-Мне 16.

POV Катя. Утренние лучи солнца рвутся под завесу моих век. Я улыбаюсь новому солнечному дню, и глаза сами распахиваются, заставляя меня проснуться. Легкий ненавязчивый запах свежеиспеченных круассанов витает в воздухе. Очень заманчиво. Я привстаю на кровати, а затем сажусь на ней, обняв руками колени, при этом закрывая одеялом ноги. Оглядываю комнату, и мой взгляд привлекает молодой парень. Его взгляд направлен сквозь холодное стекло, он смотрит в окно. Легкая улыбка касается губ шатена, она настоящая. Белая футболка и темные шорты лишь акцентирует внимание на то, какое спортивное у него тело. Его руки сложены на груди. Такой близкий и красивый. В свете солнечных лучей он становится ещё ослепительнее. -Как спалось?- донесся до меня голос Ника, заставив всё моё тело вздрогнуть от неожиданности. Киоссе слегка усмехнулся и вновь отвернулся к окну. Он всегда знает, когда кто-то смотрит на него. В особенности, когда я прожигаю его своими серыми глазами. -Хорошо,- ответила я и продолжила сверлить взглядом Никиту, который уже давно чувствует этот взгляд на себе. Отвернув свой взгляд от окна, шатен повернулся ко мне. Свойственная ему ухмылка украсила его лицо, увидев, как я жду его, как я хочу, чтобы его рука наконец коснулась моей. Через несколько секунд Ник уже стоял около кровати, прожигая меня глазами. -Никогда не думай, что я позволю себе потерять бдительность, - пугающим тоном проговорил парень,- Ты всегда в поле моего зрения, малышка,- таким же тоном продолжил Никита, сделав небольшой акцент на слове "малышка". Такое приятное и правдивое, ведь я слишком маленькая для него. Может, поэтому всё складывается не так хорошо, как могло бы быть? Но, увы, я не знаю... Делаю вдох, и парень садится рядом со мной на край кровати. Он поворачивается ко мне, и теперь пристальный взгляд его карих глаз застал меня врасплох. Я - с растрепанными русыми волосами, с бледным лицом и ужасной ссадиной на нем. А он - кареглазый темноволосый парень, который как всегда выглядит совершенно. Слишком хорош для меня. Я стесняюсь того, что на моем лице есть это. Пусть даже и на время, но оно всё равно давит на меня, будто заставляя спрятать, скрыть от чужих глаз. Я откидываю теплое белое одеяло и рукой тянусь к ящику в тумбочке, где лежит упаковка с таким нужным мне пластырем. -Нет,- словно поняв, что я хочу сделать, грубо процедил сквозь зубы парень. Он схватил меня за руку и каким-то образом перевернул меня, расположив у себя на коленях. Он подтянул меня выше и ближе к себе. Теперь большая часть моей спины лежала на его коленях. Будто я сидела на нем, как маленькая девочка, но я не сидела, я лежала. Его рука обвила мою спину, заводя её за мое плечо. Он держит, не отпускает, не дает мне упасть. Мои ноги по прежнему лежат на кровати в полусогнутом положении. Я до сих пор не понимаю, как я оказалась рядом с ним так близко. Я так многого о нем не знаю. Так и сейчас. Он удивляет меня. Постоянно. Я вновь оказалась ниже него. Темные пряди его волос слегка свисают ему на лоб, всё ещё сохраняя форму его прически. Карие глаза. О, Боги, я никогда не смогу передать словами, какие у него красивые глаза. Каждый раз, когда я заглядываю в них, я будто тону в тёмной пропасти, такой глубокой и чёрной. Именно этот цвет. Карий, как молочный шоколад. Под натиском его взгляда, которым пронизан весь воздух в этой комнате, я сдаюсь. Его губы манят меня не меньше. Я ненавижу, когда он так близко, ведь каждый раз я чувствую, как во мне кричит это бешеное желание поцеловать его, почувствовать его. И я знаю, что он чувствует тоже самое. Парень наклоняется ко мне, а я в свою очередь тянусь к нему. Мои губы касаются его губ, и мы сплетаемся в поцелуе. Мои руки зарываются в его волосы, заставляя меня прижаться к сильному телу парня ближе. Всё ближе и ближе, пока в ладонях не появятся эти разряды тока, а в животе не запорхают бабочки. Руки Никиты гладят мою спину, блуждая по моему телу. Наши языки вновь сплетаются в страстном танце, и я уже не в силах остановить это сумасшествие. Всё тело горит желанием, но я не могу позволить ему большего. Пока не могу. Слишком горячо рядом с ним. Жар в моей груди разрастается с каждой секундой, но нехватка воздуха в легких ужасно подводит меня. Я разъединяю наши губы и глотаю ртом воздух. На языке остается вкус его губ. Вкус сахарных яблок, моих любимых. -Осторожно, милая, я могу не сдержаться,-прямо в губы шепчет мне Ник, и его дыхание вновь обжигает мою шею. На его лице появляется пошлая ухмылка, и он слегка касается рукой моего бедра. По телу бегут мурашки, его прикосновения заставляют вздрагивать всё мое тело. Его рука заправляет прядь моих непослушных волос мне за ухо, и он легко берет меня на руки, подгибая мои ноги в коленях. Я обхватываю руками шею парня, прижимаюсь к его груди и вдыхаю такой приятный запах мяты. Шатен несет меня в ванную комнату, и я позволяю ему это. Он может делать со мной всё, что угодно, но только до того момента, пока я не скажу "Стоп". Грудь парня ровно поднимается и опускается. Я слышу, как громко стучит его сердце, также громко, как и мое. Парень опускает ручку двери вниз, и дверь открывается. Он быстро вносит меня в комнату, и мое дыхание вновь учащается. Ник сажает меня на край стиральной машинки, предварительно скинув с нее рукой все вещи. Парень достает из упаковки ватный диск и подходит к раковине, где уже стоит перекись водорода и баночка с йодом. Киоссе подготовил всё заранее. Он смачивает диск перекисью и подходит ко мне. -Я хочу сам помогать тебе. И не пытайся скрыть свои недостатки,- строго проговаривает он и подносит диск к моему лицу. Одно осторожное прикосновение, и по щеке бежит холодная капля перекиси. Жидкость с ватки собралась на моей ране, заставляя неприятно щипать мою кожу. Я прикусила губу от столь неприятных ощущений, как тут же мою руку накрыла рука парня. -Потерпи, это пройдет,- с нежностью в голосе произносит шатен и обратно направляется к раковине. Я не понимаю его. Сначала он был хищным и страстным, а теперь он добрый и нежный. Я перебираю пальцами локоны своих волос, стараясь успокоить волнение внутри себя. Дрожащее чувство в моей груди. Это так странно. Я касаюсь ткани своей белой майки, под которой кроется такое же белое нижнее белье. В голове вновь проносятся воспоминания о той ночи. Самой чудесной ночи в моей жизни. Одна мысль о том, что он уже видел меня такой становится невыносимо стыдно, будто я погружаюсь обратно в свои переживания и страхи. Но ведь он не ушел после этого. Он обещал не бросать меня. Он обещал быть рядом со мной всегда. Поэтому я должна верить ему, я хочу верить ему. Я доверяю ему. Возможно, если я позволю ему забраться ко мне дальше, под кожу, закрадываясь в мою голову, оставляя в моем сердце свой след, я наконец смогу отпустить эти сомнения. -Смотри на меня,- приказным тоном проговорил парень, вытаскивая меня из своих мыслей. В его руке ватная палочка, один конец которой уже искупался в йоде. Шатен подносит уже темную ватку к моему лицу, и я послушно смотрю на него. Каждая его мышца напряжена, он старается сделать всё как можно нежнее и осторожнее. Он аккуратно ведет палочкой по моей ссадине, иногда нажимая на нее, чтобы добиться большего эффекта, но неприятные ощущения всё равно оставались. Их ничто не могло скрыть. Я поморщилась, когда Никита в последний раз провел ватной палочкой по моей коже, а потом надавил сильнее, чем обычно. -Это всё. Когда высохнет, ты сможешь наклеить пластырь, - спокойным тоном произнес парень, моя руки в холодной воде. Сейчас я всего лишь смотрю на него. Просто смотрю. Мне не хватает смелости сказать ему. Сказать, как всё тело просит его прикосновений. Как я чувствую себя, когда он говорит, что я его малышка. Мне не хватает смелости, потому что я знаю, что моих чувств может оказаться больше, чем его. Потому что я меньше, потому что слабее. Но это только подогревает его интерес. Ему интересно, как далеко я могу зайти, но он не понимает, что это он зашел слишком далеко, влюбив меня в себя. -Никит,- лепечу я, стараясь держаться как можно увереннее, но это мне плохо удается. Киоссе поворачивается ко мне и пристально смотрит в мои глаза, заставляя смущаться ещё больше. В его глазах я такая нелепая. Конечно, он же сейчас наблюдает такую картину: девушка в майке и шортах сидит на стиральной машине, на которую он сам её посадил, нервничает и пытается, что-то сказать ему. Черт, какой ужас. Я опускаю голову вниз, понимая, что это была плохая идея -рассказать о чувствах. -Катя?- мое имя слетело с губ парня, и я услышала его шаги. Он подошел ко мне, и теперь я буквально чувствовала его дыхание на себе. Мое волнение перерастало в панику. Потому что я знала, что он рядом, но не могла коснуться его, потому что боялась. Боялась, что он не так поймет, что испугается этого. -Милая?- шатен продолжал ласково называть меня, это подначивает меня рассказать всё быстрее, но страх, он до сих пор здесь, он до сих пор держит меня. Почувствовав мои переживания, шатен опускает свои руки по обе стороны от меня на стиральной машинке. Он подается вниз, в мою сторону, и теперь я оказываюсь у него в плену, из которого я не хочу выбираться. Парень кладет свою голову мне на плечо, оставляя легкие поцелуи на моей шее. Его горячее дыхание вновь ударяется об мою шею, кожу, заставляя трепетать тело. Мои руки сами собой зарываются в его шоколадные волосы, я спутываю и ерошу их пальцами, то оттягивая прядь, то накручивая её на палец. Никита же мурчит мне в плечо, создавая легкую вибрацию. Запах одеколона и мяты заполняет легкие, мне никогда не надышаться им. Я перехожу с волос парня на его лицо, тот сразу же ощетинился, подняв голову. Теперь я находилась под прицелом карих глаз. Они завораживают меня. -Ник,- пробормотала я, стараясь начать. Сложно.Страшно. Тяжело говорить о своих чувствах, слишком тяжело, - Ялюблютебя,- мой голос ужасно дрожит. Никита ошарашенно смотрит на меня. Он не ожидал такого. Возможно, он не хотел этого слышать, но я не могла больше держать это в себе. -Милая,- обратился он ко мне после нескольких секунд молчания. Его рука притянула меня к себе, заставляя смотреть на него, на то, как горят его глаза. Его губы накрыли мои, сладко целуя их. Больше не сделаешь вдоха, в груди вновь этот пожар, а тело пробирает дрожь. Она забирает меня в мир вечного экстаза. Мурашки табунами бегут по коже от прикосновений Ника. Слишком жарко. Слишком хорошо. Слишком. Его язык проскальзывает в мой рот, изучая его. Каждый раз прикасаясь к небу, я пытаюсь уловить хоть немного воздуха. Мои руки снова зарываются в его мягкие волосы, а его всё также находятся на моем лице. Не выдерживая этой близости, я издаю стон и чувствую, как ухмылка расплывается на лице парня. Мои стоны, как музыка для его ушей. Он продолжает целовать меня, заставляя бабочек трепыхаться в моем животе. Здесь и сейчас я люблю его. Мне не нужно, чтобы он произнес эти слова в ответ. Мне достаточно того, что я просто люблю его. Здесь и сейчас...

