Ты мне должна

Это был солнечный и яркий день, когда Бенхамин, Алехандро и Палома выехали на одну из трасс Аргентины. Впереди предстояло важное событие - знакомство с семьей отца. «Какие они - новые родственники? Как нас примут? Как отнесутся?» - такие мысли крутились в голове девочки. Она сильно нервничала. Конечно, с Розой они уже встречались, но это не в счёт. Тогда сеньора Рохас не знала ещё, кого видит, поэтому вела себя как обычный и культурный человек. А что же будет сейчас? После того, как правда вскрылась, семья Бенхамина ещё не встречалась с его детьми. Палома переживала, отчего и заламывала сама себе пальцы на руках. Всё-таки это страшно - выходить из зоны комфорта. Хуана Карлоса и Нору, родителей Камилы, близнецы обожали. Недолгие приезды в столицу вместе с мамой к бабушке и деду были счастьем для Ханди и Ломы. Сеньора Бордонаба спешила угодить любимому внуку разными вкусностями, а дедушка организовывал всевозможные развлечения: доставал из подвала качели, с Алехандро ходил на рыбалку, а Палому катал на спине. Такие же воспоминания остались и о Родриго с Роминой, старшем брате и сестре Ками. На улицу Святого Хуана 12 всегда было приезжать приятно, тебя там ждали, тебя там любили, ты был там нужен. Что же будет в доме у родителей Бенхамина, пока не знал никто. Если Палома тряслась и волновалась, то Алехандро сидел спокойно. Парень заведомо знал, что сегодняшний день выдастся нелёгким. Невозможно сразу сойтись с незнакомыми людьми, даже если они твои кровные родственники, тем более в той ситуации, что сложилась у них в семье. Ханди просто осознал, что это нужно пережить и постараться вовремя угомонить сестру, если та начнёт истерить. Один Бенхамин ехал домой одухотворённым. В своих родителях, впрочем, как в старших братьях и сестре, он не сомневался. У мужчины даже мысли не возникало, что что-то может пойти не так или ещё того хуже, накалится обстановка. Рохас не видел для этого никакой причины. Хандро и Палома были не первыми внуками в семье Рохас, поэтому Бенха даже и не задумывался над тем, как же воспримут близнецов его родители. Конечно, изначально, когда Бен только рассказал им новость о появлении в его жизни шестнадцатилетних детей, у мамы был шок. Розалина была переполнена эмоциями. Замечу, что они были крайне негативными. Её возмущению не было предела. Женщина и раньше не одобряла отношения младшего сына с этой взбалмошной Бордонабой и всячески просила Бенху «не вляпаться ни во что», но жизнь отчётливо показала, что ребёнок не прислушался к советам матери. Теперь эта чертовка ещё и так сильно оскорбила их семью. Сеньора Рохас негодовала, но деваться уже было некуда, поэтому спустя пару недель новоиспеченная бабушка всё-таки потребовала встречи с внуками. Хуан Карлос же принял новость совершенно иначе. Скажем так, она его даже обрадовала. Сеньор Рохас никогда не питал к Камиле никакой неприязни, мужчина видел, как девушка зажигает огонь в глазах Бенхамина, поэтому появление ещё двух новых членов в его семье приносило ему только положительные эмоции. На все замечания жены он только отмахивался, считая, что Роса всё слишком драматизирует и придирается: - Жизнь так сложилась, уже ничего не поделаешь. Прими это как данность и успокойся, - в очередную ссору отстаивал свою точку зрения сеньор Рохас. - Не могу, Хуан, - возмущалась Розалина. – Наш мальчик только стал счастлив, когда появилась Мартина. Я, наконец-то, могла успокоилась за его судьбу, а Бордонаба снова дала о себе знать. Она - его проклятие. Сколько он из-за неё выстрадал? - Да хватит тебе жалеть его, как трёхлетнего. Он уже давно взрослый мужчина, а ты его бы до сих пор с ложечки кормила, - Хуан Карлос считал речь жены уж слишком утрированной. - Это ты перестань. Я хотела, чтобы у него было всё как у нормальных людей: заботливая жена бы родила нам внуков, о которых бы мы знали, а не эта взбалмошная девчонка, которая сначала высосала из него всю душу, а спустя семнадцать лет ударила кирпичом по голове в виде двух детей. Сеньор Рохас устало сидел и покачивался в кресле. Его уже порядком утомила ссора с женой. Её материнский инстинкт ничто не переубедит, поэтому Хуан Карлос и сам перестал этим заниматься. Выяснения отношений и так только силы забирало, не больше. Он продолжал покачиваться в кресле и кивать головой, пока сеньора Рохас ходила по комнате, активно размахивая руками и пытаясь что-то ему доказать. Минут через пять женщина всё же выдохлась и присела на диван. Седовласый мужчина заметил, что она перестала метаться и с ухмылкой посмотрел на жену: - Ты заметила, что только эта взбалмошная девчонка, которую ты так не любишь, смогла разжечь в нём то, что не удавалось никому, даже Мартине? – он говорил каждое слово так, будто знал какую-то тайну, так хитро и заговорщицки, как недавно Палома раскрывала секрет Алехандро. Сеньора Рохас недовольно цокнула языком, сложила руки под грудью и демонстративно отвернулась от мужа. Оставшись довольным реакцией Розалины, Хуан легонько засмеялся снял с себя плед и вышел из комнаты. День был солнечным и ярким, да и трасса, к счастью, оказалась не загруженной, поэтому дорога от Буенос-Айреса до Ла-Платы заняла не три часа, а два с половиной. Немного утомлённые подростки и их отец затормозили у дома семьи Рохас. Бенха, как обычно посигналил перед воротами и через несколько секунд на пороге появился Хуан Карлос, который, нажав на кнопку на ключах, открыл сыну проезд. Палома вытянулась, заметив нового человека. Чем быстрее приближался момент знакомства, тем сильнее девочка нервничала. Она инстинктивно вцепилась в руку брата. - Эй, полегче, - возмутился Алехандро, чувствуя какую силу прикладывает сестра. – Я так и без руки останусь. Блондинка ничего не ответила, а лишь скривилась, будто говоря: «Неужели ты не понимаешь, в чём дело?». Ханди без слов понял намёк, поэтому наклонился к её уху, чтобы отец их не слышал: - Не трусь. Никто тебя не съест. Я бы больше волновался, если бы нас везли знакомить с мамиными родителями. Вот там бы бабушка весь дом разнесла, узнав, что кто-то скрывает от неё внучков, - иронизировал Хандро. – А так, судя по папе, они должны быть более-менее спокойные. Палому недостаточно утешили слова брата, девушка промолчала, но руку Алекса так и не отпустила. - Приехали, - радостно сообщил Бенха, выключая мотор машины. – Можете выходить. Бенхамин вышел из автомобиля первым и тут же начал обниматься с отцом. - Привет, па. Давно не виделись, - мужчина хлопал Хуана Карлоса по спине, улыбаясь. Кто не любит возвращаться домой, в родные стены, в детство, в то время, когда ещё всё было хорошо, а для счастья нужен был любимый мультфильм и мороженное. - Здравствуй, Бенха, - сеньор Рохас охотно отвечал на объятия сына, активно разыскивая глазами других гостей. Алехандро и Палома покинули машину с пассажирской стороны и несмело продолжали там стоять. Скажем так, покачиваться в тени с пятки на носок было комфортнее, чем выходить в свет. Из-за плохого зрения Хуан Карлос так и не заметил тех, кого искал: - Сынок, так где же они? Бенха высвободился из объятий отца и обернулся в поисках Алехандро и Паломы. Конечно же, узрел он их сразу, в его взгляде отчётливо читалось: «Ну и чего стоим?». Бен плохо осознавал, что это пока только он приехал домой, а близнецы себя ещё чувствуют неловко. Так и не увидев действий со стороны детей, Бенхамин начал действовать первым: - Па, да вот же они, - Бен положил руку на плечо отцу и проводил к следующему поколению. Палома нервно сглотнула, когда к ним приблизился пока ещё незнакомец, один Алехандро выглядел каменной стеной. Казалось, что ничто его сейчас не поколебит. Хуан Карлос достал очки из кармана рубашки и надел их. Теперь мужчина мог внимательно разглядеть новоявленных внуков. На его уже покрытом морщинами лице расползлась улыбка. Он старался рассмотреть сначала каждую черту Алехандро, такого сильного, смелого и храброго парня, а затем перешёл к Паломе. Начав разглядывать девочку, мужчина повернулся к сыну с вопросом: - Это точно моя внучка? Все трое не скрыли своего удивления. Было заметно даже, как занервничал Бенхамин. Актёр прокашлялся: - Прости, не понял, - все мысли завертелись вихрем. «Разве могут быть сомнения?» - с сарказмом пронеслось в голове Бена. - Да что тут понимать, - шутливо возмутился Хуан Карлос, - по-моему, кто-то клонировал твою мать, - мужчина протянул ладонь к щеке Паломы. Девочка сначала испугалась, не любила она, когда к ней прикасаются незнакомцы, но деду позволила приложить руку к своей коже. – Удивительное сходство, - продолжал восхищаться сеньор Рохас. – Она выглядела точно также, когда я в неё влюбился. Девочка несмело улыбнулась в ответ на фразы старика. Бенха громко выдохнул, когда ситуация прояснилась. - Пап, ты так больше не шути. У меня сердце станет. Такие вопросы точно не для нашего случая. Алехандро рассмеялся, поняв, на что намекает отец. Если ещё раз кто-то усомниться в их родстве, Рохас не переживёт. В то время Хуан Карлос убрал руки от лица Паломы и протянул ей ладонь: - Добрый день. Палома. Будем знакомы, Хуан Карлос или, если вам будет удобно, просто дедушка, - мужчина скорее шутил, обращаясь «на вы», но надо же было как-то разряжать обстановку. Блондинка тоже наконец спокойно выдохнула и немного расслабилась. Первая встреча со старшим родственником прошла не так плохо, как рисовало её воображение. - Здравствуйте, рада познакомится, - девочка пожала руку старичку, затем он повернулся к Алехандро. - Ничего себе, какой богатырь. Ты в кого такой высокий? Наверное, в меня. Это я уже к старости стёрся, а в молодости был не меньше тебя, - сеньор Рохас приветливо похлопал парня по плечу. Заметим, что Алехандро пошёл на контакт охотнее Паломы. Как-то сейчас парень открывался быстрее девушки, парадокс. - Добрый день, - Алехандро первым проявил инициативу и обнял нового родственника, на что тот положительно ответил. – Наконец-то, увиделись. Наслышан о вас. Папа рассказывал, - мужчины отстранились друг от друга, но беседу продолжили. - Правда? И что же? - Говорил, что вы тоже любите футбол, - Алекс затронул больную для семейства Рохас тему. Хуан Карлос сам мечтал стать когда-то футболистом, но