Жизнь аквамаринового цвета

По ощущениям я проспал около пяти секунд, а Ольга Дмитриевна уже легонько трясла меня за плечо. “Семён, пора вставать!” “Да-да… Сейчас поднимусь”. Вожатая удивлённо посмотрела на меня. “Даже не будешь бурчать?” “А смысл? Вы всё равно не дадите мне выспа-а-а-аться”, – сказал я, прикрывая рукой чудовищный зевок. “Всё правильно. И тебе понадобилось всего пять дней, чтобы это понять!” – улыбнулась она. – “Что делать, ты знаешь. У тебя около двадцати минут. Без опозданий!” “Разумеется”, – кивнул я и добавил шёпотом, – “А то припахаете ещё где-нибудь…” “Я всё слышу! Начнёшь бурчать – точно найду пару-троку заданий!” “А я что? А я ничего. И вообще, я умываться!” “Одеться не забудь! Старую рубашку закинь в шкаф. По-хорошему, новую надо погладить, но ты уже не успеешь”. Вожатая покачала головой и, надев панаму, вышла на улицу. Одевшись, я посмотрел на себя в зеркало. ~“И вправду надо бы погладить. Надо спросить Мику, вдруг сможет помочь”.~ “Ага, достанет из своего нагрудного кармана утюг и гладильную доску!” “И тебе доброе утро!” – ухмыльнулся я.~ Ещё раз критично осмотрев себя, я взял всё необходимое и направился к умывальникам. За ночь от следов вчерашней непогоды почти ничего не осталось. Мне даже показалось, что сегодня стало жарче, чем обычно. Пионеры потихоньку брели в сторону площади, а я свернул к нужной мне тропинке. Набрав побольше воздуха, я за считанные секунды ополоснул лицо и почистил зубы. Вытерев лицо полотенцем, я уже собрался уходить, как заметил вдалеке изобилие цианового цвета. Поддавшись непонятному импульсу, я спрятался за ближайшими кустами. Позёвывая, Мику встала за тот же умывальник, что и я ранее. ~“Так-с. Что можно сделать? Вода за шиворот – слишком жестоко, глаза закрыть – банально…” “А как насчет того, чтобы просто подойти и пожелать доброго утра?” “Ещё хуже. Мало того, что банально, так ещё и скучно! А что же можно…”~ Тут мой взгляд упал на растущие рядом ромашки. ~“Во! Придумал. Сейчас будем показывать альфача!”~ Голос в голове тут же громко заржал. Сорвав одну, я незаметно прокрался к японке и томно прошептал ей на ухо: “Доброе утро, красавица!” Ойкнув, Мику сделала шаг назад и оказалась в моих объятиях. Положив ромашку между зубами, я обворожительно улыбнулся. По крайней мере, я думал, что улыбаюсь именно обворожительно. Однако громкий смех Мику вмиг сломал все мои иллюзии. Как следует отсмеявшись, она чмокнула меня в щёку. “Ой, Сенечка! Так сильно я давно не смеялась! Даже слёзы появились”. “А я хотел создать романтическую обстановку…” – шмыгнув носом, сказал я, убирая цветок изо рта. “Тебе не хватило совсем чуть-чуть!” – улыбнувшись, она взяла цветок и положила себе за ухо. – “Но вышло даже лучше, по-моему. Ну Се-е-ень! Не обижайся. В следующий раз я не буду смеяться. Честно-честно!” “Да ты даже сейчас смеёшься”, – притворно надулся я. Вышло не очень убедительно. “Ой, не притворяйся. Давай я извинюсь по-другому!” – подмигнула она и крепко-крепко поцеловала меня. “Ладно, так уж и быть, я прощаю тебя”, – с довольной улыбкой сказал я, когда она отстранилась. “А раз так, то давай бегом на линейку! У нас времени в обрез”. “Раз в обрез, то в мой домик зайдём, вещи скинем. Потом заберёшь”. “Умница. Какой ты всё-таки заботливый!” Взяв меня за руку, она потащила меня за собой. Быстро сложив умывальные принадлежности, мы