***

Вдох. Я иду по оживленной вечерней улице. Горящие огни города освещают мне дорогу. Повсюду развешаны украшения, все готовятся к предстоящему празднику. Хотя до него остаются ещё несколько недель. Люди куда-то спешат, куда-то бегут, не успевая полюбоваться этими улицами, дорогами, украшениями, не успевая проникнуться этой атмосферой. Снег большими пушистыми хлопьями падает на землю, оставаясь на одежде, волосах, ресницах. Здесь всё пропитано настоящей сказкой. Это завораживает меня, тянет в свою суматоху. Выдох. Это уже не первый раз, когда я гуляю одна. В последнее время Никита занят работой и прочими проблемами и делами. Я понимаю его, он не всегда сможет быть рядом со мной, как бы он не старался, хотя бы потому что это невозможно физически. Иногда мне кажется, что это сон. Будто никогда в моей жизни не было Ника, будто я до сих пор живу с мамой своей спокойной и размеренной жизнью, но нет. Это не сон, это только лишь мои странные мысли. Под ногами скрипит мягкий снег, мне нравится этот звук. Он будто говорит мне о том, что всё настоящее, всё живое, будто я могу прикоснуться к нему и почувствовать его дыхание, такое же горячее и обжигающее, как слезы. Перед глазами появляются яркие вывески магазинов, витрины, жилые дома и свет в их окнах. Мое внимание привлекает вывеска "Дом для чуда", и я останавливаюсь. Поднимаюсь по лестнице, состоящей из пяти ступенек и захожу в столь необыкновенный магазин. Аромат цветущих благоухающих роз заполняет помещение. Легкая умиротворяющая музыка доносится до моих ушей, и я, не сдерживая улыбки, прохожу в место под интригующим названием. Первое, что я ощутила зайдя сюда это - ту атмосферу, которой должен быть пропитан Новый Год. Полки и стеллажи из светлого дерева, паркетный пол, обои с узорами деревьев, праздничная мишура и гирлянды создают целый маленький мир, похожий на сказочный. Я прохожу дальше, рассматривая полки и стеллажи с игрушками, подарками, с удивительными вещами, которые я нигде раньше не видела. Мое внимание привлекает полочка с небольшими стеклянными шарами, наполненными искусственным снегом, внутри которых стоит маленький пряничный домик или один из атрибутов новогоднего праздника. Они всегда очень нравились мне, каждый раз заставляя улыбаться и восхищаться тем волшебством, которое они приносят в наш мир. Один такой стоял в моей комнате, его подарила мне мама на Новый Год. Сказав, что если я буду верить в то, что он волшебный и загадаю желание, то оно обязательно сбудется, и оно сбылось. Я загадала найти человека, который бы смог подарить мне счастье или хотя бы надежду на счастье, и я нашла его. Это он - Никита Киоссе. Но, загадывая это желание, я не знала, что мне придется расстаться с людьми, которых я люблю. И теперь я не должна жалеть о случившемся, но... Меня кое-что беспокоит. Достаю из кармана куртки свой телефон и открываю папку с сообщениями. Несколько СМС от папы и несколько от мамы. Я всё никак не решаюсь их прочитать. То ли из-за того, что я до сих пор злюсь на них из-за случившегося, то ли потому что мне не хватает смелости взглянуть своим ошибкам в глаза и простить. Пальцы сами тянутся к вкладке с контактами, и я нажимаю на контакт с именем "Мама". Я помню, как после ссоры я удалила телефон отца, но мамин убрать не решилась, и только поменяв его с "Мамочка" на "Мама" я успокоилась. Нажимаю на кнопку вызова, и в трубке звучат гудки. Такие длинные, заставляющие томиться в ожидании, гудки. Так проходит несколько секунд, но ответа не последовало. Всё те же гудки и тишина. Разрывающая меня тишина. Сбрасываю вызов и убираю телефон в куртку. Чуда не произошло. -Вам помочь?- доносится до меня женский голос, и я оборачиваюсь. Передо мной предстает молодая девушка в вязаном желтом свитере с бейджиком на груди. "Вероника" написано на бейдже девушки. Ее лицо кажется мне очень знакомым. Карие глаза, распущенные волосы того же цвета, как и глаза, лежат на её плечах. Я рассматриваю её, пытаясь понять, где я могла ее видеть. В голову не лезет абсолютно ничего, но я точно знаю, что мы с ней уже встречались. Затянув с ответом, я поняла, что молчу уже неприлично долго, в открытую разглядывая девушку. Черт, как же глупо я сейчас выгляжу. -Да, я ищу новогодний подарок для моей подруги,- соврала я в надежде на то, что шатенка выдаст себя каким-либо образом. Я слишком любопытная, чтобы уйти, так и не поняв кто она. -Хорошо, пройдемте со мной,- дружелюбно проговорила Вероника уже наверняка отточенную и повторенную уже в сотый раз фразу. Девушка ведет меня к одному из стеллажей, и я послушно иду за ней. Ее рука тянется к небольшому плюшевому мишке, рукав её свитера ползет наверх, к локтю, и я замечаю на запястье шатенки порез. Он неглубокий, но длинный, он тянется от основания запястья и дальше вверх по руке, поэтому она носит такую закрытую одежду. Но что с ней случилось? После она подает мишку мне, и ткань вновь закрывает её руку, пряча этот шрам. Ее рана напоминает мне мою, спрятанную под пластырь ссадину. Невольно я вспоминаю то, как она появилась на моем лице. На гонках, тех самых гонках. Стоп. Неужели это она? Я ещё раз смотрю на девушку напротив, и по моей коже бегут мурашки. Она жива, значит они сдержали свое обещание. Вероника. Она та, что выбрал Кирилл в качестве выигрыша, и это было нечестно, ведь им должна была быть я. Но если это она, то почему она меня не узнала? Или она просто боится? Хотя... Кирилл никак не причинил ей вреда, если только это не она сама сделала. Черт, то, что она пережила ужасно. Как теперь она может улыбаться мне? Как после этого можно спокойно жить? Как? Хотя, если это она, то в её голове проскальзывают те же вопросы, только они адресованы уже мне. -Девушка, вы будете брать?- радушный голос девушки вывел меня из моих мыслей, возвращая в реальность. Похоже я надолго задумалась, при этом пристально глядя на шатенку. Слишком много мыслей в моей голове, я просто не успеваю за их полетом. Кладу игрушку обратно на место и невнятно произношу, что-то в духе "Простите, не сейчас" или "Я зайду позже". Отхожу от шкафчика и направляюсь к входной двери. Выхожу из столь необычного магазинчика, закрывая за собой дверь. Спускаюсь по лестнице, в последний раз заглядывая в окно в надежде понять на самом ли деле является эта девушка той, о ком я подумала. Холод вновь пронизывает мое тело, и я убираю замерзающие руки в карманы куртки. Морозный воздух просачивается в мои легкие, и при выдохе мое горячее дыхание паром отдается воздуху. Ноги сами несут меня к уже знакомому мне дому. Теперь я живу с Никитой, и его дом стал моим домом. Это так странно. Ведь мне нет ещё и семнадцати. Именно это меня иногда пугает. Я не знаю насколько далеко может зайти Ник, в какой-то степени я даже боюсь его. Боюсь и люблю одновременно. Вдали замечаю знакомый силуэт. Это Он. Его сложно спутать с кем-то другим, он всем выделяется из толпы. Привлекательная внешность, спортивная фигура, взгляд, что цепляет тебя с первых секунд и нрав, безумно пылкий нрав, я чувствую его на своей коже, чувствую, когда он рядом, и это не объяснить словами. Просто не объяснить. Это нужно чувствовать. Парень в свою очередь замечает меня, русую, маленькую, совсем не выделяющуюся девушку, что радостно чуть ли не бежит к нему навстречу. Мы в паре метров друг от друга. Карие глаза вновь играют со мной, они горят ярче, чем все ночные огни, вместе взятые. Свойственная шатену ухмылка вновь украшает его лицо. Я же не могу сдерживать свою улыбку, ведь он - моя причина улыбаться. Наконец, преодолев небольшое расстояние, я не выдерживаю и ускоряю свой шаг, срываясь на бег. Он улыбается моей детской выходке, а я оказываюсь в его объятиях. Между нами вновь вырастает преграда - наш рост. Я слишком маленькая для него. Это выглядит мило и смешно. Парень прижимает меня к себе, а я обхватываю его спину. Шатен немного нагибается ко мне, чтобы сильнее обнять, и его обжигающее дыхание вновь рядом. Он издает тихий смешок, когда я утыкаюсь в его грудь, и я чувствую легкую вибрацию. Я счастлива в его объятиях. Я готова плакать от того, насколько мне хорошо рядом с ним. Наверное, это и есть слёзы счастья. Наверное, именно называют настоящей любовью.

