Равно

Карэн откладывает полицейские отчеты и устало потирает глаза. Откидывается на спинку дивана и делает глубокий вдох. Несколько минут она разглядывает потолок над диваном. Зрелище совершенно незахватывающее, но на большее Пэйдж просто не хватает. Сделав над собой усилие, Карэн облизывает губы и возвращается к отчетам. Ровно через две минуты отчеты летят на пол. Оседают на цветастом коврике и затихают, словно опавшие листья. Карэн запускает руки в волосы и сжимает их на затылке. Горло сковывает горький комок разочарования. Пэйдж с трудом сдерживает себя от надругательства над бумагами. Шмыгает носом и замирает, услышав шаги за дверью. В три часа ночи под ее дверью могут оказаться лишь двое. Один из них, Мэтт, улетел на другой конец штата по делу, которое они с Фогги ведут. Карэн не ждет стука в дверь. Она ее открывает. Фрэнк еле стоит на ногах. Держится за стену одной рукой. Во второй волочит рюкзак. У него ссадины по всему лицу, но свежих среди них нет. Карэн прикусывает губу. — Привет, — хрипит Касл, слабо оскалившись в улыбке. Пэйдж кивает и, опомнившись, отходит в сторону. Фрэнк, словно подбитый пес, входит в квартиру. Он несет с собой запах металла и гари. Карэн закрывает дверь. Осторожно оборачивается. Мужчина стоит к ней спиной, глядя на полицейские отчеты на полу. — Дерьмо собачье, — с презрением бросает он, кивнув на бумаги. — Там были реки крови. Гильзы валялись повсюду. Это называется бойня, а не умышленное убийство. — Ты был там? — не веря своим ушам, уточняет Карэн. — Ага, — бросает Фрэнк. — Но попал лишь на конец вечеринки. Он бросает рюкзак на пол. Раздается глухой металлический стук. — Как.? — «ты» Карэн смущенно сглатывает. Обнимает себя за плечи. Облизывает губы. — Бывало лучше, — невесело усмехается Фрэнк. Смотрит на столовую зону. Пэйдж догадывается, что он мечтает о кофе. — Я могу сварить, если хо… — неуверенно начинает она. — Не нужно, — отмахивается Фрэнк. — Спасибо. Не помешаю? — запоздало спрашивает он, обернувшись. Карэн пожимает плечами. — Увидел свет в твоих окнах и… — звучит почти как признание. Пэйдж улыбается. Фрэнк указывает на диван и, получив немое согласие, опускается на него. Растекается по мягкой поверхности и рвано выдыхает. Глаза закрыты, ресницы дрожат. Глядя на него, у Карэн разрывается сердце. Сухо сглотнув, она мечтает о стакане виски. Или обнять Фрэнка. Сжать его в своих руках так сильно, как только получится. И не отпускать. Вместо этого Карэн опускается на другой конец дивана. Складывает голову на согнутую в локте руку и смотрит на Касла. В тусклом искусственном освещении он выглядит грубым изваянием, в котором увековечили войну-внутри-человека. Пэйдж тянет к нему свободную руку, но вовремя вспоминает, кто она и кто Фрэнк Касл. Одергивает ее с рваным выдохом. Сглатывает непрошенные слезы. На щеках Фрэнка играют желваки. Он шумно вдыхает, словно принял какое-то решение и… Заваливается на бок. Медленно, словно в замедленной съемке, Карэн наблюдает, как Фрэнк Касл, Каратель, заканчивает падение на ее бедрах. Голова Фрэнка тяжелая и горячая, что Карэн забывает дышать. Фрэнк наоборот глубоко вдыхает и медленно, расслабленно выдыхает. Карэн опасливо повторяет за ним и удивляется легкости, с которой воздух проникает в ее легкие. Облизывает пересохшие в одно мгновение губы и не знает куда деть руки, куда деть мысли. Ее тело пробирает нервная дрожь. Карэн Пэйдж слишком устала, чтобы анализировать происходящее. Дрожащая бледная рука опускается на голову Фрэнка. Мужчина вздрагивает, но не делает попыток отстраниться. Карэн невесомо касается колючих черных волос. Путается пальцами в волосах на макушке. Фрэнк нерешительно трется колючей щекой о ее бедра. Карэн сглатывает ком в горле и жмурится, блокируя слезы. Внутри нее что-то оглушительно трещит, скрипит и рвется. Все, чего она хочет, это мира для Фрэнка. — So close no matter how far, — вспомнив слова, начинает она неуверенно и тихо. Храбрится и продолжает, — Couldn't be much more from the heart… — Forever trusting who we are, — поет Карэн еле слышно, сипло. Перебирает жесткие волосы на макушке Касла. — And nothing else matters… — Never opened myself this way, — робко опускает вторую руку на плечо Фрэнка. Он реагирует на прикосновение порванным вдохом. Замирает на долю секунды и… Расслабляется. — Life is ours, we live it our way… — All these words I don't just say, — ее голос срывается. Карэн берет себя в руки и заканчивает куплет, растягивая, — And nothing else matters… Фрэнк накрывает ее руку на своем плече. Его ладонь сухая, твердая от мозолей и теплая. Карэн кивает, словно соглашается с невысказанной то ли благодарностью, то ли обещанием. Ее не волнует, что Фрэнк не может видеть ее из своего положения. Хватка на ее руке слабнет. Фрэнк Касл засыпает на бедрах Карэн Пэйдж. За окном брезжит рассвет.