Дьяволёнок

В общем, после того, как я признался Павлу, что он мне нравится, всё стало налаживаться. Как нормальные парочки мы ходили на свидания, он дарил мне цветочки и конфетки, а я стеснялся, краснел, а потом в харю съедал их. Честное слово, я предлагал Пашке вкусняшки, но он оказался не любителем подобных вещей. Сначала я поразился. Как можно не любить нектар богов, как вообще можно оказаться равнодушным к лучшему изобретению человечества? Но потом то я понял, что мне это на руку. В семье должен быть один сладкоежка. Вроде, всё хорошо, но ужасно скучно. Романтика — это, конечно, хорошо, но хочется чего-то такого эдакого, чтобы прямо дух захватывало. Да я бы и не против начать чудить по крупному, но Павлуша не даёт мне шагу лишнего ступить. Сначала я не замечал ничего странного, я даже диву давался, что он не боится, что я сбегу или ещё что-нибудь, пока не заметил, что всюду за мной следует альфа. Сначала я естественно испугался. Страшно ведь. Может, маньяк какой-то. Но потом мою дурную головушку посетила гениальная идея. Что, если это и есть те самые заветные приключения, которых так требует душа? В общем, мне удалось скрыться от этого парня и, когда он начал звонить начальнику, я выпрыгнул из-за угла, еле как отобрал у него телефон и наорал, как мне думалось, на Пашу, но я крупно ошибся. Масштабно даже. Начальник Пашиной охраны — Геннадий Романович — в жизни столько мата, оскорблений и угроз не слышал. Меня хорошенечко так отчитали. А как я краснел... Вот вам и приключения. Проснулся, позавтракал, съездил в магазин, затем на работу к главному надзирателю, домой. Это однообразие настолько надоело, что, видит бог, я не хотел, меня вынудили, я решил добавить в скучную серую жизнь немного красок. Экстриму хочу, да. Чтобы осуществить задуманное, я составил план. Первый пункт гласит: подружиться с Володькой. Владимир — это мой секьюрити. С виду злой дядька, а внутри подзаебавшийся от жизни человек. Сначала я пытался подкармливать его вкусняшками. Ну, знаете, разные люди встречаются. Может, этот двухметровый бывший спецназовец сладкоежка? К сожалению, к сладостям эта глыба равнодушна. Затем я пытался его подкупить разными опасными штучками. Чего мне стоило найти в городе магазин с оружием. И это при живом Паше. Опять же, к сожалению, и к этому Володя не проявил интерес. Тогда я, совсем отчаявшись, взял мужской напиток, я про водку, и пришел к нему. Поговорили мы по душам, хоть и оба не пили. Удивительно. Как видно подружился я с ним не сразу, на это ушло достаточно времени. Зато, когда я рассказал ему, что хочу свалить в тихое, спокойное место на недельку, чтобы об этом никто не знал, он как ни странно, поддержал меня. Вот представляете, насколько его жизнь замучила, что он решил, считай, сбежать на свой страх и риск? Второй пункт: собрать незаметно вещички и написать красиво о том, как меня всё задолбало. Чтобы всё прошло удачно, я притворился больным, о чём успел раз триста пожалеть. Паша начал паниковать, даже подрывался вызвать своего лечащего врача. Его остановило только то, что я якобы резко пошёл на поправку. С этим человеком страшно болеть. Упаси господи, подхватить какую-нибудь заразу. Меня же по больницам затаскают. Ай, ладно, не об этом. Пахан на время моей болезни взял больничный. Ну как взял? Он там начальник же. Захотел — не приехал. Ему за это ничего не будет. Чтоб я так жил. Это сильно осложнило мне задачу. И вот, когда чемодан уже был собран, я убедил альфу, что я в полном порядке и, что он может ехать на работу. Суженый уехал, а я принялся писать записку. Ничего путного в голову не