***

Пушистый снег хлопьями падает на землю, он сверкает в свете ярких огней. Блестящие украшения привлекают мое внимание. Разноцветные гирлянды развешаны над огромными окнами магазинов, они вплетены в ветви деревьев, заставляя их светиться синими, красными, желтыми огнями. В воздухе витает аромат имбирных пряников, тех самых, что вы так любили в детстве. Где-то чувствуется запах какао, такого горячего и вкусного. Именно это так согревает душу, дарит те чувства, что мы хотим испытать вновь и вновь. Мы хотим радоваться и улыбаться, когда видим наряженную елку, неважно, где она находится. Мы ощущаем себя живыми, когда понимаем, что этот год прожит, и нам нужно двигаться дальше. Я устремляю свой взгляд на Никиту, он держит меня за руку. На его лице сияет улыбка, самая настоящая, такая по-детски добрая, когда ты веришь и ждешь чудо. Внутри он такой ребенок. Внутри, но не снаружи...Наверное, это и делает его таким. Его глаза сияют, только когда он чувствует что-то, что по-настоящему радует его. Он никогда не будет другим, но... Я никогда не увижу его слабости, он просто не позволит мне увидеть её, и я понимаю, что это внутри, внутри него. Красная площадь. Главная улица города. Здесь стоит та самая огромная елка, где на верхушке горит звезда. Здесь всё украшено, здесь всё светится и искрится, здесь мир живет праздником. Ледяной городок, ледяные статуи, горки и... Каток, жестокий лед, что навсегда поселил в меня ненависть и боль. Мне было девять, и тогда я просто не могла пережить случившееся, мне казалось это невыносимой несправедливостью. Это стало роковым для меня. И даже сейчас, смотря на лед, всё тело покрывается мурашками. Похоже, я никогда не смогу до конца оправиться после этого. Я всё также следую за Ником. Только он сейчас заставляет меня забыть о прошлом. Мы вместе, и это всё, что мне надо. Вдруг парень останавливается, и я врезаюсь в него, погружённая в свои мысли. Он усмехается, и мои щеки наливаются краской от этой неловкости. -Жди меня тут, я сейчас вернусь,- отпуская мою руку, проговорил шатен. Я осталась стоять около катка. Самого худшего места. Я не имею ни малейшего представления, куда ушел Ник. Он слишком непредсказуем, чтобы просто взять и сказать, что он задумал на этот раз. В его голове могла родиться любая безумная идея, о которой я не могу даже догадываться. Я жду его. Две минуты, три, пять. Мое напряжение вызывают лишь люди, которые катаются на этом проклятом льду. Мне тяжело видеть их радость в глазах, они ещё просто не знают каково это - находиться в Новый Год одной, в больнице, в девять лет и со сломанной ногой. Они не знают, как больно смотреть на то, как все веселятся, в то время как ты лежишь и плачешь от того, насколько тебе плохо и обидно. Ужасное, отвратительное чувство. Вдали замечаю знакомую мне фигуру, и вот я снова готова улыбаться, но... Нет, у него в руках коньки. Одни фигурные белого цвета, а другие такие же, только черного. Черт, только не это. Всё, что угодно, но не это. Киоссе с каждым шагом всё ближе, но вместе с ним приближается самый большой страх в моей жизни. Парень подходит ко мне и говорит что-то, но все его слова пролетают мимо ушей, я будто совсем не слышу его. Только звук собственного сердца, которое говорит мне, что я могу расценить это, как предательство, но это совсем не так. Никита не знает о том, что произошло, и я жалею, что не рассказала раньше. Но сейчас я просто не могу уйти, даже если очень хочу. Ведь я впервые видела парня таким... Таким счастливым. Я не хочу ничего портить. Мы заходим на каток, и сейчас мы должны надеть коньки. Ник подает мне белые фигурные коньки, и я беру их. Снимаю свои зимние ботинки и надеваю на ноги коньки. Пальцы касаются шнурков, и я будто вновь оказываюсь в том дне, вот только в тот раз шнурки мне завязывал папа. От воспоминаний мои руки задрожали. Я не хочу вспоминать то, что было. Я не хочу это помнить. -Я помогу тебе, - заметив мою беспомощность, обратился ко мне парень. На что я лишь неуверенно кивнула. Шатен кладет мою ногу к себе на ноги и зашнуровывает мне конек, тоже самое он делает с другой ногой. Сам он уже завязал свои черные фигурные коньки. Всё повторяется. Только вместо отца сейчас Никита. Дежавю, не так ли? Когда я была маленькой, мама рассказала мне, что дежавю - это наши воспоминания. Когда мы рождаемся, у нас есть одна минута, чтобы посмотреть всю нашу жизнь. А дежавю - это то, что мы запомнили. И тогда я не поняла ее, но сейчас будто весь мир решил показать мне значение маминых слов. Но зачем резать мне по живому? Парень берет меня за руку и выводит на лед. Он тянет меня к себе, но мне тяжело, слишком тяжело. Никита непонимающе смотрит на меня, ведь для него это просто каток, детская забава, но для меня это место, где живет боль и разочарование, целое испытание. Я набираюсь смелости и встаю на скользкий лед. Это смешное чувство - страх и ожидание боли. Будто кто-то должен сейчас врезаться в меня и навсегда разбить все мои мечты, навсегда разрушить всё, что у меня есть. Киоссе начинает движение, и я намеренно отпускаю его руку. Он быстро раскатывается и набирает обороты, будто всю жизнь то и делал, что катался. -Что-то не так? - озадаченно спрашивает меня парень, подъехав ко мне, девушке, что вцепилась в бортик и никак не может его отпустить. -Всё хорошо,- солгала я, чтобы не тревожить Ника. Ему не нужно знать, что я чувствую. Я хочу, чтобы он мог радоваться тем вещам, что он по настоящему любит, даже если эти вещи приносят мне только боль. Шатен берет меня за руку, понимая, что одна я не смогу сделать и несколько шагов на льду. Он аккуратно ведет меня, заставляя вспоминать, как кататься, заставляя глубже погружаться в разрушающие меня воспоминания. Каждая секунда здесь становится невыносимой. Никита разгоняется, давая мне шанс на раскатку, но я не успеваю за ним. Всё тело дрожит, а голова начинает кружиться. Страх. Он дышит мне в спину. Вдруг парень отпускает мою руку, надеясь на то, что я смогу кататься одна, но... Кто-то сзади задевает меня плечом, и я вновь поскальзываюсь и падаю. Падаю вновь на холодный лед, как тогда, когда мне было девять лет...

