Бойцы

Ивайзуми делает шаг и замирает. Мат чуть прогибается, пружинит под весом. Настоящий октагон*. Заходить сюда даже в сменной обуви кажется кощунством, но удержаться невозможно. Это совсем другие ощущения. Словно уже один этот шаг приближает его к чему-то большему. В Аоба Джосай все еще используют обычный четырехсторонний ринг. Ирихата придерживается методов старой школы: все единоборства строго разделены, перед каждой тренировкой длительная разминка. Ивайзуми вздыхает: очень сложно привыкнуть к тому, что они с парнями из Аоба Джосай перестали быть одной командой. Это не отменяет дружбы, но все становится иначе. Решение далось трудно. Он благодарен им и тренеру за все, но ему нужно больше. Поэтому они с Ойкавой сейчас здесь. Сейчас семь пятьдесят четыре. Среда. Его первый официальный тренировочный день в зале Шираторизава. Ивайзуми фиксирует для себя этот факт. Залы еще пока пустые, прохладные, чуть пахнущие дезинфицирующими растворами. На входе недовольный охранник, который сообщил, что тренер у себя, и махнул в нужном направлении. Но по дороге попадается открытая дверь в которую виднеется октагон, и Ивайзуми на несколько минут забывает о времени. – Ива-чан, ты уже наигрался в победителя? Мы можем опоздать. Ойкава за сеткой пытается скрыть улыбку. Ивайзуми бросает на него недовольный взгляд. Интересно, как он выглядит сейчас со стороны? Похоже, на его лице отразилось слишком многое. Ойкава поднимает смартфон и, судя по дурацкому чирикающему звуку, делает снимок. – Прости, Ива-чан, это лицо… Я не смог удержаться. – Знаешь, от нежелательных свидетелей принято избавляться, – замечает Ивайзуми, направляясь к выходу из зала. Ойкава делает намеренно удивленное лицо, а потом улыбается и прикладывает палец к губам. – Я никому не скажу. Обещаю. Но я же должен собирать коллекцию снимков будущего чемпиона. Ивайзуми раздраженно фыркает. Уже на подходе к кабинету Ойкава преображается, становясь собранным и предельно серьезным. – Господин Вашиджо, – стук в дверь, и Ойкава плавно втекает внутрь. – Я привел его, как мы договаривались… Ивайзуми не любит такие моменты. Его словно взвешивают и обмеряют взглядом. В последние дни ему пришлось говорить слишком много. Правда, его молчаливость сочли за скромность, что не раз отметили в интервью. Он был готов к победе, но не к бесконечным разговорам с журналистами. Интерес чужих людей раздражает. «Да, победил», «Да, это был тяжелый бой». Что еще можно сказать? Запугивать новых соперников, как Бокуто Котаро, или заигрывать с потенциальными фанатами, как Куроо Тецуро? Нет. Это не для него. Поэтому пусть говорит Ойкава. Ивайзуми оглядывает старика Вашиджо и его кабинет. Кубки, награды, фотографии. Ничего лишнего. Кто бы подумал, что старик окажется впереди конкурентов, взяв на вооружение западную схему подготовки бойцов? На это решились только он да семья Укая. Выходцы Некоматы сбежали оттачивать свое мастерство на запад, как и некоторые перспективные бойцы вроде Бокуто и Сакусы. Они все также были бойцами «Прайда», но тренировались в залах Канады, России и Америки. В Японии оставался Ушиджима Вакатоши, и старик крепко держался за него. Хотя его контракт на шесть боев как представителя «Прайда» подходил к концу. Вряд ли он станет раздумывать, если UFC сделает более выгодное предложение. Вашиджо умен и не хочет оставаться без ведущего бойца, даже в том случае, если Ушиджима уйдет. Поэтому ищет новые таланты. Ойкава сделал все, чтобы привлечь его внимание к Ивайзуми. – Я должен сразу предупредить. Мне нужны лучшие. У меня хватает детей и подростков на обучении. Думаю, нет смысла говорить о дисциплине или самоотдаче. Я наблюдал, как ты