Это (не)просто

– Вы, конечно, не подумайте, что я жалуюсь, – Рик обвёл глазами собравшуюся в раздевалке команду, остановившись на Кагами с Аомине. – Но чего вы так разошлись? К концу последней четверти это уже слабо походило на игру. Скорее, это была бойня. – Да, ребят. Вы реально жёстко играли, – подал голос кто-то ещё. – Наши соперники безусловно сильны, но вы попросту размазали их по площадке. И такое ощущение, что не только ради победы, а чтобы для их команды это было ещё и максимально унизительно. – Ну, именно так это и было, – Аомине поднял на капитана холодный взгляд. – Мы хотели их раздавить – точно так же, как их тренер раздавил по дороге бездомного кота на территории нашего кампуса. В раздевалке повисла тишина. – Ты это серьёзно? – Рик нахмурился. – Более чем. Кагами отвёз кота в ветеринарку. А там его усыпили, потому что травмы были ужасны. У кота не было шансов. Спроси у Тайги, как кот выглядел, как мяукал после того, как по нему проехался «Бьюик», и ты поймёшь, что мы чувствовали по отношению к тренеру и его команде во время игры. – Мы? – Брайан саркастично взглянул на него. – Не смеши. Все знают, что вы враги. – Я видел Кагами после возвращения из клиники, и я видел кота сразу после наезда. У меня тоже есть причины для ненависти. – Странно, что Тайга не с самого начала проникся твоими… чувствами, – сыронизировал Брайан. – Всё это, конечно, очень героически звучит, но в первом тайме он напоминал бревно. Так за котика переживал, что на остальное внимания обращать стало необязательно? – протянул издевательски. – Заткнись, Брайан, – негромко проговорил Питер. – Он не знал, что кота сбил их тренер, – Аомине повернул голову и в упор посмотрел на скривившегося форварда. – Я сказал ему об этом позже. – Звучит так, словно это ты – причина нашей победы, – не нашедший поддержки у товарищей Брайан оскалился. – Типа, все вокруг сплошные лохи, один ты молодец! Завел Тайгу и на пару с ним отыгрался! Несколько человек рядом с ним нахмурились. – Ничего подобного, – Дайки продолжал спокойно смотреть на него. – Сегодня все, кто выходил на площадку, играли великолепно. Без вас счет не получился бы настолько впечатляющим. Просто в наших мотивах была разница, она и отразилась в характере игры. Вы – играли, а мы вышли мстить. Улыбка сползла с лица Брайана. Он задумчиво перевёл взгляд на Тайгу, молчащего всё это время. Хотел было спросить у того, что он обо всём этом думает – но даже не открыл рта, удивлённый. Тайга сидел рядом с Аомине, соприкасаясь с ним плечами, и отрешённо смотрел в пол. Дайки же наклонился чуть вперёд, словно бы прикрывая Кагами своим телом, а тот, положив локти на колени, лишь крепче стискивал пальцами собственные волосы. И ни следа их недавней взаимной неприязни. Изумление Брайана отразилось на многих лицах. Рик задумчиво смотрел на них всех со стороны, делая собственные выводы. И, как мог он судить по увиденному – каждое слово Аомине было правдой. То, что рассказал Аомине, было весомым оправданием за практически издевательский счёт, и, следовательно, нагоняй за излишне жестокую и безжалостную игру теперь не совсем уместен. К тому же, два их, несомненно, лучших игрока помирились, и для команды и него лично, как капитана, это дорогого стоило. Следовательно, и говорить больше не о чем. – Что ж. Искренне надеюсь, что для запала в следующей игре таких неприятных… стимулов… не потребуется, – мягко заключил Рик, подведя итоги разговора. – Все отлично поработали. Выложились по полной. Теперь переодеваемся; автобус уже ждёт. Завтра на тренировке обсудим неудачные игровые моменты, и заодно решим, как отпразднуем победу. Всё! Хлопнул в ладони, будто бы ставя на этом точку. Игроки, довольные, что разноса не случилось, застучали дверцами шкафчиков и зашуршали одеждой, возбуждённо переговариваясь. Мельком посмотрев друг на друга, Аомине с Кагами молча последовали их примеру. *** На следующий день Тайга целый день витал в своих мыслях, ни словом, ни действием, не вспоминая о вчерашнем. Аомине даже засомневался, что матч и их разговоры ему не привиделись. Однако после занятий Тайга внезапно пошёл на контакт, но выглядел при этом так, словно сомневался, что напоминать о своем существовании – хорошая идея. – Аомине, можно тебя на минуту? – запыхавшись, Кагами ухватил его за рукав, останавливая посреди коридора. Последняя пара у них была по разным предметам, и Тайге, похоже, пришлось бежать, чтобы успеть поговорить до тренировки. – Чего тебе? – буркнул Дайки, подмечая все эти маленькие детали. – Эм... Кое-кто хочет тебе кое-что передать. Вот, – Тайга вытащил из рюкзака плоский сверток в непрозрачном пакете и протянул его Аомине. Поколебавшись, тот взял протянутую вещь. – И как зовут этого «кое-кого»? – подозрительно нахмурился Дайки. Тайга прикусил щёку изнутри, собираясь с духом. Закинул рюкзак на спину, нервно провел ладонью по волосам. – В общем... Его зовут... Кагами Тайга. Он давно собирался подарить тебе эту вещь, и очень надеется, что ты примешь его подарок. Криво усмехнувшись, Кагами склонил голову, пряча выражение своих глаз; развернувшись, двинулся в противоположном направлении, быстро увеличивая расстояние между ними. Аомине смотрел ему в спину, словно не врубаясь, о чем тот говорил, но через пару секунд до него дошло. Торопливо развернув пакет, он уставился на знакомую ало-золотую обёртку. Суппорты. – Чтоб тебя черти выдрали, Кагами! – рявкнул обозлившийся Дайки, прекрасно зная, что его ещё услышат. На другом конце коридора Тайга вжал голову в плечи, будто бы опасаясь, что злосчастный подарок сейчас прилетит ему в голову, и не оборачиваясь, взбежал вверх по лестнице. *** Проскользнув в пустую раздевалку сорок минут спустя, Кагами принялся торопливо переодеваться. Однако едва он успел повесить в шкафчик куртку и стащить с ног ботинки, как за его спиной раздались негромкие шаги. Казалось, что воздух сразу заполнился напряжением; Тайга затылком почувствовал недобрый хмурый взгляд. Кого он обманывал, надеясь, что его выходка останется безнаказанной? Стиснув в руках снятую футболку, Тайга закрыл глаза и замер лицом к своему шкафчику, прислушиваясь к чужому дыханию. – Нет, я, конечно, знал, что ты бессовестный и упрямый придурок, но не думал, что ты решишься вот так сразу навязывать мне свои желания... снова, – задумчивый