понеслись к площади. Ольга Дмитриевна уже нетерпеливо ходила вперёд и назад. Не расцепляя рук, мы вклинились в шеренгу. “Мы с Тамарой ходим парой, да, Семён?” – тут же съехидничала Алиска. – “Только Тамара у нас с азиатским уклоном!” “Двачевская, если ты наговорилась, то мы начнём зарядку”, – осуждающе сказала вожатая. Закатив глаза, Алиса замолчала. Тем временем в центр вышла Славя, и мы приступили к упражнениям. ~“Ладно я, но почему Мику занимается без формы?” “Скорее всего, там такая форма, что даже я постеснялся бы на такое смотреть!” – фыркнул голос. “Хм. Правдоподобно. Тогда правильно, что не носит такое”. “У-у-у. Раз Мику твоя девушка, то всё – пусть носит исключительно чёрное и длинное?” “Да нет. Форма, вон, нормально. Хотя юбку я бы всё же подлиннее сделал…”~ Закончив, Славя вернулась в строй, а её место заняла вожатая, чтобы, как обычно, ввести нас в курс дел. “Итак, товарищи пионеры, близится конец смены. А это значит, что уже пора подготавливать территорию к сдаче. В связи с этим, сегодняшнее утро мы посвятим уборке клубов, библиотеки, сцены и площади. Вам уже не десять лет, поэтому разберитесь сами, кто чем займётся. Другой не менее важный вопрос – концерт. Хацуне, как у тебя дела?” “У меня всё прекрасно, Ольга Дмитриевна-сан!” – радостно ответила Мику, однако раздавшееся хихиканье и снисходительный взгляд вожатой заставили её немного смутиться. – “А, вы про концерт! Эстрада почти готова, а от нашего отряда будет пять номеров”. “Прекрасно. Тогда после обеда я приду и лично проверю, как хорошо вы поработали, а вечером…” “А кто у нас будет выступать?” – прошептал я. “Кибернетики, Славя, я, я и ещё раз я, но уже с Алиской!” – хихикая, ответила она. “А не много ли тебя?” – ухмыльнулся я. “Всё всем понятно?” – повысив голос, спросила вожатая. “Так точно!” – дружно ответили мы. “Тогда на завтрак шагом марш!” “Сёма, погоди минутку, я кое-что спрошу у Ольги Дмитриевны!” Едва Мику отошла, как её место тут же заняла рыжая парочка. “Тили-тили тесто, жених и невеста!” – широко улыбаясь, пропела Ульяна. “Всё следишь за мной?” – ухмыльнувшись, спросил я у Алисы. “А как же. Вот с пяти утра у твоего домика и дежурила”, – фыркнула Алиска. – “Хотя надо бы предупредить Мику, чтобы она поаккуратнее с тобой была. Кто знает, сколько бы ты глазел на её, если бы я тебя не остановила!” “Так, Двачевская…” – слегка покраснев, начал я. “Ух! Сразу фамильничать начали!” – весело улыбнулась она и легонько стукнула меня по плечу. – “Да ладно, я же шучу. Дело-то молодое. Тем более, раз вы уже официальная парочка…” “А когда свадьба? Хочу быть подружкой невесты!” – заявила Ульянка. “Какой такой невесты?” – спросила подошедшая Мику. “Да мы вот обсуждаем, когда свадьбу играть будете!” “Ой, Алиска, ну какая свадьба…” Щёки у Мику запылали, а на лице Алисы красовалась довольная улыбка. “Как же вас легко смутить! Даже неинтересно. Ладно, мы переодеваться пошли, а вы столик пока займите!” “Может, специально вдвоём сядем? А то они такие умные все!” – проворчал я, как только рыжие ушли. “Да ладно тебе, Сеня. Сам же говорил, что нужно просто не обращать на это внимание!” – взяв меня за руку, она улыбнулась. – “А пока пошли. Я сильно хочу есть!” “Хорошо быть преподавателем. Взял еду и сразу сел. Никуда идти не надо”. “Ну, ты не так уж и много попреподавательствовал”, – хихикнула Мику. “Не по своей