одерживаешь победы. Все это невозможно без долгого и упорного труда. Но! В тебе должно быть нечто большее, чтобы стать бойцом, который может сражаться как представитель нашего зала. – Я это понимаю. – Твой менеджер завалил меня сообщениями и предложениями, – он бросает на Ойкаву выразительный взгляд, но тот старательно делает вид, что изучает потолок. – Я не очень верю менеджерам, но я многое видел. Посмотрим, на что ты способен, и добро пожаловать в Шираторизаву. Они с Ойкавой синхронно кланяются. – Сегодня облегченный день. Тренировка у бойцов будет в пять вечера. Жду вас к этому времени в зале. – Благодарю. Ивайзуми чувствует восторг пополам с тревогой. Чужие воспитанники – это очень сложная тема для каждой школы смешанных единоборств. С одной стороны – каждый имеет право выбирать, где ему тренироваться, а с другой – если ты ушел один раз, то можешь сделать это снова. Незримое противостояние. Хорошие бойцы приносят школе известность, никто не хочет вкладывать свой труд в того, кто завтра станет достоянием другого. Ивайзуми должен оправдать себя и свой выбор перед тренером. Уже на выходе из здания они почти сталкиваются с Ушиджимой. По последним новостям он должен был выступать в Стокгольме на турнире. Очередное противостояние Востока и Запада. «Прайд» и UFC вложили много финансов в раскручивание этого боя. Даже провели предварительный рекламный тур. Интересно, кто же победил? У Ушиджимы красуется знатная ссадина на скуле, но в целом по нему невозможно сказать, чем окончился бой: победой или поражением. Ивайзуми видит, как напрягаются плечи Ойкавы при виде Ушиджимы. Их противостояние началось еще с занятий по джиу-джитсу в школе, когда Ушиджима всякий раз одерживал над ним победу. При этом Ушиджима искренне считал, что у Ойкавы есть способности, и он должен их развивать. Но Ойкава никогда не делал то, что от него ожидали. Он так и не пошел в большой спорт, став менеджером Ивайзуми, а иногда и спарринг-партнером. Ушиджима назвал это трусливым побегом, чем вызвал обострение их конфликта. Хотя был еще один человек, который попал в немилость у Ойкавы. И если Ушиджима просто раздражал, то этот доводил до белого каления. – Оооооо, кого я вижу, Хаджиме. Уау! Да в нашем зале. Ты все еще пользуешься услугами этого проходимца, или я могу его заменить? – где-то над плечом Ушиджимы возникает взлохмаченная голова Тендо. – Не дождешься, – Ойкава шипит разъяренным котом, до сходства с которым ему остается только выгнуть спину. – Ой, и ты здесь. Ну, блин, я надеялся, что Ивайзуми придет к нам один, – он вновь скрывается за спиной Ушиджимы и со смешком добавляет: – Без балласта. Ивайзуми тем временем протягивает Ушиджиме руку, игнорируя их перепалку. В отличие от Ойкавы, у него нет негативных эмоций, скорее наоборот, огромное уважение. У Ушиджимы есть, чему поучиться. К тому же им нечего делить: они в разных весовых категориях и никогда не будут противниками. – С возвращением. Прости, я не знаю, поздравлять тебя или нет. Ушиджима отвечает на рукопожатие и кивает. – Мы победили. – И еще как! Тринадцать секунд! Тринадцать! Это была внушительная победа, – комментирует Тендо, размахивая руками над плечом Ушиджимы. – Буду рад тренироваться с тобой. – Взаимно. Тендо с Ойкавой замолкают, наблюдая за этой сценой. Когда они идут к выходу, Ивайзуми ловит на себе осуждающий взгляд. – Глупо ругаться с партнером по команде. Ты ведешь себя хуже, чем в детском саду, – раздраженно бросает Ивайзуми. – Мы еще не стали одной командой, – ворчит Ойкава. – Вот именно. Мы еще не члены команды. Поэтому не надо все усложнять. Весь путь до парковки Ойкава выражает свое возмущение гробовым молчанием. И это один