***
Открыв глаза, ничего не увидела из-за размытых белых пятен, похожих на блики. Пару раз моргнув, наконец смогла определить, что передо мной комната. Моя комната. Тело онемело от страха. Руки не могли дёрнуться, ноги пошевелиться. Было ощущение, что я сознательно чего-то боюсь. Будто в углу прячется монстр, который уже раскрыл себя. Кажется, я уже знала наперёд, кто или что появится в этой же комнате. На лбу появилась испарина, после чего я поняла, что не надо так себя загонять. В конце концов, я приподнялась и огляделась. Кровать, что уже успела показаться мне чужой. Фортепиано, стоящее в другом углу комнаты. Стол и множество роз, которые просто закрывали его полностью своими бутонами. Почему-то эти цветы нагоняли страх. Совсем позабыв о своём главном вопросе, я испугалась, придя в себя. Что я здесь делаю? Где Техён? Я отчётливо помню, что засыпала в том доме. Вскочив, подошла к зеркалу. Мои волосы заплетены в косу, а на теле тёплый белый свитер и штаны. Но ещё больше я испугалась, когда поняла, что дверь заперта, а окна не поддаются открытию. Неужели ловушка? Однозначно сюда меня принёс Квентин, который уже успел сойти сума. Я вздохнула и продолжала нажимать на ручку двери. Мои плечи сжимало от страха, а руки сводило. Я не хочу видеть его. Не хочу, чтобы то, что было раньше, оказалось сном. Полчаса я просидела у двери и смотрела на неё, пиная ногой. В животе пустота, которая отбила чувство голода из-за страха. Я безумно боялась, что же будет дальше. Розы были признаком того, что мой друг потерял всякую надежду. Ведь это ненормально — покупать столько много цветов, попросту высушивая их без воды. Они просто вяли на большом столе, осыпая засохшими листьями пол. Вдруг замок издаёт щелчок, а ручка поворачивается. Я вскакиваю и отступаю достаточно далеко, смотрю на вошедшего. Это Квентин. После щелчка замка, звук словно пропал, наступило напрягающее молчание. Он смотрел в мои глаза, а я в его. — Розэ, — передо мной показалась белая макушка Квентина, он ахнул и подлетел ко мне, крепко обнимая. — Розэ, — он словно бредил, сжимая меня в тисках объятий. Я старалась оттолкнуть его, но он всё повторял мое имя. — Розэ, дорогая, я так скучал, — парень отстранился и посмотрел в мои глаза. — Я так скучал. Прошептал и снова заключил меня в объятия. Если он так скучал, то я правда ему дорога? Но почему я не хочу его видеть? Глубоко в душе я держу на него обиду, горькую обиду за то, что он меня подставил, а возможно даже специально отослал в тот «концлагерь». Собрав все силы, я оттолкнула его, на что парень удивлённо посмотрел на меня. Это сумасшедшее лицо всё больше во мне вызывало желание убежать из этого дома. — Почему ты такая грубая? Не рада меня видеть? — он сделал маленький шажок мне навстречу. Его ладони уже тянулись к моим плечам, чтобы утешить, как я резко ими дернула. — Что с тобой? — Скажи мне честно, — я глубоко вздохнула, перебирая в голове запомнившиеся фрагменты недавних событий. — Не было же никакого плана? Ты просто снова сбредил. Его глаза загорелись. Вместо удивлённой физиономии его лицо озарило равнодушие и даже какая-то агрессия. Я всегда знала, что Квен не такой, ему нужна вера во что-то или мечта. Но вместо стоящей цели он решил, что посвятит всю жизнь постоянному риску. Я, как истинная подруга, поддерживала его, но, оказывается, подсознательно он сам стал вампиром. Нет, даже одержимым. — Я, кажется, понял, к чему ты клонишь, — он сглотнул и отвёл растерянный взгляд в сторону. — Я… Я не мог по-другому. Ты же знаешь — я хочу поймать этих тварей, истребить, но перед этим узнать их тайны. Понимаешь? — глазами полными надежды он посмотрел на меня, ожидая, что я снова буду к нему так же добра, как и раньше. — Ты переиграл в войнушки, Квен! — не выдержав, я сама шагнула ему навстречу и резко сжала губы. — Проснись. Ты знаешь, что это безумие? Они сильны, они… Они, в конце концов, неживые! По всему свету их гораздо больше, чем ты думаешь. Да даже если ты просто постараешься что-нибудь им сделать — тебя убьют, — я ходила кругами около Квентина и пыталась ему донести реальный исход всей ситуации, но он просто делал вид, что слушает меня. — Если ты так хочешь