Вечера сближения.

- Даш, я ее любил. - Тем, стань Сантой, чтобы исполнилось твое желание.

Желание быть со своим любимым человеком – самое поганое, потому что у него есть любимый. Слишком двояко звучит. Нет, это не отрицание любви, а лишь ее узлы, которые никак не получается распутать. Желание возникает всегда, но оно не может исполняться чересчур часто. Иногда для этого чем-то рискуют или что-то теряют, чтобы потом приобрести. А иногда желания не исполняются, потому что человек этого не заслуживает или пропустил тот период, когда мог его взять в охапку и бежать на край света. Философски к этому нельзя относиться, лучше, как к чему-то непонятному. Более абстрактно, не понятно, но верно. Желания могут противиться, а иногда и вернуться, но бумерангом и с другой стороны, которые вряд ли кому-нибудь могут понравиться, открывая их черную сторону жизни. - Даш, прости меня, - слишком искренне и чересчур больно. - Тем, - заправляя кофту, добавляешь: - Нечего извиняться, меня прости, - последнее слово никак не хотело произноситься. До потери пульса было жалко этого мальчишку, которому уже семнадцать, но до сих пор остается парнем, который признает свою вину. Видя, как он покидает комнату с неким страхом и болью, заворачиваешься в одеяло, стараясь укрыться с головой, как в коконе, чтобы никто не увидел и ничего не спросил. Очередная коллекция ошибок, которая пополняется уж очень быстро. Когда люди делают больно, стараешься отомстить, не замечая, что боль удваивается, уничтожая тебя, как бомба замедленного действия. Начиная с самого начала анализировать ситуация, окунаешься к истокам. Начало вашей мини истории. - Даш, где Вика? – ты улыбаешься как-то натянуто, стараясь не показать свою тревогу, которая охватывает тело сполна, - что случилось? – но именно Темы всегда замечает твое состояние, стараясь помочь или утешить. - Тем, я не могу найти ни Вику, ни Макса, - нет никаких соображений, что они где-то могли быть вместе, - я боюсь за них, - поднимая глаза, смотришь на друга. - Не дрейф, Старкова, пошли, поищем. Именно это «пошли, поищем» и стало бомбой с разным внутри составляющим, которое сейчас и выходит наружу, задевая тебя морально. Стараясь взять себя в руки и так рано не поднимать тревогу, вы решили сами обойти каждую комнату, кабинет и помещение пансиона, чтобы найти хоть что-то или кого-то из ребят. Обследовав всю внешнюю территорию, на всякий случай, отправились внутрь, где предстояло сделать трудную работу. Обход по первому этажу, где располагались классы, ничего не дал. Последовав на второй этаж и обойдя каждую комнату, решили сделать передышку, расположившись около комнаты ребят, не заходя внутрь, чтобы там не задержаться. Прислонившись к двери, Старкова набирала обоим на мобильные телефоны, но: «абонент временно недоступен…», ставил точку. Мысли бегали разные, не давая соображать нормально. Ты тогда не знала, чем все может закончиться. Что могло произойти, когда вы с Калининым пошли искать ребят. - Даш, пошли уже, нам еще соседнее крыло надо как следует осмотреть, - дергал за рукав, стараясь увести подальше отсюда. Надо было послушаться. - Стой, - тебя привлек шорох и какие-то звуки, доносившиеся из комнаты. Заставив Артема помолчать, осторожно начала открывать дверь, стараясь не создать лишних звуков. Небольшая щелка давала возможность рассмотреть, что творилось внутри помещения. - Ну, что там? – парень так и дергал за рукав, пытаясь быстрее узнать, что же так привлекло внимание его подруги. Старкова слишком быстро закрыла дверь, прислонившись спиной. Одноклассник, аккуратно оттолкнув ее, заглянул внутрь. Увиденное было чересчур болезненное для обоих. Даша закрыла глаза, но картинка того, что