из признаков того, что отчасти он с позицией Ивайзуми согласен, но признавать этого не хочет. Уже у машины он сменяет гнев на милость и спрашивает: – Тебя подвезти? – Если не сложно. Моя в ремонте. – Подожди еще немного и купишь себе новую. – Не загадывай. Хотя и самому Ивайзуми очень хочется в это верить. *** Охира Реон выше и тяжелее. Он умело просчитывает каждый ход. Сильный удар. Есть стратегия. Мозг отмечает все эти детали, пока Ивайзуми отражает атаки и выгадывает удачный момент. Наконец он откидывается на спину и ловит Реона ногами. Нога скользит по голой груди. Но Ивайзуми все-таки фиксирует захват и, не позволяя противнику сменить позу, валит его на маты. – Неплохо. Но не надо каждый раз «нырять», когда появляется такая возможность. Надо будет поработать над ударами. Закончили здесь, – комментирует Вашиджо. Он пристально наблюдает за тренировками Ивайзуми. Значение имеет все: от опозданий на тренировки и соблюдения диеты до личного прогресса. Реон поднимается и пожимает руку. – Рад буду с тобой тренироваться. – Взаимно. Кто у вас тут с хорошей ударной техникой? Мне бы не мешало потренироваться в этом плане. – Эйта, – Оохира машет рукой. – Это мне, конечно, льстит, – замечает Семи, отрываясь от бутылки с водой, – но с Ушиджимой мне не сравниться. Но я бы на твоем месте не переживал. Тренер поставит тебе удар и без этого. – Где ты раньше занимался? – интересуется Оохира. – Аоба Джосай. – Она сильная. Но безнадежно традиционная, – замечает Семи. – Я бы не ушел из нее, – резко говорит Ивайзуми. – Эй, – Реон хлопает его по плечу. – Мы все чтим наши традиции и корни, но если мы хотим чего-то добиться, иногда приходиться прыгнуть выше головы. Это правильно. Немного неловко за собственную вспышку раздражения. Похоже, он все еще продолжает испытывать чувство вины, после того как ушел из Аобы Джосай. Его также преследуют неприятные ощущения в мышцах после последнего боя, несмотря на курс реабилитации, который ему назначил врач. Это не может не беспокоить, хотя в ближайшее время боев пока не предвидится. Он отходит в сторону и садится рядом с Ойкавой. Тот строчит смс и бесконечно нажимает на кнопку вызова, слышно как в динамике монотонно бубнят про то, что «абонент временно не может быть вызван». Ойкава достаточно популярен в своей среде, несмотря на то, что начал недавно. Менеджеры, которые хорошо умеют торговать, ценятся на вес золота. Ему часто предлагали новых бойцов. Но только после уверенной победы Ивайзуми он взял себе ещё двоих: Киндаичи и Кётани. Они пришли в Аоба Джосай перед самым уходом Ивайзуми. Киндаичи – беспроблемный подопечный, не хватает звезд с неба, но медленно и верно развивается. С Кётани все было наоборот: огромный потенциал, но вот отношение... Ойкава сам дал ему прозвище «Бешеный пес». Каждое выступление Кетани было зрелищным, но доставлял кучу проблем вне ринга. У него были все шансы как дойти до вершины, так и скатиться вниз. Менеджеры долго не брались за него, потому что никто не верил, что можно совладать с его темпераментом. Ойкава же, несмотря на свою кажущуюся безалаберность, был хорошим дрессировщиком, медленно ведя Кётани в нужном направлении. Правда, не без проблем. Вот и сейчас тот в очередной раз не выходил на связь. – Ива-чан, мне придется тебя оставить, – вымученно произносит Ойкава после серии безуспешных попыток связаться с Кётани. – Я поеду, откручу ему голову и вернусь. – А что произошло? – Не пришел на тренировку. Ивайзуми хмурится. Серьезный проступок. Такое прощать нельзя. – Может, пусть тренер разберется? – Как будто у него есть время ходить по домам всяких… – Ойкава встает со стула и подхватывает толстовку. – Пошел