Дар памяти

24 февраля 1994 года, POV Северуса По счастью, когда наступает завтра, думать обо всем, что случилось вчера, просто нет времени. Вечером я, запутав следы, аппарирую в дешевую маггловскую гостиницу. Анабелла открывает дверь прежде, чем я успеваю постучать. Должно быть, Ричард предупредил ее. Сегодня у них уже было одно общее дело… - Из чего она? – прохожу по номеру и останавливаюсь перед столом, на краю которого вплотную друг к другу лежат две палочки. Одна из них - моя боярышниковая, а вторая – ненормально короткая - новая светло-желтая палочка Анабеллы. На этот раз в гостиничном номере убрано, никаких следов маггловских романов, зато все свободные поверхности заняты словарями и книгами – как по светлой, так и по темной магии. Переводит Анабелла основательно, сверяясь с многочисленными источниками на испанском, английском и латыни. Честно говоря, не ожидал от нее такого трудолюбия. Книги, вероятно, достал Ричард: не соваться в Блуберри-Бинс – это мой прямой приказ, а во всем, что может помочь Блейзу и нашей мести, она меня слушается. Да и вряд ли у нее были такие книги… Я, во всяком случае, не видел, а уж эти труды по зельеварению и ритуальной магии, без сомнения, запомнил бы… Некоторые из них, например, «Взаимозаменяемые ингредиенты» Мацявичуса – то, чего очень недостает моей собственной библиотеке. И от «Древнеегипетских ритуалов подчинения» я бы тоже не отказался. - Акация, - откликается Анабелла, опускаясь на стул и рассматривая свои ногти. – Семь с половиной дюймов. Сердечная жила дракона. Выглядит она совсем не так, как пару недель назад. Волосы забраны в прическу, помимо двух прядей, закрывающих уши; на руках – безупречный маникюр. Одета Анабелла в светло-серое платье с белыми пышными, перевитыми нитками жемчуга, рукавами и золотистую кружевную шаль, отблески которой придают темной коже глубокий теплый оттенок. Искренне надеюсь, что она не для Ричарда так вырядилась. Надо будет с ним обсудить этот вопрос. Что-то подсказывает мне, что чем скорее он женится на Берилл, тем лучше. С Анабеллы, пожалуй, станется взять первое, что попадется под руку, ничуть не заботясь об этичности момента. Изгибаю бровь: - Семь с половиной? - Намекаешь на то, что мне чего-то недостает? – хмуро огрызается она. Вообще особой радости с ее стороны при моем появлении не видно. – Он сказал, что моя собственная магия слишком сильная, и если это будет еще и длинная палочка, я все взорву, - продолжает она. – Ладно, какая выбрала, такая выбрала. - Ты довольна ею? – наклоняюсь над столом и прячу боярышниковую в карман. – Платье – результат трансфигурации? - Нет, - бурчит она. – Такое платье могла бы трансфигурировать только эта ваша кошка, Макгонагалл. В нем слишком много мелких деталей. А я терпеть не могу одежду, которая в любой момент может превратиться в никчемную тряпку. - Где ты его взяла? - Заказала в маггловской мастерской. Память стерла, можешь не дергаться. - Что за мастерская? - Рик отвел. - Рик? Вот как? - Болотные тролли, Снейп! – раздражается Анабелла. - Не смотри на меня так! Ничего я не сделаю твоему Ричарду. - Он под вассальной клятвой, - замечаю я. – Если переспит с тобой, умрет. Вероятно, еще в тебе. - Чертов параноик! Почему ты не был таким предусмотрительным до того, как эти твари прицепились к моему Блейзу? Вот как. Вспомнила про Хиггса и Флинта наконец. Интересно, чего мне ждать, учитывая, что последний до сих пор учится в Хогвартсе? - Потому что прицепились они к нему не в школе, а во время летних каникул. Мне намекнуть тебе, на чьей ответственности студенты находятся на летних каникулах? - Малфой… - задумчиво говорит Анабелла. – Это случилось в имении Малфоев. Если бы Блейз не смотрел на Малфоя, они