Немного снега, немного любви

Утром её разбудила Джейн. — Я так и не дождалась тебя вчера, — сказала она почти без укора, с какой-то непонятной Дарси грустью. — Всё равно порадовать нечем, нет никакого Тора на плёнке. — Я знала. Дарси вопросительно взглянула на неё. Джейн будто не с той ноги встала: вместо кипучей деятельности (никакие болезни обычно не были помехой) — тихая меланхолия. Какое-то время Фостер молча сидела на кровати, облокотившись на спинку и подперев лицо рукой. Дарси терпеливо дожидалась ответа. — Когда Тор рядом, я это чувствую, ведь мы предназначены друг другу, — наконец терпение было вознаграждено. — Фраза из дешёвой мелодрамы, глупо, но так и есть. Нас соединяет что-то необъяснимое, и если Тор неподалёку, то всё у меня внутри замирает. Всё предстаёт в другом свете. Если бы он действительно оказался здесь, я бы ощутила это сразу. Так что… Кого я обманываю… Вид у неё был подавленный. Поборов острое желание съязвить — с какого перепуга они вообще потащились в Карелию, раз внутренние радары Джейн должны были предупредить, что никаким Тором тут и не пахнет! — Дарси подсела к ней и ободряюще пихнула в плечо. — Может, твоё шестое чувство в отпуске, и наш асгардский Брэд Питт всё-таки шляется по лесу. — Нет, его здесь нет, — Фостер покачала головой, а потом недовольно поморщилась. — И он вовсе не похож на Брэда Питта! — Эй, но раз уж мы приехали… — Дарси не собиралась просто так отступать. Деятельный астрофизик — порой просто невыносимо, но унылый астрофизик — ещё хуже. — Раз уж мы приехали, — подхватила Джейн, — надо удостовериться, ты права. Как раз хотела обсудить важную новость. Вчера вечером, пока тебя не было, я получила сообщение от коллег из Петрозаводского университета. Я переписывалась с ними по поводу того загадочного природного явления, и они сообщили, что обнаружили кое-что любопытное, поэтому мы договорились о встрече. У Дарси глаза полезли на лоб. — Только не говори, что собираешься тащиться обратно в Петрозаводск. — Именно так я и поступлю. А тебя прошу остаться, мало ли, вдруг всё-таки… Фостер запнулась и закусила губу. На щеках проступил болезненный румянец. — У тебя не все дома, Джейн. Для начала хотя бы надо выздороветь. — Температуры уже нет, я в порядке. Дарси всплеснула руками. Из них двоих именно её считали наивной, отчасти инфантильной девчушкой, которая далеко не всегда мыслит трезво и поступает разумно, но видит бог — или видят боги, коль скоро в Асгарде их целая куча, — порой Джейн давала ей ого-го какую фору. И бесполезно было втолковывать, что здоровье нужно беречь. Наверное, это такой особый тип людей — учёные, они не видят ничего, кроме своей цели, и собственное самочувствие волнует их в последнюю очередь. А если представляется возможность пренебречь болезнью, то они прилагают все усилия, чтобы именно так и поступить. Ещё немного — и Джейн услышала бы парочку-другую возмущённых тирад, но раздался стук, и они синхронно подскочили на кровати. Прежде чем Дарси успела ответить, дверь открылась, и показался сияющий Эдгар в шапке и меховой жилетке, явно готовый к новым свершениям. — А вот и я, — выступил он в роли капитана Очевидность. — Надеюсь, вы тут без меня не прозябали, дамы. Джейн натянула одеяло повыше и неловко улыбнулась. Дарси же совершенно не смутило то, что на ней надета дурацкая розовая пижама-хрюшка. В буквальном смысле слова: манжеты были оформлены как копытца, к капюшону приделаны ушки, а сзади имелся хвостик-завитушка. Если не хочешь наткнуться на подобное зрелище — нечего вламываться с утра пораньше, считала Дарси, и её скептическая ухмылка говорила сама за себя. Жаль, что Эдгар чувством такта не отличался и ничуть не стушевался, увидев их не при параде. — Теперь вы сможете освоить снегоходы, они вас заждались, — он подпёр руками бока, став похожим на статую «больной на голову энтузиаст в мехах», если бы таковая существовала. Дарси едва не взвыла в полный голос, но внезапно Фостер взяла инициативу на себя. — Боюсь, придётся отложить это чудесное развлечение, — вежливо, но твёрдо сказала она. — У нас изменились планы. На лице Эдгара отразилось искреннее изумление, будто только конченые идиоты могли отказаться от поездки на снегоходах. — Мне написала давняя подруга, она сейчас в Петрозаводске, а я и не знала, — продолжила Джейн, сочиняя на ходу. — Мы сто лет не виделись, и я