из-за травмы колена пришлось попрощаться с этой идеей. После рождения трёх сыновей он грезил, что у кого-то из них сложится в спорте, но и тут мимо. Даже Бенха отдал предпочтение кино и телеискусство вместо футбола, хотя выходил на поле, когда собирался с друзьями в Ла-Плате на родном стадионе. - О да, - старик поклал руку на плечо внуку, и они вместе направились в сторону дома, - а ты за кого болеешь в аргентинском чемпионате? Вот я за «Боко Хуниорс». Европейскую лигу смотришь? Наверняка, как и Бен, любишь Месси! Мужчины удалялись, оставляя позади себя Палому и Бенхамина. Рохас стоял довольным, наблюдая за общением сына и своего отца. Конечно Алехандро правильно поступил, когда завёл разговор на удачную тему. Если с Хуаном Карлосом заговорить о футболе, то это надолго. Может оно и к лучшему? Пока этого никто не знал. Бенха бы так и проводил мужчин взглядом, если бы не рядом стоявшая дочь. Палома казалась замкнутой, встревоженной и немного напуганной. Девочка стояла от него в нескольких шагах, можно было ощутить её напряжение. - Ломи, что с тобой? – Бен подошёл к дочери и приобнял её. Они оба опёрлись спинами на машину. Всегда открытая Палома вообще не шла на контакт: девочка не подняла глаза на собеседника, не обняла его в ответ и отказывалась говорить. - Что случилось? - Бенха повторил свой вопрос и повернул лицо блондинки за подбородок к себе. Отвечать Палома по-прежнему не хотела, поэтому, чтобы избавиться от различных расспросов, девушка решила быстро поменять тему. - Эм-м-м… Ничего, - она попыталась надеть на себя маску беззаботности и заулыбалась, становясь напротив папы. – Так, а где Роса? Бенхамину не понравилось её поведение, уж слишком подозрительно она выглядела: - В доме, наверное. Готовится, - спокойно ответил мужчина, тщательно изучая дочку взглядом. Что-то в её поведении не давало ему спокойствия. - Так пойдём скорее, не терпится с ней познакомиться, - Палома всё так же пыталась выглядеть жизнерадостной, избегая встречи глазами с отцом. Надо признать, ещё несколько лет - и врать она научится мастерски, но вот только при всём таланте блондинка не учла, что у ее отца такой опыт общения с ещё одной подобной особой, которая старается скрыть свои проблемы и переживания, что его просто так не обдуришь. Мать Паломы он уже вывел на чистую воду, с дочерью это будет ещё проще. Нужно только найти подходящий момент. Бен мысленно усмехнулся и проследовал за Ломой в дом. Что творилась в семейном особняке Рохас, сложно описать. Там было столько народу, что и не перечесть. Знакомиться приехали все: Карлос и Луис с жёнами и детьми, Милагрос с мужем и сыном, да ещё же и мама. Тут пока запомнишь, как кого зовут, должны годы пройти, поэтому глаза Алехандро и Паломы моментально увеличились в размерах от количества людей, с которыми им предстоит сегодня общаться. Как только близнецы оказались в общей гостиной, остальные замолчали, приковав свои взгляды к Хандро и Паломе. Повисло неловкое молчание, которое снять смог только Бенхамин. - Привет, ребята, - Рохас подошёл сначала к братьям, крепко обнимая их, а потом к сестре. Карлос, Луис и Милагрос отвечали младшему брату взаимностью, но их лица не скрывали прежнего удивления. Никто в комнате не знал, как правильно себя повести. Да уж, ситуация выходила не из лёгких. Палома и Алехандро мельком переглянулись. Даже в глазах юноши возникла растерянность. «Жизнь и к такому не готовила…» - подумал про себя блондин. - Не тушуйтесь там, - обратился к ним отец. – Проходите ближе, - Бену чуть ли не силой пришлось заставить близнецов пройти вглубь комнаты. Паломе казалось будто ноги залили бетоном, и она не может пошевелиться, поэтому несколько шагов ближе к центру давались девочке с большим трудом. - Семья, - обратился Бенха ко всем присутствующим, - не хочу вдаваться в лишние подробности. Познакомьтесь, это Алехандро и Палома,- последнюю фразу он произносил с гордостью, обнимая сына одной рукой. Близнецы попытались улыбнуться, но вышло немного криво. Все остальные по-прежнему молчали с ярко выраженным недоумением на лице. Первой слово взяла Розалина: - Добро пожаловать, - женщина, всё время стоявшая в самом дальнем углу комнаты, медленно подходила к внукам. Сеньора Рохас протянула свои руки сначала к Паломе, чтобы обнять и поцеловать в щёку, а затем к Алехандро. Пусть она и пыталась быть милой и приветливой, но менее напряжённой обстановка не становилась. - Чувствуйте себя как дома, - отстраняясь от парня, произнесла Роса. – Ведь, в принципе, он таким для вас и есть. Палома вновь попыталась выдавить из себя улыбку, но как-то опять невпопад. Девушка не могла понять, в чём дело, нечто фальшивое в манере поведения или говорения было в бабушке. Если по реакции Хуана Карлоса блондинка определила, что мужчина настроен к ним положительно, то поведение Розалины было слишком туманным. Но это, конечно, заметят только женщины. Мужчины крайне редко понимают уловки слабого пола. Женщины скорее ведут эту войну между собой, чем ради внимания мужчины, но с этим ничего не поделаешь, такова природа. Это из серии, зачем девушки красятся и красиво одеваются. Явно не для мужчин, больше для того, чтобы быть лучше на фоне остальных женщины, вот и всё. - Ну хватит стоять истуканами, народ, - заговорил Карлос, старший брат Бенхамина. – Вы же нам теперь не чужие! А ну-ка все дружно начинаем обнимать племянников, - это уже была скорее агитационная команда к действию, которая и спасла всю ситуацию. Дальше события понеслись рекой. Многочисленные родственники подходили знакомиться, расспрашивали об интересах, предлагали поиграть в различные настольные и уличные игры. Близнецы только и успевали, что кому-то говорить «да», а кому-то «нет». Единственное, о чём только не спрашивали, так это о прошлом. Ни Ханди, ни Лома точно не знали, будут ли им задавать подобные вопросы или отец всё-таки позаботился о том, что лучше не заводить разговор на эту тему. Спустя несколько часов вся напряжённость и моменты стеснения ушли. Братья Бена проявляли неподдельный интерес к Алехандро, ребятам даже удалось устроить небольшой футбольный матч под руководством, конечно же, Хуана Карлоса, в то время Милагрос не отходила от Паломы. Женщина старалась сделать всё, чтобы племянница чувствовала себя более-менее комфортно. Девушки болтали о моде, о косметике, о сериалах и фильмах. К концу дня Палома даже призналась себе в том, что не всё так плохо, как она себе представляла. Милли была к ней добра и мила. Конечно же Милагрос не сравнить с любимой тётей Роминой, старшей сестрой Ками, но девочка списывала это только на время. Карлос и Луис были ею также очарованы, как и Бенхамин, поэтому общение велось легко и беззаботно. С Алехандро всё было ещё проще. Иногда казалось, чтобы влиться в мужскую часть семьи Рохас нужно просто уметь гонять мяч по полю. Прям не любовь к футболу, а панацея. Мужчины в этом плане легче сходятся в общении, они не присматриваются так друг к другу, как это делают женщины. За всё время пребывания близнецов в окружении семьи Рохас, каждый из её членов уделил им достаточное количество внимания и заботы, кроме бабушки. Росалина всё время старалась держаться в стороне, особенно от Паломы. Если с Ханди им ещё удалось несколько минут пообщаться, то внучку женщина старалась обойти десятой дорогой. Некую то ли неприязнь, то ли недоверие они обоюдно ощущали. Девушка старалась не думать об этом. В мыслях ей, конечно, жутко хотелось вернуться домой. Там всё было знакомое, родное и любимое, а тут… Палома ощущала себя как не в своей тарелке. Блондинка радовалась только одному, что поехали они на эту встречу втроём, без Мартины. Лишний раз пересекаться с мачехой, Лома не хотела. С ней тоже приходилось конкурировать, да и не совсем приятно наблюдать, как сеньорита Санчез лезет к твоему отцу обниматься. Каждый раз, когда блондинка представляла перед собой эту ситуацию, она кривилась так, будто съела целый лимон сразу, а желудок вызывал рвотный рефлекс. Как ни крути, а любой ребёнок хочет, чтобы его родители были вместе… Палома не стала исключением. Да ещё и мама отказалась с ними ехать, хотя девочка так надеялась. Сославшись на недомогание, Камила осталась дома на выходные, отправив детей знакомиться с новыми родственниками лишь в компании отца. Блондинка впервые оказалась в положении, когда находилась без поддержки. Алекс не совсем понимал её в этом плане, что уж говорить про Бенхамина. Из своих мыслей девочку вывел голос Росы. Женщина вышла на крыльцо дома и приглашала всех к столу. Был готов ужин. Все принялись потихоньку проходить в дом. Последним, кто оставался на улице был Бенхамин. Мужчина заметил, как неподалёку одиноко стояла Палома и провожала всех взглядом. Недолго думая, Бен направился к дочери. - Пойдём, - мужчина протянул блондинке руку. Палома слабо улыбнулась, но всё же вложила свою ладонь в руку отца. Сжав крепко пальцы принцессы, актёр продолжил: - Сядешь со мной? А то я уже успел соскучиться. Девочка ничего не ответила, а лишь заулыбалась и кивнула. Они прошли гостиную, и оказались в столовой. Мда… Стол стоял, наверное, не короче традиционного свадебного стола где-нибудь в сельской местности на территории Украины, да и накрыт был соответствующе. Чтобы иметь большую семью, действительно, нужны деньги, хотя бы на то, чтобы всю эту большую семью накормить. Во главе, как обычно, сел Хуан Карлос. По левую руку от него – сеньора Рохас. Алехандро, как почётного гостя, посадили рядом с Росалиной. Напротив них устроились и Бенхамин с Паломой. Остальные расселись, как захотели. Разложив по тарелкам еду, Милагрос с сеньорой Рохас наконец-то тоже присели. Глава такого большого семейства дождался, пока наполнятся бокалы, после чего встал, чтобы сказать тост: - Ребята, - мужчина обратился сейчас конкретно к Паломе и Ханди,- я понимаю, что жизнь – штука непредсказуемая. Я сам несказанно удивился, когда мне пару месяцев назад сказали, что у меня есть двое взрослых внуков, - по комнате разразился негромкий смех. - Но как бы там ни было, поверьте, мы вам очень рады. Надеемся, что со временем наши отношения будут только развиваться и налаживаться. Будем очень счастливы, если вы впустите