лезет. Напишу, пожалуй, просто, коротко и понятно: "Пашок, выпей со мной на посошок, твоя опека меня доконала. Я отдыхать. Меня не будет недельку. Сильно не психуй, не ори и не ищи меня. Не порти мне отпуск. Моя царская душа (жопа) требует безумных поступков. Не могу ей противиться. Пока, милый, не скучай". Краткость — сестра таланта, так ведь? Надеюсь, он меня поймет и простит. Ага, поймёт, простит, найдёт и закопает. Прекрасно. Восхитительно. Ну была- не была. С богом! Всё было как обычно: я также, как и ежедневно, выехал с территории особняка, дружелюбно махая ручкой охраннику. Ничего подозрительного. Ехал тем же маршрутом, что и всегда, завернул только на том повороте, где давным давно перестали работать камеры. А дальше начал петлять. Завернул раз двести, ездил по закоулкам, в общем, делал всё то, чтобы сбить со следу людей Пашка. Не то чтобы я не доверяю Паше, в том плане, что, даже попросив его не искать меня, он начнет, а в том, что ему же надо всё контролировать. Даже в такой ситуации. Ну тут его можно понять. Истинный умотал хрен знает куда, попросив не искать недельку. Все эти петляния, сворачивания бесполезны. Да, я это знаю. Если он захочет найти меня, а он захочет, Паша найдет меня. И с этим ничего не поделаешь. Но дело в другом. Сможет ли он просто наблюдать за моими приключениями, не вмешиваясь в них? Однозначно, я не смогу дать точного ответа. Самое интересное, что мои тараканы разделились на два лагеря. Одни требуют того, чтобы Истинный нашел меня, ворвался в дом, наорал на меня и прижал к себе, а там... Извращуги, а не тараканы. А другие категорически против того, чтобы хоть как-то Пахан контролировал меня. У них теплится надежда на то, что он не будет предпринимать меры по моим поискам. Мозг на стороне вторых таракашек, а сердце и так понятно. В детстве я любил проводить время в маленькой деревушке с прадедушками. Это маленькое поселение деревней и не назовешь. Пять домиков. Но зато какие живописные места здесь: небольшой пруд с жёлтыми кувшинками, которые я так любил дарить дедушке; высокие сосны, которые, кажется, достают до облаков; поляны душистых цветов; есть даже небольшая гора, с которой зимой я катался на санках. Здесь есть всё. А самое любимое место в этом краю — это маленький домик из красного кирпича. Именно в этом доме жили мои прадеды. С этим домиком связаны лучшие воспоминания детства. Именно здесь я нашел свой первый гриб. В этом уютном местечке меня научили кататься на велосипеде. Здесь, у прадедушек, я мог отдохнуть душой, без всего это пафоса, занудства и лицемерия. К сожалению, прадедушки умерли пять лет назад. Сначала умер деда Ваня, а следом за ним, не в силах прожить без истинного, умер и деда Лёня. Я по ним скучаю, но я верю в то, что в Раю они вместе. И вот, оказавшись в родном для сердца месте, я просто сел на пыльный пол и окунулся с головой в воспоминания. Вот мы с дедушкой Лёней пытаемся приготовить блины, чтобы порадовать деда Ваню, но у нас, у двоих не умеющих готовить людей, естественно ничего не получается. В итоге, ароматные блинчики приготовил деда Ваня, а мы с другим дедом с провинившимися моськами отмывали маленькую, но уютную кухонку. Вот деда Лёня, успокаивая меня после очередной ссоры с родителями по поводу выбора будущей профессии, говорит мне, что я никому ничего не должен, что я должен жить для себя. А дядя Ваня добавлял: "А ещё, не стоит бегать за людьми. Они как автобусы. Придёт следующий". Именно этим советом я и следовал. По сей день день считаю их правильными. Вот всей большой семьей мы собрались за ужином. Дядя Антон рассказывал случаи, произошедших с ним