Dodger DxD

  — Ай-ай-ай, сколько время? — спрашивает Сэнд, кое-как сползая с кровати. — Шесть часов дня, хозяин, — проговаривает довольная птица. — А бал во сколько? — Вы собираетесь пойти? — Чё ты мне вопросом на вопрос отвечаешь? — Просто бал начался час назад. Мужик кое-как вылавливает со столика картонную бумажку, украшенную демонской печатью. Действительно, мероприятие началось час назад. — Чё ж мне так херово… — с отдышкой проговаривает антагонист, вставая. «Херово» — не совсем точно. Блондин ощущает себя «пустым», будто вся сила, которая в нём была раньше, просто иссякла. Поиграв пальчиками, маг неожиданно удостоверяется, что в нём всё ещё есть магия. Пустая пачка из-под чипсов превращается в обычный песок. «Как-то… странно», — думает блондин, не ощущая мельчайших признаков усталости после применения древней магии. Блондин осматривает себя. Те же шрамы, те же родинки, те же пятна. Вот только… «Регенерация?» — немного удивляется антагонист, не обнаруживая у себя на животе вчерашнего ожога. Рэйвел жарила на совесть, поэтому пропасть за день он точно не мог. Изувеченный не мог объяснить своих чувств. Вроде бы что-то есть. А вроде бы — пустота. Плюнув на всё это дело, колдун надевает свою песчаную куртку. Послав орла на общую разведку, он выходит из помещения. Приставив дверь ко входу, антагонист спускается по лестнице. Ступеньки. Ещё десяток. Стальная дверь, пахнущая собачьей мочой, медленно открывается под натиском бывшего культиста. «Надеюсь, меня не обвинят в безвкусности», — мысленно усмехается антагонист, светя голым торсом. Штаны да расстёгнутая куртка — отличный набор для серьёзных мероприятий. Антагонист действует по плану. Сейчас нужно первым делом проверить силы. Если его кто-то заподозрит в излишней магической силе — значит, план удался. На ком проверять? Да хоть на проходящих мимо людях. Вот только Сэнд пока не хочет поднимать шум. Он всё ещё не уверен, что силы выкачаны. Начнёт без всякой уверенности буянить на улицах — его могут пристрелить. Да и заниматься бессмысленными убийствами — не в его стиле. Скука, так редко навещавшая его, внезапно решила обрадовать антагониста своим визитом. Шагать хотелось всё меньше и меньше… «Это не хорошо», — думает мужчина, зевая. Мысли о завтраке пришли сами по себе. Вот только денег, как всегда, не было. Но и зарабатывать их Сэнд не планировал — ведь, по идее, у него должна быть такая сила, которой никакие деньги не смогут быть помехой. Игги мысленно передаёт, что в огромном особняке, в котором проходил бал, на данный момент всё в порядке. Официальная часть только-только закончилась и люди, немного заждавшись, уже во всю распивают спиртные напитки. «Пожрать нахаляву не успею», — думает песчаный, сквозь лень прибавляя шаг. Разумеется, у антагониста был план Б. Если по какому-то непонятному стечению обстоятельств его попытаются убить на балу — он просто телепортируется к орлу. Однако заклинание настолько затратное, что за его воспроизведение придётся платить кровью. «Мне бы овладеть демонской магией», — всё ещё раздумывает блондин, вспоминая, как маги этого мира могут беспрепятственно и без лишней суеты телепортироваться. Помимо прочих мелочей, одна из загадок, о которой нужно задуматься антагонисту: а что, собственно говоря, с Рэйвел? «Надеюсь, она не восприняла мои слова близко к сердцу. Хотя нет, она меня чуть не убила. Ох… нужно как можно быстрее заводить себе гарем. А то так и совсем зачерстветь можно…» Сэнд чует в паре десятков метрах от себя демонскую душу. Даже не одну. Несколько. «Хе-хе, Гремори», — узнаёт компашку блондин, держась на расстоянии. — «С каких пор у меня нюх на демонов?» Колдун на полном серьёзе пытается выявить в себе причины какого-то «непонятного» самочувствия. Регенерация, чуйка на магию, древняя магия без побочных эффектов — это всё было для него в новинку. Осталось только разобраться, как «сильно» он поднялся по «магической» лестнице. Впрочем, попытки оказываются тщётными. «Пустота», — думает маг, начиная немного нервничать. Когда что-то идёт не плану — он начинает волноваться. И, стоит заметить, волнения оказывают на него сильнейшее воздействие. Ноги начинают трястись, мысли перемешиваются в голове, язык заплетается. Но пока что этих