Прекрасный Парадокс

Прости, Минг, но я больше тебя не люблю. Прошу, просто отпусти меня. Нет! Минг резко открыл глаза, задыхаясь от непрекращающихся рыданий и собравшихся в горле слез. Хватая ртом воздух, он медленно коснулся лица, которое оказалось совершенно мокрым. Опять. С тех пор, как он очнулся после аварии, ему продолжал сниться кошмар, каждый раз полностью выколачивающий из него жизнь. Но, к его глубокому сожалению, ему никогда не удавалось вспомнить его после пробуждения. Минг спросил обо всем этом у своего доктора, и тот ответил, что его сознание, по-видимому, подавляет некое воспоминание, которое может проявить себя только через кошмар. «Вообще-то, оно может стать ключом ко всем остальным воспоминаниям, — рассуждал его врач. — Ваш разум отчаянно пытается его вытеснить, не давая вспомнить. Но если вам хочется вернуть воспоминания, то нужно попытаться в нем разобраться. Потому что как только вы вспомните тот момент, то откроете ящик Пандоры со всеми остальными». Минг искренне хотел вернуть воспоминания о пяти годах своей жизни. Так что он изо всех сил пытался понять этот повторяющийся кошмар, однако терпел абсолютнейшую неудачу. Минг правда не знал, что произошло, и у остальных вроде бы тоже не было никаких идей. Хотя, если доктор в самом деле был прав, и разум отчаянно пытался искоренить именно этот эпизод, тогда Минга весьма пугало то, с чем он столкнется, если в итоге все-таки вспомнит его. Потирая одной рукой уставшие глаза, другой Минг потянулся за телефоном на прикроватной тумбочке. Он полным надежды взглядом посмотрел на экран, и на его лице тут же отразилось разочарование. От Кита ничего. Ни звонков, ни сообщений, ни писем. Пусто. Минга тревожило, что его подозрения, судя по всему, оказались верны. Последние две недели Кит его избегал. С той самой ночи, когда Минг трогательно признался ему в своих чувствах. А Кит, вопреки предположению Минга, на самом деле в тот момент не спал и, похоже, все слышал. Минг очень жалел, что признался. Если бы он заранее знал, что Кит начнет держать дистанцию, Минг бы никогда этого не сделал. Размышляя теперь об этом, он понял, что с его стороны это действительно был невероятно глупый поступок. Но, когда дело касалось Кита, Минг никогда не имел понятия, что ему делать. Перед старшим он чувствовал себя таким беспомощным и растерянным, что в итоге говорил и делал дурацкие вещи, приводившие к непоправимым последствиям. Из депрессивных мыслей его вырвала внезапная вибрация телефона. Это был звонок от Бима. Гадая, с чего бы тому так рано звонить, секунду Минг непонимающе глядел на высвечивающееся имя, а затем поднял трубку. — Привет, Бим. — Хей, Минг, ты сегодня свободен? Минг нахмурился, потому что Бим звучал очень расстроенно. — Ага, а в чем дело? — спросил он с беспокойством в голосе. — Кит. Он заболел прошлой ночью. Сказал, что в порядке, но я очень боюсь оставлять его одного. Кит. Минг тут же вскочил с кровати. — Напиши мне адрес, и я сейчас приеду.