в экспедиции. Двоюродный брат Никита рассказывает о студенческой жизни. Я слушал его, разинув рот. Мечтал скорее почувствовать свободу, вырасти. Но оказалось, взрослая жизнь вовсе не сказка, и ничего волшебного в ней нет. У Деды Лёни всегда было много историй про то, как они чудили в молодости. Ни разу не повторился, всегда что-то новое. Всё наше семейство всегда смеялось с рассказов деда. Как оказалось, это был последний ужин в таком составе. Потом, когда умер и деда Лёня, мы вовсе перестали собираться всей огромной семьей. Обидно? Однозначно. Скучаю ли я по этим временам? Естественно. Тогда, тряпка, соберись с силами и сделай так, чтобы вновь услышать смех всех родственников. Так, Ярослав, наматывай свои сопли на кулак и марш прибираться в доме! Тебе сегодня ещё ехать к Роману. Изначально я хотел провести целую неделю в родных местах, но хорошенечко поразмыслив, я понял, что в этих тихих и спокойных краях сложно найти настоящие приключения. Конечно, свинья везде грязь найдет, но хочется прям захватывающих ощущений, что-то такого эдакого. А чудить восхитительнее всего с такими же отбитыми людьми, коим ты сам являешься. В моей случае, брат, братан, братишка — это Романыч. Почему нельзя постучать палочками и вызвать Мистера Пропера? Еле-еле убрав всё, я на минуточку прилег и уснул. Так, я уже открыл глаза или дома действительно настолько темно? Рукой нащупываю телефон, разблокирую его. — Святой единорог, ярко! Через несколько секунд зрение нормализовалось. И, блин, ёбушки-воробушки, какого хрена двенадцать часов ночи? Ладно, окей. Это всего лишь цифры. Не более. Через пять минут я уже мчался к дому друга. Жди меня, Ромка, ждите, приключения, я мчу. Мчал я недолго. Дяденьки ДПСники остановили меня за превышение скорости. — Молодой человек, разрешенная скорость на этом участке дороги 80 км/ч, вы передвигались со скоростью 120 км/ч. Штраф, молодой человек. Пройдемте к нам в машину. — Дяденька, а может не надо? — нельзя, чтобы все мои планы коту под хвост попали. Просто нельзя. — Что значит не надо? Взятку предлагаете? — в мыслях даже не было. — Не-а, красивые глазки, — альфа посмотрел на меня аки мальчик-ты-дебил. Нет, я не глупый, наоборот, очень даже сообразительный. Хорошо, когда твой дядя генерал. Меня отпустили, пожелав счастливого пути и здоровья всем моим деткам, которых нет. Чего и стоило ожидать. Сейчас должна проснуться моя совесть, мол некрасиво поступил ты, Ярослав, но, к великой радости, живу по принципу: "На войне все средства хороши". Если есть возможность, грех ей не воспользоваться. Перед дверью друга я стоял в два часа ночи. Может, не будить его? Да нет, бред какой-то. Я и так сколько дал ему отдохнуть. Пришло время возвращать должок. — Кого, блять, в два часа ночи принесло? Убью, расчленю, не найдут этого ущербного, потревожившего мой сон, — слышалось из-за двери. Кажется, кто-то в плохом настроении... — Привет, дорогуша, как дела? Что, как жизнь? Устал? Как в универе дела? На личном как? Может, кто-то появился? Ты спал? Прости! Как родители? Как брат? — что там говорили про лучшее средство защиты? Я его нашел. Нужно тупо завалить человека вопросами. Вон как Ромку обезвредило. Стоит, хлопает глазёнками, рот открывает и закрывает. Красота. Пока до друга доходил смысл заданных вопросов, я прошмыгнул в квартиру. Как была холостяцкая берлога, так ею и осталась. Хорошо, что хоть труселя с люстры убрал. Везде носки и пустые банки колы. В отличие от меня Рома прекрасно готовит и не питается полуфабрикатами, поэтому у него нельзя найти пустые коробки из под пиццы, коих у меня огромная куча. Минутка