Игра

      В воздухе витал сладкий аромат душистых трав и запах дорожной пыли. В этом городе уже давно нельзя было услышать размеренный скрежет дворничьей метлы о растрескавшийся от жары асфальт; в этом городе не шумели по утрам автомобили, развозя своих спешащих хозяев по бесконечным работам, школам или детским садам; в этом городе не звенели по праздникам церковные колокола и не пускали трещащие разноцветными брызгами искр салюты и фейерверки; в этом городе не встречались люди, с трепетным чувством сжимая пальцами чужую ладонь, касаясь губами самого нежного, заваривая на завтрак чай с бергамотом или чабрецом; в этом городе уже ничего не было, кроме страха. По развороченным улицам, напоминающим больше поднявшийся из недр земли ад, бродили настоящие демоны. Дикие, голодные, умывающиеся чужой кровью, убивающие ради смерти и ради удовольствия, удушливым ядом просачивающегося сквозь надорванные жилы. Это - мой Город. Моя тюрьма и мой персональный Тартар. Я - самый главный грешник этого мира, потому что я - невиновен, а как показывает история, только невиновных общество предает анафеме с полной жестокостью. С Христом меня связывает общая цель: я, как и он когда-то, страдаю за ваши грехи (к слову, моего имени вам знать даже неинтересно!), только я совсем не мессия и ничего нового в этот прогнивший насквозь мир не привнесу.       На моей шее, бедрах, руках - ладанки. Когда-то давно люди надевали их в надежде защитить себя от псевдо-злых псевдо-духов, для меня же - это единственное спасение в бесконечной пляске ада. Мои злые духи: очень даже злые и вполне существующие. Они бродят по улицам, кварталам, скверам; прячутся в разрушенных домах от солнечного света или наоборот - уходят в подполье во время ночи. Они разные: кого-то одолеть не составит большого труда, кого-то лучше обходить за километр, но их всех объединяет одно: ненависть ко всему живому. Кстати, я не говорил, что олицетворяю собой все живое? Нет? Ну так вот. Если за вами не гнался яростно щелкающий тремя пастями восьмиметровый ящер, можете считать, что жизни вы не жили и настоящего пороху не нюхали. Дым и пыль, чем я дышу здесь каждодневно, надо сказать, срывает ноздри первоклассно. Это лучше любого самого срывного наркотика, только мои "игрушки" еще и настоящие. Вам кажется, что мне даже нравится быть здесь, что я даже шучу о такой жизни? Вам кажется. Здесь рулят простые законы: или ты, или тебя. Сильный жрет слабого - это естественный отбор, но вы глубоко ошибаетесь, если думаете, что я каждый день с упоением хрущу косточками проигравших и побежденных. Увы, но нет. Я просто умею бегать и прятаться, а еще мне чертовски везет. Почему-то...       Каждый день я думаю, что умру, что это будет мой последний шаг на разномастной шахматной доске, где все вокруг поголовно - короли, окружившие одну единственную пешку. Но мат пока что вырывается только из моей глотки, если очередная тварина, ладанки которой у меня не имеется, с какого-то перепугу чует мой запах и слышит мое сердцебиение. Знаете, я настолько вымотался за эти несколько лет, что уже почти не помню каким этот город был "до"... Я помню, что раньше эти воспоминания причиняли мне боль. Я проходил мимо парка, где гулял с младшей сестрой и братом, собирая осенние палые листья в пестрые, пропахшие дождем, букеты; я пробирался мимо развалин старого кинотеатра, где впервые посмотрел какой-то очередной масштабный голливудский фильм на большом экране, где сладко пахло попкорном и скрипели красные кресла; я видел выбитые стекла магазинов, перед которыми останавливался в детстве, чтобы поглазеть на яркие витрины, заманившие потенциальных покупателей внутрь; я был в месте, которое когда-то называл своим домом... Удивительно, но я совершенно не помню где он был. Я знаю Город, как свои пять пальцев, но даже если бы и захотел отыскать то-самое-место... не смог бы. Моя жизнь кажется вам не такой уж и радостной? Знаете... идите вы к черту. Вы и половины всего не знаете.