Игрушка

Они не всегда были так жестоки к ней, Фриск была убеждена в этом. Да, ей порой доставалось от Папируса и Санса, но слишком сильных побоев никогда не было. Максимум пара подзатыльников. Все стало ухудшаться, когда она начала взрослеть. Ее фигура приобрела плавные изгибы, на которые начал засматриваться старший скелет. Фриск это не нравилось и она жаловалась Папирусу, что Санс ее пугает. По началу Босс гонял Санса за неподобающее поведение, но затем и сам начал обращать внимание на девушку. От обоих братьев девушка слышала грязные намеки. Ей было жутко страшно, но она не могла от них никуда деться. Она уже пыталась сбегать, но Санс ее перехватывал. Фриск старалась забыть тяжелое дыхание скелета на своей шее и жадные руки, стискивающие ее маленькую грудь. Она боялась представить, что случилось бы, не окажись Папирус рядом. Он попросту отогнал брата от шокированной девушки и, перекинув ту через плечо, понес домой. А тем временем шло время. Фриск старалась не обращать внимания на Санса, следящего за ней голодным взглядом. Она ловила на себе его взгляд, полный похоти и желания, внутренне содрогаясь. Ей было откровенно говоря страшно из-за того, что он мог с ней сделать. Папирус же был более сдержан, но и от него поступали намеки и грязные шуточки. Вся эта ситуация до ужаса не нравилась Фриск. Однажды, когда Папирус уехал в столицу, чтобы лично доложить королю об обстановке в Сноудине, Санс не выдержал. - Поиграем, сладкая? - сказал он, зажав девушку в угол и плотоядно облизываясь. - С-Санс, прекрати. Не смешно. - девушка пыталась выскользнуть, но ей, естественно, не позволили. - А я и не шучу. Босса не будет долго, так что мы сможем как следует повеселиться. Он схватил ее за руку и потащил в свою комнату. У Фриск почти получилось вырвать свою руку, но он использовал магию, чтобы она не смогла сбежать. Сердце девушки колотилось как бешеное. Что... Что он собирается с ней делать? Неужели то же, что и со своими любовницами? От этой мысли Фриск передернуло. Санс дошел до своей комнаты и улыбнулся. Он собирался вдоволь наиграться с Фриск пока отсутствует младший брат. Он кинул ее на свой матрас и сам навис на ней. Она так трогательно трепетала, что его магия вовсю светилась в его шортах. - Не бойся, сладкая, тебе понравится. - шептал он ей на ухо, нащупывая нежный сосок. - Прекрати, пожалуйста. Я не расскажу Папирусу. -начала Фриск, но Санс уже не слушал ее. - Не расскажешь? Зря. Тогда бы мы с ним вдвоем позабавились с тобой. Щелчком пальцев он избавил ее от одежды. Она пыталась прикрыться хотя бы руками, но он связал их своим же ремнем, а затем попросту закрепил путы на ножке тумбы. Костяные фаланги скользили по нежному девичьему телу, изучая его. Он сильно сжал чувствительные вершинки, вырвав из уст девушки болезненный вздох. Сам же скелет прильнул к губам девушки. Она упорно не отвечала на поцелуй, но это его не останавливало. Он исследовал ее ротик своим длинным языком. Фриск пыталась вырваться, но руки ее были крепко привязаны. Она пыталась оттолкнуть его ногами, но не вышло. Она лишь усугубила свое положение. Теперь ее ноги были раздвинуты, и Санс находился меж ними. Не отрываясь от своего одностороннего поцелуя, он опустил одну руку ниже, слегка царапая нежный живот девушки. На глазах Фриск выступили слезы. Никогда раньше она так не боялась Санса. Он был слишком жесткий, слишком напористый. Когда его рука достигла ее промежности, Фриск брезгливо сморщилась. Ей были противны его прикосновения. Санс массировал клитор девушки круговыми движениями. Он не собирался насиловать ее на сухую, нет. Несмотря на свою излишнюю жестокость, он не хотел причинять девушке лишней боли. Это будет ее первый раз, Санс был в этом уверен. Фриск возненавидела свое тело. Ее разум отчаянно сопротивлялся, а тело постепенно начало возбуждаться от действий старшего скелета, который явно знал, что нужно делать. Его язык наконец-то покинул рот девушки, давая возможность нормально дышать. Фриск почувствовала резкую боль. Это Санс впился клыками в ее шею, а затем провел по ране скользким горячим языком. - И правда сладкая. – хмыкнул он. – Не бойся. Тебе обязательно понравится, сладенькая. Фриск было откровенно страшно и больно, когда он кусал ее за шею, оставляя кровавые отметины, сжимал соски так, будто собирался оторвать. Он раздвинул ее ноги сильнее, чтобы обеспечить себе максимальное удобство при входе. - Не надо. – плакала она. – Я не хочу, Санс, прекрати. - Захочешь. Ты ведь уже мокрая там. Он направил уже сформировавшийся орган в ее лоно, которое было влажное после его стимуляции. Фриск зажмурилась, но ее глаза широко распахнулись, когда он резко вошел в нее. Старший скелет сразу же начал входить на всю длину, не давая ей и шанса привыкнуть. Комната заполнилась криками боли Фриск. Ее будто разрывало изнутри. Ни о каком удовольствии и речи быть не могло. Санс же все наращивал темп. Она была такой узкой и приятной, что он едва сдерживался, чтобы продлить себе удовольствие. Его садистскую натуру до ломоты в костях заводили ее истошные крики боли и слезы. Как же давно он мечтал ее поиметь. Фриск сорвала голос в криках