нас в ваши сердца и станете нашей семьёй. Признаться, речь деда тронула сердце Паломы, отчего девушка искренни заулыбалась. Во всём его тосте чувствовалось, как он переживал за сегодняшний день, как готовился к их приезду и как он желает дальнейшего общения. Ханди мельком переглянулся с Бенхой. Они оба были довольны. Всё шло достаточно неплохо, как для первого раза. Палома первая потянулась бокалом к Хуану Карлосу, когда семейную идиллию прервал громкий звонок в дверь. Все члены семьи Рохас недоумённо переглянулись между собой, кроме Росы. Услышав желанный звук, женщина выпрямилась и довольно заулыбалась: - О, а вот и ещё один гость, - сеньора Рохас начала вставать из-за стола, чтобы пройти ко входной двери. - Мама, кто это может быть? – спросила Милагрос. - Разве мы ещё кого-то ждём? – не понимал Луис. Женщина уже была на пол пути к намеченной цели, когда всё-таки ответила среднему сыну: - Конечно! Мы ещё не в полном составе, - она цвела, как пионы в мае, проговаривая эту фразу. Хитрые голубые глаза говорили, что сегодняшний вечер так просто не закончится. Сердце её внучки подсказывало неладное. Палома тут же напряглась и прищурилась, глядя на брата. - Что? - удивился тот, не понимая, чего от него хочет сестра. - Ну не мама же это, правда? – этот вопрос был предназначен отцу. Бенха лишь пожал плечами и поджал губы. Он то и сам не знал, кем может оказаться нежданный гость. Но это пустяки, которые уже через несколько минут поспешила исправить сеньора Рохас. Никто пока не притронулся к еде, все ждали хозяйку дома. - Проходи-проходи, дорогая. Как же всё-таки хорошо, что тебе удалось приехать, - с кем-то лепетала Роса. – Мы так по тебе соскучились. Как отец? Поправляется? – из прихожей отчётливо доносились фразы. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, с кем Роса ведёт диалог. Палома вспыхнула в секунду. Девочка тихо ахнула, широко выпучивая глаза: - Ты же говорил, что её не будет, – явно с претензией молвила блондинка отцу. Тот то и сам испугался. С тех пор, как отец Мартины попал в реанимацию, прошло около двух недель. Они созванивались вчера, и Санчез сказала, что ей нужно пробыть в Кордобе ещё около недели. Именно поэтому Бенха и принял решение ехать к родным на эти выходные. Естественно, мужчина понимал, что у Паломы и Мартины вряд ли сложатся нормальные отношения, а больше выбор - чьи чувства беречь - для него не стоял. Для него теперь априори не стоял больше такой выбор. Если нужно что-то выбирать между Паломой или ещё чем-то, всё остальное автоматически проигрывало дочери. Будучи уверенным, что Мартина ещё неделю не появится в Байресе, Рохас со спокойной душой заверил Лому в том, что в Ла-Плату они поедут втроём. Конечно, Бенха хотел сразу взять и Камилу, ведь за как раз таки последние две недели их отношения стремительно улучшились, но Бордонабе всё же удалось убедить его в том, что пока не нужно этого делать. Неправильно представлять Камилу в качестве своей невесты или жены родителям прежде, чем расстанешься с предыдущей официально. Тем более Като и сама понимала, что её вряд ли хорошо встретят в доме Бенхамина, поэтому пока откладывала момент встречи с его семьёй. «Пусть они сначала привыкнут к близнецам», - думала Бордонаба. Бенха же не хотел расставаться с Камилой даже на день, поэтому пытался завлечь любимую любыми способами. Но все мы уже знаем, что это бесполезно. Если Като решила, то заставить её поменять своё мнение может только злой Бенхамин… Но ей в этот раз всё-таки повезло, злость последнее время его не посещала. - Да, я тоже скучала. Спасибо, поправляется. Утром перевели в палату, поэтому-то и удалось приехать, - с каждым словом их диалог становился всё громче и громче, что говорило о том, что женщины приближаются к столовой. Бенхамин оторопел. Блондин не знал, как правильно себя дальше повести, поэтому пока сохранял молчание. - Всем привет, - сеньорита Санчез под руку появилась в комнате вместе с сеньорой Рохас. - О-о-о, Мартина, какая встреча, - первой приветствовать девушку встала Милагрос. Они казались лучшими подругами, которые давно не виделись. - Привет, Марти. Отлично выглядишь, - это были слова Луиса. Мужчина поцеловал Санчез в щёку и вернулся на своё место. Следующим охотно ринулся на встречу брюнетке Карлос. Окружающие так тепло приветствовали в своём кругу Мартину, что казалось, будто она уже давно одна из них. Это Алехандро и Палома чувствовали себя ещё чужими, находясь в компании родных по крови людей, а абсолютно чужой человек считался родным. Глаза Паломы постепенно становились асфальтно-серыми, когда девочка наблюдала за происходящим. Неприязнь и даже отвращение к обстановке тихо-тихо сидело у неё в душе. Ханди лишь усмехнулся, замечая, как сестра начинает закипать. Сейчас вы уже не увидите милую и приветливую Палому. Если девушку что-то не устраивает, то она этого просто так не оставит. Рядом с дочерью сидел напряжённый Бенха. Он ещё не успел поздороваться с Мартиной. Лома одарила его таким холодным взглядом, что сердце мужчины замерло. - Бенха, а ты не хочешь меня поцеловать? – кто-то бил Рохаса по плечу. Он оторвался от дочки и перевёл взгляд на беспокоящего его человека. Карие глаза сеньориты Санчез усердно просверливали дырку в Бенхамине. Мужчина нерасторопно привстал и поцеловал Мартину вместо губ в щёку. Санчез удивилась такому поступку, но не стала выяснять причины при всех. - Да это он от неожиданности, дорогая, - оправдывалась за Бенхамина мама. Палома закрыла лицо руками, дабы не видеть столь живописной картины, когда кто-то к ней обратился: - Палома, может, уступишь мне место рядом с папой? Мы так давно не виделись и очень соскучились, - Санчез говорила сразу за двоих. Это была роковая фраза Мартины для нервной системы падчерицы. Блондинке понадобилось около трёх секунд, чтобы осознать весь смысл сказанного, а потом началась буря в пустыне. В комнате повисла угнетающая тишина, лишь один Алехандро выдал междометие: - У-у-у-…- тянул парень безнадёжно, запуская руки в волосы. Он то уж точно знал «отправную точку» истерики сестры. Девочка медленно убрала руки от своего лица, медленно повернула голову на Мартину. В тот момент казалось, что Паломе не нужно никакого оружия, чтобы убить человека. Было достаточно её асфальтно-серых глаз. Даже Бенхамин нервно сглотнул от реакции дочери. Что думаете, как дальше развивались события? Крики, слёзы, драки? Нет, по-моему, перебор. - Конечно, Марти, присаживайся, - блондинка ответила на просьбу мачехи с такой приторностью, с какой разве что секретари разговаривают с боссами, после чего сеньорита Рохас демонстративно сняла декоративную салфетку со своих колен, встала и быстрым шагом покинула помещение. Тишина продолжалась. Никто не знал, что сказать, кроме Алекса. Парень обвёл окружающих взглядом: - Простите, моя сестра немного несдержанная, - парень извинялся за Палому, потому что считал, что девушка преувеличивает размеры трагедии. На самом деле, её ведь ни о чём сверхъестественном не попросили, а блондинка раздула из этого целую драму. Ну и мужчины, ничего не понимают в женской психологии. - Ничего удивительного, - подала голос сеньора Рохас. Женщина начала спокойно есть, мало обращая на остальных внимание. – Мать - хамка, да и дочь такую же воспитала. Вот теперь уже увеличились глаза Алехандро. Сначала он внимательно изучил ими бабушку, а затем перевёл глаза на отца. - Роса, перестань, - пытался предотвратить начинающийся скандал Хуан Карлос. - Что, прости? – наконец-то вступил в разговор и Бенхамин. Фраза матери совершенно его подкосила. Услышать нечто подобное он не ожидал. Актёр прищурил свои голубые глаза и всё-таки решился переспросить у мамы, что всё-таки она имела ввиду. - Да хватит, Хуан, - женщина отмахнулась от мужа. – Это ведь правда. Ладно, я ещё понимаю, что дети у них вышли по неосторожности, но вот их воспитание ей уж точно нельзя было доверять. Ты посмотри, - сеньора Рохас указывала младшему сыну рукой на дверь, будто говоря про Палому, - сама не имеет понятие об этикете, да ещё и детям не привила. А вот этой фразы хватило, чтобы и Алехандро вывести из себя. Парень громко отодвинулся на стуле, снял декоративную салфетку с колен и поднялся на ноги: - Извините, наверное, я тут лишний, - юноша направился к выходу. Осмелился его хоть как-то остановить лишь Хуан Карлос: - Хандро, постой, не горячись, парень, - мальчик не обратил никакого внимания на просьбу деда, а лишь поспешно покинул помещение. Бенха не предпринял никаких действий. В его оправдание скажу, что делал он это специально. Дождавшись момента, когда за сыном захлопнется дверь, он поднялся на ноги и упёрся руками в стол: - Спасибо, мама, что ты в одну секунду разрушила все по крупицам выстроенные с ними отношения… - мужчина не стеснялся в выражениях. Речь Росы обидела его до глубины души. В нём и мысли не могло зародиться, что его родная мать может так выразиться при своих же внуках. - Бенхамин, - женщина отложила приборы и участливо посмотрела на сына, - в чём я не права? Камила была не лучшим вариантом для того, чтобы обзавестись детьми. Посмотри, кто из них выросли, - Розалина искренни не понимала, где совершила ошибку. Бенха сам начал закипать как чайник, а его глаза уже успели изменить свой цвет. - Серьёзно? Как ты можешь? Что значит, Камила была не лучшим вариантом, чтобы обзавестись детьми? – его задевали столь циничные фразы Розы. – То, что она не соответствует твоим представлениям моей жены, не говорит, что она плохая. Тебя вообще волновало когда-то, что я её любил? – последнюю фразу он контролировал до последнего звука, дабы избежать ещё сильнейшего скандала. Да и после услышанного делиться с кем-то своими чувствами не хотелось. Он разочаровался. Мужчина нервно провёл руками по лицу и вернулся к разговору: - Кто из них вырос? Да это самые важные люди в моей жизни. Ты прости, но я не понимаю, чем они отличаются от других твоих внуков…- Бенха развёл руками. – Да и к тому же, если у кого-то и могут быть какие-то претензии к Камиле, то только у меня. Больше ни у кого из вас, - он произнёс это настолько твёрдо, как настоящий глава семьи. Отец с уважением посмотрел на него. Конечно, Бену было обидно, что Роса отделяет его детей от детей его братьев и сестры. Сеньора Рохас была отличной бабушкой, трепетной, нежной, заботливой, но только не по отношению к Паломе и Алехандро. То ли мало времени прошло, то ли обида на Камилу так глубоко засела в её душе, то ли собственное разочарование в самой себе из-за того, что не уберегла сыночка, не давало спокойно спать по ночам… Женщина ещё не определилась с выбором. Все присутствующие за столом боялись и слово вставить, а мать лишь недовольно поджала губы. Бенха забрал со стола ранее оставленный телефон и двинулся за подростками. Больше не было смысла оставаться в особняке. - Ты куда? - брошенное мамой напоследок так и осталось без ответа. Рассерженная и недовольная Палома громко хлопнула входной дверью и быстрым шагом отдалялась от чужого дома. Девушка сложила руки под грудью, а скулы на её лице уже вовсю ходили ходором. Она была зла не на шутку. Казалось бы, такая простая просьба мачехи смогла настолько сильно заставить блондинку потерять равновесие. «Совсем уже не соображает, что мне говорит?» - проносилось в голове сеньориты Рохас. Девочка посчитала вопросы Мартины оскорблением в свою сторону, т.