Curiouser and curiouser

С воды дует холодный ветер, пахнущий йодом и приближающейся зимой, Крис натягивает капюшон толстовки и косится на рыжую, идущую рядом. Ветер развевает ее волосы, путает их, бросает в лицо, и рыжая недовольно фыркает, но явно не о ветре сейчас думает, хмуря брови. Выглядит жутко серьезной и сосредоточенной, а Крису вдруг рассмеяться хочется. Так, безо всякой на то причины. Ему интересно, что там сейчас вертится в ее голове? Он чувствует беспокойство девушки, а ещё решимость. Крис улыбается. Да, решительная настойчивая Мун, которая заставила Исака позвонить с таксофона в полицию и сообщить о трупе оборотня. Неуемная смелая Мун, которая согласилась на это блядское приключение, и Крису очень хочется знать почему? Его самого удивляет это любопытство, желание забраться в мысли, понять причину, но он объясняет все тем, что Мун странная. Ну правда странная. Правильная девочка с плохими оценками, волосами, пахнущими осенью, и морем магической энергии, о которой, похоже, даже не подозревает. Такое вообще бывает? Да и друзья у нее странные. Крис упирается взглядом в спину впереди идущего Исака, и тот словно чувствует, оборачивается. - Почти пришли, - говорит и шмыгает покрасневшим носом. Мальчишка вызывает у Шистада беспокойство. Что он может наворотить? Увидеть своего мертвого сородича - от такого у любого может поехать крыша. Особенно, если никогда до этого мертвых не видел. Зрелище навсегда отпечатывающееся на подкорке. Правда, у них с Мун такими темпами скоро иммунитет на вид смерти выработается. Крис зло усмехается, смотрит по сторонам и убеждается, что окружение под стать мыслям: раздолбаные старые лодки и обглоданные остовы яхт, торчащие из воды или серого песка, присыпанного снегом, обломки дерева с облупившейся краской, изъеденный ржавчиной металл - все то, что когда-то бегало по воде, дышало, жило, теперь догнивает никому ненужной грудой. Ощущение от этой картины неважное. Крис и не знал, что в Осло существует такое место. Место полное безнадежности. И откуда Исак только о нем знает? Черная громада корабля вырастает на горизонте. - Нихрена себе, - бормочет Крис, Мун шумно выдыхает, а Вальтерсен невозмутимо пилит прямо к нему. Подходит к незаметной двери, врезанной в металлический ржавый бок, и стучит. Стук отдается утробным гулом, и через какое-то время дверь открывается. Сама. Блять, как же Крис не любит ведьм. Он косится на рыжую, что протискивается внутрь за другом, и сам себя поправляет: "За редким исключением". Ныряет следом за Эвой и тут же слепнет, потому что внутри темно. Через пару секунд, когда перед глазами только черная пелена и странный металлический стук, зажигается масляная лампа. Ее держит Исак. - Мы были у этой ведьмы, когда у Эвена были проблемы, - выдыхает тихо. - Она нормальная и ее не стоит бояться. Вот только сам при этом выглядит очень испуганным, но может все дело в скудном освещении и пляшущих тенях. Рыжая решительно кивает, а Крис говорит: - Ну веди нас. И Исак ведет. По узким железными коридорам, в которых звук их шагов гулко отражается от стен, и дребезжащим лестницам. Крису не нравится это сдавливающее пространство и блуждание по нему, он задевает плечами стены и тихо матерится, когда приходится наклоняться, чтобы пролезть в очередную овальную дверь. Паршивое место, хождение по которому, кажется бесконечным. Но в конце концов их троица оказывается в помещении со множеством фонарей, развешанных под потолком. Они слегка раскачиваются, создавая на стенах жуткую игру теней, от которой немного кружится голова, и Крис не сразу замечает груды какого-то хлама, наваленного у стен. Присмотревшись, он разглядывает в них манекены и телевизоры, кажется видит пару великов и много-много старых почерневших от времени монет. - Какие интересные гости, - раздается протяжный голос и, кажется, что он такой же ржавый, как все на этом корабле. Крис вглядывается в тени, но так и не видит, кто это говорит. Голос же тем временем продолжает: - Надо же, волчонок, человеческая девчонка и полукровка - давненько меня не навещала такая развеселая компания. Хотя, кому я пизжу, меня никакие компании уже давно не навещали. Раздается какой-то скрип, и Шистад не сразу понимает, что это смех. Из тени в круг света выдвигается темнокожая худая женщина, больше похожее на иссохшую мумию, чем на живое существо: тонкие крючковатые пальцы, беспокойно мнущие платье, серо-грязный тюрбан и глаза. Выпуклые, холодные глаза, которыми обшаривает их всех, вцепляется в каждого с такой силой, будто препарирует и каждый кусочек заглатывает: проходится по Исаку, Крису (тот челюсть до боли стискивает, чтобы не отвести глаза) и замирает на Эве. - Красотка, - шипит ведьма, делает еще пару шагов в их