симптомов не наблюдается. Пока что. «Держи себя в руках, тряпка», — думает Сэнд, следуя за командой Гремори. Постепенно он сокращает расстояние, надеясь, что его энергию кто-нибудь учует. Десять метров. Девять. Восемь. Никакой реакции. К нему даже никто не оборачивается. «Плохо», — думает маг. Пять. Четыре. Он уже слышит их разговор: — Президент, зачем нам ходить на этот дурацкий бал? — спрашивает извращенец в смокинге. — Потому что мой брат дал мне приглашения, — отвечает Риас в красном платье. — Может, познакомимся с кем-нибудь интересным, — проговаривает Акено, поправляя локоны. — Познакомимся?! Зачем? — неудовлетворенно восклицает Иссей. Три. Сэнд останавливается, ибо обгонять их не имеет смысла. Нулевая реакция. Будто его и не существует. «Я же не мог отдать им…» — думает он, опять превращая всякий мусор в песок. Колдун подходит к только что превращённому минералу. Чистый. Жёлтый. Впрочем, каким и должен быть. «Не могу понять», — задумывается антагонист, медленно продолжая движение. Короткие переговоры с Игги не дают результатов: «Всё чисто, господин». Мысли разнятся, говоря Сэнду делать совершенно глупые вещи. «Всё хорошо, всё хорошо…» — судорожно думает мужчина, боясь за свои силы. Ещё никогда ему не было так страшно. Даже тогда, когда к нему почти вплотную подошёл Странник. Стать обычным человеком — это будет похуже смерти. «Но ведь я всё ещё могу колдовать», — идёт в правильном направлении блондин. Неудачный шаг опрокидывает антагониста на почти безлюдный тротуар. Не обращая внимание на отсутствие боли, Сэнд пытается подавить судороги в ногах. Опираясь о стену старого здания, блондин решает, что в таком «непонятном» состоянии ему не стоит переться на бал. «Хотя какая теперь разница?» Если силы из Глав не удалось выкачать, то дальше всё становится в тупик. Второго шанса ему, естественно, никто не даст. Единственный способ становиться сильнее — приносить в жертву чужую кровь, намного могущественнее, чем кровь самого мага. Всё было бы очень просто, вот только жертва должна оставаться живой по крайней мере два дня. Похищать демонов? Сэнд не имеет большого опыта в сдерживающей магии. Его специализация — превращения. Любой мало-мальский опытный демон сделает из него курицу гриль. «Похер. Откинусь — значит, так хотят пески». Почти уверенными шагами песчаный маг направляется к концу своего плана: к особняку Сазекса, где будет происходить первое мирное мероприятие с участием всех трёх фракций. Сливки общества соберутся в одном месте, чтобы обсудить будущие бизнес-планы. «Вижу вас», — говорит Игги в голове. Сэнд поднимает взгляд. На одинокой ветке сидит орёл, покусывая какие-то огрызки. Сэнд делает последний шаги по еле тёплому тротуару. Земля. Тёплая. Пара метров. Каменные ступеньки. — Это закрытая территория, — предупреждает охранник, отлепляясь от стены. — Поздравляю, — проговаривает антагонист, подавая демону приглашение. — Госпожа Рейвел уже в здании, — отдалённо говорит демон, читая бумажку. — Проходите. Огромная прихожая. Десятки слуг. Кто-то сразу же подбегает к антагонисту, чтобы помочь ему снять верхнюю одежду. — Не стоит, — смеётся Сэнд, отмахиваясь от назойливой мухи. Откуда-то справа несёт сигаретным дымом. Дверь ведёт, видимо, в курительную комнату. Туда блондину идти не нужно. Впереди большие двери. Кажется, именно там и происходит всё основное действо. Маг, кое-как собираясь с мыслями, почти уверенно шагает к красным дверям. — О, ты случайно не Сэнд? — восклицает кто-то слева. Антагонист останавливается, поворачивая голову. Иссей. Этого мальчишку знает каждый пятый демон. Уникальный Святой Механизм позволяет дурачку многократно увеличивать свою силу. К несчастью, колдун точно знает, что такая «современная» магия конфликтует с его «древней». — Да, — утвердительно кивает мужчина, обнаруживая весь клан Гремори в сборе. И как он их сразу не приметил? — Человек, умеющий превращать предметы в песок? — лениво проговаривает красноволосая, прихорашиваясь около большого зеркала. — Что-то в последнее время у нас стало очень много «необычных» людей. — Странник, по твоему мнению, «необычен»? — интересуется Сэнд, сразу переходя на «ты». — «Необычен»? — удивляется Риас. — Ну, судя по тому, что он сделал для нас