к. изначально была уверена в том, что она имеет на отца явно больше прав, чем кто-либо ещё. Уступить, наверное, пальму первенства блондинка смогла бы лишь собственной матери, но никому больше. Детская ревность и чувство собственности активно говорили в ней. Блондинка уже давно вышла за территорию особняка и шла куда-то вдоль других домов. Начинало смеркаться. Она не замечала, как вечер плавно затемняет улицы, потому что в каждый свой шаг Палома вкладывала столько силы, что боксёры, которые колотят на тренировках грушу, могли бы у неё поучиться. Кровь в висках пульсировала, заставляя девушку идти ещё быстрее. В какой-то момент блондинка остановилась и поняла, что дальше двигаться бессмысленно. Девочка находилась в незнакомой местности, денег при себе не имела, телефона тоже, поэтому, как бы она не хотела, а возвращаться в особняк Рохасов ей всё же придётся. Придётся, но не сейчас. Блондинка присела на ближайшую лавочку и уставилась в землю под ногами. За время ходьбы ей удалось немного прийти в себя, поэтому Лома начинала дышать более-менее спокойно. «Когда уже наступит завтра?» - устало думала блондинка. Находиться в компании новых родственников ей не очень хотелось, девушка мечтала об обратной дороге домой. Неожиданный ветер потрепал волосы сеньориты Рохас, заставляя её поднять голову и убрать их с лица. Как только девушка закончила с этой манипуляцией, блондинка заметила приближающуюся фигуру брата: - Если ты идёшь, чтобы читать мне мораль о том, как некрасиво я поступила, то лучше уходи, - Палома опять завелась и с вызовом смотрела на Ханди. Тот спокойно дошёл до скамейки и опустился радом с сестрой. - Нет, я не буду тебе ничего говорить, - юноша вытащил пачку сигарет из кармана и закурил. Выглядел он слегка подавленным. Блондинка прищурилась. Брат увлекался табачными изделиями крайне редко, когда был расстроен или встревожен. «С чего бы это вдруг?» - подозрительные мысли зароились в голове Паломы. Девочка прищурилась. - В чём дело, Алекс? – блондинка пыталась заглянуть парню в глаза, но тот смотрел сквозь. Казалось, будто мальчик ушёл в себя и вернётся нескоро, просто забыл закрыть очи. Тряхнув кудрями, Алекс всё же натянул беззаботную улыбку и повернулся корпусом к ней: - Всё в порядке, - врал парень. Рассказывать о комментариях Росы Паломе он не хотел. Ещё больше расстраивать сестру не имело никакого смысла, а для себя он выводы уже сделал. Их здесь не любили, не любят и никогда не полюбят. Такое отношение семьи отца к Камиле уже заведомо предсказывало отношение и к внукам. Было неприятно, но не смертельно. «Не хотят общаться, да и не нужно, - думал про себя Алехандро, когда покидал дом Рохасов, - в конце концов, они в этом нуждаются больше, чем мы». Пусть кто-то и решит, что мысли Алехандро несколько циничны, зато правдивы. Зачем улыбаться друг другу в глаза, когда находиться в одном помещении тяжело? Зачем играть в игру под названием «мы - счастливая семья», когда так не есть на самом деле? Неужели это кому-то нравится? Нельзя ли просто, честно и откровенно, сказать друг другу правду, перестать лицемерить и зажить счастливее, чем прежде? Возможно, я несколько тороплюсь с выводами в этом случае, ведь правда для Рохасов открылась неожиданно, и они не успели к ней привыкнуть, но когда в некоторых семьях подобное длится годами, а то и десятилетиями… Я не верю в зов крови, я верю в зов души. Если хорошо с человеком, с которым у вас нет общего ДНК, то, возможно, он окажется вам важнее тех людей, с которыми вы имеете генетическую связь. - Тогда почему ты куришь? – продолжала выпытывать Палома. Словам Ханди девочка не верила. - Это? - юноша недоумённо посмотрел на сигарету. – А, это так, - он отмахнулся, - захотелось. Парень пытался улыбаться и не подавать виду. Признаем, у него получилось. Сестра отбросила все свои подозрения и вновь уставилась в пол. - Как думаешь, что будет дальше? - несмело говорила девочка. - Ты о чём? – парень не до конца понимал, что она хочет услышать. - О папе… Чью сторону он примет? Останется с ними? – блондинка заправила часть волос за уши, чтобы Ханди мог разглядеть её лицо. Брат усмехнулся и промолчал. Он, правда, не знал, что ей ответить. Аргументов в их пользу было не так уж много. Тем более, что родителей Бенхамин знал намного больше, чем новоявленных детей. Как парень мог предполагать, какой выбор сделает отец? Но, если что, к предательству Алекс был готов. Закалки перенести подобное хватит, а вот сестре вряд ли. Ответ на этот вопрос дал звук чьих-то ускоренных шагов. Подростки вдвоём повернули головы, дабы увидеть кому они принадлежат. - Вы почему так далеко от дома ушли? – Бенхамин аквтино размахивал руками, приближаясь к ним. Было видно, что он волновался и ему пришлось потратить немало нервов, чтобы найти близнецов. - О да, действительно, далеко, - сама себе под нос бубнила Палома, явно имея ввиду не дом Рохасов. Девочка демонстративно отвернулась, когда папа всё-таки настиг блудных детей. - Так получилось, - оправдывался за обоих Алехандро, пока Бенха переводил дух. - И телефон взять с собой не судьба? - пытался воспитывать блондинов Рохас. - Почему же? – Ханди выбросил окурок и полез в карман за гаджетом. Парень нажал на кнопку на устройстве, оно загорелось. – Прости, на беззвучном стоит. Не видел, - юноша вернул сотовый обратно в карман, не забыв включить звук. - Я тебе сколько раз говорил не курить? – Бенхамин был явно зол, поэтому впервые начал повышать тон в общении с детьми. Мужчина даже не удержался от лёгкого подзатыльника сыну. – Рано ещё голос ломать табаком и алкоголем. Парень не обратил особого внимания на действия папы, а лишь закивал, будто подтверждая его правоту. Ханди немного прокашлялся и начал глазами показывать отцу на обиженную Палому. Девочка сидела спиной к родственникам, активно выражая свою позицию в том, что не имеет ни малейшего желания с ними разговаривать. Бенха понял намёк сына и попытался выдохнуть, дабы успокоится. Ситуация за столом вывела его из себя. Услышать нечто подобное из уст матери было для него неприятной неожиданностью. Мало того, что она пошатнула его отношения с Паломой и Алехандро, так ещё и оскорбила в присутствии Ханди Камилу. Как ни крути, а мама всё равно один из самых важных людей в жизни. Для любого ребёнка неприемлемо слышать столь обидные слова в её адрес. Да и для Бенхамина это был перебор. Като давно перестала быть для него просто любимой женщиной, она выигрывала намного больше на фоне всех остальных, бывших и прежней. Но сейчас для него самого жизненная позиция была ясна. Сначала мы несем ответственность за ту семью, в которой родились, а потом за ту, которую создали. Пришло время отстаивать интересы той, которую сам и создал. Бенхамин подошёл к дочери и сел перед ней на корточки. - Принцесса не обижайся, - Бен взял дочку за ручки. – Я, правда не знал, что она приедет. Палома так и продолжала пялиться в пол, не обращая внимание на слова папы. Пока её обида была сильнее его слов. - Я домой хочу, - наконец-то выдавила из себя девочка, немного всхлипывая носом. Бенхамин только сильнее сжал её ладошки. Ему тоже было не по себе в родном доме, но ехать сегодня куда-то уже бессмысленно. Ночь на дворе. Легче дождаться утра и выехать на свежую голову. - Потерпите немного, ладно? – с надеждой в голосе просил отец. – Завтра с самого утра и поедем. Мужчина встал на ноги и потянул к себе дочку. Та неохотно, но всё же обняла папу. - Хорошо, как скажешь, - ответил ему Алехандро. Признаться, подросткам откровенно было приятно ощутить его поддержку. Всё-таки их интересы для Бенхамина сейчас были в приоритете. Стало холодать. Как только солнце садилось за горизонт, улицы быстро остывали. - Давайте вернёмся в дом? Вы же ещё ничего не ели, - гладя дочку по голове, предложил Бенха. Возвращаться в особняк никому не хотелось, но выхода особо не было. Пережить эту ночь ещё предстояло в доме Рохасов. - Я не хочу есть, - быстро ответила Палома. Девочке не хотелось лишний раз оказываться в компании новых родственников. Она может и поголодать, лишь бы меньше кого видеть. Бенхамин понимал, почему она так действует: - Дочка, не волнуйся. Сядешь рядом со мной, и никто тебя больше не тронет, обещаю, - папа поцеловал блондинку в лоб, тем самым уговаривая девушку. С Алексом проще, он же мужчина, перетерпит, если надо. - Ладно, - сдалась Палома, и они втроём направились по направлению к дому. Когда троица снова появилась на пороге особняка, оставшиеся члены семьи продолжали ужинать и непринуждённо болтали за столом. Благо, у всех хватило такта, не особо концентрировать внимание на появлении Бенхамина, Алехандро и Паломы. Бен отыскал удобное место, где мы они смогли расположиться втроём, и мафия села. Аппетита у девочки не было, поэтому она тщательно старалась рассмотреть ковёр под ногами. Разглядывать родственников желания не было, а вот брат и её отец были голодны, поэтому принялись за еду. - Палома, а ты почему не ешь? - к девушке неожиданно подошёл Хуан Карлос и