сторону, и Шистаду это не нравится. Он чуть выходит вперед и загораживает рыжую от этого раздевающего до костей взгляда. Женщина снова смеется так, что парня передергивает. - Защитничек. - тянет, а потом вдруг спрашивает весело. - А ты знаешь, что она тебя боится? Ну, нет, конечно, хочет, тебя же нельзя не хотеть, но не доверяет и бои-и-ится. И я не могу ее осуждать. Она переводит взгляд на Эву и подмигивает ей: - Правильно, девочка, их всех нужно бояться. От полукровок не жди ничего хорошего, а от этого тем более, - ведьма снова мерзко хихикает, а у Криса ярость в горле клокочет. Он столько лет уже не слышал этого "полукровка". Парень сжимает кулаки, делает еще шаг вперед, но его опережает Исак. - У нас для вас работа есть, - говорит и выходит в круг света, а в руках кепку сжимает. Ведьма тут же очень заинтересовано на него смотрит. - Работа? Ты сказал работа? - спрашивает радостно и звучит так, будто заявление Исака самое долгожданное событие в ее жизни. - Да. Нам нужно увидеть то, что видел в последний миг хозяин этой кепки. Ведьма нервно хихикает и удивительно резво подлетает к Исаку, хватает кепку, жадно тянет носом. - Волчонок, - скрипит. - Кто-то укокошил бедного волчонка. Растерзал - руки, горло, рот - и не пожалел, ай-яй-яй. Бедный-бедный волчонок. Ведьма паясничает, а Исак еле слышно ворчит и выхватывает кепку - Если вам это не интересно, мы пойдем. Женщина аж взвизгивает и выхватывает кепку обратно (Крис думает, что еще пару раз и от кепки останутся одни клочки) опять обнюхивает ее, рассматривает так же, как до этого рассматривала их, и расплывается в улыбке. - А кто платить будет? Исак тянется в карман, достает кошелек, а ведьма заходится в визгливом смехе. - Глупый мальчишка, - скрипит. - Деньги это для ничего не значащих мелочей: приворожить кого-то, проклясть. За общение с мертвыми мне другая плата нужна. Исак замирает, оглядывается на Криса с Эвой расстеряно, а Шистад в очередной раз убеждается, что терпеть не может ведьм. - Какая? - спрашивает. Ведьма переводит на него взгляд. - Да мелочь сущая, - бормочет. - Жизненная сила. - Что? - выдыхает рыжая за его спиной. - Ваша жизненная сила. Лучше твоя, девочка, у тебя ее сто-о-олько. Так и плещет через край. А я давно здесь на сухом пайке, так что поможем друг другу. Ну, девочка? "Хер тебе" - думает Крис, а вслух говорит: - Возьмешь мою, - ведьма фыркает, кривится презрительно, но Шистад не дает ей возразить. - Возьмешь мою или мы отсюда сваливаем и никакой тебе силы вообще. Женщина шипит рассерженно, сверлит Криса глазами. - Ладно, черт с тобой. Ты тоже сойдешь. Тем более, в отличии от меня, явно не голодаешь. Шистаду хочется ей врезать или просто свалить отсюда нахрен, но он делает шаг вперед и еще один. - Крис! - Эва хватает его за руку, заставляя остановиться и оглянуться. - Крис, ты с ума сошел. Не делай этого! В ее глазах плещется беспокойство и страх. Может ведьма и права, и рыжая боится его, но сейчас - он четко это чувствует - она боится за него, и от этого хочется рассмеяться. - Не делай этого, - шепчет снова Эва цепляясь за него, как маленькая девочка, боящаяся монстров под кроватью. - Мы придумаем что-нибудь другое, безопасное, то от чего никто не умрет. Крис, пожалуйста. Парень улыбается, как дурак, сжимает Эвины плечи и в глаза заглядывает. - Рыжая, со мной все хорошо будет, - выдыхает. - Я знаю что делаю, не беспокойся. Когда все закончится, просто позвони Вильяму, хорошо? Позвони ему, и он поможет. Эва кивает и медленно разжимает пальцы, которыми цеплялась за его руки, а Крис не может удержаться, чтоб не поцеловать ее в лоб. - Все будет хорошо, верь мне. А затем отворачивается и идет к ведьме. Та хихикает и руки костлявые довольно потирает, а кепку оборотня на себя уже нахлобучить успела вместо тюрбана. Выглядит как городская сумасшедшая, и Крис очень надеется, что таковой она не является. Что все сделает как надо и они получат ответ. Очень не хочется, чтобы весь этот балаган был зря. - Не беспокойся, полукровка, я свое дело знаю, - выдыхает ведьма, и улыбка сползает с ее лица. - Сними капюшон и смотри мне в глаза. Крис слушается и шипит, когда ее ладони ложатся на его голову. От них веет таким холодом, будто они изо льда сделаны. Лед обжигает, а безумные глаза цепляются и не отпускают. И чем больше холод расползается по голове и телу, тем мир все больше и больше исчезает, оставляя только эти глаза напротив. Позже - Крис не осознает в какой момент - исчезают и они, растворяясь в мелькающих кадрах черно-белого кино. Парень пытается уловить, запомнить эту ебанную карусель. Кадры сменяются с сумасшедшей скоростью, от которой раскалывается голова, и воздух застревает в глотке. Крис задыхается и проваливается в черную пустоту.