Из грязи - в Князи?

      Когда через пять дней мы пришли забирать документы из школы, на нас смотрели так, словно мы совершили как минимум групповое убийство. В коридоре, пока я ждала Стаса, рассматривая вывески на стенах, ко мне подошла Настенька. Взглянула на мою одежду, а именно на рваные джинсы, короткий белый топ и черные конверсы, хмыкнула и тихо по-змеиному прошипела:       — Ты теперь вовсе шлюхой заделалась? Спишь с учителем?       Я, со стеклянными глазами, полностью спокойным выражением лица и легкой улыбкой на губах, размахнулась и со всей силы съездила кулаком по намалеванной смазливой морде одноклассницы.       Ее голова запрокинулась назад под неестественным углом, а сама девушка с грохотом повалилась на пол, даже не потрудившись подставить руку, чтобы смягчить падение. Конечно, она вскрикнула. И громко.       На шум прибежал Стас, директор и парочка завучей, которые ошарашенно уставились на меня, выпучив глаза.       — Алиса, ты зачем дерешься? — тихо и со вздохом проговорил блондин, подходя ко мне и, взяв за локоть, отодвинул в сторону от стонущей на полу Насти. — Проблем мало?       Я возмущенно вскинула брови, усмехнулась и совершенно равнодушно ответила:       — Она сама напросилась!       — Никто не может «сам» напроситься, Алиса. — С поучительным укором сказал директор. — Она тебя ударила?       — Нет, но…       — Тогда зачем ты ее ударила? — встряла завуч. Я закатила глаза.       — Ты уже закончил? — кинула я Стасу, всем своим видом показывая мое безразличие к происходящему.       Тем временем Настю уже подняли и, утирая нос, из которого ручьем лилась кровь, повели в медпункт. В коридоре остались только я, Стас и директор.       Последний из вышеперечисленных направил на меня свои светлые глаза и покачал головой.       — Ты слишком агрессивна, Алиса.       — У нее была трудная жизнь. — Раздраженно выпалил блондин и, переплетая наши пальцы, потянул меня к выходу. — Нам пора.       Я последний раз оглянулась на директора, больше мы никогда не встретимся.       Никогда.       А раз никогда, то почему бы не выказать свои чувства. Ехидно усмехнувшись, я вскинула вверх руку с выставленным средним пальцем и, хихикая, скрылась за углом под укоризненные взгляды директора и завучей.

***

      — Лиискаа! — послышался жалобный зов из спальной, на который я не могла не ответить, несмотря на то, что была несколько занята стиркой.       — Чего, солнце?! — громко говорить мне было, конечно, все еще трудновато, но терпимо.       — Ты мне нужна!       Мне пришлось оставить свой пост у стиральной машины и пойти в спальню. Да, под словом «стирка» я подразумевала сиденье напротив стиральной машины и наблюдение за вращением белья в ней. А что?! Очень увлекательно.       Я прошлепала к Стасу и встала напротив кровати, на которой парень развалился, подобно льву на скале. Вопросительно взглянув на блондинистое создание, я легонько улыбнулась.       — Только ты можешь разбавить красками мои серые будни. — Драматично произнес он, прикрывая рукой глаза.       — Да? — я взобралась на парня, оседлав его. — И каким же образом?       — Придумай что-нибудь… — Стас хитро сверкнул холодными глазами, меча вокруг ледяные осколки, один из которых, кстати, попал мне в сердце при первой же нашей встрече.       Я заправила назойливую огненную прядь за ухо и наклонилась ближе к прекрасному лицу.       — Ты же знаешь, — наигранно грустно протянул я, — у меня с фантазией плохо.       — Тогда иди отсюда. — Пошутил он, игриво скидывая меня с кровати.       Поднимаясь на ноги, я заметила, что за окном уже стемнело. Я действительно была удивлена, ведь по моей памяти совсем недавно светило солнце! Видимо, я слишком уж увлеклась стиркой…       Я, деловито повиливая задом, прошла на кухню под внимательным взглядом голубых глаз. Попив водички, я вернулась обратно к парню, по пути выключив свет в спальной, погружая нас в темноту.       — Ты что-то задумала, а, Лиса? — Стас напряженно усмехнулся.       Я не ответила, только вновь села верхом на парня, сжимая худыми ногами его накачанный торс.       — Надеюсь, я тебя правильно поняла… — прошептала я, одаривая блондина жарким поцелуем в губы. Он что-то промычал в поцелуй, притягивая меня ближе, буквально вдавливая в свое мускулистое тело. Его руки моментально скользнули мне под футболку, вырисовывая на спине невидимые узоры. Я, в свою очередь, уже стянула с него черную борцовку, отбросив ее в сторону. Провела ладонями по напряженному торсу, прессу, груди, чувствуя, как бешено внутри бьется его сердце.       С его губ я опустилась на шею, оставляя ярко-красные засосы, прикусила нежную кожу, немного оттягивая ее. Теперь все будут знать, что он занят. Каждая сучка. Раздалось утробное рычание парня, схожее с урчанием тигра, он избавил меня от футболки, переваливая на спину, нависая надо мной.       Его горячее дыхание опаляло мою кожу. Стас поцеловал мне шею, опустился ниже, на ключицу, потом еще ниже. По комнате разнесся мой сладостный стон, когда он добрался до моей груди, облизывая сосок, втягивая его в рот.       Дыхание сбилось к чертям, стук сердца отозвался эхом в голове, я слышала, как бурлит кровь в моих венах. Меня пробрала крупная дрожь, когда парень поцеловал меня в низ живота, одновременно стягивая с меня трусики.       Боже, я сейчас сойду с ума!       Свихнусь!       Поздно, Алиса, ты давно не в своем уме, а сейчас тебе остается лишь наслаждаться и стонать, извиваясь под мускулистым сильным телом, пригвоздившим тебя к кровати.       Стас подставил член к промежности, делая секундную паузу, будто настраиваясь, и резко вошел. Сразу. На всю длину.       Я выгнулась, прижимаясь всем телом к парню, царапая ему спину коротко обстриженными ногтями. Мой стон разорвал пространство. Как хорошо! Боже! <Главное — не кричать. Не кричать. Не... Кричать, черт возьми! Да, кричать! В сраку соседей и их потребность во сне! Пусть слышат, как мне хорошо.       В голове взорвались миллионы фейерверков, огромных фейерверков, какие были у Гэндальфа.       Мне пришлось еще долго восстанавливать дыхание, приводить в порядок колотящееся, как у испуганного крольчонка сердце. Стоя под теплыми струями воды, я думала о том, как раньше могла отдать свое тело в распоряжение незнакомого ублюдка, который трахал меня только потому что хотел. Никакой любви, как я могла.       Мысленно показав средний палец себе старой, я немного прибавила холодной воды, чтобы умерить пыл своей кожи.       — Ты не против компании? — раздалось сзади меня ласковое урчание, заставляющее меня покрыться роем мурашек.       Я улыбнулась, разворачиваясь к блондину, стоящему посреди ванной.       — Даже если и против, ты ведь все равно залезешь ко мне?       Тот счастливо улыбнулся и присоединился ко мне, нежно обнимая мое хрупкое тело, прижимая к себе, словно защищая.       Он зажал мое лицо в своих ладонях, глядя своими восхитительными ледяными глазами прямо в мои изумрудные.       — Ты моя. — Прошептал он, целуя меня в лоб.       — Твоя. — Подтвердила я, обвивая руками широкие плечи, целуя шею. Я его. Навсегда. Я люблю его. И ради этого, пожалуй, стоит жить.