надевать строгий ошейник на своего малыша. Ивайзуми, а у тебя примерное поведение? – из раздевалки появляется Тендо в футболке и спортивных штанах. Раздраженные взгляды бросать бесполезно: тогда Тендо точно не отстанет.. Ойкава сжимает зубы, пропуская язвительную фразочку мимо ушей, прощается и идет на выход. – Смотри, какой грозный, – замечает Тендо. – Ууууу. – Тебе действительно так нравится злить людей? Тендо вскидывает плечи. Непонятно, то ли пожал плечами, то ли размял шею. – Он же реагирует. Это забавно. – Это неприятно. – Ох, Ива-чан. – Тендо заваливается на стул рядом, вытягивая ноги, а потом загадочно произносит: – Будь у Ойкавы душевная организация чуть потоньше, его бы уже сожрали, а я бы не тратил на него свое драгоценное время. Так-то. Непонятно, чего он этим добивается, но Ивайзуми испытывает жгучее желание врезать ему по лицу. – Хаджиме. Отдохнул? Вставай, еще на тебя посмотрим, – доносится голос тренера. Ивайзуми рад, что ему не нужно продолжать этот разговор. *** Вечером Ивайзуми приходит домой и падает на кровать. Шевелиться не хочется, думать тоже. Усталость медленно обтекает тело, наливая мышцы тяжестью. Но вопреки ощущениям голова ясна. Смотрины он пережил. Завтра начнутся полноценные тренировки. Он подтягивает телефон. Экран мигает десятком пропущенных звонков и парой смс. Родители спрашивают, как дела, и ждать ли его на обед в пятницу, бывшая интересуется, не заберет ли он Аки на выходные, Ойкава. Очень много Ойкавы: от жалоб до обещаний придушить Кётани, который… Ивайзуми отвечает родителям и жене, игнорирует Ойкаву и переворачивается на спину. Между лопатками неприятно тянет. Он на секунду замирает и медленно выдыхает, прислушиваясь к себе. Надо бы приготовить еду, загрузить стирку… К черту. Спать. Его первоочередная задача – восстановиться. Неожиданно приходит мысль, что он так и не видел последний бой Ушиджимы. А у того действительно хорошая ударная техника, есть чему поучиться. Ивайзуми тратит пару минут на то, чтобы решить, будет он смотреть лежа на животе или вытянув руки вверх. Не хочется ни того, ни другого. В конце концов, он все-таки переворачивается, подтягивает подушку под грудь и кладет перед собой телефон. Он не очень любит маленький экран, это скрадывает половину впечатлений, но мысль идти за ноутбуком просто убийственна. Ушиджиме организовали «широкий проход» – долгий путь через толпу к октагону. Похоже, обе организации делают на него большие ставки. Он не особо играет на публику: кому-то кивает, иногда пожимает руку. Ивайзуми всегда нравилась его сосредоточенность на деле. Кажется, ничто не способно его отвлечь, пока задача не будет выполнена. Его противник кажется выше и мощнее. Ивайзуми помнит, как этот боец бросался обвинениями в сторону Ушиджимы по поводу приема стероидов. Это нормально для Запада. Ивайзуми знает огрехи «Прайда», который готов закрыть глаза на многие вещи. Но он слишком хорошо знает Ушиджиму и его отношение к использованию стимуляторов. Ему просто повезло родиться выше и мощнее среднестатистического японца. Зависть иногда дает о себе знать. В школе Ивайзуми мечтал быть повыше, но потом это как-то отошло на второй план. Ушиджима выходит на ринг, идет в наступление, несколько ударов, один пропущенный, нокаут. Ивайзуми смотрит на таймер видео в нижнем углу телефона. Действительно тринадцать секунд. Понятно, почему его бои зрелищные. Самому Ивайзуми нужно гораздо больше времени, не хватает сокрушительной мощи или особых приемов. Но он уверен, что в Ширторизаве его научат работать иначе. Ивайзуми ставит телефон на зарядку. Он не намерен уступать. Ни Ушиджиме, ни кому-то еще. Он сделает все, чтобы добиться успеха.