зависти. — Ты что приперся так поздно? — как мне рады тут. — И это твоё приветствие? — Ромка улыбается и наконец-таки обнимает меня. Вот чего мне не хватало всё это время. Ромки... — Прощён. — Что заставило вас нанести визит в столь поздний час? — манерный, йопта. — Роман, сударь, моя филейная часть просит приключений, прямо-таки требует. — А не боитесь последствий? — Каких, сударь? — Атата от Павла Александровича. — Мужики ничего не бояться! — Ну раз так, сударь, то пристегнитесь, мы начинаем веселиться. Естественно, до меня не дошёл смысл фразы: "Пристёгивайся". Мы же не взлетаем. Но, когда Роман собрался, и мы решили ехать в клуб, я понял, зачем нужно пристёгиваться. Чтобы, блять, не разбиться. Он гнал с такой скоростью, что мне казалось будто моя кожа в конце поездки окажется на заднем сидении. Знаете таких мужиков, у которых бар, как маяк в море? Путеводная звезда, мать его. Даже в незнакомых клубах они смогут с закрытыми глазами отыскать бар. По запаху, так сказать. К таким людям относится и Ромка. И вот, как Даша путешественница и Башмачок, мы направились к бару. — Малой, что будешь? — Апельсиновый сок. Выпив сока, я отправился покорять танцпол. Через пятнадцать минут безудержных плясок я вернулся к бару и попросил альфу повторить заказ. Бармен загадочно улыбнулся, но поставил передо мной апельсиновый сок. И так повторялось несколько раз. Через полтора часа я еле стоял на ножках. Мне точно наливали сок? — Привет, крошка, — горячее дыхание обожгло ухо. Тьфу ты, как звучит то. Ушко обожгло. Вот зажигалка вполне может обжечь, а это так, пощекотало. — Дяденька, ты хлебушек потерял что ли? — по-моему, я сказал глупость. Хотя крошки — это же детки хлебушка. То есть он думает, что я ребенок хлеба? — Нет, дядь, ты не так понял. У меня родители не хлеб, они — врачи. — Малыш, ты о чём? — дяденька точно со мной разговаривает? Надо хоть посмотреть, с кем я веду разговор. Так, альфа, ниже Паши, блондин, на вид лет девятнадцать. Молоденький. По сравнению с моим Пашей — ничтожество. — Малыш? Я разве похож на маленького ребенка? Агу? — Пойдем со мной? — Зачем? Куда? Почему? — возможно моё зрение меня подводит, но есть подозрение, что у парня задергался глаз. — Ты чо ломаешься? Метки нет, запаха альфы на тебе тоже нет, — как человек может ломаться? Вот электрические приборы ломаются. Карандаш ломается. А человек сломаться не может. — Слушай, а ты случайно не накуренный? То крошки, то малыш, то человек ломается. Ты адекватно мыслить можешь? Моя тебя не понимать. — Пошли, — парень хватает меня за руки и тащит в сторону выхода, — заебал ломаться. Я хочу выебать тебя, — мне сейчас послышалось или как? —Дико извиняюсь, молодой человек, но мне послышалось, что вы хотите со мной мной заняться, ещё раз извиняюсь, сексом, — парень аж остановился, повернулся ко мне мне с такой улыбочкой, какая обычно бывает у людей со слабыми нервами. — Понимаете, есть ряд причин, которые вам стоит узнать, и только потом решить, — сказать, что парень знатно охренел, значит, ничего не сказвть. Воспользовавшись замешательством альфы, я усадил его на диван и сел напротив него. — Ты вообще понимаешь, что... — лишние слова. Бла-бла-бла. — Во-первых, случайные половые связи могут привести к ряду венерических заболеваний, — ну у меня же папы медики, — во-вторых, мой дядя генерал, — а он меня, ой, как любит. За свою племяшу порвет любого, — в-третьих, где-то здесь бродит мой лучший друг. Он КМС по боксу, — эх, хорош Ромка. И глаза красивые, и спортсмен. Жалко отдавать его. Повезет его омеге, — в четвертых, и, наверное, самое главное, это мой истинный. Он