склонился над ней. К нему единственному блондинка питала хоть какую-то симпатию, поэтому всё же подняла голубые глаза на деда: - Не хочется, - отказывалась Лома. Нужно было срочно что-то придумать, чтобы никто к ней не приставал с расспросами. - Да и фигуру беречь надо, - продолжала выдумывать на ходу блондинка. - Какую фигуру? Ты и так уже слишком худая. Давай кушай, - по-доброму настаивал Хуан Карлос, - а то мама скажет, что мы тебя тут голодом заморили. Его слова заставили девушку улыбнуться. Дед был единственным человеком за столом, кто по-прежнему оставался позитивно к ним настроенным и продолжал заботиться. Для Алехандро, который краем уха слышал разговор сестры с дедом, Хуан Карлос вырос в глазах ещё больше. Глядя на дедушку, хотелось ему доверять. - Хорошо-хорошо, - согласилась Палома. Отказывать старичку больше она не могла. Седовласому мужчине всё же удалось найти подход к внучке, чему он и сам был несказанно рад. Сеньор Рохас переживал за ситуацию, которая сложилась часом ранее. По его мнению, Роса была неправа, да и Мартине стоило бы аккуратнее обращаться с Ломой и Ханди. Не в том она положении, когда может командовать. Партнёры по жизни меняются, а дети — это навсегда. Хуан Карлос считал, что сеньорита Санчез собственноручно роет себе могилу в отношениях с Бенхамином, раз уж до сих пор не смогла наладить общение с его дочерью. От мужчины не скрылось, как Бенха трепетно относится к девочке, она явно была для него на первом месте, а потом уже все остальные. Палома начала накладывать себе салат, когда её отвлёк звонок мобильного Алехандро. Парень поспешно начал рыться в кармане, чтоб достать трубку. Когда ему это наконец удалось, на экране отчётливо высветилось «мама». - О, а вот только про неё и вспоминали, - улыбнулся парень, показывая сестре, кто звонит. Девочка быстро сориентировалась и вырвала телефон из рук брата: - Дай, я с ней поговорю. - Нет, - начал выхватывать у неё из рук гаджет Хандро. – Мама звонит мне, значит, хочет поговорить со мной, - за столом началась небольшая потасовка. Настолько небольшая, что многочисленные родственники уже через пять секунд были в курсе дела. На лице Росалины возникло некая неприязнь, а Мартина нервно заёрзала на стуле, просверливая Бенхамина взглядом. - Так, а ну хватит, - резко прервал брань между детьми Рохас. – Если вы не можете договориться, значит, с мамой буду разговаривать я, - мужчина забрал телефон из рук Паломы и вышел во двор. Не то, чтобы ему прямо очень мешала маленькая потасовка между близнецами, скорее он сам был не прочь поговорить с Камилой. Мужчина вышел на улицу и обернулся, дабы убедиться, что за ним никто не пошёл. - Привет, - он расплылся в улыбке, когда ответил на звонок. - Привет, - раздалось на том конце провода. Като сразу узнала, кто говорит. Звучал любимый голос, который она тоже была рада слышать. - Почему ты взял трубку, а не Алехандро? Рохас удивлённо вскинул брови и, шутя, спросил: - А ты не хочешь со мной поговорить? - Не-е-ет, - тянула Камила. - Я то и хотела услышать именно тебя, но позвонить на прямую боялась. Вот и думаю, как ты взял телефон Алекса? Бенха в голос рассмеялся. Камила до сих пор не отказывалась от конспирации. Может, оно и правильно? Чем меньше кто-то что-то знает о вашем счастье, тем дольше оно хранится. - Дети не могли договориться, кто с тобой поговорит первым, поэтому я, как отец семейства, решил, что первым буду всё-таки я, - Бенха иронизировал сам над собой, когда услышал смех Камилы по телефону. - Я соскучилась, - честно призналась женщина. Блондин сразу почувствовал, как сник её голос. Ему самому стало грустно на пару секунд. Он потупил глаза в пол, а потом принял решение, что нельзя давать ей киснуть. Завтра наступит уже очень скоро. - Мы тоже, - Бенха пытался придать своего голосу как можно более живой оттенок. – Скоро будем, любимая. - Как всё прошло? Нормально? – в словах Като звучало явное беспокойство. Интуиция подсказывала, что с Беном и детьми не всё в порядке. Собственно, поэтому она и позвонила. Оставалось надеяться, что кто-то из троих расскажет ей правду. Конечно больше надежд она возлагала на Палому, чем на мужчин. Вот только дочка могла отказаться рассказывать что-либо по телефону и томить мать до личной встречи. Из-за этого Камиле спокойно и не сиделось дома. - Да-да, конечно. Всё прошло нормально, - нагло врал Бенхамин. Естественно, женщина услышала эти нотки сомнения в его голосе, но т.к. знакомы они с Рохасом далеко не первый год, Бордонаба отлично знала, что расспрашивать его о чём-то по телефону без толку. Придётся ждать до завтра. - Ладно, хорошо, Бен. Передавай сорванцам, что люблю их. Жду вас завтра в Байресе, - Камила пыталась закончить разговор, т.к. предполагала, что беседовать с ней Бенхамину не очень удобно. - А меня любишь? - Рохас выглядел словно трёхлетний мальчик, которому не достался кусочек торта. Знаете, такие ситуации, когда в детстве на день рождении кому-то не хватило кусочка торта? Вот стоит такой малыш: у него глазки слезятся, нижняя губа дёргается и вид обиженный-обиженный. Вот Рохас выглядел приблизительно таким же, пока на том конце провода не услышал заразительный смех Ками. - Я с ответом потяну интригу до завтра. Это даст тебе стимул приехать быстрее, - как и любая нормальная женщина, Бордонаба иногда манипулировала мужчиной. Бенха недовольно цокнул языком: - Знаю, что любишь. Выбора у тебя больше нет, - он говорил это с сарказмом. – Спокойно ночи. - Спокойной, - смеялась Камила, кладя трубку. Бенхамин сбросил вызов и вошёл в особняк. - Ну что? Всё нормально? – на кровати сестры сидела Ромина. - Сказал, что да, но сердце говорит об обратном, - Ками приложила руку к левой груди и устало отвечала Роми. Интуиция и предчувствия не давали ей покоя. - Тогда чего ты нервничаешь? – женщина, лет сорока семи, так и не могла понять причину переживаний Като. - Не знаю, Роми. Этого не объяснить. Меня что-то мучает, а я не знаю что, - Като опёрлась спиной о стенку и закусила нижнюю губу. Её старшая сестра задумалась, нужно было искать какой-то выход из ситуации. - Может стоит позвонить Паломе? Ками вернула свои глаза на Ромину: - Я так и хотела сделать, но у неё как всегда отключен телефон. Сеньора Басс покачала головой: «И тут неудача». Женщине не нравилось наблюдать за терзаниями Камилы, поэтому она всячески пыталась найти хоть какой-то выход из положения, но у неё не получалось. - Значит так, - будучи старшей из детей в семье, Ромина с детства привыкла командовать младшими,- сейчас ты ложишься спать и не о чём не думаешь. Ясно? Сеньора Басс взяла за руку Като, подняла её с кровати и откинула одеяло. - Завтра утром проснёшься и не придётся долго ждать, как твои оболтусы приедут. Всё и узнаешь, - Ромина укладывала младшую сестру в кровать словно игрушку. Надо заметить, что Камила ей не особо перечила. Женщина укрыла Ками одеялом и направилась к двери. Выключив свет, она напоследок добавила: - И не вздумай нервничать. Тебе больше нельзя. Следующее утро было долгожданное для Паломы. Девочке так не терпелось скорее покинуть не совсем приятный для неё дом, что она была готова выезжать чуть ли не с восходом солнца. Вечно непунктуальная и несобранная сеньорита Рохас ровно в восемь была готова, в то время пока её брат всё ещё преспокойно спал на кровати и даже не собирался открывать глаза. - Вставай давай, - девочка толкала Ханди в спину, чтобы тот наконец проснулся. - Который час? - сонно бурчал Ханди. - Начало девятого, - ответила ему сестра. - Серьёзно? - бубнел сквозь сон Алехандро. – Ты издеваешься? Какой вставай? Два выходных за последние несколько месяцев, а ты будишь меня так рано? Сестрёнка, у тебя есть совесть? – юноша почёсывал голову и переворачивался на другой бок, чтобы не видеть блондинку. - Нет, это ты издеваешься, - терпение девушки было на исходе. Она нервно стянула одеяло с брата. – Чем быстрее мы соберёмся, тем быстрее отсюда уедем. Неужели непонятно?! – она уже скорее пищала, чем говорила. - Палома, мне всё равно, где спать, - бормотал Алекс, не открывая глаз и всем своим видом показывая, что вставать он не собирается. - Отлично, - девушка обиженно сложила руки под грудью. – Раз всё равно, то донеси своё тело до машины и спи там, потому что мне не всё равно, - блондинка прикринула на последнем слове и громко хлопнула дверью комнаты, когда выходила из неё. Палома быстро спустилась на первый этаж по лестнице и зашла в столовую. Взрослые уже встали и мирно попивали утренний кофе. Старшие братья и сестра Бенхамина уехали ещё вчера с семьями, иначе все бы просто не разместились в доме Рохасов. - Доброе утро, - будто вскольз произнесла блондинка. - Доброе утро, - улыбнулся Бенха, завидев Палому. – Алехандро встал? Остальные слабо улыбнулись и поздоровались с девочкой. Блондинка прошла к ближайшему стулу и села: - Нет ещё, не могу его добудиться, - девочка недовольно сложила руки под грудью и старалась не смотреть на окружающих. - Не наговаривай на меня, - раздалось неподалёку. – Встал я, встал, - сонный Ханди еле передвигал ногами. Мальчик, не спеша, зашёл в комнату и рухнул на стул рядом с сестрой. Он по привычке обратился к ней. - Палома, я голодный как волк. Что на завтрак? – блондин видимо ещё не отошел ото сна и слабо соображал, где находится, поэтому, только завидев особу женского пола, которую знал лучше остальных, задал ей подобный вопрос. Девочка вытянулась и широко раскрыла глаза: - Просыпаемся, - Лома толкнула старшего брата в плечо. – мы не дома. Я тут не хозяйка. Бенху забавляла их перепалка, Хуан Карлос тоже слегка посмеивался, а вот Росе нужно было что-то же делать. Именно она выступала хозяйкой, ну и так уж и быть, не оставит внуков голодными. Ханди утрировано потирал руку, в которую нанесла удар его сестра и скривился, пытаясь разлепить сонные очи. - Ой, точно, - парень обвёл глазами окружающих, когда бабушка спохватилась. - Сейчас принесу вам омлет и чай с круассанами, - нужно признать, что сегодня сеньора Рохас выглядела приветливее. Она широко улыбалась и пыталась казаться милой. Видимо, за ночь к женщине пришло осознание того, что вчера она немного перегнула палку в своих высказываниях, поэтому чувствовала