Гарри-Пихайлов, или Мальчик, Который Выпил

Смотритель Филч и его кошка Миссис Норрис шли по одному из коридоров Хогвартса. Вдруг Филч увидел на полу воду, а на стенах надписи чем-то кроваво-красным. – Чё это за хуйня? – сказал он и нацепил очки. «XYZ», «XYZ», «XYZ» – значилось на стене. Все вокруг было исписано этими тремя символами, а неподалеку стоял Гарри-Пихайлов в состоянии крайней одержимости и продолжал писать, не обращая внимания ни на что. – Поттер! – громко позвал Филч. – Ты чё творишь, уебок?! Но Гарри-Пихайлов не реагировал на него, продолжая строчить «XYZ», как безумец. Филч подошел к нему и взял Гарри-Пихайлова за ухо, развернув его к себе. Гарри-Пихайлов посмотрел на него совершенно отупевшим взглядом и вдруг злорадно ухмыльнулся. – Полное внутреннее отражение или пустое внешнее поглощение? – сказал он и захохотал громким безумным смехом. Филч от неожиданности выпустил его, и Гарри-Пихайлов побежал по коридору, продолжая безумно смеяться и выкрикивая на ходу теоремы и основные положения из курса прикладной оптики. Тут из стены выплыл призрак Почти Безголовый Ник. – Что тут случилось? – спросил у него Филч. – Почему вода на полу? – Соседний туалет затопило, – сказал Ник грустно и подавленно. – Кажется, кто-то открыл Тайную Комнату. – Тшшшш! Не так громко! – сказал Филч, приблизившись к нему. – Никто не должен знать о ней! Даже у стен есть уши! Филч осмотрелся. – Ты уверен, что ее правда кто-то открыл? – спросил он у Ника. – Я не знаю, – ответил призрак совсем грустно и повис безжизненным облаком. Гарри-Пихайлов продолжал бежать по коридорам Хогвартса до тех пор, пока не оказался в башне Гриффиндора, в комнате мальчиков. Он увидел переодевающегося Рона и тут же пришел в себя. – Ты чё вылупился, Гарри? – спросил его Рон, подтягивая штаны. – Я не знаю, – ответил Гарри-Пихайлов. – Я как будто куда-то провалился и не помню, что было минуту назад. Как будто кто-то вселился в меня… Кажется, я сделал что-то нехорошее, от чего мне будет стыдно. – Что, например? – спросил Рон, усмехнувшись. – Например, бегал голым по коридорам Хогвартса и, может, даже забежал в спальню девочек. Гарри-Пихайлов сел на кровать и закрыл глаза руками. – Чувствую себя придурком, – сказал он, чуть не плача. – Да ладно тебе, Гарри, – сказал Рон, садясь рядом. – Что бы ты там не наделал, я всегда буду за тебя. – Правда? – спросил Гарри, посмотрев на него. – Ну конечно, я же твой лучший друг, – ответил Рон, улыбнувшись. Гарри-Пихайлов улыбнулся в ответ и обнял его. – Рон, ты такой хороший! – сказал он, еле удерживаясь от того, чтобы поцеловать друга. В это время в комнату вошла Гермиона. – Эм… простите, что отвлекаю, но у нас ЧП! – сказала она. – Произошло что-то ужасное? – спросил Рон, сразу же испугавшись. – Филч обнаружил воду на полу одного из коридоров и кровавые надписи на стенах. А еще мы нашли нашего фотографа Колина окоченевшим и с застывшим выражением ужаса на лице. – Так ему и надо, – усмехнулся Гарри-Пихайлов. – Нефиг постоянно за мной шпионить и фоткать, где попало. Наверняка уже в несколько порножурналов свои работы отправил. – Гарриии, ну харе так прикалываться! – сказала Гермиона. – У человека горе, а ты шутишь! – А он успел что-нибудь заснять? Ну, того, кто бы мог на него напасть? – спросил Рон, дрожа от страха. – Нет, когда учителя вскрыли его фотоаппарат – оттуда высыпался черный пепел, – сказала Гермиона. – Это еще раз доказывает, что его мыльница – фуфло и снимать надо было на Sony Ericsson, как у меня, – сказал Гарри-Пихайлов. – Ты о чем, Гарри? – спросил Рон. – Что за Sony Ericsson? – А, блин, я забыл, что у вас такого нету, – сказал Гарри-Пихайлов. – Ну это такой небольшой телефон с фотокамерой. – Небольшой телефон с фотокамерой??? – спросил Рон, не понимая. – Гарри, ты что, бредишь опять? Он повернулся к Гермионе. – По-моему, его рано из больницы выпустили! – сказал Рон подруге. – Ты так не считаешь? Гермиона подошла к Гарри-Пихайлову и положила руку ему на лоб. – Почему ты такой мокрый, Гарри? – спросила она. – Я… бежал, – ответил Гарри-Пихайлов. – От кого? Или откуда? – Я не помню. Я как будто потерял часть памяти, или в меня кто-то вселился… – сказал Гарри-Пихайлов растерянно. – Но потом я увидел Рона, и все прошло, – улыбнулся он. – Это все из-за шрама? – спросил Рон тихо, наклонившись к Гермионе. – Думаю, да, – ответила Гермиона. – Гарри, тебе нужно поговорить об этом с кем-то из старших. Но преподаватели не подходят. Хм… О, точно! Поговори с Сириусом, он тебя поймет, я думаю. – Ладно, поговорю, – сказал Гарри-Пихайлов. -- Тем временем на кладбище. Гусяня-Петтигрю очнулся и увидел у себя металлическую руку. – Бляяяяя!!! Кажется, на меня напал Варбосс и укусил! Теперь я тоже постепенно превращаюсь в робота!!! АААААААА!!! – закричал он. – Чё ты орешь? Ну чё ты орешь?! И так башка раскалывается! – сказал Волдеморт-Янг, вылезая из-под опрокинувшегося котла. Гусяня-Петтигрю посмотрел на него: Лорд стал намного меньше, как будто сдулся, и выглядел жутко и жалко. Гусяня-Петтигрю непроизвольно усмехнулся. – Ыыы… Босс, то есть, мой Лорд, что случилось? – спросил он. – Ошибка в приготовлении зелья, – сказал Волдеморт-Янг. – Все из-за тебя – не дал мне свою руку добровольно! – Так это были вы… А я думал, на меня напал Варбосс и отгрыз ее, – сказал Гусяня-Петтигрю. – Этот вонючий робот наверняка где-то рядом, – сказал Волдеморт-Янг. – Нужно найти его скорее и убить, пока он не испортил нам планы. – Но как мы это сделаем? – спросил Гусяня-Петтигрю. – Для начала мне нужно новое тело, – сказал Лорд. – А ну подними меня, не видишь, мне тяжело стоять! Гусяня-Петтигрю наклонился и взял Волдеморта-Янга на руки – его Лорд был теперь небольшим и легким. – А где мы возьмем новое тело? – спросил Гусяня. – Найдем какого-нибудь лоховского препода, зомбируем его и заманим в Запретный Лес. А там я уж с ним разберусь, – сказал Волдеморт-Янг. Гусяня-Петтигрю взял его палочку и вложил ее в маленькие ручки нового Лорда. После этого он усмехнулся и понес Волдеморта-Янга в сторону Запретного Леса.