Красная нить судьбы

      Первый день весны. На улице снег красиво искрится от появившегося на небе солнца. На душе стало немного легче, чище и комфортнее. Не зря говорят, что с наступлением весны, будто начинается новая жизнь.       Я сонно встал с кровати, направляясь в сторону ванной комнаты, а затем и кухни. Сладко потягиваясь и зевая, я спустился со ступенек и тут же дернулся, увидев знакомую, до боли знакомую «медовую» голову.       На моем лице тут же скользнула удивленная улыбка, а на глаза навернулись слезы. Юноша, видимо услышав мое приближение, тут же развернулся, тепло улыбаясь.       Вторая половина нити между нами стала приобретать красный оттенок, затем заливаясь более темными тонами, вроде багрового. — Здравствуй, Мэтти, — ласково произнес немец, протягивая мне конверт. — Как ты, что? — разволновался я, никак не понимая, что же происходит. — Открывай конверт, все поймешь.       Я принял белый лист бумаги, сложенный в несколько раз и запечатанный в плотный конверт, усеянный марками и знакомым почерком. Я шумно сглотнул, разворачивая все это чуть трясущимися руками.       Мелло молча смотрел на меня, потирая свой безымянный палец правой руки.

◘Привет, Мелло. Я пишу тебе, потому что позволил Мэтту быть счастливым без меня. Я очень долго молчал, не рассказывая ему о моей болезни, я хотел знать, что выберет он, мне очень не хотелось бы, чтобы он встречался со мной из жалости. Я отказался от своих слов, теперь он свободен, свободен и волен любить тебя, отдавать всего себя. Пожалуйста, будь с ним рядом, люби его больше, чем себя, цени. Я знаю, что мы не друзья, ты знаешь, как я к тебе отношусь, но я хочу сделать счастливым его. Надеюсь, ты хочешь того же. Со дня на день меня не станет, так что, пожалуйста, держи адрес *** его дома и прилетай, первым же рейсом. Если у тебя возникнут с этим трудности, обратись по этому телефону *** к Иту Корхонен, он поможет тебе с этим. Я буду очень благодарен, если ты сделаешь Мэтта счастливым и радостным человеком. Тату.◘

— Мелло, — на мои темно-графитовые ресницы стали налипать слезы, которым я не позволял появиться на лице. Я тут же кинулся обнимать Мелло, так крепко, как мечтал все это время, так ярко, так пылко. Я чувствую как, сжимаю его тело, без ущерба нам двоим. Я чувствую его сердце, биение его сердца, я наслаждаюсь запахом горького шоколада.       Я сжал в руке лист бумаги, все сильнее и сильнее прижимаясь к телу Келя, боясь отпустить его хоть на минуту. Мне казалось, что все это галлюцинации и немец непременно сейчас же растворится, стоит мне только отпустить его. — Но как ты выжил? — Отец выстрелил в меня, но попал лишь в ключицу, пробив ее. Мне удалось добежать до его рабочего стола и схватить ножницы, вонзая их ему в горло, — на теле Мелло появились мурашки, видимо, от неприятных воспоминаний , — в суде меня оправдали, сославшись, что это самооборона. А потом я получил от Тату это письмо и первым же рейсом вылетел к тебе.       Я понимал, что теперь все изменится, я понимал, что Мелло будет рядом со мной, всегда. Абсолютно всегда. Лучшее начало весны, лучшее начало новой жизни с моим истиннным соулмейтом.