Бойцы

В очередную субботу тренер делает сокращенную тренировку и Ивайзуми договаривается с Ойкавой, отвезти Аки в океанариум. Через пятнадцать минут после назначенного времени Ивайзуми начинает нервничать. Он достает телефон и набирает номер Ойкавы. – Ива-чан, кажется, я не смогу приехать… – Ойкава, ты издеваешься?! – Это Кётани, – быстро говорит Ойкава. – Он серьезно попал. Ввязался в драку. Сейчас я передаю его машине скорой помощи и еду с ним. Придется разбираться с этим, и, похоже, потребуется много времени. Ивайзуми тяжело вздыхает. – Ладно. Я понял. Удачи, – он отключается и судорожно думает, что предпринять. Без машины в океанариум не добраться. Его в ремонте, а у Ойкавы все как обычно… – Ивайзуми, что-то случилось? – Ойкава за мной не приедет. Моя машина в ремонте, а я обещал сыну океанариум. Вот. Все, что случилось на данный момент. – Я могу вас отвезти. – Я не хочу тебя нагружать. – Мне не сложно. Поехали. При виде незнакомой машины Аки робеет и оглядывается на Ивайзуми. – Все хорошо. Ойкава не смог приехать. – А с кем мы поедем? – С моим другом, Ушиджимой-саном. Пока Ивайзуми устанавливает кресло, Аки здоровается и недоверчиво смотрит на него. Уже устроившись на заднем сидении, он внезапно произносит: – А я вас знаю. Вы Беркут. Ивайзуми растеряно переводит взгляд с одного на другого, а потом хлопает себя по лбу. – Я уже и забыл твою кличку в клетке. – Я польщен, что меня знают даже дети, – Ушиджима заводит машину и бросает на Ивайзуми укоризненный взгляд. – О вас все говорят. И в садике, и по телевизору. Я думал, вы страшный, а вы, оказывается, с моим папой дружите. Ивайзуми отворачивается к окну, чтобы скрыть улыбку. Кажется, Ушиджима сегодня будет в центре внимания. *** В полумраке океанариума плохо различимы лица. Людей довольно много. Плеск воды смешивается с голосами. Влажно и пахнет солоноватой водой. Если закрыть глаза, создается впечатление, что выехал куда-то на море. Аки осторожно окунает руку в открытый аквариум. Это специальная зона, поэтому здесь это делать разрешено, рядом с ним в воду окунает руку и Ушиджима. Аки торжественным шепотом вываливает на него факты о подводных жителях. Информации много, и Ивайзуми начинает сочувствовать непривычному к такому словесном потоку Ушиджиме, но потом вспоминает Тендо и думает, что не так уж все страшно. К тому же Ушиджима не выглядит как человек, которому это причиняет дискомфорт, он даже что-то с интересом переспрашивает. Немного удивляет интерес, с которым Ушиджима разглядывает экспозицию. И в какой–то момент на ум приходит внезапная догадка. – Ты что, никогда не был в океанариуме? – высокая фигура на фоне бирюзовой воды выглядит торжественно и зловеще одновременно. Ивайзуми нравится смотреть на Ушиджиму в таком антураже, и его радует, что никто не может видеть его лица. – Не довелось. Маленьким так и не сводили, а потом просто не было времени. За стеклом над головой плывут рыбы, Аки восхищенно запрокидывает голову, Ушиджима делает то же самое. Ощущение такое, что он вывел на прогулку двоих детей. Уже к середине прогулки у Аки исчезает всякое смущение перед Ушиджимой, и после длинного похода по океанариуму, когда они останавливаются перекусить, Ивайзуми оставляет их вдвоем, а сам идет за едой. Когда он возвращается, на столе перед Ушиджимой шагает шеренга динозавров из рюкзачка Аки, которых мама строго-настрого наказала оставить дома. – Паразауролоф, – произносит Ушиджима медленно и по слогам, шагая пластмассовой игрушкой по краю стола. – Паразавролов, – старательно повторяет Аки, глядя на Ушиваку. – Празауролоф, – динозавр наклоняется к искусственной растительности в рядом стоящем горшке. – Празаулоф, – сосредоточенно пытается повторить Аки. – Паразауролоф, – Ивайзуми уже готов заржать в голос. Похоже, что Ушиджиму признали экспертом и заставили называть всех по очереди, а Аки пытался повторить. Из всего животного мира именно с динозаврами у него были самые большие проблемы. Произношение для него пока было слишком тяжелым. Ивайзуми ставит поднос. – Папа, Ушиджима-сан знает динозавров! – восхищенно произносит Аки, и в его устах это самая высокая похвала. – Ушиджима-сан молодец, но я думаю, надо дать ему поесть, а иначе он потеряет силу и не сможет драться. – А ты не знаешь, – расстроенно произносит Аки. – Я знаю акул, – возмущается Ивайзуми. – Простите… Они втроем оборачиваются к невысокой девушке в зеленом свитере и короткой черной юбке. – Вы ведь Ушиджима Вакатоши? Я права? – Да. – Можно попросить у вас автограф? – неуверенно спрашивает она, протягивая блокнот. Ушиджима кивает и подписывает, она благодарно кланяется и отходит. После нее подходит еще несколько людей. Ивайзуми чувствует, что надо поспешить с обедом, если они не хотят стать центром внимания. Аки соглашается ехать домой, только обойдя океанариум вдоль и поперек. Благо, что в галереях слишком темно, чтобы быть узнанными. В конце прогулки Ушиджима покупает ему какое-то морское чудовище. Уже через несколько секунд, после того как машина начинает движение, Аки спит с ним в обнимку. – Кажется, он обрел нового героя. – Лучше