творилось внутри, продолжала появляться, смеясь все новыми и новыми кадрами. Как мультик – разные эпизоды, которые идут всего лишь пять минут. В тот момент ей было жалко не себя, а его – Артема. Максим всегда был таким, но возвращался, потому что она любила. А любовь может проходит у всех у них, кроме его единственного – Темы. Взяв его за руку, уводишь к себе в комнату. Зная, что до вечера там точно никого не будет. Сажая на кровать, берешь его руки в свои, стараясь молчать успокаивать, хоть ты так и не умеешь. - Я ее люблю, - как-то безжизненно, что сердце сжимается от его переживаний. Он искренне смотрит на тебя, пытаясь в твоих глазах найти ответ на свой вопрос, который так долго мысленно себе задаешь: «Почему именно он?» - Я не знаю, почему она его любит, - ты угадываешь его фразу, но тоже не знаешь ответа, как и кто-нибудь другой, но вас только трое, кто знает об этой привязанности. Он поворачивает свою голову, а ты лишь проводишь по его кучеряшкам, успокаивая, как маленького ребенка, зная, что это было последней каплей, когда Морозов уничтожал чье-то желание. Незаметно для себя, ты замечаешь, как между вашими лицами сокращается расстояние, и губы находят друг друга. Он нежно накрывает тебя, как пеленой, как чем-то парящим и легким. Слишком нежно для тебя, но не хочешь останавливаться. Приоткрывая рот ему на встречу, углубляешь поцелуй, где сплетаются воедино ваши языки, утопая в каком-то блаженстве. Очередная серия мультика, но уже с другими главными персонажами в главной роли. Сделала вторую ошибку, позволив себе и ему допустить такую оплошность. Нет, ваша дружба никуда не уйдет, а может, это все и забудется, но факт остается фактом – один узел развязался, но уже дружбы, а ни чего-то другого. Он касается твоих волос, зарываясь в них лицом и вдыхая аромат шоколада, а ты расстегиваешь его кофту, проводя по груди руками через легкую ткань рубашки. Он целует тебя в нос, висок, делает прикусы на шее, не оставляя засосов, лишь проводя языком. Ты ловко и быстро расправляешься с верхней одеждой, чтобы быстрее коснуться груди, проводя по ней руками. Он спускается ниже, избавляя тебя от кардигана и белой рубашки, проводя языком по ложбинки между грудями, от чего вырывается нелепый стон со стороны Старковой. Все нежно, необъятно новое. Оставив тебя без лифчика, припадает к соскам, вбирая их рот и аккуратно, без какой-либо боли прикусывая их. Ты водишь руками по его спине, притягивая еще ближе и оставляя еле заметные следы на спине. Спускаешься ниже, находя пуговицу от брюки и расправляясь с ней, снимая и штаны, и трусы, оставляя его в неглиже. Артем срывает с тебя юбку и разрывает колготки, отправляя их под кровать. Прокладывает путь поцелуями от венки на шее до пупка, обводя его вокруг. Припуская белые кружевные трусики, входит во всю длину, заставляя тебя хвататься за одеяло обоими руками, пока он делает интенсивные и уже более грубые толчки внутри тебя. Вновь добирается до твоих губ, начиная играть с ними, пока его темп увеличивается. Прикусывает нижнюю губу, изредка оттягивая и слизывая, появившуюся кровь. Потом переходит к верхней, проделывая тоже самое. Чувствуя, что близится к развязке, ускоряет последние фрикции, проделывая их как можно грубей и, входя во всю длину. Через несколько мгновений вы кончаете поочередно, стараясь не смотреть, друг друга в глаза. После произошедшего не было лишних слов и каких-то лепетаний. Все было обоюдно, но неправильно и вдвойне обидней. Останавливая его у двери, произнесла еще одну фразу, от которой стало немного легче.

- Тем, может, Санта не исполнил твое желание, но Дед Мороз точно.

Улыбнулся от нелепости сказанного, уходя навстречу «несбыточного желания».