Похождения Тигрицы.

— Да! Да! Еще! — стонал Шень. По голосу видно, что он на пике блаженства. — Куколка, я скоро кончу, — хрипел Лей. — Кончай!       Вскоре послышался выдох. Они легли на кровать. — Милый, тебе не надоело дрочить? Присоединишься к нам? — обратился альбинос кому-то в сторону шкафа. — Нет. Пусть мой ангелочек отдохнет от меня. Ты хороший порноактер, Шень, — ответил голос Миянга. — Еще бы! У тебя такой сексуальный голос, когда ты стонешь, — соглашался малиновый павлин. — Тебе стоит податься в дикторы порнокниг. — Спасибо, но я хочу еще больше, — сладко прошептал альбинос, раздвигая ноги. — Неужели это все, что ты можешь?       Лей ухмыльнулся.       Дальше Тигрица не смогла смотреть, да ей и не хотелось. Уж больно противно. В туалете рвотная масса упрашивалась наружу. Хотелось бы заплакать, но Уотерсон пощитала нужным быть сильной и держать боль в себе на время. После рвоты хищница направилась на кухню. Там она написала новое прощальное письмо, слушая противные стоны наверху. В этот раз письмо было агрессивного содержания. Нужно было еще собирать вещи. Собрав их за три минуты, Тигрица нашла законченный плед для Шеня. Полосатая кошка снова спустилась на кухню, положила коробку с вязанным подарком и ушла. — "Куда идти?" — мысленно спросила девушка самой себе.       Она шла не раздумывая, хотя не знает куда идет. Да куда-нибудь! Только бы подальше от этих уродцев. Наконец по дороге высветилась вывеска "Мотель". Делать нечего, — жить больше негде, и еще она схватила все деньги с кошелька Шеня за моральный ущерб.       Открыв дверь, Тигрица увидела не очень богато обустроенное помещение с почти гордым названием "Rasaption". Причем на английскийскими буквами. Подошла к стойке, где бесвкусно накрашенная свинья читала газету. Девушка, легким кашлем пыталась обратить на себя внимание. Попытка удалась. — Чем могу помочь? — любезно улыбнулась свинья. — Я хотела бы забранировать у Вас номер на неделю. — Конечно! Пятнадцать юаней.       Заплатив, Уотерсон уже хотела забрать ключ, но хозяйка мотеля поинтерисовалась: — А как Вас зовут? — Тигрица Уотерсон. — Ух ты! Вы иностранка? — Нет, я местная. А вот мой муж американец. Жаль, что его больше нет на этом свете... — Ой... Простите, что напомнила о таком горе... — Ничего, я как-то управилась. Вот, работаю в писательской конторе. — Удачи Вам!       Тигрица улыбнулась ей в ответ. Взяв ключ, она мигом пошла в свой номер. Несмотря на не богатый вид, комнатка была достаточно уютной. Бедность и уют, — было самым интересным сочетанием для нее. Возле двери она положила чемодан и рюкзак. Слезы полились маленькими ручейками. Перед тем, как уснуть, хищница рыдала в подушку, оставляя там всю свою душевную боль.       Вдруг, вспомнив про блокнот в рюкзаке, она вытащила маленькую серую книжку и ручку. Такую красивую с кружевами и розами. Туда она с юности записывала все свои чувства. "Шень три месяца был для меня всем, а сейчас никто. Раньше я его видела, как морального героя. За несколько минут он смог упасть в моих глазах. На самом деле, Шень, — дешевка.".       Только это Тигрица смогла записать. Сон оказался сильнее.