папы никого нет. – Ты знаешь динозавров, – фыркает Ивайзуми. Ушиджима бросает на него многозначительный взгляд, а Ивайзуми отрицательно качает головой. – Отвезем его сначала. – У тебя хороший сын. Я бы повторил нашу прогулку. – Надеюсь, в следующий раз нам удастся избежать навязчивого внимания твоих фанатов. – Да, я тоже. *** Ивайзуми передает спящего Аки матери и шепотом прощается. Едва он успевает пристегнуться, вернувшись в машину, как Ушиджима стартует с места. – Ты же не любитель быстрой езды. – Я еду по правилам. Просто на верхней границе. Его голос утрачивает все оттенки эмоций, а это может значить только одно – он предельно сосредоточен. Хорошо, что уже вечер, и машин на улицах не так много. Люди осели по барам и забегаловкам, а многие уже сидят за ужином. Ивайзуми пытается понять, когда утратил связь с простым и привычным миром, где люди ходят в офисы, ведут обычную семейную жизнь и не встречаются с будущими чемпионами в полутяжелом весе одного с ними пола. «А может, ты всегда был таким?» – ехидно спрашивает подсознание голосом Тендо или Ойкавы. Да, наверное, так и есть. Иначе не объяснить этого дикого голода, похожего на ощущения перед боем. Только причина совсем другая. Они держатся приличий ровно до того, как за ними захлопывается дверь, а потом Ушиджима стаскивает с него толстовку вместе с футболкой, скользя пальцами по животу и ребрам. Затем медленно поднимается поцелуями по шее и целует в губы. Кажется, что последние рамки самоконтроля рушатся окончательно. Ивайзуми запускает руки под чужую рубашку, оглаживает бока, спускаясь. Ушиджима вздрагивает, и теснит его в сторону кровати, стягивая по пути оставшуюся одежду. Когда очередь доходит до белья, Ивайзуми на секунду останавливается. С вызовом смотрит на замершего в полумраке Ушиджиму и резким движением стягивает трусы. Ушиджима наклоняется, скользит языком по коже на животе, чуть прихватывает зубами. Проводит руками по бедрам, оглаживает мошонку и проводит ладонью по всей длине члена, а потом берет его в рот. Острые ощущения захватывают с головой, Ушиджима сразу берет быстрый темп. Ивайзуми сжимает зубы, зарываясь руками ему в волосы, отстраняет от себя и тянется за поцелуем. Немного отдает горечью. – Я могу быть снизу, если хочешь, – осторожно предлагает Ушиджима. Воображение услужливо подсовывает красочную картинку. Ивайзуми зажмуривается на секунду, пережидая почти болезненную вспышку возбуждения, и отрицательно качает головой. – Нет, хочу так. Ушиджима кивает и тянется куда–то за кровать. На одеяло падают презервативы и смазка. – Если бы ты тогда в самую первую ночевку сказал, что все это так удачно припасено, то я бы остерегся спать с тобой в одной кровати, – усмехается Ивайзуми, укладываясь на спину. – Будет немного… – начинает Ушиджима, нанося смазку на пальцы. – Забей. Я знаю. Первые ощущения доходят до сознания раздробленно. Прохладное прикосновение пальцев и горячее прикосновение языка к члену. Возбуждение возвращается новой волной. Постепенно один палец входит, мягко массируя стенки, а Ушиджима обхватывает член губами плотнее, берет глубже. Ивайзуми потряхивает от контраста этих ощущений. Ушиджима протягивает вторую руку, не глядя, скользит ей по груди, оглаживает сосок, сжимая его пальцами, между делом добавляя второй палец. Ивайзуми закидывает руки за голову и вцепляется в спинку кровати. Один за другим, медленно. Возбуждение нарастает. Ушиджима чуть сгибает палец, поворачивая руку, и Ивайзуми хрипло выдыхает, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу. И в этот момент Ушиджима убирает руку, одновременно с этим медленно ведя языком по головке члена. Отстраняется. Ивайзуми следит за тем, как Ушиджима надрывает и раскатывает презерватив, затем наклоняется. Его член скользит вверх по поджавшейся мошонке, а потом вниз . Все это время Ушиджима смотрит в глаза. Ивайзуми выдыхает сквозь сжатые зубы, когда он плавно входит в него. Пару секунд ожидания, и Ушиджима начинает двигаться. Сперва это неприятно и почти болезненно. Ушиджима накрывает его член рукой и подстраивается, ища нужный угол. Дыхание перехватывает. Влажные от пота волосы падают на лицо, он слизывает проступившие капли с верхней губы. Ритм становится более рваным и резким. Возбуждение натягивает нервы стальными струнами. Оргазм накрывает с головой, опустошая и лишая сил. Ушиджима медленно выходит и снимает презерватив. Идти до ванны лень, но Ушиджима жестом фокусника извлекает из тумбочки влажные салфетки. Приходит запоздалая мысль, что стоять с ним в спарринге теперь будет намного сложнее. Руки Ушиджимы скользят по всем телу и останавливаются на груди. – Я давно хотел это сделать. Ивайзуми закидывает руки за голову и улыбается: – Еще с первого дня в спарринге? – Раньше. – Я рад, что…– он осторожно перебирает слова, чтобы подобрать что-то, подходящее к моменту. – Я тебя люблю. Вот так просто. Без предисловия. Ушиджима до неприличия прямолинеен, но Ивайзуми это нравится. – Я тоже тебя люблю, Вакатоши. Осталось всего несколько недель до боя. Почему-то Ивайзуми не покидает смутное ощущение тревоги.