за все эти дни — да, он не самый обычный человек. Но я бы не хотела говорить о нём. — Почему же? — «Незачем ворошить прошлое», — сказал он мне однажды. Группа вместе с магом входят в основное помещение. Антагонисту пора раскрывать карты, но перед этим стоит воспользоваться случаем: — Гремори, как поживает твой брат? — Приболел, — отвечает Риас, уходя куда-то в сторону еды. «Сатана. Приболел». — улыбается антагонист, понимая, что всё намного лучше, чем он думает. Бывший слуга не знает, что ему делать. Он мог бы щёлкнуть пальцами, чтобы превратить всё здание вместе с людьми в песок. План сработал. Только энергия перешла в Сэнда не в первозданном виде, а в преображённом. Это объясняет его неспособность владеть чем-либо, кроме древней, «пустынной» магией. Что ж, остаётся только дальше идти по плану. Мужчина уже приметил среди всего этого сброда интересующих его личностей. Нет, он не собирается наводить романтику. Ему нужна лишь: «Книга Мёртвых. Игги, принеси её мне». Орёл отправляется в путь. Минут десять-пятнадцать — и антагонист найдёт в этом магическом альманахе нужное заклинание. «Я смогу колдовать то, о чём мог только мечтать. Даже то, что не мог себе позволить верховный мастер, а именно…»

Божественное вознесение

Когда человек, принеся в жертву сотню людей, сможет раствориться в тканях реальности, приобретая, грубо говоря, способность находиться везде, и одновременно нигде. Управлять миром, словно ты его создатель. Примерно так же существовали древние Боги, однако их было несколько. Возникали конфликты. В итоге — всё забыто в песках времени. Антагонист медленно забывается, позволяя силе себя поглотить. Мало кто может сохранить лицо, когда чувствует себя почти что всемогущим. — Так вот что это такое… — самому себе говорит колдун, не переставая ощущать полную пустоту в теле. Нет, это оказывается не пустота. Это «безразличие». Когда энергия переходит определённый порог — жажда большей силы перерастает в пофигизм. Обычные жизненные цели стираются, открывая двери особенным желаниям, неподвластным обычным смертным. Подавив нужду в злобном смехе, антагонист уверенно подходит к банкетному столу. Разные яства, алкоголь, мясо, овощи, фрукты. Напротив стоит Риас и пьёт какую-то бурду. Она ему и нужна. — Насколько силён этот «Доджер»? — спрашивает Сэнд. Он никогда точно не мог обозначить границы его сил. Гремори направляет на мужчину свой раздражённый взгляд: — Этот вопрос мне задают слишком часто. И я уже, если честно, устаю на них одинаково отвечать: «Не знаю». — Да ладно, обычный паренёк, умеющий управлять временем… — проговаривает изувеченный, кидая в рот виноградинку. Красноволосая ставит недопитый бокал на стол. — Я не говорила… — А я говорю, — прерывает её антагонист. Риас настораживается. Сэнд играет в опасную игру. Правда, «опасную» не для него. — Ты его знаешь? — Наблюдал. — И чего ты от меня хочешь? — Да так, ничего особенного. Просто хочу задать вопрос: если бы кто-то хотел разорвать на куски, он бы пришёл тебя спасать? Гремори устаёт терпеть этот странный диалог. Перед лицом Сэнда оказывается огненный шар больших размеров. — Отвали. Ещё раз увижу тебя — оставлю без головы, — проговаривает Риас, растворяя шар в кулаке. Через секунду она уходит к своим друзьям, куда-то в сторону гостевых столиков. Улыбаясь, антагонист крутится вокруг себя, совершенно не чувствуя опасности. Даже жар от магии Гремори не заставляет его содрогнуться. «Исключительное могущество», — думает пустынный маг, откусывая кусок яблока. Не имея больше терпения, мужчина выбегает на улицу, ища в чистом небе грубую чёрную точку. «Бросай», — приказывает хозяин. «Слушаюсь», — подчиняется орёл. Книга прилетает прямо в руки антагонисту. Быстро листая странички, блондин пытается найти среди них раздел с особо затратными заклинаниями. «Это будет интересно», — думает он, мысленно читая мёртвые текста. Мужчина не содрогнулся, когда из-под земли начал появляться огромных размеров титан. Земляная махина размером с три особняка медленно вылезает из глубоких недр планеты. Антагонист мысленно прочитывает заклинание в обратном порядке. Титан рассыпается в прах. Охранник, всё это время стоящий на входе, очень сильно удивляется. Сэнд легонько дёргает пальцем. Демон