себя виноватой перед близнецами. Если Ханди не задержал на бабушку никакой обиды, то Палому мало впечатлила подобная любезность. Девушка по-прежнему уставилась в окно. - А блинчиков с клубникой нет? – юноша подставил руку под подбородок и мечтательно заулыбался. Паломе вновь пришлось развернутся к брату и ударить локтём под рёбра. «Он похоже, действительно, не понимает, где находится», - раздалось в голове сеньориты Рохас. - Приди в себя, бабушки здесь нет. Ешь и не вредничай, - блондинка не до конца контролировала свою речь, поэтому заметила на себе немного обиженный взгляд Розалины. Бенха тоже не смог пройти мимо случайно брошенной дочерью фразой, но поделать с этим пока ничего не мог. Мужчина осознавал, что близнецы пока не считают его родителей своими родственниками, соответственно, и отношения между ними будут несколько натянутыми. Сеньора Рохас перестала разглядывать внучку и удалилась на кухню за едой. Скривившись от боли, Ханди всё же не оставил сестру без ответа - Блин… А что такого? - явно не понимал блондин. – Просто я привык, что дома бабушка всегда подаёт на завтрак блинчики, - юноша мечтательно улыбался, как кот, что наелся сметаны, - с клубникой. Бенхамин рассмеялся, а на лице Паломы так и было написано: «Что за идиот?». - Ты привык, что бабушка потакает всем твоим капризам, - с упрёком говорила Палома. Девочку порядком раздражало поведение брата. Она никак не могла понять то ли он специально дураком прикидывается, то ли таким и есть. В голову блондинки давно пришло чёткое осознание, что здесь им не особо-то и рады, поэтому нужно сокращать время прибывание в доме Рохасов, так выделываться можно лишь дома. Закончив с прениями, близнецы принялись бегло завтракать. Кто бегло конечно, а, кто растягивал удовольствие. Палома заводилась глядя, как брат тянет никому не нужную резину. Как только Алехандро засунув в рот последний кусочек омлета, девушка поднялась со стула: - Спасибо большое, - она обращалась к поникшей немного бабушке, а затем повернулась к отцу, – можем ехать? Тот ничего не ответил, а лишь закивал головой. У Бенхамина и у самого внутри остался неприятный осадок после вчерашнего. С мамой они так до конца отношения не выяснили. Только отец поддерживал Бена в этом вопросе. Хуан Карлос попытался извиниться перед сыном за вчерашние высказывание жены. Этот поступок способствовал тому, что отношения в семье остались ещё хотя бы на каком-то уровне, а не съехали ниже плинтуса. Сеньора Рохас лишь на словах попрощалась с внуками, они втроём чувствовали эту дистанцию между собой, а вот Хуана Карлоса обниматься дети к себе подпустили. Это было единственным, что порадовало Бенхамина. Погрузив небольшие сумки, в машину сели четверо людей: Бенхамин, Мартина, Палома и Алехандро. Обратный путь домой тоже должен был оказаться непростым. Ясно понимая, что никакой разговор по пути не сложится Бенха просто включил радио, чтобы хоть кто-то разбавлял атмосферу. Рохас старался внимательно следить за дорогой, а все остальные наблюдали за мимо проскакивающими пейзажами. Так они и ехали следующие два часа, пока Мартина первой не начала разговор: - Бенха, ты же помнишь, что нас в эту субботу пригласили на свадьбу? Рохас немного нахмурился, пытаясь воспроизвести в памяти тот момент, когда же их пригласили. Память подсказала сама. Действительно, было нечто подобное около полугода назад. - Твоя подруга должна замуж выходить, правильно? – Бен на секунду оторвался от дороги и уставился на Санчез. Женщина выглядела радостной и довольной от осознания того, что её слова не прошли мимо ушей любимого. - Ага, - она кратко кивнула и продолжила, - церемония начинается в четыре в эту субботу, - ещё раз уточняла сеньорита Санчез. – Нужно будет на неделе заехать в ателье, чтобы тебе подшили брюки, а мне укоротили подол платья… Пока она продолжала щебетать, Бенхамин озадачился. Мало того, что пока Марти не сказала про свадьбу, блондин про неё и не помнил, так, а теперь Рохас туда вообще не собирался идти. В его планы входило завезти детей домой и откровенно поговорить с Мартиной, но никак не совместные походы на чьё-либо торжество. Рассказывать правду брюнетке в машине при близнецах Бенха посчитал не удобным, пока лучшим вариантом он видел, соглашаться на всё, что она предложит, а потом наедине он прояснит ситуацию. Но, заметим, так считал только Бенхамин. На заднем сидении сидела уже рассерженная Палома. - Как в следующую субботу? - девочка бесцеремонно влезла в разговор старших. – Папа, у нас же были планы, - её голубые глаза вновь расширились, а обида в душе возросла в несколько раз. Отец, действительно, обещал ей на следующих выходных сделать одно дело, а сейчас непонятно кто пытается разрушить её график, а тем более отобрать внимание Бенхамина. Бенха громко вздохнул: снова ссориться с Паломой он не хотел, но сказать дочери при Мартине, что задуманное в силе, он тоже не мог. Как поступить, Бен ещё рассуждал. - Деточка, ну пожертвуешь одним выходным. Мы с папой запланировали это мероприятие ещё около полугода назад, - Санчез вновь отвечала за двоих. Мало того, что отвечала, так ещё и умудрилась дать Паломе совет, в котором она очень «нуждалась». Блондинку выбесили её действия. Глаза вновь стали асфальтного цвета, и они встретились с карими Мартины. Поверьте, когда женщины начинают бороться за мужчину разница в возрасте между ними, быстро стирается. Либо кому-то приходится быстро взрослеть, либо кто-то опускается до уровня ребёнка. Но в данном случае, у нас первый вариант. Соперницами могут быть не только жена и любовница. Нет, намного веселее наблюдать, когда в бой вступают мачеха и падчерица. За таким противостоянием нужно смотреть сидя на диване с миской попкорна, особенно сценаристам. Таких сюжетных поворотов ещё не в одном кино не снимали. Палома первой отвела гневный взор от Санчез и теперь сверлила взглядом отца. Только он сможет определить победителя в данном раунде. - Да, Палома, мы съездим с тобой на следующие выходные, - Бену было страшно смотреть на дочь, поэтому он всячески старался делать вид, что следит за дорогой. Конечно, он врал. Только прямо сказать об этом дочке сейчас не мог. Палома сильно стукнула кулаком по сидению и откинулась на спинку. Неприятно чувствовать, когда тобой пренебрегают. Зато Мартина впервые радовалась своей победе. Наконец, Бенхамин поставил её интересы выше Паломы. Брюнетка довольно заулыбалась и продолжила смотреть в окно. Сеньорита Рохас считала километры до родного дома. Обида на отца засела глубоко внутри, было неприятно находится в его обществе, поэтому последние минуты, пока они подъезжали к особняку Бордонаба, казались девочке вечностью. Через окно девочка увидела на газоне перед домом маму и Ромину, которые играли с Бенхамином. Девочка, наконец смогла позволить себе спокойно выдохнуть, когда машина затормозила у дома. Не сказав никому ни слова, блондинка первой вышла из автомобиля и ринулась в особняк. - Смотри, твои приехали, - Ромина коснулась плеча сестры и указала на подъехавшую машину. Като обернулась с широкой улыбкой, которая поспешно удалилась, заметив сколько человек находилось в авто. Палома вышла первая. Было видно, что дочка была рассержена. Камила нахмурилась, встала с подстилки и начала подходить к чёрному фольксвагену. Навстречу матери летела Палома. Она быстро чмокнула маму в щёку и поспешила дальше пройти в дом. Хотелось закрыться в своей комнате и плакать. Бенхамин заметил, насколько сильно зацепило Лому его поведение, поэтому, заглушив мотор, мужчина вышел из авто и крикнул в след удаляющейся дочери: - А поцеловать меня на прощание? Дочка продолжила его игнорировать, высказывая своё недовольство лишь громко хлопнувшей входной дверью. - Привет мам, - Алехандро тоже наконец вылез из машины и поцеловав маму в щёку. - Привет, - женщина поздоровалась и с ним, и с Беном. Она всё ещё выглядела встревоженной. Обычно Палома так себя не вела, значит, что-то случилось. Женщина щурилась и безотрывно смотрела на Рохаса. - Так Пабло здесь? - Ханди узрел около дома тётю, а значит, и кузен тоже должен был находится в доме. Алехандро любил двоюродного брата. Они были лучшими друзьями, поэтому веселее компании не придумаешь. Ками на пару секунд оторвалась от прожигания Рохаса взглядом и повернулась к сыну - Да, здесь. Все за домом. Пятый час пытаются установить качели для Бенхамина, - объясняла ситуацию Камила. - Серьёзно? Так может им помощь нужна? – заниматься общим делом с Родриго, дедушкой, Пабло и Николасом, мужем Ромины, Алехандро любил. Они работали при случае как одна команда. - Ну, пойди помоги, сынок, - Като начала иронизировать. – Может им только твоей пары рук и не хватало. - Это уж точно, - к Ками и Ханди приближалась Ромина, которая за руку вела маленького племянника. – Они гордо заявили, что являются представителями сильного пола и справятся с установкой сами. Вот пошёл уже пятый час этого цирка, - Роми поцеловала племянника в щёку и кивнула Бенхе в знак приветствия. Алехандро удивился подобной характеристики действий своих родственников и, крикнув напоследок отцу «пока», убежал за дом. Маленький Бенха захныкал и начал тянуть Ромину в противоположную сторону, указывая пальчиком на забытую на подстилке игрушку. - Идём забирать твою машинку, идём, - женщина с мальчиком удалилась, оставляя Ками и Бенхамина практически наедине. До конца мешала только Мартина, которая так и оставалась сидеть в машине. Бенха подошёл ближе к Бордонабе. Волнение на её лице чётко отображалось. - Как всё прошло? - нужно было вести разговор на нейтральную тему. - Нормально, - Рохас засунул руки в карманы. Неловкость витала в воздухе, особенно, когда кто-то из них ощущал на себе злой взгляд сеньориты Санчез сквозь стекло автомобиля. - М-м-м… Ясно, - тянула Като. Им вроде бы и было, о чём поговорить, но вот делать это было крайне неудобно. На нейтральную тему долго не поговоришь, а на другие разглагольствовать пока не получится. Пауза затянулась. - Я тогда поеду, - Бенха пытался коммуницировать с любимой больше мимикой, чем словами. В свой взгляд мужчина вкладывал смысл, что он сегодня всё решит и поставит точку в отношениях с Мартиной, но вот только Ками