Десять шагов тому назад

      Виктор не сразу поверил. День, когда Дашу хоронили, все еще стоял перед глазами, будто это было вчера. На голом кладбище они стояли прямо под палящим солнцем. Капли пота смешивались со слезами, но мужчина даже не думал стирать их с лица. Мокрая спина, рукава пиджака прилипли к рукам. Рядом Галина Васильевна. От нее пахло потом, смешанным с духами, и горечью. Она мяла в руках белый платок, не сводя напряженного взгляда с крышки гроба. До сих пор не верила, что происходящее — правда.       Немного поодаль стояли Вадим, Антон и Полина. Виктор не осуждал Уварова за то, что тот решил не присутствовать на похоронах. Его «я не поеду» в стенах школы прозвучало грубо и даже наплевательски, но Поляков был не настолько глуп, чтобы думать, что у всех будет одинаковая реакция. Кто-то, как он, отпускал боль через слезы. Такие как Вадим держали все в себе. Пока могли держать.       Последняя горсть земли упала на крышку гроба. Солнце вошло в зенит, и дышать без боли в горле было уже невозможно. Виктор подошел к ученикам, неожиданно замечая, что что-то в них поменялось. Эта неуловимая, но отчего-то именно сейчас так сильно заметная метаморфоза сделала их другими. Антон впервые по-настоящему поддерживал брата. Полина смогла понять и простить человека за то, что тот был не в силах изменить. А Вадим… Он по-прежнему оставался холодным и словно безразличным ко всему, но случившееся, несомненно, отразится на его будущем. Может даже поможет избежать ошибок.       Виктор не верил, даже когда увидел Дашу. Девушка привстала с кровати, едва он вошел к ней в палату. В ее глазах легко угадывался страх. В белую кофту въелась мокрая земля. Мужчина медленно подошел к ней и обнял. Даша сделала глубокий вдох.       Симпатичная доктор, скорее всего проработавшая в стенах больницы не больше трех лет, сказала, что возможно это была особая, совсем не изученная форма летаргического сна. В ее глазах Виктор прочел, что она не верит собственным словам, но докапываться до правды не стал. Доктор была напугана не меньше его.       — Она хочет, чтобы я забрал её.       — Но боюсь, это невозможно.       Виктору даже не нужно было пересказывать ученице разговор с врачами. Она и без него хорошо понимала, что ее отсюда не выпустят. Просто попросила, если такое представлялось возможным, чтобы мужчина позвал Вадима.       Виктор простоял перед входом в школу несколько минут. Ему казалось, что он уже готов войти внутрь и столкнуться с непонимающими взглядами, но что-то не давало ему этого сделать. Мужчина боялся, но чего — сам объяснить не мог.       Вадим пришел через три минуты после того, как директор вызвал его. Все эти сто восемьдесят секунд Поляков неотрывно следил за стрелкой часов. Три круга. Медленных, словно тянущихся вечность.       — Вить, ты чего?       От него пахло сигаретами. Виктор даже хмыкнул. Физрук, а курит. Он поднял глаза на учителя, тяжело выдыхая. На долю секунды ему показалось, что он не сможет рассказать Вадиму правды.       — Ты должен сесть. Даша жива.       Он не поверил. Виктор понял это по тому, как дернулась его бровь. Затем Уваров холодно улыбнулся.       — Не смешно.       — Я только что был у нее. Сторож кладбища услышал странные звуки прошлой ночью. Когда понял, что кто-то пытается выбраться из гроба, сбегал за лопатой и откопал могилу. Потом позвонил скорой. И мне.       — Бред, — Вадим засмеялся. Ему захотелось резко подскочить и, если не ударить директора, то хотя бы открыть окно. Воздух — вот что ему было нужно.       — Она хочет видеть тебя, — они пересеклись взглядами. Выпытывающий и отстраненный.       — Отпустишь? — Виктор кивнул.       Только в машине Вадим понял, что забыл попросить Виктора об одолжении. Ни одна живая душа не должна была знать о том, что Даша жива. Если поползут слухи… Ingrid с ее любовью к неизведанному не оставит девушку в покое. Мужчина набрал номер Полины, в то время как машина мчалась вдоль шоссе, окруженного непроходимым лесом. Наверное, откуда-нибудь сверху, с квадрокоптера открывался невероятный вид. Полина звучала сонно.       — Разбудил? — после того, как Вадим коротко изложил факты, девушка окончательно проснулась. — Ты не сможешь этого предотвратить, но пожалуйста, сделай так, чтобы Войтевич как можно дольше не узнал о Даше.       — Что ты собираешься делать? — мужчина услышал, как хлопнула дверь. Видимо, Полина вышла из комнаты.       — Нужно увезти ее и спрятать где-нибудь. Ей нужна новая жизнь. Без Логоса, Ингрид, без всех нас. Не хочу, чтобы Колчин превратил Дашу в подопытного кролика.       — Ты с ней не поедешь? — Полина знала ответ. Вадим тяжело выдохнул.       — За мной начнется преследование, если я так сделаю. Будет лучше, если я вернусь в школу.       У больницы Уваров был уже через час. Туда сюда ходили больные, которым не спалось, и персонал. Вадиму удалось пройти незамеченным мимо поста охраны и дремлющей у регистратуры медсестры. В голове крутилась лишь тройка — номер палаты, где лежала Даша. Хорошо, что хоть это он додумался спросить у Виктора.       Девушка дремала поверх одеяла. И да, она была жива. Вадим медленно подошел к ней и присел, касаясь пальцами виска. Даша зажмурилась и открыла глаза. Она долго разглядывала его, прежде чем тепло улыбнуться.       — Привет.       Вадим не удержался и поцеловал ее в лоб. Ему не хотелось снова терять ее, но выхода не было.       — Поднимайся, у нас мало времени.       Он открыл шкаф, чувствуя на себе непонимающий взгляд. Мужчина пытался не обращать внимания. Сейчас нужно было сосредоточиться на главном, а все разговоры оставить на потом. Очень долгое потом. Вадим выругался — в шкафу было пусто. Но Даша не могла покинуть больницу в пижаме. Он обернулся на девушку, все еще сидящую на кровати.       — Я скоро буду, — она протянула к нему руку, но дверь за его спиной уже хлопнула.       Даша нахмурилась. Она не понимала, что происходит. Ее все еще клонило в сон, в ушах шумело. Девушка закрыла глаза и, кажется, отключилась. Потому что момент, когда Вадим вернулся в комнату, она упустила. Также как и тот, когда он потянул ее за руки, вынуждая встать.       — Что ты делаешь? Зачем? — Даша не просто казалась недовольной, она начинала злиться. Всем телом владела тяжесть, а мужчина, ей казалось, хотел от нее слишком многого.       — Тебе нужно уехать отсюда. Очень быстро и очень далеко.       — С тобой? — он криво улыбнулся, промолчав.       Дашу словно заклинило. Она могла лишь стоять и смотреть на него, понимая, что Вадим задумал что-то ужасное и дикое. А еще, он действительно постарел. Почти незаметно. Но это читалось в его глазах. Словно прошло гораздо больше десяти лет.       — Даша! — ее встряхнули за плечи, но девушка в ответ лишь вздрогнула.       Вадим выдохнул — он терял терпение. Мужчина расстегнул пуговицы на ее больничной пижаме, стараясь не думать о том, что под ней лишь нижнее белье, и стянул вниз. Даша не шевелилась. Когда он попытался натянуть на нее футболку, девушка схватила его за запястье.       — Ты меня больше не любишь? — он нахмурился.       — Сейчас не время.       — Потому что ты не обязан. Прошло десять лет, ты имеешь право жить своей жизнью. Я не должна была в нее возвращаться.       От того, насколько сильно Вадим сжал зубы, свело челюсть. Ударить или поцеловать? Он все-таки заставил ее переодеться, не сделав ни того, ни другого. Вадим вообще оставил Дашу без ответа. Его рука сжала ее запястье, когда в палату вошли. Уваров медленно обернулся к двери.       — Вадим, не совершай ошибок.       Мужчина поморщился. Он только что понял, что игнорировать сообщения Мальцевой было не самой лучшей идеей. Скорее всего она пыталась предупредить, но Вадим был так занят Дашей, что остальное оставил на потом.       — Каких еще ошибок?       — Ты так предан Ingrid и тому делу, что мы все делаем. Неужели ты позволишь испортить все какой-то девчонке? — Вадим изогнул бровь. В его взгляде читалась неприязнь.       — Кто ты такой, чтобы ставить под сомнение мою верность Колчину?       — Даша нужна нам. В ней что-то есть. Мы должны это изучить и использовать на благо…       — Я знаю, — не ухмылка, а скорее хищный оскал промелькнули на его лице.       — Тогда давай отвезем ее в лабораторию, — Войтевич заглянул ему за спину. Вадим почувствовал, что Даша дрожит. Но отойти она не могла, он по-прежнему крепко держал ее за руку.       — Я так и собирался сделать, — Константин Викторович кивнул. Он помедлил, размышляя.       — Только… пусть она едет со мной, — с губ Вадима слетел смешок.       — Старый маразматик, — он покачал головой, — пусть будет по-твоему. Подгони машину к черному входу. Живее.       Даша смогла лишь умоляюще посмотреть на затылок Вадима. Неужели он предал ее? Куда мужчина вообще собирается ее вести? Что происходит? Даша понимала лишь, что добром эта поездка для нее не кончится.       — Вадим… — ветер растрепал волосы. Машина тихо гудела, пока Войтевич возился на заднем сидении.       — Она поедет в багажнике, — он игнорировал все, что она делала.       Даша и пикнуть не успела, как рот стянуло клейкой лентой. Она попыталась вырваться, но Вадим зажал пальцами точку на шее, и мир ушел из-под ног. Войтевич непонимающе уставился на девушку без сознания.       — Ты ее вырубил?       — Побудет в отключке до места назначения. И прошу тебя, веди аккуратнее. Остановят менты, откроют багажник и все проблемы тогда будешь решать сам. Посмотрим, как ты объяснишь тело без сознания в багажнике.       — А это обязательно? — глаза Уварова блеснули. Не стоило мужчине задавать этот вопрос, — ладно, укладывай.       Машина Вадима ехала прямо за ним. Скорость была небольшой, и они спокойно проехали через весь город, не вызывая подозрений. На трассе почти не было машин.       Войтевич успокоился. Он даже позволил себе рассмеяться — действительно, почему он поставил преданность Вадима под сомнение? Тот же как цепная псина Вульфа. Сделает все, что ему скажут.       За размышлениями мужчина упустил момент, когда машина Уварова пошла на обгон. Вадим мигнул фарами, попросив Войтевича немного прижаться к обочине, чтобы он смог проехать. Старый преподаватель, хоть и неохотно, но выполнил просьбу. Он сначала растерялся, но подумав, что Вадим просто хочет приехать к школе раньше, расслабился. Даша в багажнике вела себя тихо — еще бы, она была связана, и ее рот был заклеен. Они все устроили так, что девушка практически не могла пошевелиться…       Толчок. Вадим не стал обгонять Войтевича. Поравнявшись с ним, он толкал машину вбок. Руль закрутило. Мужчина попытался выровнять автомобиль, но безуспешно. Новый удар в бок, и он летит в кювет.       Подушки безопасности не сработали. Дворники, обезумев, пытались счистить кровь с окна с расползающейся паутинкой трещин. Из-под головы, уткнувшейся лбом в руль, вытекала кровь. Гудок не умолкал.       Вадим толкнул мужчину в бок так, что тот завалился на соседнее сидение. Сразу стало тихо. Быстрым шагом, Уваров обогнул машину и открыл багажник. Как он и думал, Даша совсем не пострадала. Она только начала приходить в себя, не понимая, что произошло. Она шумно вздохнула, когда Вадим содрал клейкую ленту с губ и ослабил веревки.       — Прости за этот спектакль, — он осмотрел ее на наличие ран, но девушка была цела.       — Вадим, зачем?       — Это было единственным правильным решением.       Он коснулся костяшками пальцев ее щеки, и Даша потянулась навстречу. Вадим наконец поцеловал ее, прижимая к себе так крепко, как никогда раньше. Девушка выдохнула ему в шею, закрывая глаза.       — И что теперь будет?       — Я больше не дам тебе умереть. Или уснуть на десять лет, — он нервно рассмеялся. — Придется уехать куда-нибудь очень далеко.       — Только если с тобой.       — А как иначе?       Оставляя на асфальте черные следы, машина развернулась и поехала обратно в сторону города, набирая скорость, все дальше от Логоса.