собираюсь съездить к ней. После небольшой паузы Эдгар расплылся в улыбке. — Замечательно, когда выдвигаемся? — Я не… Простите? Не удержавшись, Дарси прыснула, давясь смехом. Бедняга Джейн: сама подписала себе приговор, ведь Эдгару только дай понять, что нужно куда-то ехать, как он тут же кинется за руль машины. Хотя, может, оно и к лучшему, ведь путь неблизкий, с транспортом в этой глуши дела обстоят тоскливо, а благодаря неуёмному эдгаровскому рвению отправиться в столицу можно прямо сейчас. Вот только провести целый день в одной машине с этим неиссякающим источником болтовни — испытание не для слабонервных. — Ты уверена? — Дарси хотела, чтобы у Джейн была возможность дать задний ход. — Точно не думаешь отлежаться ещё денёк-другой? Джейн переводила взгляд с неё на Эдгара и обратно. Тот, как ни странно, больше не стал ничего говорить и ожидал вердикта. — Вас это не затруднит? — тихо спросила Фостер. — Вы правда готовы отвезти меня? Тут же последовал его пламенный монолог о том, какое это удовольствие — зимние дороги, и как он рад будет услужить своим гостям. Дарси, поняв, что этих двоих ничто не остановит, только махнула рукой. Сборы не заняли много времени, и вскоре она осталась в гордом одиночестве, не считая, вероятно, диких зверей, которые, надо думать, только и ждали момента, чтобы к ней подобраться. Она не могла похвалиться богатой фантазией, но здешняя атмосфера и загадочные происшествия странным образом действовали на Дарси, пробуждая воображение. Ей повсюду чудилось что-то неизведанное и пугающее, но вместе с тем притягательное. Хоть она и считала, что благоразумнее будет не покидать домик, отгородившись от окружающей действительности с помощью наушников, в глубине души поселилась уверенность: просто так не отсидеться. Она прислонилась к окну, совсем плотно, так, что нос расплющился о стекло, и если бы кто-то проходил мимо с внешней стороны, ему открылось бы забавное зрелище: нечёсаные волосы, слегка наморщенный лоб и нечто бесформенное посередине лица. А ещё любопытные серо-голубые глаза, достигшие невероятных размеров мгновение спустя, когда ровно напротив них вспыхнули другие, ярко-зелёные. Чуть не вскрикнув от неожиданности, Дарси отпрянула. Зажмурилась, помотала головой, снова взглянула в окно: нет, померещилось. Восстановила сбившееся дыхание и мысленно отругала себя за чрезмерную впечатлительность. Будь неладно это зимнее царство, всё здесь такое непривычное, что сбивает с толку! — Впечатляющее одеяние, Дарси. Тут она всё-таки вскрикнула. В дверях стоял обладатель тех самых зелёных глаз, появившийся без единого шороха. Он явно был доволен произведённым эффектом и теперь снисходительно улыбался одними краешками губ. — Катись-ка, — выдохнула она. Слишком много непрошенных визитёров для одного утра: чаша терпения переполнилась. — А одеяние — писк моды, чтоб ты знал. — Не разговаривай со мной в таком тоне, — сказал он с обманчивой безмятежностью, за которой угадывалась печальная участь любого, кто посмел бы ослушаться. — Не вламывайся без стука туда, куда не просят, — не сдалась Дарси. — Я не вламывался, а проник, — поправил он. Дарси закрыла лицо ладонью, не зная, как иначе выразить своё негодование. — Кстати, Джейн уехала, так что никто не потащится с тобой в лес, — мстительно сказала она. — Я уже говорил — Джейн и не стала бы мне помогать. Я пришёл к тебе. — Не ты ли часом подстроил её отъезд? — брякнула Дарси. — Как в «Поттере», когда Дамблдора вызвали в министерство, а на самом деле просто хотели выманить из школы. Мужчина поглядел на неё так, будто она сморозила несусветную чушь. — Что за Дамблдор? — Что за Дамблдор?! — Дарси едва челюсть не потеряла. — С какой планеты ты свалился, что не знаешь про Дамблдора? Он внезапно смутился и застопорился на пару секунд. — Сюда любые новости доходят с опозданием, если вообще доходят, — мужчина попытался выкрутиться, но подозрения Дарси росли с каждой минутой. Загвоздка была в том, что пока она не знала, как их подтвердить или опровергнуть. — Ладно, проехали. Чего тебе надо? — Я хочу, чтобы ты отправилась со мной в самое сердце леса. — Романтично звучит, — хихикнула Дарси. — Свиданка? Даже на умалишённых не смотрят так, как он взглянул на неё. Если начистоту, мысль, что она настолько его утомляет, но из-за чего-то он вынужден всё равно обращаться к ней за помощью, льстила. — Подожди, мне