голос Аомине шилом въелся в его мозг. – На матче я сказал про суппорты, чтобы признаться, что копался у тебя в вещах, а не для того, чтобы ты на следующий день мне их всучил. Кагами невесело усмехнулся. – Да, я знаю... Но мне очень хотелось, чтобы они всё же у тебя были. – Именно об этом я и говорю. – Если бы я спросил заранее, примешь ли ты их, ты бы мне отказал. И я бы стоял перед тобой дурак дураком, не зная, как вести себя дальше. – Серьёзно? Ты такой дохуя спец в том, что творится у меня в голове? Тайга глубоко вздохнул. – Нет, просто... – Обернись. – Послушай... – Я сказал – на меня смотри. Скомканная футболка полетела на пол. С приглушённым рычанием Кагами стремительно обернулся и сделал шаг по направлению к Аомине. Взбешённый, задетый, растерянный – он понимал, что снова вот-вот готов сорваться, что его самоконтроль трещит по швам от одного звука чужого высокомерного голоса. Этот приказной тон вывел его из себя словно по щелчку пальца, и быть теперь очередной драке на пустом месте... Дайки, сложив руки на груди, стоял напротив, молча и сосредоточенно смотря на него. Глубоко дышал – видимо, только-только закончил разминку. От его разгорячённой кожи волнами расходилось тепло – и, на контрасте, удивительное, феноменальное спокойствие. Тайгу окатило этим спокойствием, словно ледяной водой, отрезвило похлеще пощечины. А потом он зацепился взглядом за тонкие узоры суппортов. Эластичная ткань обхватывала мускулистые ноги, красиво подчеркивала рисунком каждую мышцу на руках; облегала смуглое тело, как вторая кожа. Аомине принял его подарок. Одел на тренировку. Значит, этот разговор состоялся не из-за самого подарка, а из-за того, как Кагами его вручил? – Ещё раз вытворишь подобное, и я лицо тебе разобью, – удивительно, но, озвучивая эту угрозу, голос Дайки звучал почти ласково. – Понятно? Слабо усмехнувшись, Тайга в один широкий шаг сократил дистанцию между ними. Закрыв глаза, судорожно обхватил Дайки ладонями за плечи, порывисто уткнулся лбом в его лоб. – Прости меня, – выдохнул полушёпотом. – Я так больше не буду. И спасибо... Сам знаешь за что. Онемевший от неожиданности Ао не успел даже дёрнуться, как Тайга уже отступил назад, после чего отвернулся и принялся переодеваться, собираясь успеть хотя бы на основную часть тренировки. Дайки, тряхнув головой, смерил очередным хмурым взглядом его фигуру и вернулся в зал, решив никак не реагировать. Умом Кагами было не понять, но, кажется, предостережение им было услышано. Вот и ладненько. Тайга появился на площадке незаметно, наравне со всеми включился в отработку пас-бросков, однако Рик недремлющим оком следил за происходящим со стороны тренерской скамейки, поэтому санкции последовали незамедлительно. – И где тебя носило, Тайга? – недовольно проревел он, подойдя к краю площадки. – Ты пропустил всю разминку! Пятьдесят кругов вокруг стадиона в конце тренировки! – Вообще-то, у меня была пересдача теста, – буркнул Кагами себе под нос, но его каким-то чудом услышали. – Пересдача?! О, так у тебя завал с учебой?! Значит, ещё пятьдесят! Я предупреждал – если вы спортсмены, это не значит, что можно класть хер на учёбу! Не должно быть никаких хвостов! Никаких отработок! А раз ты в основной команде, то и спрос с тебя в пять раз больший! – Да никакой не завал, у меня нет никаких задолженностей! – взвился Тайга, едва увернувшись от чьего-то неудачного паса. – Этот тест был единственным, и я его сдал на высший бал, между прочим! В тот день, когда мы его писали, я себя очень плохо чувствовал... препод это видел, он и предложил мне сдать пустой лист, раз я все равно ничего не соображаю, а потом прийти и спокойно написать заново! У меня тогда была температура, помнишь? Ты меня в тот день сам же от тренировок и освободил! – Да ты что? Если так, то это другое дело, – капитан недобро усмехнулся. – Сто кругов вокруг стадиона, Тайга. Раз учёбу ты уже подтянул, значит, пришла пора упущенное на тренировках навёрстывать! Кагами запротестовал: – Так не кроссом же! – Будешь спорить – ещё и остальную команду бегать заставлю, – пригрозил Рик, и по залу разнёсся глухой ропот. Поджав губы, Кагами мрачно вернулся к тренировке. Получить наказание фактически ни за что! Вот и где в мире справедливость? Хотя, перехватив несколько злорадных взглядов Аомине, который, по-видимому, вполне наслаждался чужим наказанием, Тайга даже не удивился. Что ж. Хоть кто-то тут удовольствие получит. Полтора часа спустя Кагами почти без сил опустился на скамейку. Видимо, после матча прошло ещё недостаточно времени для восстановления, поэтому усталость проявилась намного быстрее, чем обычно. Ну и кое-чьи насмешливые зырканья радости на самом деле тоже не прибавляли. – Итак, когда наша тренировка почти подошла к своему логическому завершению – мы же помним про кросс, да, Тайга? – перейдём к не менее важным вещам. Это касается празднования нашей победы в региональном матче. Вместе с командой поддержки я уже решил организационные вопросы, и теперь уведомляю всех вас – в ближайшую субботу… да что ж такое, а? – возмутился капитан, увидев, как Аомине стащил Кагами со скамейки и теперь толкал мимо всей команды в сторону выхода. – Я говорю для всех, что непонятно, нахрен?! – Рик, если ты не хочешь, чтобы он бегал свою сотню кругов по ночному морозу, то ему стоит начать прямо сейчас, – полуобернувшись, прокричал Дайки, продолжая подпихивать Кагами в спину. – А ты там зачем тогда?! Слинять пытаешься, зараза? – Рик раздражённо ткнул в его сторону указательным пальцем. – Я же сказал, информация важная! – Ну что ты, – саркастично отозвался сопротивляющийся Кагами. – Он всего лишь следует твоим нравоучениям! «Когда твой товарищ слаб духом – поддержи его! Стань его мотивацией, надеждой и опорой!» Аомине, пойдешь бегать со мной? Мне нужна поддержка! – Позвоночник – вот твоя лучшая поддержка, – расхохотался Дайки, выпнув отчаянно сопротивляющегося Тайгу из спортзала и захлопнув за ним дверь. Команда заржала. – Как же вы меня затрахали, юмористы херовы, – капитан зажмурился и потёр переносицу; веселье вокруг только усилилось. – Кто бы сказал, зачем я всё это терплю. – Потому что мы – команда! А ещё – из-за наших искренних взаимных дружеских чувств! – захохотал Аомине, подпирая спиной двери, в которые со стороны коридора обиженно