вине! А так, кто знает. Может, из меня вышел бы отличный физрук!” “Нет, Сенечка. Ты мне нужен в другой роли. Кто меня будет ждать после репетиций или концертов? Они обычно допоздна, а я темноты боюсь!” “Тогда буду твоим телохранителем”, – улыбнулся я и приобнял её за талию. К столовой мы подошли ровно под звук горна. “Вон, пойдём к окну сядем, там как раз на всех места хватит”, – сказала Мику, когда мы взяли свои порции. “Чем сегодня будем заниматься?” “Я отпросила у Ольги Дмитриевны девчонок, чтобы мы могли порепетировать нормально. А вот тебе…” – виновато посмотрела на меня Мику. “А я, значит, работай?” – хмыкнул я. “Мы поможем тебе сразу же, как только отыграем свою программу!” “Не нужно, Мику. Я же обещал тебе помогать, вот и буду выполнять своё обещание. С фонограммой, может, ещё помочь?” “О, а ты умеешь с такой аппаратурой обращаться?” “Не думаю, что там уж много ума надо”, – ухмыльнулся я. – “Если что, просто покажешь, что и где нажимать”. “Сенечка, ты такой классный! Спасибо тебе огромное. Даже не знаю, как тебя отблагодарить…” – смущённо пробормотала она. “Как говорил волк из «Ну, погоди!»: лучший мой подарочек – это ты!” – с улыбкой сказал я и поцеловал её в щёчку. “Привет, ребята. Можно к вам?” – слегка краснея, спросила Лена. “Конечно, Леночка. Мы как раз тебе и Алиске с Ульяной занимали!” “Мику, у тебя в волосах ромашка…” “А! Это Сени. Забыла после линейки убрать”. “Оставь. Тебе идёт”, – улыбнувшись уголками губ, сказала Лена. “Хорошо. Я нас отпросила у Ольги Дмитриевны. Будем репетировать на эстраде!” “Как на эстраде?” – испуганно спросила Лена. – “А музклуб?” “Нам нужно уже на нормальных инструментах играть. Да и тебе к микрофону привыкнуть надо”. “Но… Там же люди ходят… Вдруг они услышат…” – поникла она. “Это вряд ли. Вожатая всем работёнки подкинула, там что обстановка будет спокойная”, – вставила Алиска и вместе с Ульянкой села к нам. “И погода какая хорошая. Играть на свежем воздухе – вообще красота. Ещё и усилок на максимум выкрутить, м-м-м”. Рыжая даже зажмурилась в предвкушении. “Ага, а я работать буду. Ну вот зачем убираться на футбольном поле? Там же через пару часов опять станет грязно!” – недовольно буркнула Ульянка. “Давай тогда по старой схеме. Минут двадцать изображаешь бурную деятельность, а потом к нам. Мы тебя спрячем!” – улыбнулась Алиска. “Хорошая идея. Тогда ждите в гости!” – довольно кивнула Улька и принялась за завтрак. “Мику, ты уже обрадовала Семёна назначением в ряды чернорабочих?” – ехидно поинтересовалась Алиса. “Не называй его так. Он нам очень помогает! Ольга Дмитриевна могла не разрешить, если бы его не было”. “Ну, вчера он хорошо так прохалявил. Мы почти всю сцену в нормальный вид привели. Без него”. “Если что, я ещё тут и ко мне тоже можно обратиться”, – возмутился я. “О, и вправду!” – хихикнула рыжая. “Алиса, прекрати!” – сверкнула глазами Мику. “Я же шучу, что вы в самом деле”, – вздохнула Алиса. – “Сладкая парочка, блин”. “Алиса, не завидуй”, – улыбнулась Лена. “Я? Завидую?! Пф!” – фыркнула рыжая и высокомерно подняла подбородок. – “Ходить за ручку и обжиматься. Большое удовольствие!” “Но ты сама говорила…” – начала Ульянка, но рыжая быстро закрыла ей рот рукой. По столу тут же пронеслась волна хихиканья, а Алиса покраснела. Однако, быстро взяв себя в руки, она командирским тоном сказала: “Всё, сменили тему! И