нужно принарядиться, — кокетливо похлопав ресницами, Дарси жестом попросила его подождать снаружи. Пока она натягивала штаны и очередную порцию свитеров, в голову пришла одна идея. Дарси посмотрелась в зеркало, висевшее в прихожей, и ухмыльнулась: вид подходил для свидания не больше, чем настрой тощего зеленоглазого ноунейма. А жаль, ведь он с каждым разом казался ей всё симпатичнее — если говорить только о внешности, разумеется, потому что характер у этого господина оставался премерзким. Выйдя на улицу, она увидела, что лыж у мужчины нет, как она и предположила. Самое время устроить маленький тест. — Вон подсобка, — Дарси указала на скромную постройку. — Там всё необходимое. — Что нам необходимо, кроме нас самих? — Как что? — она постучала пальцем по лбу и прошествовала в подсобку. — Не пешком же мы пойдём в такую даль. Мужчина озадачился, Дарси восторжествовала, стараясь, впрочем, не выдавать этого, и принялась деловито копошиться в небольшой комнатке. — Так, тебе по размеру подойдут вот эти, — она извлекла на свет самую длинную пару. — Хотя я не спец, только-только научилась ковылять на них. Он ничего не ответил, и Дарси впихнула лыжи ему в руки. — Держи сам, тяжёлые же, — укорила она его. — Ты как будто впервые в жизни их видишь. Если и в самом деле впервые видит, то намучается так же, как недавно мучилась она. Подозрения обретали под собой всё более твёрдую почву: мужчина, пусть и напустил на себя презрительный и уверенный вид, явно не спешил, желая посмотреть, как с лыжами управится сама Дарси. Она хмыкнула и принялась переобуваться, тогда он тоже отыскал себе лыжные ботинки и скривился, разглядывая их. Они действительно выглядели не бог весть как, помятые и потрёпанные. — Захватил бы свои, раз такой привередливый. Он, очевидно, решил дать обет молчания, но Дарси уже почти не сомневалась — нет у него никаких своих ботинок, равно как и своих лыж, несмотря на то, что для человека, живущего зимой в лесу, это было немыслимо. Однако справился мужчина на удивление ловко и вскоре уже стоял на лыжах, скрестив руки. — Палочки забыл, — невинным голоском напомнила Дарси. — К чему мне это, — насмешливо сказал он, словно стремясь доказать, что, невзирая на все её ухищрения, уличить его ни в чём не удастся. В ближайшие несколько минут она действительно отвлеклась от своих коварных замыслов, как зачарованная наблюдая за его величественными размеренными движениями. Какие там палочки, он и без лыж прекрасно обошёлся бы: мчался, едва касаясь снежного покрова, скользя меж деревьев, как невесомая чёрная тень, и изредка чуть взмахивал руками, точно крыльями, поддерживая равновесие. Существо высшего порядка. Простые смертные так не умеют, нет. Дарси не нужно было далеко ходить за примером, она сама, пыхтя и отдуваясь, то и дело кренилась то вправо, то влево, иногда падала — и давно бы потерялась в чаще, если бы её спутник время от времени не сбавлял скорость, позволяя его нагнать. Когда они добрались до места, она, взмыленная, еле держалась на ногах. Готовая высказать вслух всё наболевшее, Дарси лишь беззвучно раскрыла рот: её остановило резкое жжение в районе бедра. Источником тепла оказался амулет, забытый ею в кармане штанов — стоило нащупать его, как жар распространился по всему телу, будто предупреждая о чём-то. Здесь творится какая-то чертовщина. Вот единственная трактовка предупреждения, пришедшая ей на ум. Её спутник не обратил на её смятение внимания, он разглядывал высокую раскидистую ель, выросшую на их пути. — Дарси, — негромко позвал он, не оборачиваясь. — Ты можешь пройти вперёд? Едва он озвучил этот вопрос, как её сердце сжалось, ритм сбился, и дурное предчувствие отозвалось почти физической болью в груди. Щёки горели, а в голове предательски мутилось. Окончательно сбитая с толку, Дарси проговорила что-то невнятное. — Пройди вперёд, — с нажимом повторил он. Она отцепила лыжи и боязливо сделала несколько шагов. Потом ещё. Мужчина не двигался с места, и она его миновала. Когда и ель осталась позади, Дарси услышала за спиной шумный выдох, и тут же в её руку вцепились тонкие сильные пальцы. — Неужели получилось, — прошептал он. — Что получилось? Но мужчина лишь потянул её дальше. Взору открылась небольшая поляна, со всех сторон окружённая огромными вековыми деревьями, а в центре возвышался камень едва ли не с человека