***

Кит выглядел хуже, чем Бим ему сказал. Намного хуже. Настолько, что все внутри Минга сжалось. Он встретился с Бимом у квартиры Кита, и ему пришлось несколько раз заверить взволнованного приятеля, что он как следует позаботится о Ките, пока тот не вернется. После того, как старший снабдил его кипой подробных инструкций и умчался, Минг наконец зашел внутрь. Как Бим и сказал, Кит крепко спал. А это означало, что Кит понятия не имел о том, что человек, которого он в последнее время избегал, сейчас сидит прямо перед ним. Минг нерешительно протянул руку, чтобы убрать Киту челку, и коснулся его лба. Он оказался горячим. Минг совсем спал с лица из-за переполнявших его противоречивых эмоций. Он чувствовал вину, потому что Кит понятия не имел о его присутствии и, вероятно, не давал на это разрешение. Чувствовал огорчение, видя болеющего и оттого хрупкого Кита. Но в то же время испытывал еще и маленькое счастье, потому что он наконец смог увидеть Кита, по которому так скучал. Он знал, что был полным придурком, если вообще чувствовал счастье, но, глупо это или нет, Минг правда больше не мог выносить ни секунды, не видя старшекурсника. Звонок от Бима заставил его оторвать взгляд от Кита. — Эй, Минг, прости, что снова беспокою, но можешь сделать мне одолжение? — извиняющимся тоном попросил Бим. — Я случайно оставил у Кита свою флешку. Можешь, пожалуйста, отправить мне один файл? — Конечно, нет проблем. Следуя указаниям Бима, Минг подошел к столу, разблокировал ноутбук Кита и вставил валявшуюся рядом флешку. Он недоуменно свел брови, когда увидел то, что появилось на экране. — Эмм, он в папке с названием «Мой КитКат»? — неуверенно спросил Минг. Потому что это была единственная папка, сохраненная на устройстве. И неважно, как много раз он об этом думал —название для папки определенно звучало ненормально. — А? Нет, эм, это, наверное, флешка Кита. На столе должна быть еще одна. Бим оказался прав — там лежала еще одна флешка, и Минг успешно отправил ему требующийся файл. Закончив с этим, Минг собрался было выключить ноутбук, когда его взгляд упал на первую флешку. «Мой КитКат». В тот момент, когда Минг увидел папку, его охватило необъяснимо странное знакомое чувство, которое не переставало терзать голову. Любопытство в конце концов пересилило, и, секунду поколебавшись, он все-таки кликнул по папке. Растерянный Минг потрясенно замер, глядя на экран. Там была бесконечная череда фотографий. Кита. И Минга, прямо рядом с ним на каждой из них. Они улыбались, смеялись и выглядели как два самых счастливых человека во вселенной. Фотографии запечатлели бесчисленное количество воспоминаний, которые Минг потерял. Моменты, оказавшиеся такими красивыми и очаровательными, но которые были совершенно бессмысленны, учитывая то, что все ему говорили. Мингу казалось, будто он стоит на самом краю айсберга. И изо всех сил пытается удержать равновесие, потому что прямо на грани того, чтобы соскользнуть и нырнуть вниз головой в смертельно ледяной океан. Океан, в котором содержалось все то, что он жаждал узнать и в то же время с чем боялся встретиться. Особенно теперь. В оцепеневшем состоянии Минг шатающейся походкой медленно подошел к Киту. Его глаза расширились, когда он увидел, что Кит хнычет и плачет во сне. Старший выглядел так, словно попал в ловушку в своем кошмаре. Встревоженный Минг наклонился ближе к нему, готовый разбудить Кита, если это продолжится. Но его сердце замерло намертво, когда он услышал голос Кита. — Прости меня, Минг, — тихо плакал юноша. Как только Минг услышал эти слова, его разум соединил их с тем единственным моментом, который он ни за что не хотел вспоминать. Его повторяющийся кошмар, который преследовал его каждую ночь словно безжалостный призрак. «Прости, Минг, но я больше тебя не люблю. Прошу, просто отпусти меня», — сказал ему в тот день Кит с таким безжизненным взглядом. И в эту роковую секунду весь мир Минга полностью рухнул, тем самым разрушив все, что у него было. Одно это воспоминание стало финальным ключом к тому, чтобы открыть ящик с пятью последними годами его жизни. Слова Кита всколыхнули Минга, и на него начали снова и снова накатывать волны воспоминаний, неистово молотивших по его голове изнутри. Все пропавшие кусочки вернулись одновременно — все то время, что он потерял, вплелось обратно. Он вспомнил все. Всю радость. Всю боль. Все хорошее. Все плохое. Он помнил все это. Он помнил… — Прости меня, Минг. Мне так жаль. Кита.

***

Когда в тот день Бим вернулся, он встретил стоящего у двери Минга, на лице которого абсолютно не было эмоций. — Это была его идея, верно? Все скрыть. Солгать о нас. Он так сильно хотел оттолкнуть меня? — тихим голосом, пропитанным злостью и болью, спросил Минг. — Наверно всем было уморительно смотреть, как я снова в него влюбляюсь. Как гребанный идиот. — Мне жаль, — произнес Бим. Момент, которого все опасались, наконец наступил, и Бим действительно не знал, что еще сказать. На некоторое время наступила тишина. Минг потер глаза и тяжело вздохнул. — Нет, это не твоя вина. Я не злюсь на тебя. Я даже на Кита не злюсь. Я зол на самого себя. Потому что я причиняю ему боль. Он все плакал, пока спал, и говорил мне, что ему жаль. И я не могу. Я просто не могу и дальше так поступать. Может, я все понял неправильно. Может, он правда больше не любит меня, и я просто раню его тем, что не отстаю от него. Лицо Бима смягчилось. — Минг, Кит любит тебя. И ты это знаешь. Минг через силу засмеялся и покачал головой. — Я не знаю. Я действительно больше не знаю. Полностью сломленный и разбитый Минг направился прочь. Но прежде чем уйти, он попросил об одном одолжении. — Не говори ему. — Что? — Не говори ему, что я сегодня приходил. Или что я все вспомнил. Это же то, чего он хотел, так? И в тот момент, когда Кит узнает, он просто сбежит от меня. Опять. Бим не мог ничего на это сказать. Потому что он знал, что Минг прав.

