Добро пожаловать

      Прокрасться в комнату Погружения не составило труда. Они дождались, когда началась очередная пересменка, и чтобы избежать лишних вопросов, тайком проникли в святая святых.       — Ты хочешь вернуться на вокзал? Не передумала?       — Да, — уверенно ответила Пенни и активировала свой браслет. Через несколько мгновений они стояли перед стеной стеклянных дверей вокзала.       В диспетчерской ничего не поменялось. Лучи света от карманных фонариков скользили по поверхности, освещая стены, табло поездов, окно, дверь в смежное помещение, в которое упала Пенни. Оборудование, найденное в прошлый раз в этой комнате, исчезло, только наскоро оборванные провода одиноко торчали из бетона.       — И что ты хочешь здесь найти? — Талон рассеяно изучал помещение.       Но Пенни не ответила и вернулась обратно в диспетчерскую, сосредоточенно изучая расписание поездов, она сложила руки на груди и задумчиво произнесла:       — Когда я нашла профессора, он стоял здесь и что-то делал, — она нахмурилась, — Да, точно, припоминаю. Сначала я растерялась, когда мы здесь застряли. А теперь начинаю вспоминать.  Талон, как-то можно замаскировать что-то в виртуальной реальности? — Пенни обратилась к напарнику, который лучше её разбирался в данных вопросах.       — «Замаскировать»?       — Да, мы видим что-то и думаем о том, что это самое и есть. Но это не так.       — Ты хочешь сказать, что монитор с движущимися поездами, на самом деле нечто другое?       Она утвердительно кивнула и продолжила:       — Он хотел вернуть себе свое детище, но не получилось. Что он мог предпринять следующим шагом?       Ответ сам напрашивался на ум.       — Уничтожить всё.       Талон обратился к браслету, многофункциональная вещь, надежно зафиксированная на запястье, была портативным и весьма мощным компьютером. Он выдвинул небольшую клавиатуру, гибкий, почти невесомый экран и, как показалось Пенни, начал колдовать.       — А они неплохо прокачали браслет! — восхищалась девушка, — Я и не знала о таких функциях!       — Ходить надо было на занятия, а не в тире упражняться.       Она лишь улыбнулась:       — А мне кажется мы неплохо сработались, каждый занимается именно тем, что умеет лучше всего. — Пенни пыталась из-за плеча разглядеть процесс.       — Терпение, скоро будет готово.       Он победоносно вскрикнул и, напевая песенку, улыбнулся во весь рот:       — Всё таки могу, когда захочу. — потом оглянулся на Пенни и уточнил, — взломать пароль. Ты была права это совсем не расписание поездов, это — сервер. Пока я не понял зачем он нужен Фон-глянцу, но сейчас разберёмся. Смотри!       Картинка с прямыми линиями зеленого цвета на черном фоне поплыла перед глазами. Символы, всплывающие на экране, стали выкладываться в масштабную карту мира виртуальной реальности, сначала плоскую, а потом объемную. Она поражала воображение, бесчисленное количество больших и малых локаций и станций, и в центре красным отмечено расположение вокзала. Ребята не отрываясь наблюдали за процессом, огоньки изумрудного цвета отражались в их зрачках, вдоль тел продвигалось сияние.        — Я здесь была и здесь!.. — радостно воскликнула Пенни, указывая пальцем на карту. — Я как будто растворяюсь в этом свете, — она рассматривала свою ладонь, которая вся была окрашена кодом программы.        — Даже не представлял, что виртуальная реальность такая большая! Это восхитительно! — ответил Талон, поддаваясь на магию происходящего.       Неожиданно все исчезло, символы погасли, а сияние, что буквально пару секунд назад так причудливо переливалось от изумрудного до оливкового цвета, померкло. Воцарилась полная тишина, казалось, словно само время остановилось в это мгновение. Пенни и Талон поглядывали то на табло, то друг на друга, во взгляде обоих читалось недоумение. Они боялись вымолвить и слово, но какое-то странное предчувствие подсказывало не ждать от этой затянувшейся паузы ничего хорошего.       Интуиция не подвела - внезапно на чёрном экране всплыли цифры, и монотонный металлический голос, обычно оповещающий о прибытии поездов, объявил то, что заставило ребят похолодеть от ужаса: «Самоуничтожение системы. До запуска: одна минута, пятьдесят девять секунд, пятьдесят восемь…» Первой от шока опомнилась Пенни:       — Что происходит?! — в панике крикнула она.       — Кажется, мы сами активировали процесс и закончили дело Фон-Глянца! — лишь буркнул Талон, спешно набирая новые комбинации цифр и символов на браслете, однако проклятое оборудование наотрез отказывалось работать (браслет завис и явно не желал подчиняться хозяину, связь с реальностью была полностью прервана без единого шанса на восстановление). Потратив впустую секунд десять на напрасные попытки остановить неизбежное и выбраться, Талон резко сорвал с руки бесполезный прибор и с силой швырнул в ближайшую стену. Сделав глубокий вдох, чтобы скрыть нотки безысходности в голосе, программист взглянул на Пенни, которая, видимо, и так осознавала тупиковость ситуации, но продолжала надеяться на малейшие шансы спастись.       — Прости... Я больше ничего не могу сделать... слишком поздно, — только и сумел выдавить из себя парень.       — Нет... Это я во всём виновата! Я втянула нас в это!.. Чёртово любопытство! Если бы я знала, я бы ни за что!.. — на глазах блондинки выступили слёзы, голос срывался.       — Хватит корить себя! У нас нет на это времени! — отрезал Талон. Он чувствовал себя ни чуть не лучше своей половинки, — Ты не могла ничего знать!       — Но ведь из-за меня ты тоже!..       — Я сам согласился. Время на исходе... — Он тревожно глянул на таймер. — Но мы ещё успеваем попрощаться.       — Не говори так!       — Всё кончено, Пен! Мы не вернёмся! Виртуал сломан и вот-вот самоуничтожится! —Слова прозвучали как приговор, в который до последнего не хотелось верить ... но пришлось. — И всё же я счастлив, что встретил тебя. Я люблю тебя, Пенни Гаджет, и прощай, — на его лице появилась грустная улыбка, он ни о чём не сожалел.       — И я люблю тебя, Талон Кло, — она всхлипнула и крепко схватила брюнета за руку. — Только не отпускай!       — Никогда больше.       В следующее мгновение станцию осветила белая вспышка. Парень и девушка лишь сильнее сцепили руки и закрыли глаза. Последними звуками, оставшимися в их памяти были:       «Три, два, один…»