хихикает и куда-то убегает, пока Чондэ занимает свое место. В трактирах всегда было шумно и весело — много пьяного народа, выдыхающего алкогольные пары, много драк, разговоров и источников информации, которые так ищет Чондэ. — Твое? На стол кладут миску и пинту, наполовину наполненную вином. — Другого нет, — перед Чондэ стоит мелкий наглый мальчика, видимо, наученный жизнью в таком месте. — Ого, — хмыкает Дэ, — какой ты грозный. — Будешь возмущаться — получишь в нос, — и удаляется, оставляя путника недоумевать дальше. В следующий раз Чондэ видит мальчишку утром, когда тот пытается вымыть за трактиром все деревянные миски, но получается плохо. — Помочь? — шутит Дэ, опираясь плечом на стену трактира. Мальчишка поднимает глаза, кидает недовольный взгляд на незнакомого ему человека и продолжает свое дело, кропотливо пытаясь выдрать засохшие остатки пищи с миски. — Не надо, — бурчит мальчик. — Чего тебе? Пришел надо мной смеяться? — А я похож на того, кто может это делать? — хмыкает Дэ и улыбается, это только забавляет. — Мне откуда знать? Чего ты вообще тут делаешь? Раньше я тебя здесь не видел. — Я не местный, — честно признается Дэ. — Но я мог бы им стать, если ты попросишь. Он подмигивает мальчишке и громко смеется, когда замечает его испуганный взгляд. — Да я пошутил, выдохни! — смеется Дэ и еле-еле успокаивается, потому что его восприняли слишком серьезно. — Но.. У меня есть один вопрос. — Ну валяй, — несмело произносит парень. — Ты что-нибудь слышал об убийце рыцарей? Колдуне, который портит урожай и убивает всех, кто пытается его остановить? Мальчик, кажется, думает еще недолго прежде, чем ответить: — Нет? Вроде бы, ничего такого. — Странно. И действительно странно. Даже в трактире говорили об этом. Или мальчишке не дозволено об этом говорить? — Ясно. Прощай, мальчик. Чондэ разворачивается, чтобы уйти. — Постой! — вдруг останавливает его малец. — Как тебя зовут? — Что? — это заставляет Дэ обернуться. — Зачем тебе? В прочем... Зови меня Чондэ. — Меня зовут Кенсу.. — Тогда прощай, Кенсу. И удачи тебе.

***

Чондэ удается выследить его — одетый в черный плащ, ошивается в двух деревнях от той, где Дэ встретил Кенсу. Идет до самого леса и чуть ли не скрывается там, но следы его выдают. Чондэ идет долго. Так долго, что, казалось, придется идти до самого вечера — лес не был бескрайним, но Дэ плутал и плутал в этих следах, словно кто-то пытался его запутать, пока не выходит на большую пустую поляну. — Да что за черт?! — громко ругается он, от злости топая ногой. — Целый день ходил — и ничего?! Не может такого быть! Дэ даже выходит на середину поляны, надеясь, что что-то изменится, но нет примятой травы, нет следов от башмаков — ни-че-го. В кустах резко что-то зашелистело, Дэ мгновенно достает из ножен меч. Что-то сначала блестит, пока не показывается рыцарь со спины. — Эй! Ты что тут делаешь? Но вдруг рыцарь падает на траву безжизненной куклой, а его доспехи, как и он сам, оказываются чем-то пробитым, но крови нет. — Я притащил его для тебя, — говорит кто-то совсем рядом. — Тебе нравится? — Ты... Ты кто? — Дэ даже не знает, откуда ожидать атаки, держит меч наготове — в любой момент атаку отбить может — Убери меч, Чондэ, — Дэ словно пробивает, когда он все-таки понимает, что этот голос где-то слышал. В кустах снова кто-то шелестит, пока не появляется силуэт в черном плаще. — Ты... Ты... Силуэт откидывает капюшон, и перед Чондэ оказывается Кенсу. И только глаза его горят желтым, как у всех колдунов. — Кенсу...