Драббл на драббле и драбблом погоняет.

Он всё время смотрел на него. Пристально, словно пробираясь в душу. По кусочкам, он захватывал его разум и тело. И когда он уже не мог сопротивляться, захлопнул ловушку. -Да Ён, ты собираешься отвечать? – нетерпеливо спрашивает учитель. -Да, простите, - светловолосый корейский юноша опускает глаза в тетрадь, разыскивая хоть одну подсказку для ответа, ведь весь материал только что вылетел у него из головы. -Долго ещё ты будешь соображать? – грубо воскликнул учитель. – Садись и, будь добр, в следующий раз, приготовься к уроку. -Я понял. С заалевшими от стыда щеками Ким Да Ён садится за парту, всё так же ощущая на себе его взгляд. Лю Вэй, китайский высокий парень не отрывал от него глаз. Жёсткие чёрные волосы слегка прикрывали шею и спадали на такого же оттенка глаза. Он обладал глазами хищника, тигра. Его, вызывающе расстёгнутая, рубашка открывала вид на ключицу, по которой к плечу тянулся золотой китайский дракон. Несмотря на строгие правила школы, он проколол ухо в нескольких местах и нижнюю губу. Он курил – от него веяло известной маркой - Marlboro. Он был агрессивен, часто в синяках и смотрел он только на него. Среди всех студентов американской школы он выбрал именно Да Ёна. Корейца, который под натиском «друзей» покрасил каштановые волосы в блонд, стал носить голубые контактные линзы, вместо, прописанных врачом, очков, и набил татуировку в виде белой змеи опоясывающей талию. Он тоже курил, но тонкие сигареты Kiss с яблочным, шоколадным или вишнёвым вкусом. Среди одноклассников он уже давно прослыл их общей «девочкой», с которой можно поиграться в мужском туалете или под лестницей, которая отсосёт и даст себя трахнуть, ничего не требуя взамен. Да Ён и правда не просил его удовлетворять и никогда не отказывал, ему было глубоко наплевать на то, занят ли его рот или анус членом, пока он мог оставаться не тронутым в личной жизни. Но Лю Вэй, он выводил из равновесия привычной жизни. Он знал, чем занимается Да Ён. Он знал, почему тот растрёпан или не открывает рот. Либо сперма стекала по его ногам, либо таилась за щекой, когда он не успевал сплюнуть её, а глотать было противно. Несмотря на всё это, Лю Вэй молчал. Он не хихикал, не насмехался, не обсуждал это с кем-то, а просто наблюдал, заставляя тело Да Ёна пылать. В очередной раз Да Ёна затащили в туалет. Троим одноклассникам, не терпелось запихнуть в него член. Усадив юношу на колени, они спустили штаны и стали тыкать членами в его рот и щёки. Слюни стали течь по подбородку, один член во рту сменялся другим. Вонючие, с солоноватым привкусом фаллосы растягивали его губы, входя в рот вдвоём. Да Ён прикрыл глаза, отвлекаясь, но тут же получил пощёчину от третьего обездоленного участника. Блондин взял третий член в руку, смоченную чьей-то слюной, и стал водить ею вверх-вниз, доставляя удовольствие. Второй рукой он растягивал свой анус, понимая, что если этого не сделает он, этого не сделает никто. Как он и предполагал, участники сей оргии изъявили желание войти в него. Разложив одежду Да Ёна на кафельный пол, они принялись укладываться в удобную позу, тогда-то он и догадался, что трёх пальцев было недостаточно. Юношу уложили на грудь одного из присутствующих, растянувшегося на полу, а затем вошли в него сразу обоими членами. Вскрик потонул где-то внутри горла, потому что во рту тут же появился фаллос третьего участника, который, не церемонясь, входил резко и рвано, заставляя блондина закашляться. Движение сверху и снизу всегда приносило Да Ёну особое неудовольствие, а сейчас его и вовсе, казалось, пытались разорвать изнутри. Но крахом для него было присутствие Лю Вэя, который стоял в дверях, словно на стрёме и разглядывал всё тем же взглядом хищника, загнавшего добычу. От него стало жарко, возбуждение возымело действо над разумом и Да Ён стал отдаваться партнёрам с той страстью, с которой бы отвечал только Лю Вэю. И снова рушится вселенная под звук затвора камеры мобильного телефона. Снимок за снимком, снимок за снимком. Лю Вэй терзал Да Ёна, который не мог остановиться, хоть и осознавал, что это его конец. Так, замученный и наполненный спермой троих, Да Ён лежал на своих вещах, сам же пачкая их. Он кончил. Впервые за всё время, что его трахали, он кончил. Пальчики медленно тянулись к пачке Kiss с вишнёвым вкусом и зажигалке, ярко кричащей Fuck off! Лю Вэй всё продолжал стоять в дверях, несмотря на прозвеневший семь минут назад звонок, и делать фотографии жалкого Да Ёна, ничтожного Да Ёна, отвратительного Да Ёна. И Да Ён заплакал, он плакал, пытаясь прикурить сигарету, но зажигалка в руках плясала похуже чертей и норовила обжечь кожу. -Ким Да Ён, хочешь ли ты, чтобы эти фотографии уже сегодня были в интернете и у директора на столе? – наконец подал голос Лю Вэй, по туалету растёкся сизоватый дым сигарет Marlboro. -Ответ очевиден, нет? – шмыгнул носом и сломал в пальцах сигарету Да Ён. Он лёг на спину так, что мог видеть брюнета вверх ногами. -Ты прав, - усмехнулся Лю Вэй, присев над юношей на корточки. -Но что я для этого должен сделать? – отвёл глаза блондин, заметив тот же хищный взгляд. -Сообразительный малый. -А то. -Стань моим, Ким Да Ён. -Что это значит? -Это значит вот это! – сигарета впивается в основание шеи Да Ёна, оставляя после себя яркий ожог, а затем на ключице и у основания паха. Юноша кричал и брыкался, но Лю Вэй перед этим зажал ему рот ладонью, а сам сел поперёк туловища, зафиксировав ногами руки. -Сумасшедший… - бессильно просипел Да Ён. -Да, - брюнет собрал губами слезинки на щеках блондина. – Больше никто не смеет тебя коснуться, понял? -Понял. -Вот и умничка, - растёкся в довольной ухмылке Лю Вэй. - Поднимайся, я заткну твою дырку, чтобы из неё ничего не вытекло и отведу тебя к себе, чтобы отмыть от запаха этих падальщиков. -Почему ты так груб? -Потому что я такой же, как они, малыш. Этот день стал началом борьбы Ким Да Ёна со своим статусом. А Лю Вэй начал свой путь к сердцу того, кого полюбил с первого взгляда три года назад.