Спасение

      Каждое утро Савада Нана готовила гренки на завтрак и собирала вкусную и питательную пищу на обед дочери в школу. На кухне их дома было светло и уютно, что вкупе с занятием любимой готовкой существенно поднимало настроение. Женщина любила красиво упаковывать бенто, и она всегда наслаждалась этим процессом.       Когда позади женщины послышался оглушительный грохот, словно что-то тяжёлое рухнуло с высоты, Нана даже не обернулась, зная, что это её нерадивая дочь снова безуспешно пытается не опоздать. Савада-старшая мельком глянула на небольшие кухонные часы и обратилась к дочке:       — Тсу-тян, доброе утро. Ты снова очень сильно опаздываешь, поторопись.       Тсуна разочарованно вздохнула, потирая ушибленную коленку, и спешно поднялась на ноги. Во время очередного падения с лестницы она опять ударилась спиной, и копчик снова начал болеть. Но у Тсунаёши не было времени на то, чтобы в очередной раз жалеть себя, поэтому она побежала в сторону кухни, на ходу застегивая форменную школьную блузку.       На обеденном столе девушка заметила подозрительно знакомый листок, который оказался результатом позапрошлого теста по математике. Сделав вид, что она ничего не видела, Тсуна смяла лист и засунула его в школьную сумку. Как ни в чем не бывало, девушка начала быстро поглощать завтрак.       — Опять баллов слишком мало даже для низшей оценки. Тебе не мешало бы основательно взяться за учёбу, Тсу-тян.       Голос Наны звучал ровно, даже несколько отрешённо, но Тсунаёши привыкла к такой линии поведения матери. Та не ругалась на дочь, как бы плохо она себя не вела.       В дверь позвонили, и на миг Тсуна перестала жевать. У неё не было друзей, и никто не мог зайти за ней утром перед школой. Она перевела взгляд на мать, которая невозмутимо вытирала руки полотенцем, а после, сняв фартук, обратила внимание на вопросительный взгляд дочери.       — Я наняла тебе репетитора. Открой дверь, заодно и познакомишься.       Ничего не понимающая, Тсунаёши поплелась выполнять поручение матери, на ходу заправляя блузку в юбку. Не утруждая себя взглядом в глазок, девушка распахнула дверь и инстинктивно попятилась назад. Она ожидала увидеть дряхлого старикана в очках с толстыми линзами или строгую женщину с пучком волос на голове и кипой бумаг в руках. Но перед ней, ломая все стереотипы о репетиторах, стоял привлекательный молодой мужчина в костюме и надвинутой на глаза федоре.       — Хаос, — Тсуна решила, что это приветствие, но до конца уверена не была, — Меня зовут репетитор-киллер Реборн, и с этого дня я буду жить здесь.       Его голос очаровывал, низкий тембр, но такое мягкое звучание, словно мужчина мурчал слова. Такому человеку безоговорочно хотелось верить, несмотря на довольно серьёзный и грозный вид. Из-за шляпы Тсунаёши не могла разглядеть его глаз, но и без этого вид репетитора так поразил её, что она потеряла дар речи и совсем забыла о правилах приличия, не позволяющих ни так долго откровенно пялиться, ни задерживать гостя на пороге.       — К-киллер? — выдавила она из себя, слегка заикаясь, прекращая продолжительное молчание.       — Да, — репетитор чуть склонил голову, и Тсунаёши увидела, что в его тёмных глазах плясали зловещие искорки, — Если не будешь выполнять домашние задания, я убью тебя.       Тсуна издала неопределенный протяжный звук, похожий на долгое «хи-и», и снова начала пятиться, но наступила на свою же ногу и, не удержав равновесие, снова упала.       — Тсу-тян, до начала уроков десять минут, — Нана выглянула из кухни, но снова проигнорировала тот факт, что её дочь в буквальном смысле расстелилась на полу, — Здравствуйте.       Реборн склонил голову набок, приветствуя женщину, но впечатление от этого жеста было испорчено тем, что поднявшаяся с ног девушка промчалась мимо Реборна на улицу, случайно толкнув его плечом. Он посмотрел вслед неуклюже бегущей девушке и пошел за ней, не забыв попрощаться с Наной. Вежливость — необходимая черта, если хочешь быть успешным мафиози.       — Фуф, наконец-то можно перестать бежать, — девушка тихо выдохнула эти слова себе под нос и вытерла со лба пот тыльной стороной ладони.       — Вообще, я бы посоветовал тебе поторопиться.       — Ре-Реборн?! — она снова испугалась, и голос стал на пару тонов выше, — Почему ты здесь?       — Потому что я твой репетитор и мне нужно знать всё о твоей учебе, Никчемная Тсуна, — невозмутимо ответил шедший в тени Реборн, даже не повернув голову в сторону подопечной.       Тсуна совсем скисла, представляя, как теперь двадцать четыре часа в сутки будет решать математические задачки. Репетитор был дьявольски красив, но и ужас внушал не меньший. Ещё и прозвище как-то умудрился узнать.       У ворот школы Намимори Тсунаёши чуть не столкнулась с главой Дисциплинарного комитета, но, к её удивлению, она проскочила в школу незамеченной. Тсуна пыталась делать вид, что не замечала того, что весь путь Реборн шёл за ней попятам, но то и дело косила глаза в его сторону.       