ростом. Дарси каждой клеточкой хотела оказаться как можно дальше отсюда: она не могла себе этого объяснить, но ей было неспокойно здесь, чувство смутной тревоги усиливалось, близость чего-то, не поддающегося человеческому пониманию, откровенно пугала. Сверхъестественными штуками неясного происхождения Дарси не удивить, ведь даже появление свалившегося под колёса их машины Тора не озадачило её в должной степени. Подумаешь, бог из мифов, подумаешь, гость из другого мира — пока его можно одолеть шокером и пока его фотку можно запостить на фейсбуке, ничего из ряда вон выходящего. Но то, что она испытывала сейчас, нельзя было сравнить с её предыдущим опытом. Будто её со всех сторон обступали враги, а она и шагу не смела ступить. Будто прямо на неё мчалась огромная волна, а она стояла, пригвождённая к земле. Но худшим стало ощущение, что некто внутри неё — некто чужой, незнакомый, — зашевелился, откликнулся на зов чего-то тёмного и неотвратимого. Чего ты хочешь, Дарси Льюис? Она вздрогнула — вопрос прозвучал в голове, но это был не её голос. — Эй, ты притащил меня сюда, чтобы показать этот булыжник? — она старалась сохранять беспечный шутливый тон, она очень старалась. — Я сам вижу его впервые, — ответ донёсся до неё еле слышно, словно говоривший находился за стеной. — Но не советую пренебрежительно о нём отзываться. Дарси сжала ладони в кулаки, призывая себя собраться. Она не верила в потусторонние силы, не верила в колдовство, не верила в тёмную энергию — по крайней мере, не желала, чтобы с ней творилось что-либо, подобное творящемуся теперь, и твёрдо решила не поддаваться панике. Поэтому она заставила себя подойти к камню, который так неестественно ровно располагался посреди поляны — можно было подумать, что его здесь нарочно установили, если бы не было очевидно, что поднять такую махину без специальной техники невозможно. — Не дотрагивайся до него, — предупреждающе вскинул руку её спутник. — Это ещё почему? — она вздёрнула нос с видом «мне всё нипочём, бро, остынь». — Потому, что этот булыжник, как ты выразилась, — древний сейд*, судя по всему. И бездумно обращаться с ним — верх непредусмотрительности. Дарси понятия не имела, что такое «сейд». Спасибо хоть на том, что произнести это слово было легко. Рядом с камнем её бросало в дрожь, очень хотелось отодвинуться или хотя бы закрыть глаза, но она пересилила себя. — Ты-то трогаешь сколько влезет. — Не сравнивай нас, глупая. Она обязательно прицепилась бы к этой фразе, узнала бы, чем они различаются, докопалась бы до истины, но сейчас слишком много усилий уходило на то, чтобы сохранять видимость спокойствия. Дарси задержала взгляд на ладонях мужчины: он осторожно ощупывал шершавую поверхность камня, как будто читал кончиками пальцев. Только теперь она обратила внимание на то, какого цвета была эта глыба: тёмно-серого, с синими прожилками. В некоторых местах, если наклониться ближе, заметны были сколы разных размеров. На долю секунды Дарси померещилось, что эти впадинки излучают слабое свечение. Она уже видела такое свечение прежде, и цвет камня тоже узнала. Нечто подобное, только в разы меньше, валялось у неё в кармане, распространяя жжение. Так вот о чём настойчиво сигнализировал амулет — почуял собрата… Или вернее сказать — родителя? Похоже на то, что этот камешек когда-то откололи от сейда. Голова пошла кругом. Слишком много загадок и слишком много аномалий. Дарси подняла глаза и посмотрела на лицо мужчины: оно мрачнело с катастрофической скоростью, кожа стала совсем бледной, а губы превратились в тонкую нить. — Что тебя волнует? — не выдержала она. — Многое, — задумчиво ответил он, а затем отвлёкся от изучения камня и окинул её хмурым взглядом. — Например, то, почему только вместе с тобой я смог попасть сюда. — О чём ты? — Я не первый раз пытаюсь добраться до этого места, — неохотно пояснил мужчина. — И каждый раз неведомая сила заставляла меня ходить кругами, скрывая сейд от моих глаз. Это походило на бред сумасшедшего, но за день случилось столько всего, что Дарси только пожала плечами. — Что ты на самом деле скрываешь? — спросил он без обычных для него повелительных ноток. — Не сегодня, — взмолилась Дарси. — Я чертовски устала, давай отложим серьёзные разговоры и сходим куда-нибудь развеяться. — Не сегодня, — ответил он её же словами. Однако настаивать на обсуждении случившегося не стал.