вообще, давайте в темпе. Я хочу как следует поиграть сегодня. Уже неделю в руки не брала мой «Урал»!” ~“А вот и ещё одна интересная тема. Она же явно притворяется, что это ей противно”. “Предлагаешь узнать её… Поближе?” – поинтересовался голос. “Нет уж. И не нравится мне твой тон. У меня Мику есть и точка”. “Ты только представь: с одной стороны кроткая и нежная Мику, а с другой энергичная и страстная Алиса. Какой коктейль!” “Нет, нет, и ещё раз нет. И вообще, Алиса мне сразу в нос пропишет, если я начну делать такие выпады в её сторону”. “Н-да, тут ты прав”, – разочарованно протянул голос. – “Может, проявишь свою силу и укротишь бунтарку?” “Всё, закрыли тему. Мне совсем не нравится тот подтекст, который ты имеешь в виду!” “Я вовсе не имею ничего в виду. А вот что ты себе напредставлял – уже твои проблемы”, – ехидно рассмеялся голос. ~ “Сеня, приём!” – помахала у моего лица Мику своей ладонью. “А?” “Давай быстрее. Девчонки пошли за гитарами и текстом песни, а мы сразу на сцену пойдём”. “Да, момент”. За пару присестов я доел кашу и отнёс нашу грязную посуду. “Госпожа, позвольте вашу руку?” – улыбнулся я и слегка поклонился. “Для меня это большая честь”, – улыбнулась она в ответ и сделала некое подобие реверанса. “Кстати. Как там мой плеер поживает?” – вспомнил я, когда мы шли к сцене. “Вроде, не жаловался!” – хихикнула Мику. – “Мы вчера поискали ещё немного песен. Я на скорую руку их расписала, посмотрим, что получится. У тебя, оказывается, там столько разнообразной музыки!” “Понравилось?” “Очень! Там такие забористые вещи есть – ух! Но вот что странно. Я нашла одну песенку, она в таком же стиле, с каким я хочу выступать дома. Даже слова японские. Откуда она у тебя вообще взялась?” “Ну… Кхм…” – начал мямлить я. ~“Тревога, тревога! Она задаёт слишком правильные вопросы! Что делать?” “Мне тебя научить врать или что?” “Идею хоть подкинь”. “Скажи, что в твоём городе была какая-то певица из тех краёв, и ты скопировал пару песен”.~ “Ну, в моём городе какая-то азиатская группа была, они поделились…” – неуверенно сказал я. “Да? А какое название? Может, я знаю их. А где ты живёшь? И вообще, как получилось так, что я знаю о тебе только твоё имя и фамилию? Нехорошо!” – шутливо покачала она головой. – “Надо это исправлять!” ~“Ну, спасибо за идею. Теперь вместо одного вопроса буду отвечать на сто!” “Пф, нашел у кого спрашивать дельные советы”, – фыркнул голос.~ “Группу я не запомнил, там длинное слово. Где живу - тоже разницы нет, всё равно не знаешь название”. “Ну! Мне же интересно!” – надула губки Мику. “Ну, ладно. Моя жизнь крайне интересная…” ~“Интересная. Ха-ха. Не смешите мои подковы!” – ехидно раздалось в голове. ~ “И поэтому сейчас рассказывать не буду. Давай лучше вечером по лесу погуляем, я тебе всё и расскажу. Идёт?” “Я запомнила. И даже не пытайся потом отнекиваться! А то когда целоваться будем, я тебя за язык укушу. Больно-больно!” Тем временем, мы подошли к сцене. Чмокнув меня в губы, она поднялась наверх и начала проверять нужную ей технику. Я же решил пройтись и оценить фронт работ. Эстрада заметно преобразилась. Все треснувшие доски были заменены на новые. Причём даже на крыше. Скамейки аккуратно окрашены в один цвет, и даже появилась информационная доска. Хотя, с этим пионеры явно погорячились, ведь до конца смены осталось всего ничего, а значит, и смысла от неё уже