колотился Тайга. – Хуюств, – устало ответил Рик. – Всё, скажи ему, чтобы он проваливал. Пусть сегодня пробежит половину кругов, но передай, что вторую половину я хер ему прощу! – Кивнув, Дайки дождался, когда стихнет град ударов, обрушившийся на дверь, и выскользнул в коридор. – Значит, так. Всё, парни, шутки в сторону, слушаем меня внимательно! В эту субботу все вы, в одежде официального вида, должны явиться… *** Еле переставляя ноги, Тайга брел с тренировки по вечерней темноте. Аомине, засранец, хоть и принёс хорошие новости от капитана, больше ничем не поддержал – постоял рядом, пока Кагами одевал шмотки для уличного кросса, сказал про пятьдесят кругов и свалил по своим делам, и носился Тайга сквозь ветер и снежные завихрения в гордом одиночестве. Поэтому с тех пор, как притянулся в опустевшую раздевалку, он чувствовал себя не только до смерти уставшим, но отчего-то ещё и донельзя покинутым. – Так что, про вечеринку даже и не спросишь? – внезапно раздавшийся за спиной голос заставил его дёрнуться. – Ты меня напугал! – возмутился Кагами, оборачиваясь, и осёкся на полуслове. Дайки стоял на тротуаре, держа в руках два стаканчика с кофе. – Ну уж извини, – огрызнулся он. – Следующий раз домой пойду. – Ты это... Что, специально ждал меня, чтобы угостить кофе? – неуверенно переспросил Тайга, пропустив колкость мимо ушей. – Вот ещё, много чести! – фыркнул Аомине, но, не выдержав прямого пытливого взгляда, отвёл глаза. – Просто... пока шёл к общаге, подумал, что лично я после пятидесяти кругов кросса не отказался бы выпить чего-нибудь горячего. Тайга ещё несколько секунд смотрел на него, словно ничего не слыша, а потом улыбнулся так светло и искренне, что Аомине почувствовал себя неуютно. – И ты решил позаботиться обо мне, – в голосе Кагами было столько восхищения, что Ао решил, что над ним всё же издеваются. Хмуро посмотрев на сияющего Кагами, он с опаской и по широкой дуге обошёл его, держа стаканчики с кофе наотлёт. – Знаешь, я передумал. Ты выглядишь слишком счастливым – похоже, кросс доставил тебе не страдания, а удовольствие, а значит, и в кофе ты не нуждаешься... Так что нет, всё моё. К тому же, информация тебе тоже нахрен не упала, иначе сам бы мне позвонил и спросил, что там Рик задумал. – Что-то мне кажется, что ничего хорошего, – кисло ответил Кагами, нагнав его в пару шагов. – Тебе не кажется, – фыркнул Аомине, сменив гнев на милость. – Это будет большая межфакультетская вечеринка. И мы, как победители, будем там в центре внимания. Поэтому группа поддержки выкрутила Рику яйца – в переносном, разумеется, смысле – чтобы он задействовал нас на благо команды. Короче, мы в костюмах, рубашках и галстуках должны будем всю вечеринку таскаться среди гостей и вести себя так, чтобы нами стали интересоваться ещё больше – потому что фанатская база добавляет клубу популярности и влияния; самых спортивных парней вербовать в команду чирлидеров – потому что им нужны новые члены... опять же, фигурально выражаясь... – То есть? – неуверенно переспросил Тайга, слегка потерявшись в витиеватых выражениях. – Из вечеринки собираются сделать хост-клуб, – закатил глаза Аомине. – Что? – Хост-клуб – это место, где молодые и красивые мужчины, используя свои привлекательность, остроумие и хорошие манеры, общаются с посетителями, а те платят им за это за деньги... а затем приходят туда снова и снова, чтобы пробыть рядом с этими обольстительными мужчинами и насладиться их обществом, – любезно пояснил ему Дайки, протягивая стаканчик с горячим кофе. – Как проституция, только без секса? – хмуро уточнил у него Кагами. – Очень похоже, – фыркнул тот. – Поэтому хер я туда пойду. Задумавшись, Тайга достал из кармана телефон, мельком глянул на дату. – Ну конечно же. Эта суббота – День Святого Валентина, – буркнул. – Вот почему Рик такое от нас требует. Мы должны будем своим вниманием утешить тех, кто придёт на вечеринку без пары. Просто восхитительно. – Кстати, Рик встречается с капитаном чирлидеров, – отстранённо поделился Аомине. – Поэтому тот и вертит Риком, как ему захочется. – Чудесно, – таким же тоном отозвался Кагами. – С чем их и поздравляю. – Передам при случае. – Ага. Странный диалог сошёл на нет. В молчании они дошли до своего общежития; последний глоток кофе Кагами делал на последней ступеньке крыльца, но стаканчик не выкинул в урну около входа, а аккуратно и как можно более незаметно засунул в сумку. Аомине виду не подал, что всё видел, но ему стало любопытно. Однако он знал, спросит в лоб – и Кагами смутится и начнёт огрызаться. Значит, стоило зайти издалека. – Так а почему ты на вечеринку идти не хочешь? – брякнул он первое, что пришло в голову. Тайга удивлённо на него посмотрел. – То есть ты даже не допускаешь мысли о том, что мне тоже неприятно становиться этаким эквивалентом проститутки? – Вообще-то это первое, о чём я подумал, – кисло ответил Аомине, поднимаясь по лестнице на второй этаж. – Просто, как я видел, всю команду – ну, кроме меня – запланированное более чем устроило. Почему тогда тебя нет? – Конечно, всех всё устроило, – Тайга пожал плечами. – Тем, кто состоит в отношениях, Рик наверняка разрешил прийти со своими парами. А остальные... Межфакультетская вечеринка – хороший шанс найти себе кого-нибудь. Думаю, все парни-одиночки всё равно этим бы и занимались. – Ты уходишь от ответа, – вскользь заметил Дайки. – А я – исключение, – хохотнул Кагами, однако смеха в его голосе не было ни на йоту. – Я же говорил. Меня подобное не интересует. Они подошли к своей комнате. Аомине кинул на него косой взгляд и полез за ключами. – Только не говори, что у тебя разбито сердце и за плечами несчастливая любовь. А то боюсь даже представить – вдруг ты однажды решишь выбрать меня поверенным в своих душевных страданиях. А я не люблю, когда по моим плечам сопливые слёзы размазывают. – Какой пафосный слог, – ненатурально восхитился Кагами. – Не бойся. Ты этого точно не услышишь. И вообще, с чего такие вопросы? – Ты меня пугаешь, – усмехнулся Дайки. – Так странно ведёшь себя в последнее время. Болеешь, пропускаешь тренировки. Шастаешь по мотелям, таскаешь чужие тетради. Не можешь попасть в кольцо, споришь с капитаном, прячешь мусор в свою спортивную сумку... Кто знает, что тебе дальше в голову взбредёт. Невинное выражение лица, которое состроил