очень хороший человек, но хорошим людям не нравится, когда трогают их женихов. Всё, решай. Только давай быстрее. И прими, пожалуйста, верное решение. — Да ты хоть знаешь, кто я? Я — друг Паши Вавилова ещё со школы, — мне кажется или меня пытаются обмануть? Живя некоторое время в особняке и бывая у Паши в главном офисе, в моё поле зрение ни разу не попадал этот молодой человек. Слишком юн. Слишком наглый. Не думаю, что действительно близкий человек будет орать каждому первому, что он знает Вавилова. В этом городе все знают Павла Александровича. —Ты уверен? — Да, — человек, ты сам себе копаешь яму, из которой не выберешься. — Мы с Пашей знакомы со школы, являемся лучшими друзьями. — Я не ожидал, что познакомлюсь с лучшим другом моего Истинного, при таких обстоятельствах. Непредсказуема жизнь, да? — паренёк нервно кусает губы. Нервничает? А зачем? У него такой хороший друг, который не даст его в обиду. А, понял. Альфа же хотел провести весело время, а тут я. Жалко парнишку. — Ладно, я пошёл, — какая безкультурщина. Фу таким быть. Никогда бы не не подумал, что Паша станет окружать себя подобными людьми. Слишком скользкий тип. Такие ребята в сериалах обычно сдают главного героя со всеми потрохами, лишь бы прикрыть свою тушку. У них нет ценностей, идеалов, моральных принципов. Отбросы общества. А тут такое... Мало верится в их дружбу, хотя бы потому что у них разница в возрасте восемь или, быть может, девять лет. Парень сказал, что они со школы вместе. Как такое возможно? То есть, допустим, будучи в одиннадцатом Паша общался с третьеклассником? Смешно. Несостыковочка вырисовывается. Ага, меня пытались обмануть. Ужас. Надо найти этого паренька. А зачем? Как зачем? Чтобы объяснить нерадивому, что врать плохо. Я ему жизнь спасаю. А то в жизни всякое случается. Нарвётся на действительно друзей Паши, а те его хвать — больше никто и не увидит молодого лгуна. Начал я свои поиски с танцпола, продолжил возле бара, заодно выпил апельсинового сока, и закончил проверкой каждой ВИП комнаты. Следов пребывания этого обманщика не нашел. Расстроился. Но что-то мне дало в голову и я решил выйти на улицу, освежить голову. Опачки! Удача! Паренёк садится в такси. Немного не успел. Уехал. Ну ничего. Бегу к Роминой машине. Обожаю друга за то, что он оставляет запасные ключи в бардачке. Чувствую себя агентом на спец задании. Преследовал такси я не долго. Оно остановилось около ближайшего мотеля. Хм, видимо, кто-то из омежек повелся на его сказки. Ну ничего, я спасу бедную омегу и обезврежу противного альфу. Альфа выползает из такси, таща за собой сопротивляющегося омегу. Ну вы только посмотрите! Никого не смущает, что омега орёт благим матом, ищя спасения. Видимо, таксист решил тупо забить на странную парочку, раз никак не отреагировал. Ну или альфа припугнул его своим знакомым Вавиловым. Не ссы, омежка, добрый дядя Яр спасет тебя из лап мерзкого альфы. Этому городу нужен герой, который будет вершить правосудие! По пятам следую за парочкой. Никого в мотеле не смутил просящий спасения омега. Что за люди пошли? Ужас просто. А ведь в такой ситуации мог оказаться каждый. И я бы оказался, если бы не знал лично Вавилова. Альфе, видимо, уже не в терпёж было, он прям на ходу стал раздевать паренька, выцеловывая шею. А омега слезами обливается. Бедный. Обманщик, открывая ногой дверь, затаскивает омежку, и, видимо, альфа был слишком увлечён раздеванием, так как забыл закрыть дверь. А мне и на руку это. На детском утреннике я играл красную шапочку, родители восхищались мною, говоря, что у меня талант. Пора бы проверить мою актёрскую игру. С ноги открываю