немного. ~“Да, кстати. Всего ничего. Уже сколько людей мне говорили, что конец смены совсем скоро. А когда именно? И что вообще будет дальше? Возвращение в мой мир без каких-либо намёков на существование «Совёнка» и всех его обитателей? И что мне делать в этом случае? Просто забыть? Да как можно просто забыть неделю своей жизни?! Тем более, что за эту неделю случилось столько событий, сколько я не пережил за всю свою жизнь. Новый взгляд на людей, на жизнь. Новые друзья, появилась цель в жизни… Говорливая, весёлая и такая дорогая мне цель. А без неё – есть ли смысл в этой самой жизни?..” “Семён!” Хлопок по плечу – и я вынырнул из охватившей меня меланхолии. Хоть раз подколки Алисы пошли на пользу мне. Я мотнул головой и развернулся к ней. “Не спи, замёрзнешь. Работай давай, а то вожатка придёт и опять нудить начнёт, что ничего не делаем”. “А вы и не делаете”, – хмыкнул я. “Какая обидная ложь!” – оскорбилась рыжая. – “Мы будем культурно развивать наш лагерь! Как по мне, это благородная цель”. “Из твоих уст именно так и звучит. Идите играть уже. А то мне скучно будет убираться”. Вокруг скамеек была большая куча использованной макулатуры с кисточками и банками краски. Кое-где валялись старые трухлявые доски, какие-то фантики. Даже чья-то булка! ~“А я думал, что в СССР такого не было. Работу сделали, а уберёт кто-то другой. И куда только Мику смотрела? Она же у нас… Управляющий”.~ “Мику!” “Да, Сенечка?” “А куда всё это девать?” “Если я правильно помню, то за сценой есть куда всё это сложить. Посмотри внимательно!” – нетерпеливо кивнула она. Фыркнув, я решил сперва сложить весь хозинвентарь в одно место. Наконец, девочки закончили свои приготовления. Пошаманив с гитарой, Алиса взяла пару нот. На радость мне, неудачно. “Старость не в радость, да, Алиса?” – съехидничал я. “Убирайся молча!” – рявкнула она. Мику, глядя на неё, негромко хихикала и что-то бренчала на старой доброй акустике. Покрутив рычажки, рыжая попробовала ещё раз. Стало даже хуже. Если сравнить качество звука, то игра на пиле вышла бы куда мелодичнее. “Ты не стесняйся. У всех бывают неудачи. Даже у таких великих, как ты”, – продолжил скалиться я. Я просто не мог прекратить кидать ехидные замечания в её сторону. Может быть, это был хитрый приём сознания для защиты меня от последствий недавней меланхолии, а может быть, Алиса стала мне другом. А с настоящими друзьями нужно было общаться исключительно в таком тоне! Двачевская ожгла меня взглядом, бормоча себе под нос ругательства. Для верности покрутив колки, она дёрнула одну струну. Вышло так себе. По крайней мере, мне так показалось. “Если что, я знаю одного хорошего учи…” Договорить я не успел. Алиска резко провела медиатором по струнам, а колонки вывели этот звук с максимальной мощностью. Довольно осклабившись, она победно посмотрела на меня. И в следующую секунду по всей площади пролетел идеально сыгранный риф типа хэви-метал. Я, конечно, не сомневался в музыкальных способностях Алисы, но сейчас был крайне удивлён. Помимо глаз с пятирублёвую монету, по телу пробежал табун мурашек, а в голове мелькнуло желание поднять руку с «козой». Одним рифом рыжая не ограничилась. Задумавшись на пару секунд, она сыграла соло партию смутно знакомой мне рок-группы. Закончив, она прижала струны, и на площадь опустилась почти звенящая тишина. Хрустнув пальцами, Алиса опёрлась