Аомине, не обмануло Тайгу. Сощурившись, он принял как можно более беззаботный вид. Совладав с выражением своего лица и дождавшись очередного чужого быстрого взгляда, он весело вскинул брови. – Вот уж не думал, что тебя так удивили мои манипуляции со стаканчиком! Сердце бухало где-то глубоко в груди. Ну, разумеется, Дайки всё заметил. Поэтому и разговор выстроил именно так – чтобы вдоволь насладиться ситуацией, как его незадачливый собеседник будет тушеваться и смущённо что-то мямлить. Но Кагами видел куда лучший вариант. – Это – другое дело, – поучительно произнёс Тайга, мысленно благодаря Вселенную за блестящую идею. – Когда ещё тебе в голову взбредёт сделать мне что-нибудь приятное! Поэтому я поставлю его на полку и буду хранить, как памятник твоим добрым делам. Зажмурившись, Кагами добавил в голос экзальтации и фанатичного восторга. – Представляете?! Я получил этот стаканчик с кофе из рук самого Аомине Дайки! – Да пошёл ты в жопу, – обиделся Аомине. Отвернувшись, он наконец-то отпер дверь в их комнату и влетел внутрь под дикий хохот Тайги, который умело, пусть и огромным трудом, скрыл под своим весельем сотню других, более честных, но так и не высказанных слов. *** Разобидевшись на такой подъёб, Аомине (хоть умом и понимал, что дал повод сам) за ночь накрутил себя до привычного состояния устойчивого раздражения, и снова свёл все контакты с Кагами к минимуму. Тот, впрочем, особо против не был – в душу не лез, сблизиться заново не пытался, и вообще всем своим смиренным видом демонстрировал, какой он покладистый и неконфликтный. Ага, как же. Будто бы Аомине в это верил. Так прошло три дня. А в субботу, пробормотав сквозь зубы ответ на пожелание доброго утра и торопливо позавтракав, Дайки сбежал из общежития (да и кампуса в целом), не желая находиться в эпицентре стрёмного студенческого празднования Дня Святого Валентина. Он сел в автобус, впихнул в уши наушники и весь путь до соседнего городка старался отрешиться от мыслей, что снова, кажется, ведёт себя, как придурок. Однако два часа, прошедшие в бесцельном шатании по торговому центру и напряжённых размышлениях, только укрепили его мнение. Чего он, спрашивается, распсиховался? Сам же первым, блин, полез. Его никто за язык не тянул. Тайга просто отзеркалил то, что ему прилетело, ни больше, ни меньше, поэтому козлиться и дуться из-за довольно безобидного подкола как минимум глупо и неправильно. Смирившись с этим, Аомине понял, что должен извиниться перед Тайгой за свою грубость. К своему стыду, он испытал облегчение, осознав, что у него есть время морально настроиться, так как из-за вечеринки разговор вряд ли состоится в ближайшие сутки. И через пятьдесят метров врезался в Кагами, выходящего из магазина мужской одежды. – Аомине? – удивился тот. – Эээ... Привет, – кисло ответил Дайки. – Рад тебя видеть. Кагами хмыкнул. – Сделаю вид, что я тебе поверил. Опровержения не последовало, и между ними повисла напряжённая тишина. Альфы стояли, глазея друг на друга; Аомине лихорадочно пытался продумать линию своего поведения, а Тайга внезапно разнервничался, наверняка решив, что ляпнул что-то не то. – Ну, я пошёл тогда, – неловко пробормотал он, кинув на Аомине быстрый взгляд. – Не буду отвлекать. Отведя глаза в сторону, Тайга начал было поворачиваться к Дайки спиной, когда тот, тяжело вздохнув, заговорил. – Я вообще-то ничем не занят. Просто гуляю. А ты чего тут... делаешь? – в последний момент спохватился, едва успев сгладить грубость. – А? – Тайга так удивился, словно заговорил манекен с витрины. – Я? Ну... рубашку покупал. Старая... не застегнулась. Аомине понимающе усмехнулся краем губ. – Ответственный, – протянул. – Я бы так не напрягался. Поняв, что над ним не смеются, Кагами расслабился и пожал плечами. – Просто не хочу расстраивать Рика. Он организовал клёвую вечеринку, и пофиг, что мне его идея не совсем по душе. Для него это важно, он старался для команды. А я — часть команды, поэтому мне кажется правильным немного постараться. Аомине задумчиво смотрел на него. – Считаешь, я поведу себя как мудак, если не приду? – Я говорил сейчас только о себе, – лицо Кагами стало непроницаемым. – Ну так скажи теперь обо мне. Тайга неопределённо повёл плечами. – Кто я такой, чтобы тебя критиковать? – буркнул угрюмо. – А я критики и не просил, – спокойно ответил Аомине. – Просто скажи, что ты думаешь о моём решении не идти на вечеринку. – Думаю, что оно поспешное и необдуманное, – устало сказал Кагами. – Спокойно взвесив все обстоятельства, ты точно нашёл бы компромисс. Ну, типа, сходить на вечеринку буквально на пару часов, просто чтобы не обострять отношения с Риком. Дайки несколько мгновений молча смотрел на Тайгу, а потом одобрительно улыбнулся. – Вот видишь. Даже без оскорблений обошёлся. – Радость-то какая, – саркастично произнес Тайга. – Для чего эти расспросы? Будто ты сам не знал, чего хочешь… – Подумал, что взгляд со стороны может быть полезен. – Так ты что, и вправду пойдёшь на тусовку? – Кагами искренне удивился. – Из-за того, что я сказал? – А если это толковая мысль, то почему нет? – Аомине продолжал внимательно на него смотреть. – Я должен быть как-то предвзято настроен только потому, что это сказал именно ты? Кагами не нашёлся с ответом. Отвёл взгляд, сунул руки в карманы. Переступил с ноги на ногу, поджал губы. Нахмурился, вздохнул. Откашлялся, открыл рот и снова его захлопнул. Дайки недоумённо смотрел на этот спектакль, с каждой секундой заинтригованный всё больше и больше. Ему было до ужаса интересно, с чего это Тайгу так корёжит, но наблюдать за этими мимическими страданиями было чертовски забавно. – Ну, ты скажешь в чём дело, или ждёшь, когда я скончаюсь от любопытства? – всё же не вытерпел Аомине. Кагами поднял на него страдальческий взгляд. – Как бы сказать… Не хочу тебя обидеть, конечно… – Чудно. А теперь говори. – Не подумай, что я придираюсь… Но... Блин, чем дольше думаю, тем хуже звучит! – Тайга на мгновение зажмурился. – Короче, ты когда стригся последний раз? Причёска выглядит ужасно. Словно бомж с автостанции, честное слово! Я, когда представил тебя в костюме, с галстуком и с этим гнездом на голове… Аомине торопливо натянул на лицо шарф и сделал вид, что закашлялся, пытаясь скрыть свой смех. Столько переживаний, только чтобы сказать, что у него что-то