бы никогда… Кажется, надо срочно ее отвлечь! – Насколько сильно ты их прокляла? - Хиггса и Флинта? Я знаю, что она скажет, еще до того, как слышу сдавленный смешок: - Ну а как ты думаешь, Снейп? - Значит, они оба умрут, - отмечаю я. После того, что я узнал о ней и увидел, рассчитывать, что Анабелла наложила проклятие неправильно – это как ожидать, что у Альбуса не получится Люмос. Ее отец тоже не был слабым волшебником. А расстояние, похоже, для ее магии значения не имеет. Хвала Мерлину, в Англии она такая одна. – Решила отыграться на детях? - А тебе не все ли равно, Снейп? Кроме того, они уже не дети. Им по восемнадцать. - Флинт – ученик. И, позволь мне напомнить тебе, ученик моего факультета. - Блейз – тоже, - упрямо вскидывая голову, говорит она. - Для того чтобы защитить одного ребенка, не обязательно убивать другого. И не кажется ли тебе, что Блейз им достаточно отомстил и без тебя? Анабелла молчит, разглядывая ногти, потом встает. Мы оказываемся друг напротив друга. Она скрещивает руки на груди: - Чего ты от меня хочешь, Снейп? Все равно уже поздно. Такое проклятье не отменишь… - Есть как минимум один способ его отменить… - Убьешь меня? – насмешливо спрашивает Анабелла. – Врешь, Снейп. Я слишком тебе нужна. Тебе не справиться без моей помощи. - Не преувеличивай свою полезность, дорогая. Я не буду убивать тебя… пока. Я смотрю ей в глаза. Так, как умею смотреть. Пронизывающе. Доставая до самого дна. Выражение лица Анабеллы меняется. Рот кривится. Я понимаю, что в какой-то степени победил. Только вот надолго ли удержу победу? - Малфой – мой любовник, - говорю я, стараясь не выдать себя ухмылкой при виде того, как глаза Анабеллы распахиваются от шока. – Мы связаны с ним контрактом, по которому он в случае болезни может брать часть моей магической силы или передавать часть болезни мне. Вряд ли я, - продолжаю почти ласково, - смогу защитить Блейза, если с Малфоем случится что-то… непоправимое. - Ты связался с Малфоем? – недоверчиво переспрашивает она. И фыркает: – Я думала, ты куда разборчивее. - На шестом курсе. Все мы в молодости делаем ошибки, - в моем голосе – спокойствие, и даже хорошо разыгранная насмешка над самим собой, но по спине стекают ливни холодного пота. Не знаю, с чего я так вцепился в эту идею – защитить Люциуса, но мысль о том, что умрет и он (несмотря на всю очевидную справедливость возмездия - неважно, кто будет его орудием), неприятна. Реакции приходится ждать долгую, тянущуюся целую вечность, минуту. Наконец губы Анабеллы кривит усмешка. – Я подумаю, Снейп, - величественно бросает она. Приходится приложить достаточно усилий, чтобы не вздрогнуть от этого «подумаю». И от того, что вслед за ее словами в коридоре раздается отчетливый хлопок аппарации. - Это Ричард, - говорит Анабелла и, не глядя на меня, идет открывать дверь. Я смотрю в ее безупречно-прямую спину и думаю о том, что очень скоро проклятие болотной гнили пробьет родовую защиту Хиггсов и Флинтов. Учитывая, что оно было местью, а не чем-то, произнесенным ради забавы, вполне возможно, что мальчишки начнут болеть уже через несколько дней. Такие проклятья всегда суммируются с собственным проступком проклинаемого и, тем самым, получают особую силу. Интересно, как долго они смогут продержаться… У Терри всегда было отменное здоровье. А вот Маркуса, после того, как собственная семейка сделала все, чтоб превратить его в слабака и задохлика, спасал только квиддич. В который он, конечно же, перестанет играть уже в самое ближайшее время. Но хоть немного времени для Люциуса я, кажется, выиграл. Вопрос опять же в том, сколько. Как много времени мне понадобится для того, чтобы подчинить Анабеллу… Или для того, чтобы решиться... убить ее…