о колонку и с явным превосходством в голосе спросила: “Ты что-то хотел сказать?” “Всё-всё. Был неправ”, – шутливо прижал я руки к груди. – “Заглажу свою вину парой-тройкой комплиментов. Это было очень-очень-очень круто!” “И это только разогрев”, – довольно улыбнулась она. “На этом и остановимся пока”. Мику подошла к ней и протянула бумажку. “Вот тут очень сложный момент…” “Ой, Мику, не начинай. Ну какие сложности там могут быть!” – фыркнула Двачевская, но листок всё же взяла. “А всего-то стоило кому-то сказать, что у тебя отлично получилось, и ты сразу начала задирать нос”, – покачала головой Мику, скрывая улыбку. – “Поэтому не будем тебя больше хвалить, пока не выучишь!” “Тю. Тут учить-то до обеда максимум. И то, если отвлекаться постоянно буду”. Тем временем к сцене подошли озирающаяся по сторонам Лена и радостно прыгающая Ульянка. “Алиска, это ты сейчас играла?” – спросила вторая. “А то”, – хвастливо ответила Алиса. – “Далеко слышно было?” “На площади было ощущение, что ты всего в паре метров!” – широко улыбнулась мелкая. “Лен, иди к нам”, – позвала Мику. – “Пока мы тут с песней разбираемся, ты слова подучишь. Хорошо бы до обеда хоть раз полностью сыграть её”. Вздохнув, Лена коротко кивнула и поднялась наверх. “Я тоже к вам хочу”, – заявила Улька и в секунду оказалась на сцене. Под размеренное звучание электронной и акустической гитары, я медленно, но верно приводил округу в порядок. Хозинвентарь нашёл своё место в одном из ящиков, стоящих за сценой, а макулатура и прочие лишние бумажки были убраны в мусорный контейнер. Вдруг моё внимание привлёк металлический блеск в траве. Подобравшись поближе, я обнаружил позолоченную цепочку с кулоном в виде скрипичного ключа, в центре которого было стёклышко бирюзового цвета. ~“Может, это кто-то из девочек потерял? Надо будет спросить их. Хоть она и явно не золотая, но всё равно красивая”.~ Убрав цепочку в карман, я продолжил уборку. Будучи заняты делом мы и не заметили, как пролетело время. Поэтому когда до нас донёсся звук горна, мы сильно удивились. “Как быстро. Вроде, недавно только начали…” “Я почти закончила, ещё разок отшлифовать, и можно уже вместе”, – довольно потянулась Алиса. – “А у вас как дела?” “Я тоже уже закончила. Немного подкорректировала песенку, чтобы ярче звучало”, – с улыбкой сказала японка. “А я только половину выучила”, – виновато покачала головой Лена. – “Не даётся мне английский”. “Не страшно”, – Мику ободряюще приобняла свою подругу. – “У нас ещё полдня впереди. Успеем ещё! А пока – в столовую шагом марш!” “Девчата, вы идите. Я пока отнесу всё и догоню вас!” “Только не долго. Если через десять минут не появишься, я тебя искать начну. Понял?” – строго посмотрела на меня Мику. Удовлетворившись моим кивком, она с оттяжкой меня поцеловала. “Фу!” – донёсся брезгливый голос из-за спины японки. “Пошлите, девочки. А то меня сейчас стошнит”, – ехидно вставила Алиса. “Ничего они не понимают, да?” – игриво спросила Мику. Напоследок проведя по щеке ладонью, она принялась догонять подруг. “И вправду не понимают…” Счастливо вздохнув, я потащил ящик к складу. Где-то на полпути до меня дошло, что склад-то, скорее всего, закрыт. ~“Раз они провалялись больше суток на эстраде, то уж у безлюдного места они точно будут лежать хоть до следующей смены. А искать Славю или Ольгу Дмитриевну нет времени. Уверен, Мику не шутила. Да и вообще, кому эти банки нужны!”