***

Я слышу. Я слышу, как бьется мое сердце. Оно бешено стучит в моей груди, заставляя всё тело дрожать. Дрожать, как от нашей первой встречи. Особенно руки. Мурашки. Они вновь на моей коже. Я становлюсь совсем не такой, какой меня привыкли видеть другие, когда я, затаив дыхание, предвкушаю сладкий вкус его губ и прикосновений, таких нежных и ласковых. Мои губы дрожат, когда он слишком близко ко мне. Но недостаточно близко, чтобы коснуться их. В такие моменты нас удерживает друг от друга лишь гравитация. Каждый раз, когда он зол, когда всё его тело переполняет гнев и ненависть, мое дыхание сбивается. Я боюсь его в такие моменты, очень боюсь. Меня трясет, когда его глаза откровенно изучают меня. Одно лишь его маленькое движение в мою сторону заставляет мурашки табунами бегать по моей спине. Я жутко стеснительна для такого, как он, но его это никогда не останавливало, не пугало. Он знает, что для меня важно и он никогда не пренебрегал этим. Потому что я дорога ему, он редко говорит об этом, но я чувствую это. Я никогда не говорила о том, что Никита понравился мне гораздо раньше, чем он думает. Ещё тогда, практически полгода назад, в месте, где нет интернета, он нравился мне и нравился всегда. С того момента, когда он был певцом, который никогда не знал о моем существовании, он стал для меня чем-то большим, чем просто хороший парень из популярной группы. Хороший. Раньше я думала именно так, но он совсем не такой "хороший" мальчик, коим мне казался, и это даже превосходит все мои ожидания. Без всего того, что сейчас есть в нем, он бы не смог стать тем, в кого я влюбилась. Но сейчас я даже не знаю, что лучше. Чего бы я хотела сейчас. Чьи-то нежные губы касаются моего лба, и я чувствую, как мои волосы тревожит легкий ветерок. Как летом. Будто я нахожусь на берегу моря, солнце озаряет мир своим светом и теплом, а я качаюсь в гамаке и просто думаю. Думаю о своем. Никто не мешает, только шум волн и крики чаек. Вот только сейчас не теплое лето, а холодная зима. Я ощущаю, как кто-то поправляет мне одеяло, и я понимаю, что я лежу на своей кровати. Приоткрываю веки, и перед глазами появляется Никита. Он сидит рядом со мной на постели и нежно смотрит на меня. Самый добрый взгляд, который я когда-либо видела. Неожиданно парень поднимается и уже делает один шаг в сторону двери, как я быстро касаюсь его руки. Я не хочу, чтобы он уходил. Не хочу, чтобы оставлял меня. Не сейчас. Только не сейчас. Он оборачивается, и его теплый взгляд вновь принадлежит мне. Он смотрит в мои широко распахнутые глаза и аккуратно берет меня за руку, всё также оставляя лежать в одном положении. Шатен подходит ко мне и садится на корточки. Теперь его лицо находится на уровне моего лица. Так близко ко мне. -У тебя была температура,- прикоснувшись рукой к моему лбу, проговорил парень,- Пару часов назад я дал тебе жаропонижающее. Думаю, сейчас она спала,- продолжил он. Я никогда не думала, что Ник может заботиться о ком-то так сильно, как сейчас обо мне. Мне так стыдно, что я настолько недооценивала его. Он старается ради меня, и теперь у меня не остается сомнений. Я на самом деле важна ему. Киоссе встает и направляется к комоду и берет электронный градусник. Шатен вновь подходит ко мне и садится рядом со мной. Он дает мне градусник, и я измеряю свою температуру. -Как ты себя чувствуешь?- с заботой в голосе спрашивает парень, и уголки моих губ невольно тянутся вверх, он так внимателен ко мне. -Всё хорошо, только голова болит немного,- успокаивая парня, отвечаю я. Он не должен волноваться за меня. Я не хочу, чтобы он переживал. Кто угодно, только не он. На самом деле моя голова ужасно болит, а всё тело дрожит от холода, хоть я и лежу в теплой кофте под таким же теплым одеялом. Болит нога, но мне кажется, что это из-за моего неудачного падения. Я упала. Упала на лед. На этот чертов лед! Вдруг раздаются писки градусника, а это значит, что теперь я узнаю свою температуру. Я надеюсь, что это не выдаст моего настоящего состояния. Достаю градусник и смотрю на его результат. 37,9. Я уже собралась выключить его, но Ник быстро понял, что я пытаюсь обхитрить его. Он видит меня насквозь. Киоссе берет в руки измерительный прибор, и я ожидаю его дальнейшую реакцию. -Ты можешь обмануть меня, но ты никогда не сможешь обмануть себя,- разочарованно произносит парень и кидает на меня такой же взгляд. Наверное, не нужно было делать этого. Никита встает с кровати и убирает обратно градусник. Я устало наблюдаю за ним, за тем, как ровно падает на него лунный свет, как его белая кожа блестит в этом свете. Как ресницы томно опускают его веки, а затем вновь поднимают их, давая его глазам сиять своим непревзойденным цветом тепла. Он поправляет свои волосы рукой и слегка ухмыляется. Он заметил, что я слежу за ним. Здесь мы одни. Я и Он. Моя рука тянется к телефону, что лежит, как обычно, под подушкой. Я нахожу его именно там и беру в руки. Включаю, и яркий свет тут же режет мне глаза, я щурюсь, но через несколько секунд привыкаю к такой яркости. На часах 3:47. Суббота. Ник не спал практически целую ночь? И всё это из-за меня. Даже сейчас я помешала ему выспаться. Я чувствую себя виноватой. -Никит, ты что, не спал всю ночь?- возмущенно спрашиваю я, как тут же чувствую ужасную хрипоту в горле, что не дает мне сказать это достаточно громко. Но я знаю, что он услышал. Шатен поворачивается ко мне и глубоко вздыхает. Ему не нравится, когда я, по его мнению, недооцениваю себя или ставлю свои чувства в ущерб себе, но в пользу окружающих. Он считает это одной из моих слабостей. Добродетель. Но на самом деле я беспокоюсь только за самых близких мне людей, и он входит в их число. Как жаль, что он не видит то, что я хочу ему показать. Или просто не хочет видеть. Киоссе подходит ко мне и вновь садится на край постели рядом со мной. -Понимаешь, милая, ты была слаба, и в этот момент я был нужен тебе. Я не собирался оставлять тебя. Я боялся, что тебе будет плохо, а я никак не смогу помочь. Ты важна мне больше, чем мой сон,- я никогда не думала, что он способен на такие слова. Они ранят и окрыляют меня одновременно. В горле встает ком, я чувствую, как слезы появляются на моих глазах. Я счастлива, потому что он сказал то, что я важна ему, что он боится за меня. Горячая жидкость обжигает мои щеки. Я больше не знаю, что мне делать с тем, что я чувствую. Я больше не понимаю, чего хочу. Не справляюсь со своими эмоциями. -Почему ты плачешь? Я тебя чем-то обидел?- спрашивает меня парень, волнуясь за меня, задавая вопросы. Вопросы, на которые у меня нет ответов. -Всё хорошо... Я просто люблю тебя...

***

Я слышу его шаги, слышу, как скрипят половицы, я слышу, как он приближается ко мне. Слышу, как он входит в комнату и застывает в дверном проеме с кружкой горячего чая, наблюдая за тем, как я смотрю на него. Парень ухмыляется и подходит ко мне. Он ставит на мою прикроватную тумбочку чай с лимоном и кладет на нее таблетки от боли в горле. Объясняя это тем, что болезнь нельзя переносить на ногах. Наверное, сейчас я ещё более беспомощна, чем обычно. Но это стоит того, чтобы ощутить его заботу. Шатен обходит кровать и ложится рядом со мной. Он поправляет мне одеяло, укрывая от холода. Сейчас я чувствую себя маленькой девочкой, о которой заботится мама. От этих мыслей улыбка невольно появляется на моем лице. Я подползаю ближе к нему и утыкаюсь в его сильную грудь, спрятанную под тканью футболки. Запах мяты. Он проникает в мои легкие, и мне не надышаться таким родным запахом. Он лежит на спине и смотрит в потолок, его взгляд так пуст, будто его глаза состоят из стекла. Его рука держит мою руку у себя на груди, около сердца, держит и не отпускает. Его холодные пальцы проводят короткие тонкие линии по моей, такой же холодной руке. Я слышу, как стучит его сердце. Так неспешно и громко. Вижу, как его грудь ровно поднимается и опускается. Его руки прикасаются ко мне гораздо нежнее и осторожнее, чем обычно. И такое странное ощущение, будто весь мир пропитан его заботой. Я знаю, что он не будет спать. Он может не спать несколько дней, а потом уснуть и проспать всего два часа. -Знаешь,- тихо и спокойно потревожил меня голос Никиты, и я подняла на него свой взгляд,- Тебе звонила мама, когда ты спала,- его голос мягок, будто он вспоминает что-то, что греет его душу,- Она сначала молчала, наверно, не могла подобрать слов,- усмехнулся шатен, - А потом сказала, что любит тебя и скучает. Ее голос дрожал, а я сказал ей, что ты её любишь. Потому что я знаю, что это так. С каждым его словом становилось больнее. Будто что-то выворачивает меня изнутри, заставляя тяжелый груз падать на мои плечи. Даже когда он закончил, боль не затихла. Она разрывает меня. Воспоминания о маме, об отце, обо всём, что связано с моим детством, буквально давит на меня, выжимая все соки. Прозрачная пелена вновь затуманивает мой взор, вынуждая скулить так тихо, чтобы только я могла слышать свою боль. -Я думаю, тебе стоит наладить хоть какое-то общение с родителями. Я не хочу отнимать у тебя семью,- с сожалением в голосе произносит Ник и всё также вглядывается в темноту. -Ты её не отнимаешь,- я встаю на его защиту, от чего тот лишь издает тихий смешок, от которого слегка вибрирует его грудь. Тишина ненадолго повисла в воздухе. Я боялась спросить Ника о его семье. Почему сейчас он не с родителями? Почему он никогда не рассказывал о них? Что он скрывает? Я сглатываю застывший ком в горле и стараюсь подавить в себе всякий страх. Набираюсь смелости и делаю глубокий вдох. -Никит, а где твоя семья?- несмело произношу я и со страхом в глазах ожидаю ответа. -Я не знаю,- равнодушно отвечает мне парень и сжимает мою руку в кулак, что лежит у него на груди. Я тут же чувствую, как его сердце забилось сильнее. -Почему?- не подумав о последствиях и о том, что это может ранить его, спросила я. Вдруг парень убрал мою руку с его груди и остался лежать, глядя в потолок. Через несколько секунд он перевернулся на бок, ко мне лицом. Теперь я могла смотреть в его глаза. В его пустые, стеклянные глаза, что излучают сейчас лишь холод. Его волосы и кожа сияют в синем свете луны. Губы сжатые в одну тонкую линию. -Потому что её нет, Катя,- после его слов во мне что-то оборвалось. У него нет семьи. Его глаза блестят. Но не от счастья, а от страданий, что он чувствует. Мне больно на него смотреть. Мне хочется плакать. Я бы отдала всё, чтобы забрать его боль,- Моя мать умерла при родах, она была сильной, но недостаточно, чтобы выдержать её вторые роды. Она родила мою младшую сестру и умерла. Тогда мне было 13 лет,- его голос дрожит, ему тяжело говорить об этом. Очень тяжело, -После её смерти отец начал пить и участвовать в гонках. Однажды он выиграл, а после напился. Тогда он не вернулся домой. На следующий день его нашли мертвым. Его убили. Договорив это, Ник не смог сдержать своих чувств и эмоций. Горячая слеза скатилась вниз на подушку. Сейчас он так беспомощен. Эта боль слишком большая, чтобы он чувствовал её. Я хочу забрать её, я бы сделала всё, что угодно, чтобы помочь ему, чтобы ему больше никогда не было больно. Так мучительно больно. Ведь ещё тогда, в детстве, он остался без поддержки, он остался один с маленькой сестрой на руках. Он был один. Совсем один. И это разрывает его на части. Он не хочет, чтобы такое повторялось. Он не хочет чувствовать это больше. Его душевные раны, они слишком глубокие. Поэтому он сейчас такой. Он пытается показаться всем сильным, каменным, непоколебимым, а на самом деле он так беззащитен, он беспомощен в борьбе со своим прошлым, в борьбе со своими страхами. Он - сломанный мальчик, который также, как и мы все, нуждается в любви и заботе. Я прикасаюсь к его лицу, месту, где остался мокрый след от слезы. -Мне так жаль,- лепечу я, своим дрожащим от слез голосом,- Что мне сделать, чтобы помочь тебе? - сквозь слезы шепчу я. Вдруг он привстает и нависает надо мной. Так близко, чтобы я могла вновь ощутить его огненное дыхание на своей коже. Его присутствие вызывает у меня дрожь. Мурашки бегают по моему телу. Мои руки невольно тянутся к нему, и я зарываюсь в его волосы цвета шоколада. -Либо останься со мной и укроти эту боль внутри меня, либо уходи, мне не нужно разбитое сердце. -Так забери всё, что у меня есть. Его губы накрывают мои губы. Дыхание учащается, а сердце отбивает бешеный ритм. Разве можно любить ещё сильней?

