Наш маленький конец света

— Это невозможно! — Выкрикнул я, отбросив геймпад в сторону. — Уж прости, но в файтингах я непобедим. — На лице Йенса красовалась победоносная улыбка.       Счет 10:1, конечно же, не в мою пользу. Мне удалось обыграть блондина только раз, и то потому, что он выбрал персонажа рандомно, и ему выпал его самый нелюбимый.       В комнате становилось жарко, а пальцы начинали болеть от беспрерывного нажатия на кнопки, и мы решили немного передохнуть. Я вздохнул и откинулся назад. Моя голова упала на крепкое плечо Йенса — моего парня.       Меньше двух недель назад мы начали встречаться, и моя жизнь превратилась в сказку. Мы вместе идем в школу. Вместе сидим на уроках. После занятий вместе проводим время в кафе или у кого-то дома. А когда приходит время прощаться, Йенс нежно целует меня в губы и уходит к себе домой, изредка оборачиваясь, а я провожаю его взглядом, пока стройная фигура не исчезнет в темноте или за первым поворотом.       В школе мы часто держимся за руки, иногда целуемся в кладовке или туалете. Поначалу многие шептались за нашими спинами, но мы не обращали внимания, и их интерес угас; к нам никто не решался пристать. Косые, консервативные взгляды, конечно, до сих пор остались, но нам на них плевать. Гораздо приятнее смотреть в глаза любимого. Его зеленые, цвета летней травы очи, от которых становится так тепло на душе. — Может займемся чем-то другим? — Спросил блондин, обнимая меня за плечо той рукой, на которую я прилег. — Например?       Я повернулся к Йенсу и вопросительно глянул на него снизу вверх. — Например…       Фраза осталась незаконченной, так как его губы легли на мои. Теплые. Мягкие. Сладкие. Я обнял Йенса, а он прижал меня крепче к себе. Я чувствовал биение его сердца, а он моего. Поцелуй блондина был то страстным, то нежным. Он будто играл со мной. Оторвавшись от губ, Йенс повалил меня на кровать. Он навис прямо надо мной, наблюдая за моей реакцией. — А я думал, ты предложишь заняться домашкой. — Ухмыльнувшись, сказал я. — К черту ее. Сейчас мне интересен только один предмет, и это ты. — Будешь изучать? — Угу, и начну отсюда. — Йенс запустил свою руку мне под футболку. — Здесь у нас впалый живот Адама — парня, который ничего не ест, а только пьет кофе. — Я ем столько, сколько нужно моему организму. — Оправдался я. — Дальше у нас идут ребра. — Блондин провел рукой по ним, и я почувствовал, как его пальцы, будто по кочкам, скачут по моим костям.       Неожиданно крепкая рука Йенса быстро скользнула вбок и начала меня щекотать. Пару секунд я пытался сдержать смешок, сжав зубы, но ничего не помогало. Мое тело стало извиваться словно змея, пытаясь увернуться от быстрых рук парня, что сдерживал мое перемещение, повиснув надо мной и закрепив мои бедра меж своих коленей, а изо рта полился смех. Йенс тоже смеялся и продолжал измываться надо мной. Я закрыл веки, а мои руки беспорядочно двигались в воздухе, пытаясь оттолкнуть блондина; в уголках глаз проступили слезинки.       Это издевательство прекратил внезапный стук в дверь. Блондин остановился, слез с меня и присел на кровать. Я отдышался, привстал и облокотился на стенку кровати, вытерев появившиеся слезы.       В комнату зашла мама. В руках она держала поднос с только что приготовленными печеньями. Комнату наполнил сладкий запах ванили и корицы. Пожелав нам приятного аппетита, мама вышла из комнаты. — Мой любимый десерт, приготовленный миссис Хансен! — Йенс, не долго думая, схватил печенье с шоколадом и стал его жадно есть.       Я осмотрел содержимое подноса. На нем лежали печеньки самых разных форм и вкусов: круглые, квадратные, сердечко, звездочка, с ванилью, белым и молочным шоколадом, кокосом, орехами. На первый взгляд может показаться, что такого количества с лихвой хватило бы и на 5 человек, но зная Йенс, я был уверен, что они закончатся меньше, чем за час.       Покончив с печеньем, мы приступили к выполнению домашнего задания, так как на носу экзамены. Я сидел с учебником по физике, а Йенс читал классическую литературу. Постепенно слова начали слипаться в кашу, и даже перечитывание одного предложения два раза не помогало усвоить информацию. Тогда я закрыл учебник, не забыв закладкой отметить место, где остановился, и лег на кровать животом вниз.       Йенс сидел там же и увлеченно продолжал читать. Он будто полностью абстрагировался от нашего мира и ушел в книгу.       Наклонившись, мне удалось прочитать название. «Война и мир». Это произведение с Родины моего возлюбленного, из России. Она популярна по всему миру, и ее включают в изучение во многих школах самых разных стран; наша не стала исключением.       Я решил не отвлекать Йенса и, перевернувшись на спину и подложив руку под голову вместо подушки, начал мечтать с закрытыми глазами. Передо мной появлялись разные картины: парки, леса, берег моря, школа — и на всех рядом со мной был мой милый блондин с очаровательной улыбкой. В реальный мир меня вернуло мягкое прикосновение к моей щеке. Я открыл глаза и увидел лицо любимого. — А я думал, ты уснул. — Произнес он. — Нет, просто замечтался. — О чем? — Отложив книгу в сторону, спросил Йенс. — Думал о дальнейшей жизни. Представлял нас в различных местах. — Может нам стоит куда-нибудь отправиться? Например, в поход или съездить до соседнего города.       В моей голове всплыло воспоминание, и я присел на кровать рядом с Йенсом. — Мы же на этих выходных всем классом едем в Хельсинки, забыл?       Блондин вопросительно посмотрел на меня. — Ежегодная поездка. В этом — мы едем в столицу. Это обсуждалось еще пол года назад. — Я остановился, но через секунду продолжил. — Ах да, ты же только в начале этого года к нам перешел, поэтому и не знаешь об этой традиции. Едет весь класс. Родители уже давно скинулись на билеты, так что не волнуйся, осталось только собрать сумки. — Интересно. Спасибо, что напомнил, а то один бы остался тухнуть тут, пока вы бы развлекались в Хельсинки. — Йенс рассмеялся, и я улыбнулся в ответ.       За окном стемнело. Йенсу надо было возвращаться домой.       Покончив с домашкой, блондин собрал свои вещи и спустился вниз. Я пошел за ним, чтобы проводить. — До завтра. — Улыбнувшись, сказал он, стоя в прихожей. — Удачи.       Блондин слегка наклонился, обвил мою талию своими крепкими руками и поцеловал. Со стороны кухни слышался шум воды и соударения тарелок. Я боялся, что в любой момент может выйти мама и увидеть, чем мы занимаемся, но я не мог оторваться от мягких, теплых губ любимого человека. К сожалению, наш поцелуй не мог длиться вечно; Йенс отстранился и, открыв дверь, вышел на улицу.       Приятный, слегка прохладный вечерний воздух просочился внутрь дома. Блондин спустился с крыльца на дорожку и неспешно пошел по освещенной фонарями тропе, а я наблюдал за ним. Стройная фигура возлюбленного становилась все меньше, пока не исчезла из поля моего зрения.       Я вернулся в дом и, закрыв входную дверь, направился в свою комнату.