превращается в неживую статую. Страшное зрелище, жаль, что это никто не видит. Блондин, входя в здание, параллельно читает книгу. Знания. Много знаний. Пять новых заклинаний. Десять. Пятнадцать. Арифметическая прогрессия медленно перерастает в геометрическую. Повсюду самовлюблённые существа, которые даже не посмотрят на странного мужчину, читающего в центре зала. Хотя, конечно, есть исключение… — Что ты делаешь? — спрашивает Рейвел, подходя к мужчине. — Читаю, — отдалённо проговаривает собеседник. — Это… — интересуется она, вопросительно глядя на текст. — Мёртвый язык. — Мёртвый? Я думала, что его забыли ещё несколько тысячелетий назад. — Да я так, по картинкам прохожусь, — улыбается антагонист. — Ну так что, — скрещивает руки Феникс, — ты всё ещё не хочешь знакомиться с родителями? Сэнд весело вздыхает, отрывая взгляд от книги. — Рэйвел, почему мы не можем трахаться без твоих родителей? — издевается мужчина, готовясь к последствиям. Такого ответа она, естественно, не ожидала. Но и Сэнд немного прогадал: вместо яростной пощёчины на глазах девушки выступили слёзы. — Почему ты… такой? — спрашивает она, не трогаясь с места. — Всё это уже не важно, — говорит маг, — вторник. — Вторник? — Вторник. Я буду ебать тебя по вторникам, — навеселе проговаривает колдун, уходя в сторону гостевых столиков. Рейвел остаётся одна. Иногда всхлипывая, она медленными шажками отправляется в женский туалет. Тридцать четыре круглых стола, каждый из которых оборудован магической системой «шумоподавления». Здесь сливки общества могут наедине обсудить свои самые сокровенные дела. Пока что блондин не мешает им. Он хочет найти среди толпы одну очень интересную личность… — Ева Хейвен, если не ошибаюсь, — с улыбкой на лице проговаривает мужчина. Бывшая телохранительница Доджа была отправлена Богом охранять особо важное лицо, посланное для налаживания торговли между демонами и ангелами. Тихо стоя в тёмном углу, она наблюдала за всеми подозрительными личностями в помещении. И, когда к ней подошёл какого-то бомжеватого вида человек, она невольно фыркнула. — Отойди, пьяница, — говорит девушка, не обращая внимание на то, что незнакомец знает её имя. — Ну и каково это? Влюбиться в того, кто ушёл через пару дней? Ева осознанным взглядом смотрит на мужчину. Катана сама собой появляется в руках. — Люблю дерзких. Очень люблю. До понедельника, крошка, — смеётся антагонист, сливаясь с толпой. Ангел, осматриваясь, готовится в любой момент отразить удар. «Хочу троих. Да, троих», — думает немного обезумевший колдун, находя среди толпы падшую. — Приходи в среду, — улыбается антагонист, смотря высокой девушке прямо в глаза. Сэнд, закрывая книгу, выходит из помещения на улицу. Щелчок. Всё здание превращается в песок. Возведя под собой большую колонну, антагонист поднимается на уровень птичьего полёта. — Что за бред, — первым, кто выбирается из-под песка — Райзер Феникс. Через пару секунд, общими усилиями, сыпучий материал был превращён в надоедливое воспоминание. Люди с ненавистью наблюдают за водрузившимся над ними колдуном. — Недорогие мои друзья! Я могу вас поздравить! Большинство из вас будут безболезненно принесены в жертву! Никто не стал церемониться с придурком. В антагониста полетела около сотни разных снарядов. Не помогло. Даже мощнейшие заклинания превратились в жёлтые песчинки. — Попрошу определённых лиц встать на специально обозначенные мной позиции! Огромная звезда вырисовывается на лежащем песке. Сто углов — ровно для сотни людей. — Ну раз уж вы не хотите, — улыбается антагонист, взмахом ладони превращая гостей в живые статуи. Медленно скользя по песку, они расходятся на свои позиции. В стороне собирается кучка «особенных» гостей: Сэнд решает не приносить в жертву Рейвел, Риас, Еву и ту самую высокую падшую. «Отличный гарем», — мысленно усмехается блондин, читая заклинание. Тридцать секунд. Конструкция загорается ярким, желтым светом. Сэнд спрыгивает с колонны прямо в центр звезды…

