ТФП: По обе стороны

             Pov Автор.       — Смоукскрим, тебе придётся лететь первым.       — Ч-что.?       Ситуация была абсурдна.       — Ты сейчас имеешь ввиду.?       — Ты меньше по сравнению с нами, Смоукскрим. Твоя задача первым разведать обстановку и доложить нам, — Оптимус обдумывал план, взвешивая все за и против.       — Думаю, ты и так сообразишь что к чему, верно? — хлопнув бота по спине, Синвейв развернул нового друга лицевой к стене. — Твоя задача такова: ты вылетишь и отвлекаешь внимание на себя, пока мы с Праймом не выберемся отсюда.       — А если там никого нет.?       — Тогда это другое дело.       Прайм переглянулся с Синвейвом.       

•••

      — Сигнал проявился! Нет, стал чётче! — Нокаут резко повернулся, его оптика зафиксировала движение у столба дыма. Источник не на земле, а выше.       Юный автобот вылетел из дыры в скале, словно выплюнутый недрами планеты. Он беспомощно кувыркался в воздухе, отчаянно пытаясь поймать равновесие, и его перекошенный от ужаса крик прокатился по пляжу.       — Да ладно? — Брейкдаун вскинул брови в искреннем удивлении. — Автоботы летают. Новенький.       — С твоей подачи его полёт продлится ещё немного, — Нокаут похлопал напарника по плечу, не сводя хищного взгляда с падающей цели. Его процессор уже выстроил приоритеты. — Наша цель явно в его руках. Вехиконы! Двое на юнца! Живым! Или… в состоянии, пригодном для изъятия артефакта!       Вооружившись копьём, спорткар выставил оружие, готовый броситься вперёд, как только Смоукскрим коснётся земли.       — Иди к папоч-! — крик Брейкдауна оборвался, превратившись в хриплый стон.       — Брейкда-! — Нокаут обернулся, но его напарника уже не было на привычном месте за его спиной. — Что за… Брейкдаун?!       — Отпусти!       Новый объект, белый и стремительный, вырвался из входа, что они блокировали. Синвейв, с неподражаемым отсутствием грации, протаранил грудью Брейкдауна, и их сцепившиеся тела, отчаянно цепляясь друг за друга, рухнули в прибрежные волны.       — Ч-что б тебя! — Синвейв, захлёбываясь солёной водой, пытался трансформироваться, но Брейкдаун, придя в себя, впился в его крылья с мертвой хваткой, не давая закрылкам раскрыться.       — Жалкий предатель! — голос экс-рекера сорвался на рёв, полный ненависти. Он поднялся на серво, волоча за собой захлёбывающегося Синвейва, и с яростью швырнул белый корпус обратно в более глубокую воду. — Это ты!       Синвейв, наконец сумев трансформироваться, с грохотом плюхнулся в воду, едва удерживаясь на серво на скользком дне.       — Кха! Да я, вроде! — он отплевался, пытаясь выбраться на берег под первые, неточные выстрелы Брейкдауна. — Эй! Я не специально! Кхе-! Да шлак тебе в глотку! Уж поверь, мне гораздо больнее! — Синвейв судорожно прокачивал системы, избавляясь от воды, его движения были скованны и неуклюжи под обстрелом.       — Брейкдаун! Кончай с ним! — Нокаут, отряхнувшись от песка, рванул к напарнику. — Этот шлакобот должен получить по заслугам за…!       Он не закончил. Из той же дыры в скале с ревом двигателя вылетел синий тягач. Оптимус Прайм, используя импульс, на полной скорости врезался в Нокаута, впечатав того в песок. Прайм бегло окинул взглядом поле боя: Синвейв в воде под огнём, Смоукскрим где-то выше на скалах, шестеро врагов.       — Синвейв, отступай! — рявкнул он, одновременно парируя яростные, но беспорядочные удары копья из-под себя.       — А я что делаю?! — огрызнулся Синвейв, выбираясь на сушу и отстреливаясь на ходу.       Вехиконы, тем временем, разделились. Двое ринулись вверх по склону за удиравшим Смоукскримом. Двое других, видя, что офицеры заняты, решили проявить инициативу и двинулись к Синвейву — казалось, самой уязвимой цели.       Силы были распылены, ситуация — хаотична. Оптимусу нужен был контроль, и нужен был сейчас.       — /Смоукскрим, любой ценой доберись до базы с артефактом! /       — /Смена планов? Хорошо! / — в голосе юного бота слышалась паника, но и решимость. Он карабкался по скале, пытаясь оторваться. — Да я в центре… А?!       За его спиной раздался оглушительный рёв реактивов. Обернувшись, он увидел лишь две тени, приземляющиеся в паре метров от него.       — А это плохо, — пробормотал он и, не раздумывая, с криком бросился вниз со скалы, в сторону пляжа, уворачиваясь от первых выстрелов.       — Какое унижение, — процедил один из вехиконов, глядя ему вслед.       — Разве артефакт не должен быть у него в руках? — второй нахмурился, сканируя Смоукскрима. Сигнатура от капсулы хранения не читалась. Значит, она… Открыта? Или её нет у него? — Всё плохо.       Оптимус отбивал атаки Нокаута, его разум лихорадочно искал выход. Нокаут, ловко орудуя копьём, удерживал дистанцию, играя на скорости против силы.       — А ты не блещешь умом, Прайм! — язвил медик, пытаясь отвлечь. — Как ты можешь засматриваться на других, когда твой партнёр прямо перед тобой?!       — Извиняюсь за заминку, — сквозь стиснутые денты ответил Оптимус, ловя момент.       Сжав пальцы в замок, он поймал древко копья, рванул на себя и, не отпуская, нанёс короткий, сокрушительный удар кулаком в грудь Нокаута. Тот с хрипом отлетел, кувыркаясь по песку.       — Синвейв!       — Я бы не прочь поменяться партнёром! — Синвейв, по-прежнему по пояс в воде, был лёгкой мишенью для Брейкдауна на мелководье.       — Неужели я не устраиваю тебя?! — оскалился Брейкдаун, но его ухмылка сползла с лица, когда выстрел со спины чиркнул по его броне.       — Ты не в моей весовой категории!       Воспользовавшись тем, что Нокаут отходит, Прайм бросился к воде. Его появление переключило внимание Брейкдауна мгновенно. Оставив Синвейва, массивный десептикон с рыком ринулся на нового противника. Синвейв, наконец, получил передышку и стал выбираться.       — Меняемся! — крикнул он, шлепая по воде к берегу. — Что б вас ржа пожрала… — прошипел он, делая контрольный выстрел в спину Брейкдауна, больше для принципа, чем для урона.       Теперь он мог лишь наблюдать, как Прайм, приняв на себя ярость Брейкдауна, парировал его тяжёлые удары и отвечал точными, мощными контратаками, оттесняя того к суше.       Отдышавшись, Синвейв огляделся. И замер. Перед ним стояли двое вехиконов, отрезавших путь к скалам. Он вздохнул. Отлично.       — О-ой? — его саркастическое восклицание было прервано резким движением. Он едва успел отпрыгнуть в сторону, как два энергетических заряда прошли мимо.       Его взгляд скользнул вверх, туда, где двое других вехиконов гонялись за Смоукскримом. Тот, спасаясь, прыгнул со скалы прямо… На плечи Брейкдауну, который в этот момент получал от Прайма сокрушительный удар под камеру искры. Десептикон сложился пополам с глухим стоном.       — Синвей-!       Оптимус не успел его предупредить.       Синвейв, не отрывая взгляда от своих двух преследователей, атаковал почти беззвучно. Вехиконы замерли, скованные внезапным выстрелом стазисом, и рухнули на песок.       Но расслабляться было нельзя. Смоукскрим был в опасности. Синвейв развернулся, чтобы помочь, и в этот миг мир взорвался болью.       Острая, жгучая агония пронзила его поясницу, вырвав из горла беззвучный стон. Нокаут, подкравшись сзади, вонзил свое копьё глубоко в стык брони, выжав из него весь заряд энергии. Дикий, торжествующий крик медика смешался с хрипом Синвейва.       — Синвейв!!! — Оптимус поддался навстречу к нему, но тень Брейкдауна накрыла его, и молот обрушился на его плечи.       Визг.       Это был не звук. Это было физическое насилие над аудио-рецепторами. Пронзительный, высокочастотный вой, исходящий откуда-то с груди Синвейва, прорезал воздух, заставляя всех — автоботов и десептиконов — падать на колени, вцепившись в головы. Металл скрипел, системы зашкаливали от боли.       Визг начал спадать, переходя в мерный, безошибочный звук. Сигнал обратного отсчёта.       — Н-Нокаут! Быстро, убегай! — Брейкдаун, первый оправившись от шока, закричал, поднимаясь. — Немедленно!       Прозрение ударило, как молот. Смоукскрим был приманкой. «Кенос» всё это время был не у него.       Артефакт был у Синвейва. И Нокаут только что активировал его, пронзив корпус энергетическим зарядом.       — Ох, чёрт… — Нокаут, побледнев, отшвырнул копьё и в миг трансформировался. Брейкдаун последовал его примеру. Два десептикона, не оглядываясь, рванули прочь, оставляя за собой лишь облако песка.       — Синвейв! — крикнул Смоукскрим, но помочь было нечем. Он видел лишь, как Синвейв, всё ещё конвульсируя от удара, беспомощно лежал на песке, а с его груди доносился этот чудовищный тикающий звук.       Оптимус, оглушённый, пытался встать.       Отсчёт остановился.       Мир взорвался в беззвучной, сокрушительной волне силы. Не пламя, а чистая энергия, искажающая реальность. Воздух содрогнулся, волны отхлынули от берега, песок расступился, образуя плоскую равнину. Скалы вокруг пещеры, уже ослабленные, сложились словно карточный домик, обрушившись огромной массой камней именно туда, где лежал белый корпус.       — СИНВЕЙВ!!!       Звон в ушах заглушал всё. Смоукскрима и Оптимуса отшвырнуло волной, как щепки.       — /Смоукскрим базе! Срочно всем по моим координатам! Редчет, ты нужен! Немедленно!/ — Смоукскрим выкрикнул в комлинк, едва поднимаясь. Он не видел Прайма.       — Синвейв!!!       Голос Оптимуса, хриплый от ужаса и ярости, раздался из-под облака пыли. Он уже был там, у груды свежего завала. Его мощные мани, не обращая внимания на ссадины и трещины, отшвыривали камни, целые глыбы, с бешеной, слепой силой.       — Синвейв, ты слышишь меня?! ОТВЕТЬ! СИНВЕЙВ!!!       В его памяти всплывали образы: не неуклюжий пленник в блокираторах, а тот, кого он знал. Бот, который всегда находил выход. Который прикрывал тыл. Который ставил других выше себя и видел на три шага вперёд. Даже сейчас, в ловушке, он сам сбросил с себя оковы блокираторов и первым привёл в действие план. План, который стоил ему всего.       А Оптимус? Он знал. Знал о травмах Синвейва, о его потребности в восстановлении, о его ограничениях в бою. Знал, что Смоукскрим не готов. И всё равно взял их обоих. Потому что нужен был его ум. Потому что хотел дать шанс. Потому что совершил ошибку, за которую теперь платил самый неподходящий бот.       — СИНВЕЙВ!!!       Его крики терялись в гуле подступающих шагов. Подоспели другие автоботы.       — Что происходит?! — Редчет выскочил из воронки Земного моста с подмогой, его системы сканирования уже искали угрозу. Но угроза уже миновала. Остались лишь последствия.       — Синвейва завалило! — крикнул Смоукскрим, уже пытаясь помочь Прайму, но тот работал с такой яростной, неконтролируемой силой, что было опасно подходить.       Видя состояние своего лидера — не физическое, а то отчаяние, что исходило от него, — автоботы, не задавая вопросов, молча бросились к груде камней. Балкхед и Арси принялись откатывать самые крупные глыбы, Бамблби и Редчет сканировали щели, пытаясь найти признаки жизни.       Оптимус не слышал их. Он слышал только тиканье отсчёта в своей голове и тишину под камнями.

•••

      По завершении провального задания дуэт десептиконов предстал перед необычным составом на капитанском мостике Немезиды. Лорд Мегатрон вёл напряжённый, тихий разговор с Эйрахнидой. Она стояла чуть в стороне, её хищная поза и едва заметная улыбка заставляли воздух трещать от скрытого напряжения. Появление Нокаута и Брейкдауна лишь добавило масла в огонь.       — О, уже вернулись? — малиновые глаза Эйрахниды скользнули по ним, задерживаясь на пустых мани. Её голос был сладким, как яд.       — Не вижу артефакта в ваших руках, — голос Мегатрона прогремел. Гнев, и до этого клокотавший под броней, получил явную цель.       Брейкдаун невольно опустил взгляд, чувствуя как пластинка на правом сенсоре начала впиваться в его голову.       — Боюсь, мы не смогли даже опознать объект, мой Лорд, — смело, с присущей ему напыщенностью, выступил вперёд Нокаут. Он выпрямился, встречая взгляд Повелителя не раболепством, но холодной уверенностью незаменимого специалиста. Его самоуважение всегда служило ему щитом. — Не знаю, что это был за артефакт, но уверяю вас, новое пополнение в рядах автоботов сполна ощутило на себе его… Финальный аккорд.       — Смоукскрим? — Мегатрон брезгливо поморщился, как от назойливой мошки. Смерть юнца не стоила бы таких подробностей.       — Нет, Лорд Мегатрон. Речь о более интересной фигуре, — голос Нокаута стал сладким и зловещим. — О Синвейве.       