***

Несколько недель назад мама Минга с восторгом сообщила, что дядя хочет забрать его в свой дом в Америке и помочь начать новую жизнь. Когда Минг услышал об этом впервые, он, конечно, немедленно отказался. Потому что ни за что на свете не уехал бы. Даже находясь на одном с Китом материке, Минг и так недостаточно виделся со своим любимым старшим. Он знал, что точно не сможет выжить, оказавшись через океан от Кита. Но в тот день, когда он вернул все свои воспоминания обратно, то импульсивно сказал матери, что поедет. Потому что Минг правда больше не знал, что делать, и ему хотелось от всего сбежать. И с того дня его планы по отъезду в Америку развивались очень быстро. Слишком быстро, на самом деле, к полнейшему ужасу Минга. Он умирал, и чем ближе был день отъезда, тем все больше и больше. Ему не хотелось уезжать, но он знал, что если останется, то не сумеет перестать цепляться за Кита. Если бы это решение касалось только его одного, то он бы не уехал. Но с тех пор, как он встретил Кита, его эгоистичный образ мыслей изменился. Он понял, что не может продолжать давить ради своего счастья, если это делало совершенно несчастным Кита. Мингу требовался лишь один знак от Кита, который заставил бы его остаться. Что-то, что даст ему смелость и уверенность, чтобы продолжать борьбу. Поэтому за неделю до отлета он пошел встретиться с Китом. Он старался сохранить бесстрастный вид, когда говорил Киту, что на следующей неделе отправится в Америку. Но, смотря на молчащего Кита, Минг старался передать все свое желание взглядом. Пожалуйста, скажи, что не хочешь, чтобы я ехал. Пожалуйста, скажи, что все еще меня любишь. Кит лишь нацепил на лицо улыбку. Это была кривая улыбка наряду с грустным взглядом, но этого было недостаточно, чтобы убедить Минга и дальше держаться за него. Потому что его страх посеял разрушительное сомнение, захватившее всего его мысли и уничтожившие все его надежды. — Бим, не думаю, что мне стоит приезжать, — с сомнением сказал Минг Биму, который позвонил ему позже ночью и настойчиво попросил, чтобы тот приехал забрать напившегося Кита. — Что ж, тогда я просто оставлю его на улице, — проворчал Бим. — Потому что я, блять, больше не могу иметь дело со всей этой херней. Разумеется, они оба знали, что Бим никогда так не поступит. Но Минг подыграл и без вопросов приехал. Его глаза наполнились грустью, когда он увидел спящего на переднем сиденье машины Кита. Будучи полным дураком, Минг почувствовал себя до смешного счастливым, просто снова смотря на него. Он не очень понимал, как выживет, если не сможет больше с ним видеться. — Ты все еще не уверен, любит ли тебя Кит? Он утопился в алкоголе после того, как узнал, что на следующей неделе ты уезжаешь. Он не переставал плакать из-за тебя даже когда отключился. Я просто рассказываю тебе то, что вижу, а выводы уж делай сам. — Бим, я не знаю. Я больше не знаю, что думать. Бим сокрушенно вздохнул. — Я тоже не знаю. Я могу во все легкие орать на вас, но, в конце концов, решение не за мной. На вас, ребята, задача решить — пустить все под откос или продолжать сражаться. А я свою часть закончил. Просто донеси его до дома, ладно?

***

— Кит, ты действительно тяжелый, — пошутил Минг дрожащим голосом. На самом деле все было совершенно наоборот. Кит на его спине казался таким легким — настолько легче, чем он помнил, что Мингу стало плохо от тревоги. Он говорил искренне, когда ранее днем просил Кита позаботиться о себе. Особенно если его рядом с Китом больше не будет. Минг замедлил шаги. Он нарочно пару раз прошел мимо квартиры Кита. Потому что ему не хотелось пока отпускать его. На самом деле, Минг вечно носил бы Кита — охотно делал бы это до тех пор, пока Кит позволял бы ему. Если бы только Кит мог просто дать ему еще один шанс. — Бим, прости меня, — внезапно пробормотал из-за спины Кит. Услышав его голос, Минг встал как вкопанный. Но поняв, что Кит принял его за Бима, расслабился. Это означало, что Кит не попытается снова сбежать от него. Крепче ухватив Кита, Минг продолжил молча идти. Секунду он решался, а затем все-таки открыл рот. — Ты все еще любишь Минга? Минг не смог остановить себя и не задать вопрос, который постоянно отравлял его мысли. Голос Кита продолжал преследовать его с тех самых пор, как он впервые услышал те губительные слова. Даже без воспоминаний слова жестоко терзали его во сне. Кит сказал, что больше не любит его. И если это так, то Минг правда не мог бороться дальше. Несколько минут молчания казались вечностью. И когда Минг подумал, что Кит уснул, он вновь услышал его голос. — Это идиотский вопрос, — Кит мягко усмехнулся. — Конечно, я люблю его. Я всегда буду любить его. В тот момент, когда Кит прошептал признание Мингу на ухо, тому захотелось одновременно смеяться и плакать. Потому что это было так удручающе трогательно. Так мучительно сладко. Прямо как сам его Кит. — Ты такой упрямый. И такой охеренно сбивающий с толку, — в конце концов сказал Минг, его голос совсем сломался из-за слез. — Но, думаю, я всегда любил даже эту часть тебя. После того, как он бережно уложил Кита в кровать, Минг склонился и нежно поцеловал того в губы. «Теперь у меня есть силы, чтобы побороться в последний раз», — прошептал Минг.