***

POV Никита. Утро. Такое странное утро. Чувство, будто всё обрело другой смысл. Словно за эту ночь этот мир изменился, делая меня ещё более уязвимым. Сейчас даже эта спальня кажется мне совсем другой. Кажется, что воздух здесь стал более чистым, а солнечный свет вдруг озарил комнату так, как никогда этого не делал. Всё другое. Я другой. Эта ночь изменила всё внутри меня. Не знаю, как объяснить то, что я ощущаю, но это что-то новое, что-то, что заставляет наконец жить. Жить, как настоящий человек. Я чувствую огромное облегчение, словно с меня сняли огромный груз, что так давно давит на меня. С меня сняли всё, всю боль, что так долго мучала меня, а забрала её она - моя маленькая девочка. Она первая, кто увидел меня такого... Такого жалкого, слабого и настоящего. Впервые я открылся кому-то. Впервые я подпустил к себе человека так близко. И это чувство свободы, оно меняет меня, и теперь это поменяет мой мир. Все эти годы я жил с чувством полной подавленности и разрушающей меня боли. Но теперь это в прошлом. И пришло время смириться с этим. Я поворачиваюсь к моей девочке и смотрю на нее. Русые волосы разбросаны по подушке, а маленькое тельце сжалось в беззащитный комочек. Я смотрю, как она дышит, ровно и спокойно. Ее глаза закрыты, и сейчас она выглядит еще слабее, но вместе с этим я не могу понять, как это милое существо может быть таким сильным. Она каким-то образом заставила меня рассказать ей то, что так долго глодало меня. Она каждый раз заставляет меня открываться ей. И черт, она творит что-то внутри меня. Она будто делает нового меня. Теперь, когда я злюсь, она в один миг может это исправить. Она приручает дикого зверя, не понимая того, что я совсем не такой хороший и ласковый. Я так долго был плохим, что в итоге стал им. Внутри меня демоны, что кричат мне о том, что я должен сделать всё, чтобы разбить маленькой девочке сердце. Всё, чтобы оставить её ни с чем. Всё, чтобы прикончить свою жертву. Каждый чертов день я борюсь с ними. Она - единственная, кто не заслуживает к себе такого отношения. Она - мой ангел. Я тихо встаю, чтобы не разбудить Катю и направляюсь к двери. Выхожу из комнаты и закрываю дверь. Прохожу гостиную и захожу в ванную комнату. Она выполнена в черных тонах, и это в каком-то смысле успокаивает меня. Включаю холодную воду и набираю её в ладони. Умываю ею лицо, и холодок проходится по коже, оставляя мурашки. Это бодрит меня. Поднимаю голову и смотрю на себя в зеркало. Никита, что же с тобой стало? Ты влюбился в хорошую девочку и теперь не знаешь, как остановить это безумство? Ведь ты сломаешь её. Даже если не хочешь этого, всё равно сломаешь. Черт! От злости ударяю кулаком в стену. Почему я вынужден чувствовать это? Чувствовать и понимать то, что Катя никогда не будет рядом со мной в безопасности. Хотя бы потому что я могу навредить ей. Вдруг дверь открывается, и в дверном проеме встает моя малышка. Она стоит такая красивая и напуганная. Русые волосы лежат на её плечах, а правая рука сжимает в кулаке её кулон. Она носит его, также, как и я. В её серых глазах мечутся искорки страха, розовые губы приоткрыты, и я, не отрываясь, смотрю на нее. Она слышала удар, и даже сейчас я пугаю её. Я глубоко вдыхаю, и она неуверенно заходит в ванную комнату. -Никита, у тебя всё хорошо?- обеспокоено спрашивает Катя и разжимает свой кулак, отпуская кулон. Я наблюдаю за её движениями, а она смотрит прямо в мои глаза. Я осторожно беру её за руку, боясь спугнуть, и она ближе подходит ко мне. Я прижимаю её к себе, и все мои мысли, проблемы перестают тревожить меня, словно их никогда и не было. Я вдыхаю запах шоколада и закрываю глаза. Очень странное чувство. Ещё пару секунд назад я был зол, а сейчас всё снова встало на свои места. -Теперь да,- отвечаю я и чуть отстраняюсь от девушки. -Я подумала над твоими словами,- начинает она, и я внимательно слушаю её. Она колеблется перед следующими словами и смотрит вниз,- Я хочу встретиться с мамой,- выдохнув, произносит она и устремляет свой взгляд на меня. -Хорошо. Только померь температуру, я хочу убедиться в том, что тебе на самом деле стало лучше,- последние слова сами слетают с моих губ, и внутри я удивляюсь самому себе. Я не привык заботиться о ком-то так сильно. На протяжении нескольких лет я пытался подавить в себе эти чувства. Чувство жалости и сострадания к окружающим, потому что человек сам волен решать, кем ему быть, что делать и как жить. У меня всегда получалось жить, не беспокоясь о других, а если это происходило, то делало из меня жалкого человека, который, также как и все, слаб. Но это другой случай. Абсолютно другой. Иногда так бывает - ты просто видишь человека и понимаешь, что он на самом деле заслуживает твоей поддержки, каким бы ты плохим не был. Я смотрю на девушку. Она слегка улыбается и кивает мне в знак согласия. Я отпускаю её руку, и она выходит из ванной комнаты. Дверь тихо закрывается, и я остаюсь один. Один со своими мыслями. Один со своими демонами. Без нее я вновь становлюсь тем плохим парнем, которого она так боится. Которого боюсь и я. Даже воздух стал другим после её ухода. Снимаю с себя всю одежду и встаю под холодный душ. Он бодрит меня и освобождает от ненужных мыслей и проблем. Я просто стою и чувствую, как тысячи капелек скатываются по моим ключицам, продолжая катиться по моей груди, торсу. Холод, который помогает. Холод, что так нужен мне.

***

Мы выходим на улицу. Здесь воздух холодный. Такой же холодный, что и её рука, которую я держу в своей. Маленькую холодную ручку. Катя идет рядом со мной, ее волосы покрываются инеем от сильного мороза, и её щеки приобретают розоватый оттенок. Я невольно вспоминаю, как она смущается, как её щеки наливаются краской от сказанных мною слов, а не от холода. Ухмылка сама появляется на моем лице. Воспоминания. Раньше они причиняли лишь боль, но сейчас, когда у меня есть возможность каждый день смотреть в глаза самому чистому и невинному существу, слышать, как она смеется, то они, эти плохие воспоминания, заменяются на хорошие. И я понимаю, что все слова, что были сказаны ей этой ночью, правда. Она забирает мою боль и мне легче. Намного легче. Вдруг рука девушки выскальзывает из моей нежной хватки, и я возвращаюсь в реальность. Русоволоска останавливается у моего авто, и я открываю ей дверцу. Она в ответ кидает на меня взгляд, полный теплоты. Я обхожу автомобиль и сажусь на место водителя. Всё как обычно. Завожу машину, включаю "печку". Проходит пара минут, я снимаю авто с ручника, и мы трогаемся с места. Я выезжаю из двора и присоединяюсь к общему потоку. Все куда-то вечно торопятся, спешат, что иногда даже не понимают, как нужно это время. Время, когда ты остаешься без мыслей и просто следишь за движением. Просто. Без мыслей. Или хотя бы без мыслей, что давят на тебя. Усмехаюсь собственным мыслям и чувствую, как мою руку сжимает рука Кати. Она нервничает, переживает из-за встречи с родителями. Я сплетаю наши пальцы, дав ей возможно хоть на пару секунд почувствовать себя в безопасности. Понять, что в том, что происходит, нет ничего пугающего. Но она боится. Боится неизведанного. И самое ужасное то, что я чувствую тоже самое. Внутри меня всегда будет страх. Страх чего-то далекого, чего-то, что я не могу объяснить. -Никит...Ты никогда не чувствовал себя потерянно?- её голос слегка дрогнул, и я будто ощутил всю её дрожь. Я немного повернулся в сторону Кати и стал смотреть на нее, всё ещё продолжая наблюдать за дорогой. Она опустила голову и смотрела на наши сплетенные руки. Ее глаза блестели. Глубокая серость сменилась на тоску и печаль. И на секунду мне показалось, что она не может подобрать слов, чтобы сказать всё то, что кричало внутри нее, но она просто не могла понять что это. Неожиданно она поднимает свои глаза на меня, и я внимательно смотрю на нее. -Не в смысле пространства, а внутри. Это будто пустота, что заполнила мое тело, и теперь я просто не знаю, что делать. Я знаю, что это звучит странно... -Это не странно,- не выдержав, перебил я её, и она кинула на меня вопросительный взгляд,- Потому что я, как никто другой, знаю, каково это - чувствовать себя пустым и потерянным. Но знаешь, это проходит. Просто нужно верить в то, что никогда не поздно что-то изменить. Что-то сделать, чтобы наконец избавиться от этого чувства. Что ты всё ещё можешь. Можешь начать всё сначала и наконец почувствовать себя свободным. После этого мы ехали молча до родительского дома Кати. Она осмысливала мои слова, а я просто молчал. Потому что сейчас это было необходимо. Я заезжаю и паркуюсь в её родном дворе и понимаю, что все сказанные мною слова кричат внутри меня. Ведь я сам, когда-то не смог сделать то, что хотел, то, что мне было нужно. Но я опоздал. -Ты так искренне говорил о том, что я всё ещё могу всё исправить, что мне показалось, что ты говорил это о себе. Черт, как?! Как она так тонко чувствует меня, мои мысли? -Да, но наше с тобой отличие в том, что ты всё ещё можешь сделать, а я уже нет,- с сожалением в голосе произношу я и опускаю свой взгляд вниз. Девушка тянется ко мне и утыкается носом в мою щеку. Я чувствую приятный аромат её духов и наслаждаюсь этими минутами рядом с ней. Она поворачивает мою голову к себе и сокращает расстояние между нами. Между нашими губами остается пара миллиметров. -Никогда не поздно. Ты сам так сказал. Шепчет она мне прямо в губы и оставляет легкий поцелуй на них. Затем выходит из авто, и я остаюсь наедине с собой и сладким привкусом на губах. Возможно она права. И я всё ещё могу всё исправить...