~ Успокоив таким образом совесть, я оставил ящик у двери, а сам быстрым шагом направился в столовую. Мне «повезло». Я попал в то время, когда очередь доставала почти до самого выхода, а уж о свободных столах и говорить нечего. Вздохнув, я смиренно приготовился ждать, но меня приятно удивила подошедшая Ульянка. “Пошли, работничек. Мы тебе взяли порцию”. “Серьёзно?” “Нет, конечно!” – фыркнула Улька. – “Хватит тупить и пошли”. В голове мелькнула мысль, что это новая шутка от дуэта рыжих, но ожидающий меня поднос мигом развеял все сомнения. “Вот спасибо! А то я думал, что до конца обеда там простою”, – от всей души поблагодарил я девочек. “Мику настаивала. Я хотела тебе в чай пару ложек соли насыпать, чтобы не ёрничал лишний раз, но…” “Я напомнила, что так с друзьями не поступают. Да, Алиса?” – с нажимом сказала ей японка. “В общем, не надо благодарности и приятного всем аппетита”, – слегка покраснела рыжая и принялась за суп. “Кстати, странно, что вожатая не пришла. Обычно она выполняет свои обещания”. “Я когда к вам шла, видела её со Славей у здания администрации. Наверное, дела появились”, – негромко сказала Лена. “Ну и хорошо. И прятаться от неё не надо!” – глухо произнесла Ульяна с набитым ртом. “Ага. Зато теперь, когда она увидит меня без работы, сразу же заберёт с собой”, – хмыкнул я. “А мы тебя не отдадим! Будешь с аппаратурой разбираться”, – подмигнула Мику. “Тогда я спокоен”, – улыбнулся я в ответ. Первыми из-за стола встали Алиса и Ульяна. “Мы пошли. Я пока в своё удовольствие поиграю. Если что, то эти громкие звуки буду издавать не я”. “Конечно, не ты. Мы вообще не знаем, кто там”, – с серьёзным выражением лица заявила Мику. “Вот и правильно”, – удовлетворённо кивнула Алиса. – “Сами тоже долго не сидите!” Через минут пять закончили и мы. Уже на выходе Мику повернулась к Лене и сказала: “Мы сперва зайдём в музклуб, надо одну вещь забрать. Мы ненадолго!” Кивнув, Лена повернула налево, а мы пошли дальше. “А зачем нам в музклуб?” “Секрет!” – радостно хлопнула в ладоши японка. Если раньше в её глазах плескалась такая же радость, то сейчас в них было нечто новое, ещё неизвестное мне. “Звучит интригующе!” “Тебе понравится, это я обещаю”, – игриво похлопала она ресницами и взяла меня за руку. ~“А ты не думал о том, что Мику уже может смотреть на тебя не только как на объект своих романтических увлечений?” “Ты же не Википедия! Говори проще”. “Окей. Что обычно бывает между мальчиком и девочкой, когда они любят друг друга, но поцелуйчики и прогулки под луной уже надоели?” “Опять свою шарманку завёл. Нет, я не думаю о ней в этом плане”. “Проверим?” – ехидно спросил голос.~ В эту же секунду мой взгляд опустился ниже её талии, а именно на её прекрасные ножки в чулках. Это был удар ниже пояса. В прямом смысле слова! Я непроизвольно сглотнул. ~“Проверку не прошёл”, – засмеялся голос. – “Но посмотрим на это со стороны Мику. Она поняла, что стесняться своих чувств перед другими уже не надо. Вполне логично, что вскоре до неё дойдёт мысль, что можно и вкусить запретный плод, который так сладок. А уж в вашем-то возрасте!” “Тоже мне, старик нашёлся”, – фыркнул я про себя. ~ “Сеня, заходи быстрее!” – поторопила меня японка, нетерпеливо оглядываясь по сторонам. Слова голоса всё сильнее навязывали мысль, что идём мы сюда именно за ЭТИМ. Но в музклубе всё было по-старому. Никаких матрасов или ещё каких-либо постельных принадлежностей. ~“Всё ты. Теперь извращенцем себя чувствую!”