Новогоднее путешествие

      ***       Как только за Димой и Славой закрылась дверь в их комнату, Слава, ухватив мужчину за лацканы шикарного костюма, припечатал к той самой двери, едва ли не шипя от обуревавших его эмоций.       — Скажи мне, как так получилось, что за нашим свиданием наблюдала вся страна? Ты что, вообще…       — Ты правда хочешь это обсуждать? Или, может, займёмся чем-то более приятным, — улыбнулся Дима и толкнулся бедром, задевая твёрдый член парня, который ощутимо давил на это бедро.       — Ууум-м-м, — вздохнул Слава, — ты меня не заболтаешь! Рассказывай! Немедленно!       — Хорошо, только отпусти меня, а то у меня мысли путаются, — схитрил Дима, делая вид, что пытается освободиться от объятий.       — Стоять! — зарычал парень в ответ. Он уже понял, что проиграл, потому просто впился поцелуем в губы, а руками пытался быстрее выпутать мужчину из одежды.       Сегодня весь вечер командовал парадом Дима, планировал он продолжить в том же духе, делать всё для своего любимого человека, чтобы он почувствовал всю его заботу. Поэтому подхватил на руки и хотел отнести в кровать.       — Хватит меня на руках носить, чай не барышня, — вдруг зарычал Слава, пытаясь вырваться.       — Не барышня, — согласился Дима. — Поэтому не брыкайся, если не хочешь, чтобы я тебя уронил.       — Положи на место, я сказал!       Для мужчины стало неожиданностью, что Слава по-настоящему вырывается. Он даже растерялся на мгновение и действительно поставил свою ношу на пол, заглянул в глаза. А там… Мамочки! Сколько там плескалось боли! Да что ж такое? Почему он так обижен?       — Слав, ну ты чего? — спросил в удивлении.       — Я не женщина! Понимаешь? Я парень, мужик, как и ты! А ты со мной, как…       Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза: Дима с недоумением, а Слава был настолько зол, что, казалось, сейчас дым из ноздрей повалит. В эти несколько мгновений Дима успел оценить ситуацию, в которой они оба оказались, и понял, что действительно слегка… да чего уж там, сильно переборщил, пытаясь ухаживать за парнем по шаблону — как обычно ухаживал за женщинами. И ему стало очень стыдно. Больше смотреть в полные упрёка глаза Дима не смог, а отведя взгляд… увидел, что Слава всё так же возбуждён — член ощутимо оттопыривал брюки. Это открытие — как удар под дых — заставило задохнуться от раскаяния и сожаления о своём поведении. Только ни раскаяние, ни сожаление не поможет Славе. Нужно было действовать. И Дима начал действовать немедленно!       Резко наклонился вниз, подался вперёд и взвалил парня себе на плечо. Так же резко выпрямился и потащил визжащего и больно молотящего кулаками по спине парня к кровати и не менее резко бросил его. Дима не боялся, что сделает ему больно — кровати здесь были на удивление прочны, мягки и упруги.       — Ты что творишь, гад! — возмущался Слава.       — Слушай, тебе не угодишь! — елейно-ехидным голосом ответил Дима. — То тебя не устраивает, что я нежничаю с тобой, как с женщиной, то тебя не устраивает, что я груб. Ты уже определись, а!       Ну да, неожиданность быстрее приводит в чувство, чем уговоры и оправдания. Слава явно не ожидал такого поведения от Димы и несколько секунд потерял на то, чтобы сообразить, что ответить, а тот продолжил действовать. Ухватил двумя руками за пояс брюк и, не озаботившись расстёгиванием пуговицы, просто вырвал её с мясом и резко потянул брюки вниз.       — Ну вот, дожили, сейчас ты ещё и изнасилуешь меня, — всхлипнул то ли от смеха, то ли от плача Слава.       — А ты против? Судя по всему, — Дима кивнул на пах Славы, — он очень даже за.       И стараясь не думать, правильно ли поступает, не слишком ли жестоко, Дима просто наклонил голову вниз и с размаху, сколько смог, захватил стоячий член парня ртом.       — У-у-у-ммм, — выкрутило тело Славы в наслаждении.       Некоторое время Дима с упоением целовал, сосал, ласкал член парня, заставляя корчиться его от удовольствия, доводил почти до оргазма, но не давал разрядки.       — Дим… — стонал Слава. — Ну не томи! Сделай же что-нибудь!       — Например? — хитро улыбнулся Дима.       — Например, трахни уже меня! — взвился парень.       — А может, ты меня?       От неожиданности Слава резко сел. Смотрел во все глаза на Диму, не веря, что не ослышался.       — Бля-а-а! Ну нельзя же так ошарашивать, — наконец, сказал он, когда понял, что тот не шутит.       Но всё же поверить, что Дима просто так взял и догадался, что он уже давно хочет поменяться ролями, не смог. Задумался на секунду и сразу нашёл ответ на своё предположение:       — Это из-за моей истерики? Да?       — Нет, Слава, я сам этого хочу. Уже давно задумывался об этом. А сегодня, когда ты сказал, что ты такой же, как и я, — мне чуть крышу не сорвало. И сейчас рвёт, если честно, — Дима сжал свой член через ткань брюк, поскольку они так и не успели раздеться.       — Иди сюда…       Слава в сексе всегда был универсалом, лишь с Димой оставался пассивом. Всё это время его устраивало такое положение вещей. Дима всегда был нежен и осторожен, никогда боли не причинял, а одновременно был довольно умелым и выносливым, всегда доводил его до полного удовлетворения. Но вот прошедшая неделя наедине начала немножко напрягать. Дима уж очень опекал его, порой парню казалось, что тот вообще видит в нём свою жену. И его самолюбие начало бунтовать. Но предъявить претензии не мог — не к чему было придраться. Да и как будешь предъявлять что-то, если тебя на руках носят и звёзды дарят… ценой растянутых мышц на спине. О претензиях было как-то даже стыдно думать.       А потом всё пошло наперекосяк: звонок господина Яй, разговор о будущем, в котором им не быть вместе, предложение Димы остаться ради него, теперь этот романтический вечер со свечами… Всё это так расшатало нервы Славы, что он просто не выдержал, сорвался. Ему ведь на самом деле было приятно, что Дима так любит, что готов на руках носить. Но вот эта назойливо жужжащая мысль, что нельзя к этому привыкать, что скоро он уйдёт, и тогда просто невозможно будет пережить разлуку, сорвала стоп-кран.       Но вот незадача, лишь Слава начал успокаиваться под умелыми ласками своего мужчины, тот опять ему по мозгам съездил, предложив себя. Первая реакция — не верю! Этого просто не может быть! Вторая реакция — это уступка, чтобы загладить вину. Точно! Он же закатил истерику, вот Дима и хочет таким образом извиниться. А вот после слов Димы и после того, как прочитал в глазах, что всё, до последнего слова, правда, Слава сдался.       Он любил Диму, любил всем сердцем, всем своим естеством. Любил так, как никого никогда не любил. И никогда не бросит его, ни за что не бросит. Последует за ним хоть на Землю обратно, хоть в саму преисподнюю — только бы вместе. И, как бы это пафосно не звучало, это было правдой, его правдой и его решением.       — Иди ко мне, — сказал он Диме, тем самым давая понять, что принимает новую роль в сексе.       ***       Дима проснулся от щекочущих поцелуев в шею. Улыбнулся. Вот неймётся парню! Вчера заездил меня, вот и сейчас ни свет, ни заря опять…       — Слав, я спать хочу! — пробурчал вроде бы недовольно, а на самом деле вполне себе счастливо.       — Твоё «яйцо» уже трижды жужжало, — томно сказал Слава на ушко. И под «яйцом» имея в виду гаджет Димы, произносил это слово так, будто говорит о мужском органе.       — Что там у меня жужжало? — улыбнулся Дима.       — «Яйцо», — ещё сексуальнее повторил парень.       Дима рассмеялся. Хотел повернуться к парню и поцеловать, но ниже спины пронзило резкой болью.       — Ох! — вскрикнул от неожиданности. — Это что же? Тебе тоже всегда так больно?       — Ну, иногда! — улыбнулся Слава. — Когда не думаю о последствиях, как ты вчера. Говорил же, что одного раза достаточно будет для начала. А ты… Эх, ты! Давай, лечить тебя буду.       — Чем лечить?       — Не боись, хорошим кремом.       — А разве у них здесь пользуются кремами? — удивился Дима. — Я думал…       — Господин Му специально для меня его сделал.       Слава, не церемонясь, развернул Диму на живот и нанёс на больное место крем.       — Ух ты блин! — зашипел мужчина.       — Полежи немножко, сейчас пройдёт. О, твоё «яйцо» опять жужжит! — опять он слово «яйцо» выделил особой интонацией.       — Подай мне его, пожалуйста, — теперь оба ржали. — Да, господин Яй!       Дима специально сделал видимой голограмму и слышимым звук, чтобы потом Славе не пересказывать.       — Господин Дима, вы сегодня планируете идти в лабораторию? — голос его был слегка раздражённым. И куда подевались вечная улыбка и оптимизм?       — Да, господин Яй, через час буду.       — Через час? — разочарованно переспросил учёный.       — А что случилось-то? Почему вы так взвинчены?       — Всё нормально. Я скоро успокоюсь, — ответили на том конце. — Приходите через час, мы вас ждём.       — Странно, — задумчиво произнёс Дима. — Впервые вижу его таким…       — Да ладно, через час узнаешь, что там. Ты лучше скажи, как ты себя чувствуешь? Полегчало?       Дима пошевелился и с облегчением вздохнул. Действительно полегчало.       — Ага, вижу, что нормально, — улыбнулся Слава. И тут же резко сменив тон, добавив изрядную порцию жесткости, сказал: — А вот теперь давай поговорим.       — О чём? — удивился Дима явной угрозе в голосе.       — Ты что это вчера устроил? Почему за нами вся страна наблюдала?       — А ты не в курсе?       — Что за… Дима, не беси меня! О чём я должен быть в курсе?       Дима засмеялся. Он вспомнил, как вчера удивился, узнав об этом от Аси. Наверняка у него были такие же удивлённые глаза, как сейчас станут у Славы.       — Открою, дорогой, тебе огромный секрет, — пафосно начал Дима, едва сдерживая смех, — вся планета, особенно города, просто утыканы записывающими устройствами, которые мы с тобой для простоты называем камерами видеонаблюдения. И все эти камеры работают. И каждый гражданин, который умеет пользоваться своим «яйцом», может увидеть изображение с любой из них…       Слава закрыл лицо руками. Он всё понял.       — Да-да, Слава, весь наш отдых в родном городе Эла был зафиксирован на камеры, и уже каждый гражданин в курсе наших шалостей. Всю неделю они смотрели самое занятное кино, когда-либо виденное на этой планете.       — Они всё-всё видели?       — Нет, в доме камер нет, соответственно, они видели только то, что мы творили за пределами дома.       — Фух, полегчало, — заржал парень. — Значит, вчерашнее представление…       — Вчерашнее представление — это заключительная серия недельного сериала. Все сказки должны заканчиваться красиво. Но есть одно но… Сказка была для них. Для нас же это была реальность, наша с тобой реальность и наши с тобой чувства. И всё то, что я вчера делал, я делал не для них, а для тебя. Просто… Понимаешь, когда я увидел, что Ася с горящими глазами восхищается тому, что мы, взявшись за руки, бежим по лестнице на крышу обсерватории, и говорит, что ничего прекраснее и романтичнее не видела, мне захотелось показать романтику как у нас, на Земле. Вот и рассказал задумку господину Му. И он поддержал меня, помог осуществить технически всё то, что я задумал.       — Ты правильно сделал, Дима! Но твоём месте я поступил бы так же — нельзя разочаровывать зрителей! — улыбнулся Слава, и мужчина вздохнул с облегчением. Ему почему-то казалось, что парень мог обидеться за то представление. — А вот то, что ты на вчерашний вечер вернул меня домой, на Землю, я тебе очень благодарен. Ты сделал меня по-настоящему счастливым.       — Я очень старался, — улыбнулся в ответ Дима.       После нежного поцелуя Слава встал, засуетился… Он был смущён. Не привык он так открывать душу, даже перед Димой. А сознавшись, что был вчера счастлив, ведь почувствовал себя как дома, на Земле, — Слава именно открыл свою душу.       Чтобы не мельтешить без дела, решил пойти в офис к Элу. Он планировал хорошенько отчитать правителя, а вместе с ним и секретаря, что за целый день не соизволили сказать ему о «сериале».       Ну вот, переключился мыслями на другую тему, и смущение прошло. Теперь можно и Диму поддеть.       — Так, мы тебя подлечили, поговорили, а теперь дуй на работу. А то этот господин Яй яйцо снесёт, — заржал Слава. Ну вот всегда, как только он слышал имя старшего лаборатории, сразу ассоциация с яйцом шла, и он не мог удержаться, чтобы не заржать.