***

Я открываю дверь в подъезд и оглядываюсь на Никиту. Он кидает на меня ободрительный взгляд, и авто тут же трогается с места. Я вхожу в такой знакомый мне подъезд и слышу, как тяжелая дверь с хлопком закрывается, напугав меня. Прохожу мимо консьержки и на автомате здороваюсь с ней, пропуская мимо ушей ее слова. Мой мозг отключается, и ноги сами ведут меня. Будто зная этот путь гораздо лучше меня. Я слушаюсь их и просто продолжаю идти. Нажимаю на кнопку вызова лифта и слышу, как он спускается с этажей вниз. Двери открываются передо мной, и я оказываюсь в месте, где мне всё знакомо. Всё те же кнопки, всё тот же запах, всё то же зеркало. Я чувствую, как с каждой секундой я всё ближе к своему этажу, всё ближе к своему родному дому. И это пугает меня. Пугает, но в то же время и притягивает. Я знаю, что я совершила много ошибок, но и мои родители совершали их. И это смешанное чувство ностальгии с уверенностью, в которой живет страх. Я не знаю, как описать то, что я чувствую. Это что-то внутри. Это что-то, что мы должны чувствовать. Двери лифта распахиваются, и я выхожу из него, ступая на свой этаж. Прохожу коридор, в котором немереное количество дверей и квартир, и наконец останавливаюсь. Моя квартира. Мой дом. Родной дом. Как странно. Мне безумно страшно, но я понимаю, что я не могу больше ждать. Сердце рвется наружу. Оно просится к близким мне людям. Пускай они поступили неправильно, но я люблю их. Очень люблю. Руки дрожат, не давая мне нажать на дверной звонок. Бешеный страх. Страх перед ошибками, которые я хочу исправить. Наконец набираюсь смелости и неуверенно нажимаю пальцами на звонок. Слышу, как он раздается в квартире и опускаю голову вниз. Я боюсь, что сейчас кто-нибудь подойдет к двери, посмотрит в глазок, увидит меня и не пустит. Просто не сможет простить и понять меня. -Открыто!- врезается в мой слух женский голос. Это ещё хуже. Теперь мне придется самой делать это. Теперь мне придется выбирать. Моя рука тянется к дверной ручке, но я тут же одергиваю её. Ведь у меня ещё есть время передумать. Оно есть. Но я уже здесь, и это неправильно - отказываться от того, что уже сделал. От того, что уже перешел свою гордость, от того, что ты уже почти победил свой страх. Открываю дверь и захожу на порог. Делаю пару шагов в коридоре, понимая, что сейчас дома только мама. Это успокаивает меня. Воздух пронизан запахом моих любимых булочек с сыром. Я не знаю, как вы, но я с детства просто обожала сыр и булочки с сыром. Наверно, это мама готовит их, зная, что они мои любимые, будто предчувствуя мой приход. -Дорогой, это ты?- слышится рядом мамин голос, и она выглядывает из комнаты в коридор. Она протирает полотенцем с цветочным узором тарелку. Ее глаза округлились, когда она увидела меня. Дочь, что несколько месяцев покинула её дом. Точно такие же серые, как и мои, глаза смотрят на меня и не могут поверить в происходящее. Ее руки дрожат и больше не протирают полотенцем тарелку. А я стою в ступоре, без возможности, что-либо сказать. Словно я разучилась разговаривать, словно разучилась дышать. И её взгляд. Сколько боли в этом взгляде, сколько радости в нем. Я никогда его не забуду. Он парализует меня с головы до ног. Дрожь охватывает мое тело и всё внутри меня, все органы дрожат вместе со мной. -Я скучала, мама, - лепечу я дрожащими губами и опускаю глаза вниз. Эти слова были слишком тяжелыми. Будто я потратила все свои силы, чтобы сказать их. Чтобы достать их из своего сердца. Чувствую, как соленая жидкость подступает к моим глазам. Черт, пусть она лучше прогонит меня, но я не могу стоять перед ней и плакать. Я не могу так. Проходит пара секунд. Они тянутся слишком долго. Сердце колотится в моей груди, а вместе с ним также быстро колотится во мне мой страх. И самое ужасное, что я не могу с ним справиться. -Я тоже скучала, милая,- прошептала мне мама, крепко обняв и прижав к себе. Вдруг я ощутила, как на моих волосах остался мокрый след. Она плачет. Но теперь не потому что меня нет рядом, а потому что я наконец здесь и теперь никогда не стану сама разлучать себя с людьми, которых люблю больше всех.

***

Я стою около кухонного стола, мои руки в муке, на мне фартук, а я повторяю уже отработанное мной действие. Раскатываю тесто скалкой, кладу на раскатанный кусок теста начинку и аккуратно превращаю простой кусочек теста с начинкой сначала в небольшой шарик, а после треугольник, придавая ему форму конверта, ровно распределяю начинку по конверту и складываю к остальным таким же конвертикам. До моего прихода мама уже успела испечь булочки с сыром, а теперь я вместе с ней делаю конвертики с яблоком. -Значит, Никита твой парень и сейчас вы живете вместе?- спрашивает меня мама после моего рассказа о том, что произошло после той большой ссоры между нами. -Да,- спокойно отвечаю я, не отвлекаясь от готовки. -И насколько у вас всё серьезно?- это вопрос, который ставит меня в тупик. Я и сама не знаю, насколько далеко мы с Ником уже зашли. - Я люблю его, мама, и совсем не так, как обычные дети или подростки, я люблю его по-настоящему и понимаю, что я вряд ли полюблю кого-то также, как люблю его. На несколько минут в комнате повисло молчание. Мы просто молчали и продолжали лепить конверты с яблоками. Мама молчала, потому что не знала, что ответить. Она не ожидала, что в столь юном возрасте ее старшая дочь настолько сильно влюбится в парня, который старше нее, который будет значить для нее так много. А я молчала, потому что всё, что я могла сказать - я сказала. -Ты счастлива с ним? Она задала вопрос, который я могла ожидать, но не ожидала. -Безмерно. Я ответила честно. Мне нет смысла скрывать свое счастье. Я люблю его, и я чувствую, что это взаимно. -Я и твой отец желаем тебе только счастья. А если ты счастлива с Никитой, то нет никакого смысла забирать у тебя это счастье. На последних словах она улыбнулась мне, всем видом показывая, что она не хочет больше этих ссор, что теперь, когда всё стало налаживаться, она не хочет терять меня, а я не хочу терять свою семью. -Мама, я очень люблю тебя и папу. Обнимаю такую родную мне женщину и только потом вспоминаю, что мои руки в муке, и мама замечает это. Она заливается смехом, а после и я смеюсь с ней. Мама мстит мне и пачкает мое лицо мукой, и я улыбаюсь ей в ответ. Кухню озарил наш смех и свет наших сердец. Именно в этот момент я почувствовала всё то, чего мне так не хватало. Вся моя тоска была по моему родному дому, по семье. Сейчас, обнимая человека, которого безумно люблю, я понимаю значение слов Никиты. Он был прав. Мне действительно нужно было это. Нужна эта теплота, помощь и любовь. Он всегда знал, что мне нужно. Он знает, что я чувствую. И теперь у меня нет никаких сомнений в том, что всё между нами взаимно...