На протяжении первой половины учебного дня Тсуна пыталась отбиться от расспросов своих одноклассниц, считающих, что Реборн был её парнем.       — Да подождите, разве у такой никчемной девки может быть парень? — сказал заводила небольшой группы одноклассников и остальные захохотали, поддерживая своего лидера.       Тсуна смущённо опустила глаза, предпочитая разглядывать парту. Оскорбительные шуточки от парней не были чем-то новым, и она уже привыкла не реагировать на них. Девушка удивленно вскинула голову, услышав, что одноклассница, ранее не принимавшая участия в обсуждении этой темы, внезапно заступилась за неё       — Не стоит так говорить, мальчики. Савада-сан может и не самая умная в нашей школе, и вечно попадает в неловкие ситуации, но это не повод насмехаться над её личной жизнью. Она вполне милая девушка.       Звезда класса, самая популярная девушка в школе, солнечная Сасагава Киоко закончила свою небольшую речь, подошла к всё ещё сидящей за партой Тсунаёши и мягко сжала её плечо своей ладонью. Против слова идола никто пойти не рискнул и поэтому парни сразу же затихли. Сасагава улыбнулась Тсуне и та, не зная как выразить благодарность, одними губами прошептала «спасибо», и посмотрела с максимально возможным уровнем благовения. Киоко ушла, одноклассницы тоже оставили Тсуну в покое, но не прекратили восторженно перешёптываться о том, какой же красавчик тот парень, что пришёл вместе с Савадой.       Только в этот момент Тсуна заметила, что после её прихода в школу Реборн куда-то запропастился. Впрочем, без него ей было морально легче. Репетитор провёл с ней совсем мало времени, но девушка чувствовала себя несколько подавленно рядом с ним и постоянно смущалась.       На математике Тсунаёши как обычно была примером того, как учиться не нужно. Преподаватель выдавала им вчерашние тесты и Тсуна чувствовала, что её результат снова плачевный. Проходя мимо неё, женщина метнула на грозный взгляд и положила на парту работу. Девушка со страхом посмотрела на листок и опешила. Вместо уже привычных тринадцати-четырнадцати баллов, она увидела на бумаге изящно выведенный ноль. Ноль баллов. Такого на её памяти ещё не случалось. Украдкой Тсуна заглянула в работу Киоко, сидевшей по соседству, и увидела небольшую цифру «девяносто девять». Девушка грустно посмотрела на Тсуну, словно извиняясь за то, что написала своей тест практически идеально.       — Я думала, что хуже некуда, Савада, но ты не перестаёшь удивлять. К директору.       После окончания занятий Тсунаёши без энтузиазма поплелась в кабинет директора, зная, что её ожидает головомойка и очередные угрозы исключения из школы. Она оказалась почти права, директор был очень зол и орал что-то про то, что девушка портит репутацию школы. Тсуна витала в облаках, думая о том, куда же делся Реборн, но одергивала себя, мысленно ругая себя за то, что почти весь день провела в мыслях о странном репетиторе.       Директор мастерски взывал к совести Тсуны и спустя некоторое время она уже начала стыдливо прятать глаза в пол, сожалея, что она такая никчёмная. «Если бы я была умнее, если бы я могла исправить все свои оценки и никогда больше не расстраивать мать», — вертелось у неё в голове.       — Возродись или умри, Савада Тсунаёши, — прошептал Реборн, лежащий на крыше здания напротив школы, и метко пустил пулю прямо в лоб своей ученицы.       Тсунаёши упала на пол, опрокинув стул, что заставило директора испуганно оглянуться на разбившееся окно.       — Реборн! — громко вскрикнула поднявшаяся ноги девушка, которая почему-то теперь была в одном нижнем белье, — Я исправлю оценки, со мною сила!       Судя по всему, Тсунаёши умирала с немного неверным сожалением, потому что она помчалась мимо ошарашенного директора в кабинет математики, намереваясь найти все свои работы. Игнорируя возмущения преподавателя, Тсуна агрессивно начала переправлять баллы, написанные на листках, на «сто». Спустя пять минут огонек пламени погас, и девушка изумленно посмотрела на руки, в которых держала порванные листки. Видимо, она слишком крепко сжимала их.

***

      — Мафия?! Это шутка? — тихо шептала Тсуна.       Она смотрела на Реборна, который наконец снял пиджак и шляпу, чем ещё больше смущал девушку. Почему-то ей было очень трудно отвести взгляд от его мускулистой фигуры.       — Нет, это не шутка. Можешь подумать эту ночь о том, какая ужасная у тебя судьба и поплакать в подушку, но не в эту, — не поменявшись в лице, он прямо в одежде забрался в постель Тсунаёши.       — Но, мне больше негде спать, — попыталась возразить девушка, но репетитор уже уснул.       Тсунаёши еще долго сидела, размышляя о том, как же много ей предстоит пережить, если сказанное Реборном правда. Новоявленная Дечимо считала, что он не врал, потому что это отлично объясняло то, почему он не только репетитор, но и киллер.       Уже собираясь ложиться спать, Тсуна почувствовала сильный приступ кашля. Прокашлявшись в ладони, она удивленно обнаружила, что в них остался лепесток сакуры. Раздумывая о том, чтобы это могло быть, девушка погасила свет и легла спать.