со внешностью не так? Умора, просто слов нет. – Только без обид, ладно? – торопливо заговорил Тайга, обеспокоенно заглядывая в лицо давящемуся смехом Дайки. – Нет, серьезно! Да что смешного?! – Выражение твоего лица, – Аомине не сдержался и расхохотался в голос. – Чёрт, видел бы ты себя со стороны! Ты так мялся, я уж думал, ты скажешь, что я штаны забыл с утра одеть, или что похуже… А ты – про прическу! – Ну круто, – Кагами обиженно посмотрел на него. – Я тут, блин, переживаю, что мне опять скажут, что я бестактное мудло, а ты ржёшь! Аомине примирительно хлопнул его по плечу. – Даже извиняться не буду, потому что, если бы ты смотрел на это всё со стороны, сам бы ржал, уверен. Ну, я больше не смеюсь, честно. Кагами, ты куда? Ну ладно, хочешь, я извинюсь? – Всё, проехали. Я возвращаюсь в кампус, – Кагами дрожащими руками натянул на голову шапку. – Не нужны мне извинения. Лучше с башкой своей сделай что-нибудь. Смотреть страшно. – Постричь? Побрить? Покрасить? – Дайки снова разобрало на смех. – Оторвать! – рявкнул Тайга так, что несколько человек рядом испуганно вздрогнули. – Оторвать и использовать для стритбола, умник! Раздражённо отвернувшись, он широкими шагами направился в сторону эскалатора и, ни разу не обернувшись, уехал на нём вниз. Аомине крепко зажмурился, пытаясь совладать с рвущимся из груди дурацким смехом. Нет, ну это и вправду ненормально. Так смеяться с какой-то ерунды… Хотя какая же это ерунда, вон как Тайга распереживался. Вспомнив выражение чужого лица, Ао снова чуть не рассмеялся. Мысленно прикрикнув на себя, он сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь, а потом торопливо кинулся к лестнице. В принципе, ещё есть возможность ничего не испортить. Да, идея бежать по лестнице, а не толкаться на эскалаторе, оказалась хорошим вариантом – когда он выскочил на крыльцо, Кагами даже не дошёл до остановки в сорока метрах от торгового центра. Дайки припустил за ним, чувствуя странную лёгкость во всём теле. Догнав, протянул руку и осторожно дёрнул Тайгу за рукав куртки, поворачивая к себе лицом. – Эй, – позвал негромко. – Извини. Я не хотел тебя обидеть. Кагами замер вполоборота к нему, глядя в другую сторону, но через пару секунд словно обмяк. – Да знаю я, – ответил тихо. – Я не обиделся. Просто… Прерывисто вздохнув, он вскинул голову и посмотрел Аомине в глаза. – Просто оказалось, что говорить на подобную тему немного более смущающе, чем я ожидал. Вот и всё. Тебе не стоит извиняться. Дайки растерялся. Кагами смутился? «Подобная тема» – о чём это он? Разве сказать другому человеку, что в его внешности есть огрехи – странно? Хотя, Аомине смотрит на это со своей колокольни. Может, для Тайги это и вправду чересчур. Может, его больше смутило то, что он признался, что рассматривает своего товарища более внимательно, чем другому хотелось бы. Хмыкнув, Аомине чуть крепче вцепился в Кагами и потянул того за собой. – Пойдём, – проговорил задумчиво. – Мне понадобится твоя помощь. – Ты о чём? – Тайга сдвинулся с места, смиренно проводив грустным взглядом отъехавший автобус. – Что ты уже задумал? – Ну, раз я решил идти на тусовку, то возьму с тебя пример и попробую выглядеть прилично. А ты поможешь мне разобраться с тем, что называется моей прической. *** Откинувшись на спинку кресла, Дайки поёрзал, устраиваясь поудобней. Мастер отработанным движением укрыл его накидкой; нацепил на воротник свитера тканевую полоску, чтобы остриженные волоски не попадали под одежду. И замер над ним, предвкушающе потирая руки. – Что-то, мистер Аомине, вы давно к нам не заглядывали. Результат, так сказать, налицо… Или вы собираетесь их отращивать? Мне кажется, это не ваш типаж, но если вы хотите поэкспериментировать… – О да, очень хочу, – хмыкнул Дайки. – На самом деле, я сегодня тут очень незапланированно, и только потому, что вон тот чувак сказал, что у меня на голове хрен знает что. Аомине кивнул на Кагами, неловко умостившегося в кресле для посетителей. – Поэтому, мистер Роджерс, не сочтите за неуважение, я очень ценю ваш талант, но мне бы хотелось, чтобы новую причёску придумал мне он. – Ваш друг? – мастер весело сверкнул глазами. – У мистера Кагами прямо-таки талант выдумывать всякое, – Дайки безмятежно улыбнулся, глядя в глаза отражению Тайги. Парикмахер оглянулся, задумчиво оглядел офигевшего «мистера Кагами», и внезапно хищно ухмыльнулся. – А что, неплохая идея! – и широким взмахом руки пригласил того присоединиться. – Что ж, мистер Кагами. Как будем стричь? – Да я понятия не имею, – промямлил Тайга. Голос у него был сиплым, задушенным, словно ему не хватало воздуха. Двигаясь, словно кукла на шарнирах, он подошёл к креслу и замер над Аомине, растерянно глядя на синюю макушку. Постояв так пару секунд, тяжело вздохнул, решив, что лучше говорить хоть что-нибудь, чем молчать, как дебил. – В общем... Думаю, я представляю, как может выглядеть прическа… но ума не приложу, как объяснить это словами. Я никогда не придумывал ничего себе, чаще тыкал пальцем в постер и говорил «вот так или вот так». Это… сложно. – Хорошо. Давайте я буду показывать, что может подойти к его форме лица, а вы будете говорить, похоже это на то, что вы хотели бы увидеть, или нет. Хмыкнув, Аомине закрыл глаза. Его безумно забавляла эта ситуация. На самом деле, сбегая по лестнице торгового центра вдогонку за Тайгой, он ещё не думал, что затеет подобную херню, но, в конце концов, это оказалось прикольной идеей. Было интересно, как Кагами выкрутится – зная его сложное для понимания отношение к собственной персоне, Аомине был уверен, что тот сейчас изо всех сил старается придумать то, что его удивит и при этом придётся по вкусу. Да уж, сложная перед Кагами стоит задачка. Вернувшись мыслями в реальность, Аомине прислушался к происходящему вокруг. Мастер легонько касался пальцами его волос: перебирал прядки, приподнимал их, перекидывая со стороны в сторону, и терпеливо спрашивал, такой ли «мистер Кагами» видит будущую причёску. «Мистер Кагами», судя по тону его голоса, был в отчаянии. Тайге не нравилось ничего из того, что ему показывали. Они стояли так уже несколько минут, и до сих пор ничего не решили. – Ну вот, – вздохнув, мастер развёл руками. – Давно не чувствовал себя настолько бесполезным. Даже не представляю, что ещё предложить. – Мистер Роджерс, пожалуйста, не