Имя, произнесённое вслух, повисло в воздухе тяжёлым, знакомым грузом. Мегатрон медленно повернул голову, его взгляд, словно тиски, переходил с Нокаута на Брейкдауна и обратно, выискивая малейший намёк на ложь или недосказанность.       — Синвейв… — он проговорил имя, растягивая гласные, и в его тоне смешались ярость, насмешка и что-то вроде мрачного удовлетворения. — Надо же, какая неожиданная встреча. И что же с артефактом?       — Вероятно, он использовал резонансные частоты, вызывающие кавитацию в материи. Мощь… Впечатляющая. Но, к сожалению, утрачена. В обмен на то, что похоронила под скалами нашего нового знакомого.       — Сдаётся мне, я начинаю догадываться, о каком орудии идёт речь, — медленно, словно собирая воедино осколки воспоминаний, проговорил Мегатрон. Его взгляд, тяжёлый и проницательный, скользнул мимо медиков и устремился на Эйрахниду, которая всё это время наблюдала со своей каменной, непроницаемой улыбкой. — И полагаю, тебе есть что добавить к этой картине, Эйрахнида?       Фембот вышла из тени, её движения были плавными и бесшумными.       — Столкнувшись с подобной технологией ранее, могу лишь подтвердить её нестабильность, — её голос звучал ровно, почти бесстрастно. — В данном случае артефакт сработал как… Изысканная ловушка. От былой разрушительной силы остался лишь субзвуковой вой, способный оглушить и дезориентировать. Серьёзных повреждений он не нанёс бы.       — Масштаб урона? — отрезал Мегатрон.       — Минимальный.       — Как прискорбно… — прошипел Лорд, и в его голосе прозвучала неподдельная досада. Он на мгновение застыл, его взгляд уставился в пустоту, будто видя там призраки прошлого. — Саундвейв! Вышли поисковую группу на координаты. Пусть перероют каждую песчинку. Мне нужны все фрагменты, все обломки. Всё, что осталось от этой штуки.       — Неужели вы знаете это оружие, Лорд Мегатрон? — осмелился спросить Нокаут.       — Знаю? — Мегатрон обернулся к нему, и в его оптике горел огонь старой, затаённой ненависти. — Это назойливое, вездесущее пятно на истории Кибертрона! Оно всегда появляется там, где его не ждут, чтобы спутать все карты!       Как будто в подтверждение его слов, Саундвейв, безмолвный до этого момента, вывел на главный экран последний зафиксированный сигнал капсулы — сложную, пульсирующую частотную диаграмму.       — Эта сигнатура… — Мегатрон стиснул кулаки, металл заскрипел. — Знакома до боли в висках. Я не строю догадок. Все улики указывают на одного. На того, кто годами вставлял палки в колёса моим планам, прячась за маской учёного и философа.       В напряжённой тишине мостика его слова повисли, как приговор. Все понимали, о ком речь.       — Доподлинно это не известно, — вдруг, чётко и громко, произнесла Эйрахнида. Все взгляды устремились к ней. — Но факт остаётся фактом: инженер вроде Синвейва теперь на стороне автоботов. Он знает технологии, принципы, слабые места. Он может изменить баланс сил. Сделать Прайма… Опаснее.       Она делала своё дело мастерски, вбрасывая семена паранойи, прикрывая их заботой о деле. Мегатрон слушал, его лицо было каменной маской, но в глубине оптик бушевала буря.       — Начиная с этого дня, — голос Мегатрона раскатился по мостику, и Саундвейв мгновенно транслировал его на все палубы Немезиды, — вводится новый приоритет. Каждый, кто встретит Синвейва, обязан доставить его мне. Живым. Неважно, в каком состоянии он предстанет перед моим троном. Лишь бы его искра билась и процессор работал.       Он сделал паузу, и его взгляд, тяжёлый и неумолимый, нашёл Эйрахниду, а затем скользнул по Нокауту и Брейкдауну.       — Но… — он продолжил, и в его тоне зазвучала сталь, — если он будет представлять непосредственную, смертельную угрозу для десептиконов или для успеха миссии… Убейте на месте. Не колеблясь.       Приказ, дающий простор для интерпретации. Идеальный инструмент в руках таких, как Эйрахнида.       — Свободны.       Нокаут и Брейкдаун, всё ещё оглушённые грохотом взрыва и теперь ещё и тяжестью нового приказа, поспешили ретироваться. Эйрахнида осталась, её малиновая оптика светилась глухим удовлетворением.       Осталось лишь понять что ей движет.