узнать, как мои успехи, то я уже успел убить несколько таких тварей. — Что? Я замерла. Мои пальцы похолодели, а дыхание стало слишком прерывистым. Кажется, я побледнела. Но, скорее всего, не от страха, а от ужаса. Блондин, что так сильно любил смотреть ужастики, сам стал создателем одного кошмара. Да, вампиры не люди, они не живут, не чувствуют ничего. Но сам факт, что он уже сделал успехи в своей ненормальной мечте, заставляет покрыться мурашками. Оказывается, он — причина агрессии всех вампиров, но в то же время и угроза. В кого он превратился? Парень стал приближаться ко мне, но я не сдвинулась с места, лишь обреченно вздохнула, смотря в окно на дневной свет.***
Пару минут, и Техён уже в кабинете директора. Он всеми силами сдерживает свою злость и агрессию, чтобы не разнести ничего. Парень лишь смотрел в одну точку, представляя, как выпивает кровь того, кто забрал Розэ. Внезапно в кабинете появляется Мартин, который не может сдержать ухмылку. Его эксперимент провалился. Техен тоже имеет слабости, и как он понял — это та самая «особенная» девушка. — Нам очень приятно, что ты обратился за помощью к нам, — Мартин поправил воротник длинного чёрного пальто и снова хмыкнул, показывая всем присутствующим свои клыки. Он никогда не вызывал у блондина доверия. Мутная личность, буквально появившаяся из неоткуда. Странно, и как директор до сих пор позволяет ему принимать глобальные решения. — Интересно, и зачем же ты к нам обратился? Техён уже хотел просто плюнуть ему в лицо и, психанув, самостоятельно истребить пол города, дабы найти девушку. Но он лишь сощурил глаза, постарался игнорировать слова провокатора и обратился к директору. — Мне нужен ещё кто-нибудь из сильных вампиров, чтобы… — Внезапно его перебил Мартин. — Собственно, зачем? Одним вампиром меньше, одним вампиром больше, — Техён всё сильнее сжал кулаки, а директор возмущённо посмотрел на напарника. — В наших планах было включено пару потерь, — Мартин сел на диванчик и, положив голову на кулак, стал наблюдать за блондином. — Прости, Техён, но мы не должны рисковать кем-то. Раз команда из разведки не вернулась в полноценном составе, то мы пока заляжем на дно, — чёрт, похоже и директор на стороне подозрительного Мартина. На эти слова Техён рявкнул и быстро вышел из кабинета…***
— Чонгук! — блондин стучал кулаками по двери комнаты парня. Никто не открывал, но он точно знал, что брюнет точно там. — Открывай, — он ударил ногой по двери и, наконец, отошёл, прислонившись спиной к прохладной стене. — Чтоб тебя, — казалось бы, можно просто пальцем выбить не только дверь, но и окна, а Техён вежливо постучался в дверь. Вдруг раздался щелчок и дверь открылась. Чонгук с полотенцем на бёдрах встал в дверном косяке и уставился на поцарапанную деревяшку. Видимо, Чон мылся и не слышал гостя. — Ты дурак? Ты петлю выбил, — парень наклонился, придерживая полотенце, и стал осматривать покосившиеся железки. — Дверь была открыта, мог войти, — Чонгук сухо кинул посетителю и вошёл обратно. Он взял ещё одно полотенце и стал вытирать мокрые волосы. Видимо, ему совсем по барабану, что Техён сейчас все петли сорвёт с корнями. — Одевайся, — блондин стал рыться в ящике Чонгука и кидать в того нижнее белье, а потом и одежду. — Ты что творишь? Совсем обнаглел? — брюнет рявкнул и грозно уставился на гостя. — Проваливай, — Чонгук кинул полотенце на кровать и поставил руки на бока, кивая в сторону двери. — Мы не в том положении, чтобы враждовать. Одевайся! — Техён по шкале злости не уступал хозяину комнаты. Он готов был порвать всю его одежду, лишь бы уже пошёл с ним. — Я не желаю никуда с тобой идти, — Чонгук подошёл к блондину и взял его за воротник рубашки. Показались мускулы, а на шее выступили вены. Они сейчас перебьют друг друга. — Розэ похитили, — резко отрезал Техён, который был прижат к стене. Глаза Чонгука расширились, а хватка рук ослабла. Он с недоверием посмотрел на гостя, но когда увидел в его глазах капельку отчаяния, то сразу же отстранился и сел на кровать. — Только окажись это неправдой, я тебя точно убью, — брюнет вскочил после минуты раздумья и стал в спешке одеваться. — Поверь, я бы сам хотел, чтобы это была шутка…