говорите так, – Тайга страдальчески поморщился. – Вы же понимаете, что это я вам мешаю. Придумал что-то, а объяснить – никак… Хотя, погодите. Заинтересовавшись, Аомине чуть повернул голову на звук его голоса. Изначально он думал не открывать глаза до окончания стрижки, чтобы оценить финальный результат, но последняя фраза подогрела его интерес. Ему хотелось подсмотреть, что придумал Кагами. Притащит каталог с фотками тщательно прилизанных моделей? Примется рисовать? Фантазия подкинула картинку, как Тайга ножницами вырезает понравившиеся стрижки из журналов и по очереди прикладывает их к распечатанной фотке Дайки. Фыркнув, он заставил себя сидеть с закрытыми глазами, хотя искушение открыть их было сильно́. Что-то тёплое дотронулось до его шеи. – Я попробую показать сам. Дайки замер, и тут же совершенно потерялся в своих ощущениях. Пальцы Тайги мягко заскользили по затылку и вискам, приподнимая волосы, чуть слышно коснулись горячего лба, показывая, как должна выглядеть чёлка. Его руки двигались немного неуверенно, и Аомине чувствовал их дрожь, когда они касались его кожи – Кагами был настолько аккуратен, словно боялся причинить боль любым неловким движением. Тысячи мурашек пробежали по телу Дайки с ног до головы, когда он распознал то, что Кагами пытался спрятать за своей осторожностью. Когда почувствовал в этих прикосновениях затаённую нежность. Нежность. Растерявшись, Аомине распахнул глаза и впился взглядом в отражение в зеркале. Тайга, рассеянно опустив ладони на его плечи, внимательно слушал парикмахера, и Дайки на мгновение почувствовал слабость, настолько эта поза показалась ему гармоничной и естественной. И замер, ошарашенно прислушиваясь к ощущениям. Что это вообще сейчас было? Какого чёрта? Ещё несколько дней назад он бы отшатнулся от подобного прикосновения. Почему же сейчас тяжесть чужих рук на своих плечах не вызывает ни гнева, ни отвращения? Отражение ожило, изменяясь. Мастер удовлетворённо кивнул и потянулся за пульверизатором – видимо, вершители судьбы его будущей причёски всё же смогли найти общий язык; Тайга облегчённо улыбнулся, но на несколько секунд остался стоять около кресла. Очень неохотно отодвинувшись, Кагами кинул в зеркало вороватый взгляд, чтобы убедиться в том, что Дайки по-прежнему сидит в полудрёме. И встретился с задумчивым взглядом синих глаз. На мгновение Кагами оторопел. Судорожно отдёрнул руки от чужой спины и засунул их в карманы. Нервно уставился куда-то вбок, а затем, словно его потянули за невидимый поводок, резко направился к креслам для клиентов на противоположной стороне стены; кончики его ушей вспыхнули ярко-красным цветом. Аомине, прикусив щёку изнутри, внимательно следил, как Тайга устраивается в глубоком кресле, как прячет лицо так, чтобы не было видно его выражения. Как лезет в телефон и усиленно делает вид, что чем-то там искренне увлечён. Не сказать, что получалось у него плохо – любой другой поверил бы в естественность его поведения. Но Дайки знал, что было причиной, поэтому легко читал смущение, скользящее в каждом движении чужого тела. А потом за его спиной возник мастер с ножницами и пульверизатором наперевес, и Аомине закрыл глаза. Словив себя на том, что почти перестал дышать, Дайки постарался отвлечься – например, на мелкие водяные брызги, оседающие на его волосах. На щелканье тонких узких ножниц, на звук падающих на пол влажных остриженных прядей. И не мог. Мысли ворохом вертелись в голове, раз за разом возвращаясь к Тайге. Чем Тайга занят сейчас? Делает вид, что копается в телефоне, или исподтишка смотрит на него? Думает ли о нём? Следит ли за отражением чужих глаз в зеркале, чтобы снова не попасться на подглядывании? Аомине чувствовал его взгляд. Не знал, как это получается, но чувствовал. Такое… тёплое, чуть щекочущее ощущение. Будто бы прикосновение невидимых рук. Аомине очень давно никто не касался. Но он помнил, каково это – принимать такие вот осторожные, но очень чувственные ласки. Он помнил, как его кожа распалялась жаром от скользящих по телу ладоней. Как чужие влажные губы напрочь лишали его возможности мыслить трезво. Дайки провёл языком по пересохшим губам, попытался выровнять сбившееся дыхание, потому что внезапно осознал, что последнее воспоминание относилось к Кагами. Именно он был последним, кто дотрагивался до него вот так. Кагами был тем, чьи прикосновения он сейчас вспомнил. Это случилось не так уж давно, но недели, истекшие с того вечера, словно бы растянулись на долгие-долгие месяцы. А он ведь старался забыть. Запретил себе помнить. Но сейчас все установки были попраны; Аомине изо всех сил стискивал вспотевшие ладони на подлокотниках, пытаясь унять заполошное сердцебиение. Резкое, судорожное возбуждение пробрало его от затылка до ослабевших ног, прошило внутренности, заставляя приложить немалые усилия, чтобы не дрожать от желания. Его мозг жил собственной жизнью – и несколько невыносимых, жалящих секунд больные фантазии-воспоминания атаковали его, вырастая в голове, словно ядовитые сорняки. Тайга – на коленях перед ним. Тайга, обхватывающий ртом его член. Тайга, смотрящий на него снизу вверх тяжёлым, голодным, пронзительным взглядом. Боже. Стиснув зубы, Аомине беззвучно выдохнул, стараясь не выдать себя ни единым движением. Мысленно воздал хвалу создателям парикмахерской накидки, которая укрывала его от шеи до колен плотным непрозрачным слоем. Под ней не было видно, насколько он возбуждён. Не было видно его вцепившиеся в подлокотники побелевшие пальцы. Над ухом зажужжала машинка. Что-то мелодично напевая себе под нос, мастер щелкнул насадкой и принялся ловкими движениями подбривать затылок, после чего переместился к вискам. Крепко-накрепко зажмурившись, Дайки принялся глубоко дышать через нос, вспоминая всё, что он когда-либо читал о медитации, надеясь этим отвлечься и угомонить собственное взбунтовавшееся тело. Сделав несколько вдохов-выдохов, беззвучно и невесело хмыкнул. Теперь идея попросить Тайгу придумать ему стрижку уже не казалась такой остроумной. Если бы он знал, чем это в итоге обернётся, вряд ли бы сюда пришёл. Но внутренний голос саркастически расхохотался над последним предложением, подбросив свое мнение, и Дайки понял, что лжет сам себе. Он пошёл бы. Вполне даже осознанно. *** – Ну что ж, я закончил. Мистер