боли. Она уже смирилась со своей участью и лишь шипела от разрывающих ощущений. Было безумно больно, руки затекли находясь в связанноМ положении и она их едва ощущала. Санс же обезумел от того, что дорвался до Фриск. Он царапал ее тело острыми фалангами, до синяков сжимал нежную грудь. Ее боль стала наркотиком для него. Хотелось выбивать из нее стоны еще и еще, но она замолчала и тихо всхлипывала. - Не нравится, сладенькая? - Прекрати, прошу. Мне больно, я не чувствую рук. – просипела она. Старший скелет задумался. Ему не хотелось прекращать иметь беспомощную девушку, но и оставлять ее и дальше в таком положении было нельзя. Он видел, что ремень начал натирать ей запястья. Ему это не понравилось. Нехотя, будто делая ей одолжение, он вышел из нее и она вздохнула с облегчением. Наконец-то это мучение прекратилось. Фриск блаженно выдохнула, когда Санс освободил ее руки, но… Неужели она думала, что он так просто остановится? Воспользовавшись своей магией, он перевернул ее на живот и поднял бедра. Скелету открылся замечательный вид истерзанной промежности девушки. - С-Санс, перестань. Отпусти меня! – откуда только взялся голос? Он не слушал ее. Он снова резко вошел в нее, схватившись за талию одной рукой, а второй хватая ее за шею и вдавливая в матрас. Он зарычал от удовольствия. В этом положении она стала еще уже, еще слаще. Санс слышал ее тихие всхлипы и наращивал темп. Больно. Фриск казалось, что стало еще больнее. Она вдруг почувствовала его руку на своей голове. Он схватил ее волосы и потянул на себя, заставляя прогнуться сильнее. Заставляя ощутить еще больше боли, как будто ей было не достаточно. Санс кайфовал от всех этих действий. Толчки стали немного медленнее, но резче, четче, вырывая у Фриск резкие выдохи и болезненные вздохи. Шлепок. Фриск хрипло вскрикнула от боли. Он шлепнул ее по ягодице, оставляя красный след. Отпечаток. Клеймо. У нее не было сил сопротивляться, да и это было бы бесполезно. Фриск старалась отрешиться от реальности. Уйти в себя, но каждый шлепок, каждое царапающее касание Санса возвращали ее в реальность, полную боли. Вдруг, во всей этой круговерти боли, она почувствовала облегчение. По ее телу прошла слабая волна удовольствия. Она снова возненавидела свое тело, которое отзывалось на грубое проникновение. Неожиданно для себя, она выдала слабый стон, в котором явно ощущалось удовольствие. - Я вижу тебе начало нравиться, а, детка? Он слышал тот стон, который, казалось, оглушил его почище, чем все ее крики боли. Ей определенно начало нравиться то, что он с ней делал. Она сжала его немного сильнее и… - Малышка, да ты же скоро…кончишь. – искушающее шептал он ей на ухо. – Мазохистка что ли? Нравится жестокость? Стоило попросить раньше. - Н-нет. Перестань. – ее голос дрожал, так вышло как-то неубедительно. В ответ он лишь снова ускорился. Теперь он явно слышал стоны, которые она упорно пыталась сдерживать. Девушка явно сопротивлялась, боролась с удовольствием, которое начало постепенно проступать сквозь боль. - Тебе же нравится, тебе же приятно. Я чувствую, что ты стала уже, сладкая. Ну же, не сдерживайся. Нет! Она не должна расслабляться. Нельзя, нельзя, нельзя! Нельзя показывать, что ее телу нравится то, что он делает с ней, иначе… Фриск старалась не думать, что будет иначе. Она пыталась потушить удовольствие, нарастающее меж ее ног, но… выходило плохо. Стоны, срывающиеся с ее уст, становились все громче. Простынь комкалась под ее руками, когда он входил в нее особенно глубоко. Ей нравится. Скелет удовлетворенно усмехнулся. Он знал, что ей понравится. Он чувствовал ее жар, слышал стоны. Ее мольбы остановиться стали все реже, заглушенные стонами. Она…больше не могла сдерживать то, что так отчаянно рвалось из нее. Она выгнулась сильнее, простонала так громко, как только смогла, и удовольствие накрыло ее с головой. Санс почувствовал, как она сжала его, услышал, как она застонала и не смог сдержаться сам. Он в последний раз резко насадил ее на себя и кончил тоже, заливая ее изнутри. Когда он вышел из нее, то с удовлетворением увидел, как его магия, перемешанная с ее выделениями и кровью, вытекает из нее. Он шлепнул ее по ягодице напоследок, и девушка рухнула как подкошенная. Сил у нее не осталось ни на что. Санс с каким-то садистским удовольствием смотрел на девушку, которая еле дышала, пытаясь забиться под его старое одеяло. Ее тело было покрыто укусами и царапинами. Девушка все еще продолжала плакать. Фриск было больно. Морально и физически. Она ненавидела Санса, за то, что он сделал. Она ненавидела себя за то, что не смогла противиться своему телу. Было мерзко. Санс решил оставить девушку в покое. Он вышел, закрыв за собой дверь. Теперь он знал, что она и правда сладкая. Теперь он мог играть с ней, когда Босса не будет рядом. У него возникла странная мысль, что Босс тоже может воспользоваться девушкой и, черт возьми, у него возникло желание посмотреть на это. Фриск же тихонько плакала, сжавшись в комочек. Вся ситуация была ужасна для нее. Это все будет насилием до тех пор, пока девушка сама не захочет продолжения. Пока она сама не придет за порцией такого болезненного наслаждения.