***

— Обожаю свою работу, — проговаривает Доджер, попивая почти точно воспроизведённый Мейзер. — Какая-то глупая концовка, — вздыхает Кай, опираясь о спинку кресла. — Да. Нужно было вырезать половину населения, — усмехается Эв. Нейта во дворце не было. Видимо, какие-то дела. Ловкач поднимается с дивана, поправляя свою именную кепку. — Зачем тебе это? — спрашивает Добряк, указывая на головной убор. — Прикольно, разве нет? — вопросом на вопрос отвечает Четвёртый. — Он просто тебе завидует, — говорит Эвил. Допивая свой напиток, Доджер подходит к стеллажам с книгами. На средней полке, прямо перед глазами, красуются четыре книги. — «Дефендер Ориджинал», «Доджер Ди Икс Ди», два тома, «Карты, битсы, два ствола», — бубнит протагонист, — и ты всё это вручную написал? — Из всего этого только твоя история закончена, — отвечает ему Кай, — и то, я сейчас занимаюсь полировкой третьего тома. — Меня волнует только один вопрос — нахрена? — Ты же знаешь, что помнить абсолютно всё — почти невозможно. Потом мы как-нибудь соберёмся вместе и вспомним прошлое… — Я слишком аморален, чтобы заниматься таким дерьмом, — смеётся Додж, прыгая на диван. — Тоже самое. Крови не хватает. Жести, — шепчет Второй. В мыслях Ловкача проскакивают множество знакомых лиц. Он больше их не увидит. Гремори, Иссей, Киба, Конеко, Акено, Сазекс, Феникс. Демоны исчезли из его жизни так же неожиданно, как и появились. Немногочисленные ангелы, которых он знал, запомнились необычайным дружелюбием. Падшие? Странные существа. Влезают только тогда, когда знают, что победят. Поэтому их было на памяти Доджа так мало… Как бы это не было смешно, но Ловкач не мог вспомнить хорошего противника. Все они были… какими-то обычными. Обошлось без хитростей. Основной враг, которого он смог победить — это он сам. «Хе-хе, было бы смешно, если бы после моего ухода какой-нибудь полудурок сможет захватить власть во всей Японии», — думает протагонист, движимый интуицией. Но повода возвращаться не было. И Додж бы всё равно не вернулся. Хватит с него приключений. «Что дальше?» — думает он, допивая напиток. Его время ещё не ушло. И, хоть он это ни с кем не обсуждал, скорее всего никогда не уйдёт. — Эй, получается, что я не «Четвёртый?» — спрашивает Ловкач. — С чего ты взял? — интересуется Кай. — Был же промежуточный, между мной и тобой. — А, ты его ещё «Старым Доджем» называешь, понял. Не считай его за «Натуру». Неудачное слияние зла и добра. В итоге у парнишки получился самый короткий срок выживания. — Дефектный? — улыбается протагонист. — Скорее, ему просто не повезло. «Не повезло», — заостряет внимание Ловкач. Удача. Что это такое? Жизнь — непрерывный поток рандомных чисел, управлять которым может только самый быстрый. Вероятность — это ложь. Есть либо «Да», либо «Нет». «Такое дурацкое ощущение, будто кто-то хочет затеять на моём любимом диване оргию», — почему-то думает Ловкач, принимая сидячее положение. Что-то тихо скрипит в заднем кармане. «Зарядка для J-Phone?» — удивляется протагонист. — «Чёрт, её нужно бы…»

***

— Вернуть, — вслух проговаривает Четвёртый, видя вместо Диктора полураздетого мужчину. Рядом, одурманенные, расположились голые девушки. Знакомые девушки. Сэнд, возомнив себя королём небес, решил переехать на Небеса. Сместив полудохлого Бога на землю, он устроил себе этакий «бордель». — [Неловкое молчание] — молчит антагонист, впрочем, нисколько не боясь за свою шкуру. Додж, почесав голову, говорит: — А я то думаю, чё у меня такие пошлые мысли в голове… — Чего тебе надо? — перебивает его Сэнд, застёгивая ширинку. Ловкач всматривается в собеседника. Голос показался знакомым. — Так вот кто со мной «телепатически» общался. Умно, однако. Слушай, я, конечно, извиняюсь, но хуле ты, так сказать, тут забыл? Пустынный маг медленно возвращается в суровую реальность. Безразличие ко всему происходящему медленно затупляется, открывая антагонисту глаза. — Новый герой. Вместо тебя, — отвечает блондин. — Я буду краток… — А я буду ещё короче, — в очередной раз перебивает антагонист, решая добиться победы мирным путём. — Тебя здесь быть не должно. Ты ушёл — и вернуться не должен был. Додж, ухмыляясь, начинает: — Философ, huh? Знаешь, меня брат недавно познакомил с книжками. Не обычными. Их ещё называют «фанатскими». Так вот, их смысл в том, чтобы привносить в жанр разнообразие. А теперь попробуй абстрагироваться от всех своих идиотских предположений и сказать мне:

Чем ты, сука, отличаешься от сотни других таких же подонков, с гаремом и суперсилами?