Кагами? Что скажете? Судя по удовлетворённому голосу парикмахера, ему нравилось то, что получилось. Дайки, ценой огромных волевых усилий победив разбушевавшееся либидо, пока не спешил открывать глаза, прислушиваясь к шагам, приближающимся со спины. – Прекрасно. Это именно то, что я себе и представлял. Мистер Роджерс, вы действительно мастер своего дела. Стрижка… потрясающая. Неприкрытое восхищение в голосе Тайги за секунду накалило любопытство Аомине до предела. Заинтригованный, он открыл глаза, даже не дожидаясь, когда его окликнут персонально. Изумлённо приподнял брови, вглядываясь в собственное отражение. Увиденное совершенно, абсолютно не походило на то, что, по его представлению, мог придумать для него Тайга. Совершенно. По сравнению с изначальными данными, стрижка была суперкороткой. Пряди, ранее касающиеся бровей, мистер Роджерс беспощадно обрезал, почти целиком обнажив высокий лоб. На висках укоротил больше, чем наполовину, сбрив машинкой под максимальную насадку в двенадцать миллиметров. Повертев головой вправо-влево, Дайки рассеянно провел ладонью по затылку. Там длина волос так же плавно уменьшалась, от макушки до линии возле шеи, от недлинных прядей до выбритого ёжика в пару миллиметров высотой. Очень, очень коротко. Слишком открыто. Так непривычно. Но Дайки понял, что стрижка ему не просто нравится. Ему нравится безумно. Аомине перевёл взгляд на мастера. – Мистер Роджерс, вы действительно мастер своего дела. Причёска получилась классная. Я рад, что сюда зашёл. – Половина этой благодарности уходит мистеру Кагами, – проворчал явно польщённый парикмахер. – В одиночку я бы таким конщунством не занимался. – Кощунство – это состричь половину моих волос? – расхохотался Дайки. – Больше, – лаконично заметил мастер, сняв с него накидку и принявшись за уборку. Аомине снова засмеялся. – Да, пожалуй, у мистера Кагами тоже талант, – признал он вполне очевидную вещь. – Даже не знаю, как мне его благодарить. – Просто пошевеливаться, – пробурчал Тайга, надевая куртку, но по голосу было ясно, что похвала была ему приятна. – Нам ещё в общагу ехать, а время не резиновое… – Администратор уже готов вас рассчитать, – мистер Роджерс улыбнулся и кивнул в сторону выхода из зала. – В следующий раз приходите на стрижку ко мне, мистер Кагами. У вас есть чувство прекрасного. Думаю, мы с вами придумаем ещё что-нибудь интересное. – Ага, – нервно улыбнулся Тайга и бросил выразительный взгляд на Дайки. Тот лишь закатил глаза. Судя по этому взгляду, следующую стрижку Тайге придумывать будет явно не мистер Роджерс. *** – Если мне не изменяет зрение, наш автобус только что отчалил от остановки, – вздохнул Тайга, когда Аомине наконец-то вышел из парикмахерской на улицу. – Блин, – Аомине почесал в затылке. – А следующий когда? – Минут через семнадцать. – Будем ждать тут или пройдемся немного пешком? Хотя, если времени в обрез, можем поехать на такси. Я оплачу, если что. В благодарность за крутую стрижку. – Нет, так просто ты не отделаешься, – внезапно улыбнулся Кагами. Дайки ощутил, как в груди расползается странное тепло. Он уже и не помнил, когда видел настолько умиротворённое выражение лица у Тайги. Несколько месяцев прошло с тех пор, когда тот последний раз улыбался вот так открыто и искренне. За последнее время его эмоциями были только боль, злость, вина и сожаления. Много сожалений. Очень, очень много. Не сказать, что Аомине переживал по этому поводу – он считал, что Кагами есть за что чувствовать себя виноватым, поэтому и прощать его не хотелось. Но, если постараться не брать в расчёт то, из-за чего они поругались… Был шанс вернуть их отношения в цивилизованное русло. Понять бы ещё, чего от него хочет Кагами. Тряхнув головой, Аомине с сожалением засунул шапку в рюкзак – портить красивую укладку не хотелось. Замотавшись в шарф по самые уши, он поднял взгляд на Тайгу, чтобы спросить, что тот решил насчет такси. И замер, удивлённо глядя на то, как зачарованно Кагами рассматривает его волосы. Через пару секунд Тайга понял, что спалился, и предсказуемо стушевался, а к Аомине (как всегда, не вовремя) вернулся дар речи. – Что, нравлюсь? – брякнул он, имея в виду свой образ с учетом новой стрижки. Кагами молчал, растерянно глядя ему в глаза, но, когда Дайки уже не ждал ответа, всё же заговорил. – Да. Очень, – тихо признался Тайга, не отводя взгляд. И снова замолчал, а до Аомине дошло, насколько странным был вопрос и каким двусмысленным получился ответ. Смутившись, он собрался было уточнить, что не имеет в виду ничего такого, но Кагами позвонили, и тот торопливо полез в карман. Захлопнув рот, Дайки неловко переступил с ноги на ногу. Творилось чёрт знает что. С какого хера он тут краснеет и смущается? И какого хера смущается Кагами? Что за детский сад? Аомине казалось, что он за всю жизнь не испытывал столько неловкости, как за последние пару часов. Нахохлившись, он хмуро следил, как Тайга заканчивает разговор и пихает смартфон во внутренний карман куртки. – Рик звонил, – произнёс Кагами нормальным голосом. Значит, тоже уже пришёл в себя. Вот и славно. – Чудесно, – проворчал Аомине, озвучив последнюю мысль. – Что сказал? – Вечеринка начнётся в шесть вечера, но собираемся в клубе в семь. Видимо, Рик хочет, чтобы мы появились сразу всей командой, поэтому время назвал на час позже. Наверняка хочет заполучить побольше зрителей. – Представляю, сколько будет пафоса, – фыркнул Дайки. – Нужно отработать походку? – Ну, не настолько Рик свихнулся. – Очень надеюсь. Так, значит, у нас есть примерно полтора часа? – Что-то около того. Я думал ещё успеть в душ… – Тогда, наверное, лучше будет поймать такси. – В двух кварталах отсюда их стоянка, – Кагами кивнул в сторону центра. – Пройдёмся? – Да без проблем, – Аомине пожал плечами. – Всё равно за последние десять минут свободное такси здесь не проезжало. Если что, там остановка тоже недалеко. Не будет машин, может, успеем на следующий автобус. Они двинулись вверх по полупустой улице. Последние пару часов были настолько заполнены разговорами, что наступившее молчание внезапно показалось Аомине неуютным. Не то чтобы ему хотелось поболтать о чём-то конкретном, но и не говорить совсем тоже не улыбалось. К тому же, если они вместе пойдут на вечеринку… Будут ли они в клубе держаться друг друга или разойдутся по разным