***

Холодный ветер. Он бьет мне в лицо, развевая мои русые волосы. Я делаю несколько шагов и замечаю такой знакомый мне автомобиль. Его же владелец стоит рядом с ним, сложив руки в карманы куртки, что находятся у его груди. Он смотрит куда-то вдаль, не обращая внимания ни на кого рядом с ним. И что-то в его глазах настораживало меня. Словно в них что-то изменилось. Словно он изменился. Я подхожу к авто и останавливаюсь на небольшом расстоянии от Ника. Его челку, что осталась не скрыта шапкой, ерошит ветер, заставляя поправлять рукой свои шоколадные волосы. -Садись в машину, малышка,- проговорил парень, всё также смотря вдаль, явно о чём-то думая. Я покорно обхожу машину и сажусь в нее. Это не похоже на него. Ведь он всегда помогал мне сесть и открыть дверь. Киоссе садится на свое привычное место и пристегивает ремень. Я внимательно наблюдаю за ним, не упуская ни каждого его вздоха. Вдруг он откидывается на кресло и игриво улыбается. Он поворачивает голову ко мне, и его карие тёплые глаза начинают рассматривать мое лицо, не скрывая этого. От неожиданности и смущения мои щеки покрываются румянцем, а глаза округляются. Моя реакция забавляет его, заставляя ухмылку появиться на его лице. -Что-то не так?- спрашивает он, заправляя прядь моих русых волос за ухо. -Всё хорошо. Просто ты... Не успев договорить, он перебил меня. -Просто я что?- его вопрос ставит меня в тупик, ведь я всё ещё не понимаю, что творится в его голове. -Твои глаза сияют, ты весь светишься непонятной мне радостью. А ты ещё спрашиваешь что с тобой?- улыбнувшись, протараторила я. Парень усмехнулся мне в ответ. -Ты права. Я кое-что сделал, что теперь наконец должно сделать меня счастливым,- мое сердце замирает от его слов. Эта честность. Он ничего не скрывает о меня, и сам факт того, что он открывается мне, а не кому-то другому, уже заставляет чувствовать себя счастливой. Наконец и внутри него теперь есть это чувство. На несколько секунд тишина повисла в салоне. Но она была не неловкой, она была такой приятной и нужной. Будто мне всю жизнь не хватало молчания рядом с ним. И в этот момент мне абсолютно не важно, что Никита всё ещё что-то держит в себе. Мне важно лишь то, что он рядом. Что он позволяет так глубоко погружаться в его душу, прошлое. Лишь это по-настоящему важно. Все эти секунды, минуты, что мы провели в этой тишине, в этой особенной тишине, мы просто смотрели друг другу в глаза. И на одно мгновение мне показалось, что в его глазах засиял цвет наших кулонов. Один из которых я ощущаю у себя на шее, он скрывается под моей кофтой. И я уверена, что точно такой же сейчас с ним. -Думаю, ты готова к тому, что я всегда так тщательно скрывал,- уже не так бодро сказал парень и вернулся в обратное положение. Похоже, что для него это очень важно. Ник заводит машину, и мы трогаемся с места. *** Первый этаж. Второй. Мы поднимаемся в лифте на свой этаж. Как странно. Мы ведь просто поднимаемся домой. Киоссе стоит на месте и напряженно смотрит в пол, буквально сверля его взглядом. Я стою рядом с ним и тихо наблюдаю, ловя его тяжелые вздохи. Четвертый. Пятый. Шестой. Словно наши тела проносятся сквозь этажи, как ветер. Также быстро. Цифра на циферблате лифта, показывающего этажи, останавливается на пятнадцати, и двери распахиваются. Мы выходим, и это давящее состояние Никиты всё равно остается с ним. -Я хочу познакомить тебя кое с кем особенным,- взволнованным голосом проговорил парень, поворачивая ключ в дверной скважине. Мое сердце стало стучать быстрее. С кем он хочет меня познакомить? -Только, пожалуйста, не спрашивай ничего сейчас. Хорошо? - в его глазах волнение и надежда. Это наводит на меня непонятный даже мне самой страх. -Хорошо,- отвечаю я, как можно спокойнее и прикасаюсь пальцами к ладони шатена. Он берет мою руку и сжимает в своей. Это приводит его в чувство на несколько секунд, а затем он открывает дверь. Я прохожу внутрь, Ник закрывает дверь, и мы остаемся в коридоре. Слышу чьи-то быстрые шаги, и в коридор забегает девочка лет пяти. Светлые волосы, точно такие же карие, как у Ника, глаза, взгляд. Этот детский, полный недоумения взгляд. Дыхание замерло. Перевожу взгляд на Ника, а потом снова на девочку. Они похожи. Безумно похожи друг на друга. -Кто ты?- спрашивает меня светловолосая девочка и сверлит глазами во мне дыру. -Знакомьтесь,- начал шатен, встав около нас,- Алиса, это Катя,- указал парень на меня, присев на корточки рядом с его маленькой копией,- Катя, а это моя сестра - Алиса,- договорил Никита, и всё сразу встало на свои места. Они брат с сестрой. И это его самый родной человек. От этих мыслей мне становится так больно. Ведь они единственные, кто остались друг у друга. И больше никого роднее нет. Они не заслужили этого. У них должна быть семья. Чувствую, как слезы появляются на моих глазах, и тут же выдавливаю из себя самую добрую и искреннюю улыбку. Я не хочу, чтобы они видели мои слезы. Не хочу, чтобы думали, что они обделены настолько сильно, что от этого можно лишь плакать. Потому что это не так. Они есть друг у друга и это всё, что сейчас им нужно. -Теперь ты заберешь моего брата себе? - обнимая брата за шею, сердито спрашивает меня Алиса, и мои глаза от удивления округляются. А Никита лишь ухмыляется в ответ детскому вопросу. -Нет, ты что? Я не могу забрать твоего брата себе, тем более забрать его у тебя,- улыбаясь, проговариваю я, ,и маленький ангелок подбегает ко мне. -Тогда я хочу тебя обнять,- тараторит Алиса и обнимает меня. Я присаживаюсь на корточки, чтобы девочке было удобнее и закрываю глаза. Она действительно очень особенный человек...

***

Детские игры, игрушки, книжки. Всё так знакомо, и в то же время так непривычно. Ведь я выросла. Мое детство прошло также быстро, как и проходят года, которых мы не замечаем. Потому что попросту не ценим то время, что нам дано. Совсем неважно сколько тебе лет, ты всё равно остаешься в этом временном водовороте, который постепенно тянет тебя на дно. Поэтому цените время, цените каждый миг. Ведь всех нас когда-то не станет. Я и Алиса собираем пазл, который начали совсем недавно. Она увлеченно складывает картинку, что должна получиться по итогу. Пока из этого у нас всего лишь половина. Карие глаза девочки бегло рассматривают каждый, ещё не собранный кусочек пазла, ища нужный среди кучи похожих. Маленькие пальчики выбирают подходящий кусочек пазла и аккуратно вставляют в уже сложенную часть. Интересно, Никита тоже был таким? Таким сосредоточенным и смышленым ребенком. Если да, то это удивительная возможность увидеть его маленькую копию. Кстати, о нем. Он уже несколько минут кому-то названивает, что-то спрашивает у человека на другом конце провода, кладет трубку, а потом ему перезванивают. Вроде всё нормально, но это настораживает меня, обостряется шестое чувство. -Катя, ты совсем не собираешь,- тряся меня за плечо, возмущенно говорит мне маленький ангелок, и я возвращаюсь в реальность из своих мыслей. Я смотрю на пазл, что уже практически готов, но в нем не хватает лишь одного последнего кусочка пазла. Проходит пара секунд, и я понимаю, что эта последняя частичка находится у меня в руке. Вставляю её, и пазл собран. Лес, что освещает одна лишь луна и волк, который стоит на краю обрыва и воет на нее. Вот, что у нас получилось. Волк, как символично. В голове сразу появляются воспоминания о той страшной вечеринке, о моей роковой ошибке, где темно и страшно. Никита - вампир, я - олененок. Клуб, вечеринка и то, что я уже никогда не забуду. -Смотри, мы всё собрали!- указывая на собранный пазл, тараторю я, и девочка улыбается мне в ответ. Её улыбка похожа на улыбку Никиты. Только второй успел сменить её на ухмылку. Чувствую легкую вибрацию в кармане своих джинс и достаю оттуда свой телефон. Снимаю блокировку и читаю сообщение, которое пришло мне пару секунд назад. "Катя, твой папа уехал в командировку на несколько дней, так что если ты хочешь, можешь приехать". Оно от мамы. Как вовремя. Я хочу дать Нику с Алисой шанс побыть вместе наедине, это нужно им, я это знаю. Да и по дому я очень скучаю. Встаю с кожаного черного кресла, что обычно ставят у компьютерных столов и направляюсь на кухню, где находится Никита. Шатен смотрит в окно, его взгляд направлен куда-то вдаль, он поправляет свои шоколадные волосы рукой. Я стою в стороне и тихо наблюдаю за ним, стараясь не мешать ему. Хотя прекрасно знаю, что он заметил меня, что он видит меня. -Ты устала играть с моей сестрой?- иронично спрашивает меня парень и поворачивается ко мне, скрещивая руки на груди. -Вовсе нет, Алиса самый милый ребенок, которого я встречала,- отвечаю я ему и делаю небольшую паузу,- Мне нужно домой, Никит,- спокойно произношу я, и тут же рядом со мной оказывается парень. Он прижимает меня к стене, вновь обжигая своим дыханием. -А если я не пущу тебя?- прямо в губы шепчет мне шатен, и мое дыхание сбивается напрочь. Его губы оставляют легкий поцелуй на моей щеке, но я не позволяю ему зайти дальше. -У тебя нет выбора,- упираясь ещё ближе к стене произношу я, и парень, приобнимая меня за талию, приближается к моим губам. -Ты права, малышка, но я всё ещё могу отвезти тебя,- шепчет мне на ухо Киоссе, и мое тело покрывается мурашками. Он отстраняется от меня и проходит в комнату, где сейчас играет его сестра. Хорошо, что он не видел того, что произошло пару минут назад. Я спокойно выдыхаю и выхожу из кухни вслед за парнем. Прохожу в коридор, и ко мне сразу же подбегает девочка, а после и его брат. -Сейчас придет тетя, а ты жди меня, я скоро вернусь,- присаживаясь на корточки рядом с Алисой, говорит Ник. Я кидаю на него полный удивления взгляд, на что тот отвечает немой фразой о том, что я скоро всё узнаю. -А ты ещё придешь сюда?- обращаясь ко мне, спрашивает девочка, и я утвердительно отвечаю. Мы обнимаемся, и я с Никитой выхожу из квартиры.

***

Всю дорогу мы ехали молча. Он, как всегда был внимателен и сосредоточен, а я всё также следила за происходящим через окно авто, слушая радио. Его рука лежит чуть выше моего колена, я чувствую, как его пальцы скользят по джинсовой ткани, как они стремятся выше, к моим бедрам, это доставляет лишь удовольствие. Наконец мы подъезжаем к моему дому. Никита паркуется, и мы выходим из машины. Киоссе подходит ко мне и прижимает меня к дверце автомобиля. Его руки в который раз находятся на моей талии, а я обвиваю руками его шею. Запах мяты и одеколона дурманят и пленят меня. Его губы находятся в миллиметрах от моих, и я уже готова оставить всё, лишь бы остаться с ним. -Если бы я мог, я бы никогда не отпускал тебя... Ропотно, прямо в губы произносит парень, и я прикусываю свою нижнюю губу, не в силах больше терпеть этой близости рядом с ним. Чувствую вкус железа у себя на языке и понимаю, что это кровь. -Твоя мама смотрит на нас,- слышным только мне шепотом произносит шатен и отпускает меня. Он увидел отсюда, как она наблюдает за нами из окна. -Думаю, она поняла кто я,- ехидничает он и кладет мне в руку ключи от его квартиры. - До завтра, малышка,- прощается со мной парень. -До завтра..