— Я наблюдал, — продолжает Додж, — я строил свою историю. Мир наполнился второстепенными персонажами, сюжет пошёл совершенно по иному пути. Я, грубо говоря, был доволен. А теперь ты, козёл, пришёл и сломал мои наработки за пару часов. Как ты думаешь, это справедливо? Сэнд осторожно подбирает слова, дабы не оказаться в гробу. Драка — на самый крайний случай. Антагонист не знает, насколько силён противник, однако биться с, грубо говоря, человеком, который высосал силы из Бога, Сатаны и Лидера Падших — как минимум глупо. Правда, так думает только блондин. — И что? Что дальше? Прихлопнешь меня, как муху? Да, я один из уродов, который просто хочет сил и молодых девчонок! Чем же я, мать твою, хуже тебя? Чем? Тем, что я не апатичен? Тем, что я не асексуален? Ты живёшь мнимыми идеалами, Доджер. Убивать меня только из-за того, что я делаю зло — глупо. Доджер поворачивает голову немного левее. На лёгком облаке расположилась четвёрка девушек. — Хм-м, — хмыкает Ловкач, задумчиво опуская взгляд. Сэнд чует спасение. Сомнения охватили Доджа. — Неприятно, когда тебя ебут без твоего осознанного желания, — проговаривает Четвёртый, головой кивая в сторону девушек. — А ты, видимо, перешёл на сторону добра? — с улыбкой говорит антагонист, понимая, что этим предложением он попадёт точно в сердце. — Помнишь предыдущего Бога? Которого ты преспокойно отправил в могилу? Додж громко вздыхает, проговаривая: — Ты думаешь, что мной движут какие-то правила. Может, законы, или, на крайний случай, кодекс. К твоему удивлению, мои поступки никак не объясняются. Я делаю то, что хочу. В жопу приличие, нахер манеры. Если мне хочется тебя грохнуть — я это сделаю. И мне не будет нужно не перед кем оправдываться, ибо я — сам себе судья. Я провёл здесь добрую часть своей жизни, а ты решил этот уголок превратить в какую-то хуйню. Ты хочешь выебать моих друзей — я тебя сам выебу. Просто, сука, возьму — и отправлю к праотцам. Без оправданий. Без истерик. А потом, чтобы никто не обижался, верну всё так, как и было. Только тебя там уже не будет. Сэнд напрягается, застёгивая куртку наполовину. — Что бы ты не делал дальше, помни, что я — обычный человек. Я родился. Учился, дрался, выживал. Я прошёл очень долгий путь. И в конце, словно специально, подсовывают тебя. Что-то невероятное. Что-то непонятное. Такого «правильного», такого «нейтрального». Всё это пустые слова, Доджер. Ты изменил слишком много чужих судеб. А как много дерьма ты расхлёбывал после этого… а теперь, пожалуйста, подумай: действительно ли ты хочешь изменить историю ещё один раз? Кем ты себя, блять, возомнил? Богом? Королём? Эти люди для тебя важны? Да хер там, ты просто считаешь, что почему-то обязан их защищать. В очередной раз изменишь чью-то судьбу, а в итоге — целое будущее? Если да, то задумайся:

Чем ты отличаешься от меня?