углам? Аомине решил, что побудет до десяти вечера, Тайга же, возможно, захочет остаться до конца, чтобы задобрить Рика. Как быть тогда? Если они придут вместе, стоит ли ему потом искать Тайгу, чтобы сказать о том, что он уходит раньше? Или молча собраться и в подходящий момент незаметно свалить? А если Тайга будет его искать? Будет бессмысленно шататься по клубу, пока не поймёт, что его кинули… Некрасиво получится. Тогда может стоит и Тайгу подговорить уходить вместе, зная, что тот на самом деле всю эту тусовку на хую вертел? Внезапно ему в спину прилетел снежок. Аомине вскинул голову и обнаружил вокруг себя главную аллею городского парка и полное отсутствие Кагами. Обернулся – и получил ещё одним снежком прямо в грудь, да так, что даже лицо снежными ошметками припорошило. – Тебе фонари голову напекли? – Дайки настолько удивился, что даже злости не почувствовал. – Ты чего творишь? – Ты так о чём-то загрузился, что даже не заметил, что я уже несколько минут позади тебя иду, – Кагами усмехнулся и зачерпнул со скамейки очередную горсть снега. – Тебя надо встряхнуть. – Я тебя сейчас сам так встряхну, забудешь, куда шёл, – изумлению Аомине не было предела. – Для этого меня вначале нужно догнать, – философски поделился мыслью Тайга и метнул в него очередной снежок. И промазал, потому что Аомине ловко уклонился от летящего снежка, а затем сам кинулся вперёд, твёрдо намереваясь воздать Кагами по заслугам и окунуть его головой в сугроб. Однако тот тоже был не пальцем делан: сделав обманное движение, он ускользнул от захвата и метнулся за скамейку, откуда мог безнаказанно продолжать свои издевательства, ибо сунься Аомине слева – Тайга оббежит её справа и наоборот. Оставался один лишь путь, и, ощутив веселый азарт, Дайки ухмыльнулся и попер напролом. Вскочив на сиденье скамейки, он легко перемахнул через её спинку и рухнул на Тайгу сверху, подмяв его под себя. – Помогите! Убивают! – внезапно заорал тот дурным голосом, да так, что Дайки уши заложило. – Ах ты…! Ну-ка замолчал! – зашикал на него Аомине, пытаясь запихнуть конец своего шарфа Тайге в рот. – Я собирался придушить тебя без свидетелей, придурок! – Видали, какова его благодарность? – активно сопротивляющийся Кагами выплюнул шарф и затрясся от смеха. – Я ему – крутую стрижку, а он меня – мордой в снег! – Неправда, это пока только снегом в морду! – отчаянное пыхтение. – И не ты, а мистер Роджерс! – Вот так ты теперь заговорил, да? – изловчившись, Тайга скинул Аомине с себя и вскочил на ноги. – Ну и оставайся тут один, бессовестный! – А ну стоять! – возмутился Дайки. – Вот за такие оскорбления уже точно безнаказанным не уйдёшь! Перевернувшись на четвереньки, он стремительно выкинул вперёд руку и злорадно ухватил убегающего Тайгу за первую попавшуюся ногу; дёрнул на себя, лишив устойчивости и опоры. Тот нелепо взмахнул руками, выругался и – как и было запланировано – полетел лицом вперёд в соседствующий со скамейкой шикарный высокий сугроб. Аомине радостно засмеялся, но глухой звук удара обо что-то твёрдое остановил его веселье за одну секунду. – Кагами? – Аомине растерянно смотрел, как Тайга, на что-то опёршись, выталкивает себя из сугроба рукой. Слепо отползает в сторону, приваливается боком к скамье. Наклоняется вперёд, прижав руку к лицу, и на снег начинает капать что-то тёмное. Торопливо поднявшись с четверенек, Дайки кинул обеспокоенный взгляд на разрушенную кучу снега, и мысленно выругался – из-под сугроба выглядывал край массивной бетонной урны. Похолодел, представив себе возможные последствия этого удара. В два шага подлетев к Тайге, обеспокоенно потянул на себя руку, которой тот закрывал лицо. – Покажи мне… Чёрт. Крови было много. В ней была испачкана часть лба и вся правая скула; кровь размазалась по коже тонкими тёмными росчерками, влажно блестела на отведённой в сторону ладони. – Что, всё так плохо? – сипло проговорил Кагами, взглянув на выражение лица Аомине. Не найдя слов, Аомине сглотнул и полез в карман. Вытащил телефон, врубил на нём фонарик. Поднёс к чужому лицу и облегченно вздохнул. – Правая бровь… рассечена. Неглубоко, но шрам останется. – Зашивать не надо? Вот и хорошо, – облегчённо выдохнул Тайга. – Повезло, что я успел немного подставить руку... Пауза. Нехотя продолжил: – На самом деле я испугался. Ты так на меня посмотрел... – У тебя пол лица в крови. Я тоже испугался. Кагами фыркнул и тотчас же скривился. Прочистил горло, сплюнул в сторону. Розово-красным. Значит, губы разбиты тоже. Дайки отпустил его запястье. Поднялся, отошёл в сторону, зачерпнул большую пригоршню снега в незатоптанном месте. Слегка спрессовал, чтобы тот не рассыпался в руках. Вернулся, опустился перед Тайгой на колени. Приподнял за подбородок его голову вверх, приложил импровизированный снежный компресс к разбитой брови. – Потерпи, – буркнул в ответ на болезненное шипение. Чувство вины захлёстывало с головой. Дурак, совсем забыл, что тут возле каждой скамейки урны. А если бы Тайга нос сломал? Глазом на херню какую напоролся? Игры играми, но от такой беспечности люди инвалидами остаются… – Ты там что, самобичеванием занимаешься? – внезапно заговорил Тайга. – Это несчастный случай. С любым могло произойти. – Да, но именно я уронил тебя лицом в бетонную урну. – Ну, а я всё это затеял! Тоже скажешь, виноват? Голос его наполнился незамутнённой злостью. Не отвечая, Аомине выкинул пропитавшийся кровью снежный компресс, молча сходил за следующей горстью. – Нет, – поняв, что отвечать всё же придётся, тяжело вздохнул. – Мне было весело. Кагами немного отстранился, чтобы двумя глазами посмотреть Дайки в лицо. – Мне тоже, – улыбнулся. – Не ёрзай, – нахмурился Аомине. – Кровь почти остановилась, не порть мои усилия. – Как скажете, доктор, – фыркнул тот. – У тебя пластырь есть? Зашивать не надо, да, но заклеить придётся. – Был где-то. После этого оба замолчали. Аомине ходил за снегом ещё два раза, Кагами за это время откопал в рюкзаке узкий пластырь. Закончив с медицинскими манипуляциями, Дайки помог Тайге подняться, подержал чужой рюкзак, пока Тайга отряхивался. Выбравшись на дорожку, тяжело вздохнул и молча поплелся за ним следом в сторону стоянки такси, на мгновение подумав, что их дурацкое валяние в снегу, пожалуй, было одним из самых лучших моментов в его жизни за последние пару лет.