не владеет до конца телепатией. Женщина поджала губы, сложила руки под грудью и машинально закивала. Она отошла на пару шагов от обочины, провожая Бенхамина взглядом. Мужчина неохотно прошёл к водительской двери, открыл её, когда его внимание привлек огромный чёрный джип, который останавливался у дома семьи Бордонаба. Машина припарковалась, и из неё вышел Карлос Сьерра. Лицо Бенхамина поменяло своё выражение в секунду. Мужчина так и не сел на сидение, а просто громко захлопнул дверь автомобиля. Чёчи не придал абсолютно никакого значения этому звуку. Он вышел из джипа в тёмных брюках и красивой тёмно-синей рубашке в полоску, с расстёгнутыми верхними пуговицами. Импозантный брюнет убрал с глаз очки-авиаторы и с улыбкой приближался к Камиле. - Привет, прости, что так долго. Задержали на работе, - Сьерра положил руку на талию Като и поцеловал женщину в щёку. Та в свою очередь охотно отвечала на его действия. Пусть сегодня Камила выглядела и не на все сто, но приезд Чёчи нарисовал на её щеках небольшой румянец. - Привет, ничего страшного. Я понимаю, - женщина отстранилась от брюнета и повернулась к застывшему возле фольксвагена Бенхамина. Тот стоял немой картиной. - Всё хорошо? – Като явно издевалась. Девушка слегка театрально вскинула брови. Глаза Рохаса вылезали из орбит, блондин нервно сглотнул и начал приближаться к парочке. - Я разве не ясно сказал в нашу последнюю встречу, чтобы ты не приближался к моей семье? – Рохас был похож на коршуна, а его голос отдавал хрипотцой. Он смотрел на Карлоса как на ничтожество. Что ж… Чёчи то тоже не пальцем деланный. - Прости, друг, - паясничал брюнет. – Ты в прошлый раз так поспешно утащил Ками, - он поклал руку на плечо соперника, - что она забыла зонтик. Не мог же я его не вернуть. Сьерра был доволен своей речью. Кровь закипала в Бенхамине, он начал тяжело дышать, когда дверь фольксвагена громко хлопнула. Из авто вышла Мартина. Женщина явно сердилась: - Мы скоро поедем? – её вопрос прозвучал с укором. Блондин ничего не ответил. Сейчас Санчез волновала его меньше всего, актёр судорожно соображал, как бы побыстрее выпроводить Карлоса из дома Камилы. - Нет, Пабло, я тебе говорю, нам нужна крестообразная отвёртка, - из –за угла особняка показалось двое молодых людей, активно о чём-то спорящих. - Да понял я, - отмахивался брюнет, - но Родриго сказал взять ещё и лопату. - Мам, - Алехандро оторвал глаза от кузена, когда перед ним предстала интересная картина. Мальчик на секунду остановился и поразмыслил, что же делать. Решив, не акцентировать внимание на сложившейся ситуации, он продолжил выяснять интресующий его вопрос: - А где у нас находятся инструменты? – они с Пабло медленно приближались к Камиле, Карлосу и Бенхамину. Като отвернулась от мужчин, променяв их на сына. - Посмотрите в кладовке на первом этаже. - Точно, - сказал было Пабло и уже хотел отправиться по назначению, когда юношей остановил вопрос Чёчи: - Зачем вам лопата и отвёртка? Алехандро вновь замер и медленно развернулся. По отцу мальчик не понимал, как себя вести, поэтому просто отвечал: - Да мы устанавливаем качели для Бенхамина, нужно болты закрутить и вкопать основание, - мальчик засунул руки в карман. Ситуация была неловкая, нависало напряжение. - Давайте я помогу. Совсем недавно устанавливал качели для племянника, там есть один секрет. Сейчас быстро всё сделаем, - Сьерра заботливо положил руку на талию Като будто говоря, что ему будет совсем несложно помочь Ханди справится с такой задачей, после чего направился в дом вместе с парнями. Хитрая улыбка не сползала с лица Бордонабы. Она украдкой переглянулась с сестрой, которая чуть ли не покатывалась со смеху от сложившейся ситуации и от выражения лица Рохаса. Тот сначала, побледнел, потом позеленел от подобной наглости Карлоса, а затем побагровел. - Нет! – громко рявкнул Бенхамин. Слышали когда-нибудь в цирке, как ревут львы? Вот нечто подобное раздалось по участку семьи Бордонаба. - Своему сыну я сам помогу, - Бенха говорил твёрдо и ясно, Чёчи остановился и поднял руки вверх. - Да пожалуйста, - брюнет довольно заулыбался и отошёл от парней, когда его место занял Бенхамин. Но и на этом наша история не заканчивается. Казалось бы, можно было выдохнуть, когда в одном из окон дома появилась Палома. Девочка встретилась глазами с отцом и лукаво заулыбалась. Бенхамин знал такую улыбку, так улыбалась Камила, когда в её голове складывался коварный план. Сердце Рохаса забилось сильнее. Блондинка отворила входную дверь, прошла мимо братьев и отца. Она шла прямиком к Карлосу. - Сеньор Сьерра, рада вас видеть. Как хорошо, что вы приехали. Наконец-то удалось познакомится лично, мама так много о вас рассказывала, - Палома была мила и приветлива, она снова находилась в хорошем настроении и старалась обаять гостя. Сам Карлос и предполагать не мог такой реакции на себя дочери Бенхамина, но был приятно удивлён: - Добрый день, красавица. Называй меня просто Чёчи. Правда, рассказывала? – мужчина не верил услышанному, поэтому перевёл взгляд на шокированную Камилу. Женщина была в ужасе от происходящего. Дочка сегодня поразила её в который раз. В душе ещё больше зароились сомнения: «Что же произошло в Ла-Плате, раз она так себя ведёт?». На вопрос Карлоса, Ками кивнула, но её глаза панически искали Бенхамина. У того всё было просто… Просто ступор. С-Т-У-П-О-Р, шесть букв, шесть звуков. Больше на его лице ничего не отображалось. Палома мстила и даже не пыталась этого скрыть. - Вы спешите? Может быть чаю? – девочка была настолько участливой и услужливой, что даже её брат был удивлён. «Совсем с ума сошла?» - Алехандро переглянулся с Пабло, который тоже пребывал в недоумении. - С удовольствием, - охотно отвечал Карлос. – Разве тебе можно отказать? Всё складывалось так, как ему и нужно было. Сьерра блистал словно начищенный самовар. Палома взяла мужчину под руку, уводя его в дом. Девочка демонстративно глянула на отца и широко улыбнулась. Они уже были на пороге дома, когда Бенха всё же решился на фразу: - Дочка, а мне сделаешь? Это был неожиданный поворот для сеньориты Рохас, но она быстро нашлась, что ответить. - Прости, заварки совсем мало. Уступишь гостю? От её ответа у мужчины уши свернулись в трубочку. У него бы пар пошёл, если бы это было возможно. Лома не стала дожидаться ответа отца, а просто скрылась за входной дверью. Минуты две все присутствующие не двигались, никто не решался нарушить тишину, даже маленький Бенха молчал. Первой начала действовать Камила. Женщина подошла ближе к Бенхамину и аккуратно попыталась выспросить: - Рохас, что ты сделал ребёнку, что она так себя ведёт? - её карие глаза прищурились. Актёр громко и недовольно выдохнул, после чего его глаза посерели: - Окружающие врут, что она похожа на меня, - в его голосе можно было услышать обиду. – Язвит она точно, как ты. Камила лукаво заулыбалась и пожала плечами: - Хоть что-то ей от меня досталось, - Като явно позабавил его комментарий, девушка уже хотела рассмеяться, когда почувствовала, как кто-то дёргает её за штанину. Внизу на траве расположился маленький племянник, который требовал, чтобы его взяли на руки. Ками только хотела наклониться, чтобы поднять это чудо, как её действия прервала сестра: - Нет, не трогай его. Он же тяжёлый, - Ромина уже успела подбежать к сыну Родриго и поднять его первой. - Пф-ф-ф… Ромина, перестань. Он же ещё совсем кроха, - Като начала сюсюкать с маленьким Беном, который теперь трепал волосы Ромине. Сестра ничего не ответила, а только посмотрела на Камилу убийственным взглядом. Младшая из сестёр Бордонаба, что сопротивления бесполезно, и лучше будет послушаться сеньору Басс. Мужчины не придали женской перепалки никакого значения, пока Ками первая не обратилась к ним. - Так чего стоим? Инструменты в кладовке! Все трое уже было хотели зайти в дом, когда одного окликнула Марти. - Бенха, а мне что делать? Блондин повернулся и посмотрел сначала на Санчез, а потом на Ками. Что делать Марти, будет решать Камила, она же хозяйка дома. Та выдохнула и вместо Рохаса обратилась к Санчез: - Проходи, не стой на пороге. - Вы были в Европе? И как там? В Испании были? Очень хочу посетить эту страну, - Палома метушилась на кухне, заваривая чай, и параллельно засыпала Карлоса вопросами. Мужчина еле успевал отвечать, но ему определённо нравилось такое внимание со стороны девочки. Он считал это большим плюсом в продвижении в отношениях с Камилой. Палома заботливо расставила блюдца с чашками, поставила корзину с фруктами, конфетами и выпечкой на стол. Тут она могла ощутить себя хозяйкой. Как только мама появилась на пороге столовой, девочка обратилась к ней: - Качели установили? – в голосе блондинки читался явный сарказм. Като услышала его и усмехнулась: - Не знаю, но лопату и отвёртку понесли. Дай Бог к вечеру закончат. Установкой качелей для Бенхамина занималось такое количество мужчин, что сложно себе это представить. Командовал парадом Родриго, на правах отца, который и купил сию прелесть для сына. Помогали ему Хуан Карлос, Алехандро, Бенхамин, Пабло и Рикардо, муж Ромины, только вот толку с этих помощников было мало. Мужчины занимались этим уже не первый час, но у них всё что-то не получалось. Вызвать мастеров они отказались, хотели доказать Норе, Камиле и Ромине, что они всё-таки хозяева в доме и справятся с такой элементарной задачей. Но вот только женщины уже слабо в это верили. - Так вот, - вернул их к прежней теме Карлос,- да, бывал и не раз. Испания - прекрасная страна. Нужно будет поехать как-то всем вместе, - Чёчи улыбнулся и взял Ками за руку, отчего у той расширились глаза, а у Паломы появился рвотный рефлекс. Пусть она и пыталась отомстить отцу, игнорируя его, но действия Карлоса были уже через чур. Като слабо улыбнулась и выдернула свою руку из рук Чёчи, когда в комнату зашёл Родриго. Мужчина выглядел уставшим. Он вытер пот со лба: - Фух, наконец-то установили. Чтобы я ещё раз сделал такую глупость? Буду водить его теперь только в парк кататься, - Риго нашёл на кухне графин с водой и, без наливания жидкости в чашку, начал осушать сосуд. Громко поставив стеклянный графин на стол, мужчина обратился к сестре: - Мы есть-то будем? Я безумно голоден, - присутствие