***

Ночь. Такая тихая и безмятежная. Лунный свет проникает в комнату сквозь полупрозрачную белую тюль. Легкий запах шоколада, что всегда витает в моей комнате усыпляет мой разум и сочится в мои легкие, оставаясь на их стенках. Мои волосы разбросаны по подушке. По коже пробегается легкий холодок, оставляя после себя мокрый след на моей щеке. Слезы. Они делают нас слабыми и беспомощными в глазах людей, которые видят их. Рядом со мной пустота. До жути непривычно засыпать одной, хоть и в родной постели. Соленая жидкость катится по моим щекам, обжигая кожу. И я даже не знаю, почему так происходит. Мне не грустно, нет. Это скорее похоже на тоску или одиночество. Словно я щенок, что так сильно привязался к своему хозяину. Маленькая и ничтожная глупышка. Ухмыляюсь собственным мыслям и представляю перед собой Его образ. Такой же красивый, как эта ночь, и далекий, как эта луна за окном. Он мучает меня. Я не хочу чувствовать это. Страх, что когда-нибудь он покинет меня, давит с угнетающей силой. "Он обещал быть рядом." Твержу я себе, стараясь поверить собственным словам, но меня быстро передергивает безумное желание позвонить Ему. Спросить где он, как он, что с ним сейчас. Беру в руки телефон. 3:20. Ввожу пароль и снимаю блокировку. Ищу в контактах номер Ника, и передо мной тут же встает вопрос. Зачем я это делаю? Для чего? Сейчас уже так поздно, а я хочу позвонить. Выхожу из контактов и не успеваю выключить телефон, как он вибрирует у меня в руках. Это СМС-сообщение. Оно от Никиты. "Я не могу без тебя спать, малышка" - читаю я и смущенно улыбаюсь тексту, что только что прочитала. Он тоже не может уснуть. Сейчас мы так похожи. "Ты мучаешь меня бессонницей" - печатаю в ответ я, и с каждой минутой ко мне всё больше подступает сон. "О, мне так жаль.. Хочешь я приеду и решу твою проблему со сном?"- мои глаза быстро бегают по сообщению, и я в голове представляю, как он сейчас лежит в кровати и ухмыляется своим сообщениям, зная мою реакцию. "Ты и сам знаешь ответ..."- отправляю я. Проходит несколько минут, но ответа так и не последовало. Прошло ещё минут 10, но парень продолжал молчать, заставляя меня начинать нервничать. "Где ты?"- пальцы бегают по клавиатуре и отправляют мой короткий вопрос. Прочитано, но неотвеченно...

***

7:25 am Понедельник. Последний понедельник в этом году. Год пролетел так незаметно, оставив лишь легкое напоминание о себе. Ну как легкое? Его зовут Никита, и для меня он совсем нелегкий. Мальчик со сложной судьбой и невероятно красивыми карими глазами. Вчера всё оборвалось очень странно. Он прочитал мое сообщение, но так и не ответил. "С ним всё хорошо. Он в порядке". Успокаиваю я себя, попутно собираясь в школу. Черная юбка выше колена, белая блузка, капроновые колготки и черная кожаная сумка. Если бы Он увидел меня в таком виде, то не пустил бы, и всему причина - ревность. Он всегда говорит мне о том, что порвет любого, кто кинет на меня похотливый взгляд. И я понимаю его. Наверное понимаю. Сегодня Лиза возвращается к обычной жизни. Но она бы могла и дальше жить нормальной жизнью, если бы не то, что произошло несколько месяцев назад. И это до сих пор терзает мою душу, заставляя испытывать вину перед ней. Ведь если бы я не пошла за тем парнем, то... Черт, не смей плакать, Катя, не смей вспоминать то, что произошло! Слезы вновь катятся по моим щекам. Я сожалею об этом, мне жаль, что всё так произошло. Но я ничего не могу исправить и это ещё сильнее причиняет мне боль. Весь макияж тут же стирается с моего лица. Слезы смывает мою тушь, оставляя после себя черные разводы на белой коже. В глазах мутнеет. Я сажусь на край моей кровати, ставлю руки на колени и подпираю ими свою голову. Мои русые волосы тут же свисают вниз и уже перестают быть идеально уложенными. Я люблю людей, которые окружают меня. Я не хочу подводить их. Не хочу, чтобы они волновались или расстраивались из-за меня. Не хочу причинять им боль, но.. Как перестать чувствовать эту боль внутри себя, эту пустоту, что забирает всё самое хорошее? Встаю и подхожу к зеркалу. Оно большое, в полный рост. Оно показывает мне, кто я. Наивная девочка с заплаканным лицом. Русые волосы превратились в растрепанный войлок. Смазанная помада, размытая тушь и слезы. Это вызывает лишь жалость. Закрываю глаза и пытаюсь представить, что на самом деле всё хорошо. Просто представить... -Я здесь,- доносится до меня мужской голос. Я вздрагиваю и быстро открываю глаза. Сердце бешено колотится от такой неожиданности. Он ответил на мое сообщение. Я вижу Его в зеркале. Он стоит рядом со мной и смотрит на меня, на мою беспомощность. Стираю слезы со своего лица и нервно сглатываю ком в горле. -Я знаю, ты не любишь, когда люди показывают свою слабость. Можешь не смотреть на меня, - холодно отрезаю я и заправляю прядь моих уже растрепанных волос за ухо. -Я хочу смотреть на тебя. Ты ведь не отвернулась от меня, когда я был слаб. Поэтому я думаю, что в человеческих слабостях нет ничего такого. Главное - понимать, кому ты свою слабость показываешь. Неужели это говорит Никита? Человек, которого я сначала боялась, поменял свое мнение из-за меня? Я никогда не думала, что с тем, что творится внутри меня и внутри него можно что-то сделать. Похоже я ошибалась. -Я могу доверять тебе, милая, а ты можешь доверять мне, - улыбаясь произнес он, и тогда я повернулась к нему, чтобы видеть его живым и настоящим, а не смотреть на него через зеркало. Он может меняться. Может делать, что-то ради других. Теперь он ещё сильнее влюбляет меня в себя...

***

Я молча выхожу из автомобиля парня, слегка улыбаясь ему уголками губ. Отхожу от авто на несколько метров и наблюдаю за тем, как оно срывается с места и уезжает в неизвестном направлении. Иногда кажется, что мы всё ещё чужие, даже несмотря на то, сколько мы знаем друг о друге. Сколько моментов нас связывают, несмотря на то, что мы чувствуем. И всё это разбивается вдребезги, когда он вновь надевает на себя маску сильного парня, которого интересуют только деньги, слава и девушки. И откуда только появляются эти мысли? Я не должна так думать, не должна! Тяну на себя тяжелые двери и прохожу в предбанник здания, затем ещё одна дверь, но она открывается уже гораздо легче. Захожу в мое учебное заведение и прохожу в раздевалку. Здесь снова кто-то ругается матом, люди переодеваются и обсуждают других людей, что после них заходят в ту же раздевалку. Лицемерие. Оно повсюду. Люди лгут каждый день, и это уже не изменится никогда. Быстро переодеваюсь, прохожу через турникет по карточке и поднимаюсь на третий этаж. Английский язык. Раздается звонок на урок. Это значит, что я опаздываю. Стою около входа в класс, но не решаюсь зайти, зная, что сейчас там сидит Лиза, которая долгое время лежала в больнице с ножевыми ранениями. Кирилл, что издевался над девушками. Одноклассники, которые вечно ищут повод, чтобы ударить тебя грязью в лицо. Слишком страшно. Открываю дверь в класс, и мой голос дрожит. -Здравствуйте,- выдавливаю я из себя,- Простите за опоздание,- извиняюсь я, и учитель пускает меня в кабинет. Оглядев помещение, я поняла, что в классе нет Лизы и Кирилла. Я выдохнула, почувствовав облегчение. Вавилов хотя бы сегодня не сможет угнетать меня, но вот Лиза... Что с ней? Сажусь на свое привычное место. Первая парта, средний ряд. Соседнее место пустует, потому что это ее место. Место моей лучшей подруги. Достаю все нужные мне вещи из сумки, открываю тетрадь и записываю тему урока. *** Выхожу из класса и спускаюсь на второй этаж. Но вдруг кто-то сзади толкает меня, и я падаю на впереди стоящего парня. Чувствую, как от стыда мои щеки заливаются краской, а сердце начинает колотится быстрее. Поднимаю свой взгляд на парня и узнаю в нем Кирилла. Он помогает мне подняться на ноги, а я молча смотрю на то, как его рука касается моей талии. В его карих глазах горят искорки. Это пугает меня. -Прости, это была случайность,- всё, что смогла вымолвить я, отстраняясь от его прикосновений. -Я был не прав, когда так поступил с ней,- произнес брюнет и отвел глаза в сторону. Он не хочет видеть моего осуждающего взгляда. Кирилл совершил преступление по отношению к Веронике. Я не знаю, сколько раз он делал ей больно, но она была изменена. Тот шрам на её руке. Он навсегда останется с ней. Даже если он раскаивается в содеянном, это не отменяет того, что он сделал с ней. Вероника не простит его. Во всяком случае я бы не простила. -Ты уже сделал это, Кирилл, каяться передо мной бесполезно,- холодно отрезала я, развернувшись от брюнета, продолжая спускаться по лестнице. -Что мне сделать, чтобы искупить свою вину?- прилетел его вопрос мне в догонку. Я развернулась, чтобы увидеть его. Янтарные глаза были наполнены тоской и печалью, в них больше не было того страшного огня. -Я не та перед, кем ты должен извиняться,- покачав головой, сказала я и ушла прочь от всех этих разговоров с Кириллом.

***

-Катя!- окликает меня сзади громкий, немного писклявый голосок, и я оборачиваюсь. Светловолосая девушка практически бежала ко мне. Мы не виделись с ней неделю из-за моей простуды. Я скучала по ней, по нашим разговорам, по её задористому смеху. Она обнимает меня, и я обнимаю её в ответ. -Как ты? - пища от радости, спросила меня Маргарита. Ее карие глаза переливались в солнечном свете, отливая янтарем. Такая красивая. -Всё хорошо. А ты как?- также радостно отвечала ей я, расспрашивая её о жизни и всех произошедших событиях, которые я пропустила. Наш разговор прервал мой рингтон, что заиграл от входящего вызова. Я быстро достаю телефон из своей сумки, отвечаю на вызов, не посмотрев на то, кто мне звонит. -Я скучала,- раздался в трубке Лизин голос, и я заулыбалась ещё больше,- Жду вас внизу, потому что знаю, что рядом с тобой сейчас точно Рита,- весело проговорила девушка, и я будто почувствовала, как она стоит, а в её глазах стали собираться слезинки от счастья, точно также, как и в наших с Маргаритой.