незапертую дверь. Была — не была. Альфа лежит на омеге, срывая последние клочки одежды. Мерзкое зрелище. — Как ты смел? Я же тебя любил! — ну хочется мне, чтобы это было эпично. — Я потратил на тебя лучшие годы своей жизни! А как же наши дети? — парень смотрит на меня действительно непонимающим взглядом. Еще бы. — Ты, блять, кто? — Кто? Кто я? — я даже начал задыхаться от возмущения. — Я – любовь всей твоей жизни. — Ты тот невменяемый с клуба? А что, я не против тройничка! — фу, похотливое животное. Альфа спрыгивает с омеги и движется в мою сторону. Так, что делать? Соображай, дебил! Он тебя сейчас изнасилует! Незаметно для всех хватаю небольшую вазочку со стола. Слава единорожкам, есть чем защищаться. Чем я вообще думал, врываясь в номер к человеку физически сильнее меня? Как дальше происходили события смутно помню. Но отчётливо помню, что он начал срывать с меня рубашку, а я, испугавшись, ударил по затылку его той несчастной вазой. Очнулся только тогда, когда тело валялось на полу, я сидел рядом с ним, качаясь из стороны в сторону, а омега суетился. Он то меня в чувства и привел. — Так храбро начал, а под конец сдулся, — смеётся омега. — Чего испугался то? — Как чего? Я ж себя храню для одного единственного, который, к счастью, нашёлся. А тут этот... Страшно стало, вдруг правда бы изнасиловал. — Весело, — улыбается, — слушай, нам нужно сваливать. Рано или поздно он очнётся, и тогда нам будет очень плохо. Спасибо, кстати, что спас. — Ты иди. Я потом. Омега ушёл. Я уже более менее отошел. Какой стресс. Ну ничего, сейчас я отыграюсь. Для храбрости выпил найденное вино. Ну всё, понеслась душа в рай. Затащить на стул альфу оказалось проблемой. Вроде, выглядит, как дрыщ, а весит килограмм сто. Но я, опустошив вторую бутылочку винишка, смог справиться с этой задачей. Скотча я не нашел. Разочаровался. Но вовремя вспомнил, что у меня есть лучший друг. — Ромочка, выручай, — сходу начал я, — мне нужен скотч. Срочно! Адрес скину, — и сбросил в избежание лишних вопросов. Пока ждал Ромку, обмотал альфу какими-то тряпками. А вдруг очнётся? А так его хоть тряпки удержат. Ненадолго, конечно, но мне хватит времени, чтобы ещё разочек приложить ему вазочкой. Кстати, о вазе. Жалко её. Ромка прилетел через десять минут. Злой, пьяный и непонимающий, но со скотчем. Обматывая несчастного, я рассказал другу, что произошло. — Я ему яйца оторву, пожарю и заставлю их сожрать! — к такому выводу пришел Ромыч в конце моего рассказа. — Хорошая идея, мне нравится. Возможно так и поступим, — зловеще потираю ручки. — Ммм... — ой, кто у нас тут проснулся, — где я? — В Аду, — прохрипел Ромка. — Твоё имя, — с каменным выражением лица спрашиваю я. — П... Петя, — заикаясь, пищит парнишка. — Так вот, Петя, тебя родители учили, что врать плохо? — Я не врал, — уже смелее говорит Петя, — я вспомнил тебя. Ты тот парень с клуба, — я даже улыбнулся. Как-будто ему эта информация что-то даст. — Не врёшь, значит. А что, если мы сейчас позвоним Вавилову Павлу Александровичу, и спросим, знает ли он тебя? — Нет, не надо... Прошу, не надо. — Слушай, голубчик, ты мерзок. Ты чуть не изнасиловал омегу, прикрываешься именем моего Истинного. Натворил ты дел, конечно, уйму...— таинственно тяну. — Извините, простите, я больше так не буду... — как ребенок, честное слово. Натворил дел, значит, нужно и расплачиваться. Домой мы ехали уставшие, но довольные. В вечернем выпуске новостей показали голого парня, привязанного к одному из множества деревьев, растущих на территории белого дома, с надписью: "Я — лгун. Прошу прощения у Вавилова Павла. Я прикрывался вашим именем".