Карлоса его нисколько не смутило. Ромина уже успела описать брату сложившеюся ситуацию, поэтому тот старался не заострять внимание ни на чём. Через полчаса теперь уже столовая семьи Бордонаба ломилась от еды. Нора активно накрывала на стол, привлекая к этому занятию дочерей и внучку. Мужчины живущие в этом доме пока принимали душ после тяжёлой работы и переодевались. Ещё минут через десять все были в сборе. Участливая Нора, мать Камилы, пригласила к столу Бенхамина и Мартину. Представляете себе обстановочку, да? Глава явно не для слабонервных. По случайному стечению обстоятельств Камиле пришлось сесть рядом с Карлосом, дети умостились напротив, затем села Ромина на руках с маленьким племянником и с семьёй, после Родриго, а затем уже и Бен с Марти. Сеньор Бордонаба сел как обычно во главе стола, а по левую руку от него, место по привычке должна была занимать жена. Нора поставила по центру овального стола жаренное мясо и заботливо начала накладывать в тарелку гостям. - Приятного аппетита, - пожелал всем Хуан Карлос, когда все начали отвечать ему взаимностью Бенхамин сидел как на иголках. Его разрывало от такого стечения обстоятельств. Дочка вела себя вызывающе, тут ещё этот Чёчи, да и вечно ноющая Мартина, которая только и знает, что повторять: «Когда мы поедем домой?». Конечно, Рохас осознавал, что ей некомфортно находится дома у бывшей мужа, но его это мало волновало. Блондин поставил себе за цель - уехать позже Карлоса. «Нечего ему тут делать», - злился внутренний голос актёра, поэтому мужчина старался как можно меньше внимания обращать на нытьё Санчез. Палома чувствовала себя довольной. Всё складывалось, как ей хотелось. Алехандро просто ощущал себя счастливым: наконец-то дома, наконец-то его покормят любимой едой. Для мальчика больше и не нужно. А вот Нора, Ромина и Камила даже с интересом наблюдали за происходящем. Зачем сниматься в кино, когда оно происходит в жизни? Ками порядком надоело волноваться за каждого из мужчин, поэтому она отпустила ситуацию и ждала, пока всё рассосётся само собой. А что? Терять ей особо больше нечего. - Тебе положить? – к ней обратился Карлос, на вилке которого был наколот небольшой кусочек мяса. Като скривилась, только услышав запах блюда. Ответить она не успела, желудок резко затошнило. Женщина прикрыла рот рукой и без извинений бросилась прочь. Все оторвались от своих тарелок и глядели вслед Камиле. - Что с ней опять такое? – начал Родриго. – Третий день с нами нормально поесть не может. Никто не заметил, как напряглась Ромина. Женщина вытянулась и начала заговаривать брату зубы: - Всё с ней нормально. Отравилась немного, - брюнетка передёрнула плечом, будто так и надо. - Да? Отравилась? – продолжал брат. – Третий день подряд? Сеньора Басс бегло переглянулась с матерью и приложила руки ко лбу. «Вечно он ляпает что-то не вовремя», - прожигала карими очами младшего брата. Она мысленно заставляла его замолчать, но тот не понимал намёков. - Что можно такое есть, чтобы так плохо было? Ромина выдохнула и натянула на лицо беззаботность. «Вот идиот», - пронеслось в её голове. Брюнетка ясно понимала, что сестру надо спасать, иначе брат вскроет все карты раньше положенного времени. - Да что ты к ней пристал? Съели мы пиццу три дня назад. Мне тоже было плохо, но не так сильно. А у Като же хронический гастрит, поэтому она хуже и переносит отравление, - вроде бы звучало правдоподобно. Роми увидела, как Родриго опять открывает рот, чтобы что-то ляпнуть, поэтому женщина быстро встала и всунула брату Бенхамина: - Держи, - женщина усаживала племянника на колени Родриго. – Покорми сына. Закончив манипуляцию, сеньора Басс поспешила покинуть столовую, дабы убедиться, что с сестрой всё в порядке. Она уже вышла из комнаты, когда до неё доносились недовольные фразы брата: - Что значит держи? Я же не умею его кормить? Женщина поспешно шла в ванную комнату, что располагалась под лестницей на первом этаже семейного особняка. Подойдя к двери, она услышала только шум воды. - Ками, ты как там? Всё хорошо? - сеньора Басс постучала, но всё –таки не дождалась ответа и открыла дверь. Перед ней, оперевшись на холодную кафельную стену сидела младшая сестра. Като выглядела бледной, а на лбу выступил холодный пот. Ромина взяла с вешалки полотенце, намочила его и начала обтирать лицо Камилы. Актриса чувствовала себя отвратительно. Слабость заполонила её тело. - Тихо-тихо, маленькая моя, - Ромина обняла сестру, продолжая приводить её в чувство. Обтирание подействовало положительно, и через минут пять Камила уже приобрела более живой оттенок лица. Женщина закрыла лицо руками. - Когда ты ему скажешь? - аккуратно спросила сеньора Басс. - Не думаю, что сейчас лучший момент, - Като начала иронизировать, значит, становилось лучше. Ромина усмехнулась. - Согласна с тобой, но давай только не через семнадцать лет, ладно? – Роми обняла покрепче младшую сестру, и они обе засмеялись. - Я постараюсь. - Палома! Палома! Палома, дочка, иди сюда, - Бенхамин шёл за неугомонной по пятам, а та всё не останавливалась. Финишной точкой сеньориты Рохас стала новая качеля, которую всё же удалось установить общей команде Бордонаба-Рохас-Басс. Блондинка уселась на качелю и начала покачиваться. - Палома, что происходит? Почему ты себя так ведёшь? – Бенха остановился рядом с ней и взялся одной рукой за перила. Палома продолжала молчать. Правильно сформулировать фразу - долгий процесс, но пауза уж слишком затянулась. Мужчину это заставляло нервничать. - Палома, я повторяю свой вопрос, что это за поведение? – его голос стал жёстче и требовательнее. Девочка вспыхнула. - Что за поведение? – она перестала качаться и встала на ноги, оказавшись с отцом лицом к лицу. Бенха постарался выдохнуть, чтобы его тон стал ниже и спокойнее: - Почему ты меня игнорируешь и откуда такая любезность к Карлосу? Блондинка рассмеялась ему в лицо. - А почему ты мне обещаешь одно, а делаешь другое? Почему ты промениваешь меня на Мартину? Если тебе можно, то почему мне нет? Тебе было неприятно, папа? Вот также плохо было мне, когда ты сказал, что в субботу поедешь с Марти на свадьбу? – из её глаз потекли слёзы. Обида вырвалась наружу. – Мы же собирались выбирать дом. Уже не нужно? - девочка разочарованно разводила руками. Когда она плакала, то становилась такой беспомощной, что у Бенхи пропадало всякое желание, что-либо выяснять. Мужчина сразу смягчился и просто обнял свою принцессу. В его объятиях она расплакалась ещё сильнее. Он машинально начал гладить её волосы и целовать в макушку: - Перестань. Ничего у нас не отменяется. Я просто не мог сказать тебе этого при Мартине. Как ты до сих пор можешь во мне сомневаться? Ты же самое важное в моей жизни, - Бенха оторвал её от себя и аккуратно вытирал с любимых щек слёзы. Палома выглядела очень маленькой обиженной девочкой, у которой отобрали куклу. Блондинка тихо всхлипывала, а нижняя губа подёргивалась. - Правда? - несмело переспросила девочка. Бенхамина рассмешил её вопрос: - Ну конечно, - мужчина снова притянул дочку к себе, когда на крыльце дома увидел Камилу. Женщина видимо уже давно за ними наблюдала. Цвет лица Ками уже был розовый, а не смертельно-бледный. Бордонаба опёрлась о стену дома и выглядела умиротворённой. - Не стой там одна, - Бенха рукой позвал её к ним. Като, не спеша, подходила к своей семье. - Как ты себя чувствуешь? Ромина говорила, что ты отравилась. Я волновался, - в его глазах действительно было заметно волнение и теплота, с которой он беспокоился. «Умница, сестричка, мастерски наврала» - Камила усмехнулась про себя. - Уже всё хорошо, - женщина не хотела сейчас разговаривать на эту тему. Не то время и не то место. – Дочка, ты чего плакала? – Камила начала следом за Бенхамином гладить волнистые волосы Паломы. Та в последний раз всхлипнула, вытерла оставшиеся слёзы рукой и успокоилась. - Да это так… Ударилась, - Палома пыталась врать при родителях, но те сразу её разоблачили. Впервые две пары глаз смотрели на девочку с одинаковым укором. - Вы помирились? - Камила спросила больше с некой теплотой. Палома поняла, что номер с ложью не прошёл, и рассмеялась. Бенха начал смеяться за ней следом, за ними подтянулась и Като. - Я вас люблю, - Рохас притянул обеих девушек к себе. Это было что-то вроде магии… Ощущение единства, счастья, теплоты, радости… Не знаю, называйте как хотите, такое не описать, а только прочувствовать. - Я что-то пропустил? – за спиной всех троих раздался ещё один знакомый голос. Палома высвободилась из рук отца и подошла к говорящему: - Куда ж мы без тебя, братец? – подростки вернулись к родителям и обнялись уже вчетвером. Как мужчины это любят, такие объятия происходят с явной силой. - Хватит-хтватит, - заверещала Палома, вы же нас раздавите. Все вчетвером засмеялись и наконец-то отстранились друг от друга. - Это, конечно, всё здорово, - начал увиливать Алехандро, - но я пришёл не просто так. - Что-то случилось? - обеспокоенно спросила Камила. - Ну-у-у...- тянул кота за хвост парень. – Не то, чтобы случилось. - Давай быстрее, - Палома была не из терпеливых. Бенхамин спрашивал невербально, глазами. - Я понимаю, что у нас тут семейная идиллия, но там Мартина уже пятый раз ноет, что домой хочет, - парень с трудом проговаривал каждое слово. Выражение лица Бенхамина тут же изменилось. Он закусил губу и запустил руку в волосы. Мартина… О ней то он уже и забыл. Камила тоже в миг похолодела. - Скажите, пусть выходит к машине. Сейчас отвезу, - Бенха попросил детей, после чего парочка блондинов тут же удалилась. За ними хотела уйти и Камила, когда Рохас остановил её за локоть. - Когда уедет Карлос? - он говорил тихо, но жёстко. - А что? – прикидывалась дурочкой Бордонаба. «Лишний раз понервничать ему не помешает», - пронеслось в голове Като. - Перестань. Я сегодня же поговорю с Мартиной, только и ты выпроводи Сьерра. Ясно? - по тому, как у актёра ходили скулы, Камила явно понимала, насколько он был напряжен. Ох, как ей нравилось видеть, что она ему не безразлична… Бенха читал у неё на лице нескрываемое удовольствие. - Договорились? - он сверлил голубыми глазами любимую исподлобья. Та лишь кокетливо улыбнулась и смешно пожала плечиками. -Может быть.