~ Мику тем временем села за рояль и похлопала рукой по месту рядом с собой. “Я же обещала тебе сыграть. Садись ко мне, тут лучше всего будет слышно!” Проверив, всё ли в порядке со звуком, она легонько кивнула и начала играть. Все песни, которые она играла за роялем, были исключительно грустными и печальными. Все, кроме этой. Она была лёгкой, спокойной и была буквально пропитана счастьем. Мику ощущала себя точно так же, как и я себя. Нам было хорошо вместе. Очень хорошо. Её милое личико с лёгкой улыбкой выражало сейчас такое умиротворение, что я засмотрелся. Музыка уносила нас куда-то далеко-далеко. Туда, где мы будем вместе и где у нас всё будет здорово. “Ничего не говори” – прошептала она, когда закончила игру. – “Этот момент слишком хорош, чтобы портить его ненужными словами”. Пока последние ноты растворялись в воздухе, я не смог себя сдержать. Она была права. Слова были не нужны. Язык жестов – вот наше общение. Я обнял её как можно нежнее и припал к губам, стараясь максимально точно выразить то, как сильно я её люблю. Солнечные лучи, проходящие сквозь шторку, плавно падали на её лицо, заставляя его буквально светиться. То, что я испытывал, сложно описать словами. Да и кому это надо. Ведь главное… “А вот здесь, Архип Андреевич, ваша дочь очень усердно занимается музыкой!” Внезапно дверь открылась, и на пороге появилась вожатая с незнакомым мужчиной. Когда он увидел нас, его брови удивлённо поползли наверх, а вот подбородок вожатой, наоборот, уверенно шёл к полу. Открыв глаза, Мику оттолкнула меня и с огромным удивлением спросила: “Папа?!” ~“Папа?!!” – одновременно изумились я и голос. ~ С радостной улыбкой Мику вскочила и прыгнула в объятья к своему слегка ошарашенному отцу. На вид ему было не больше полтинника. Внешне он напоминал Саныча, только спортивного фанатизма в нём не наблюдалось. То есть за телом он следил, но не так усердно. Ростом он был на полголовы выше меня. Чёрные, как смоль, волосы местами были тронуты сединой. Гладко выбритое лицо и удивлённый взгляд его бутылочно-зелёных глаз, переходящий от Мику ко мне. Одет он был в нечто, похожее на деловой костюм. ~“И как он не запарился в пиджаке ходить? Да ещё и в чёрном!”~ Вожатая тем временем пришла в себя. Показав кулак таким образом, чтобы увидел его только я, она скрылась за дверью. “Папочка, знакомься, это мой… парень. Семён”, – всё с той же улыбкой представила меня Мику. – “Сенечка, а это мой любимый папулечка – Архип Андреевич!” – повернувшись ко мне, прощебетала она. Стараясь сохранить каменное лицо, я поднялся и протянул руку. “Приятно познакомиться, Архип Андреевич”. “Да… Мне тоже”, – негромко сказал он. Но в его голосе я отчётливо уловил нотки угрозы. Рукопожатие вышло крепким. Настолько, что у меня почти кости затрещали. Но я не подал виду. ~“С такими людьми надо показать себя сильным и уверенным в себе молодым человеком, достойным его дочери”. “Ого. Говоришь, как будто каждую неделю знакомишься с папиками твоих подруг”. “Всё проще. Я бы на его месте вёл себя точно так же. И в этой ситуации это не нравится мне больше всего”. ~ “Па, а ты чего приехал? Так не терпелось меня увидеть?” – продолжала улыбаться Мику. “Конечно, дорогая моя. Но кроме того, ты писала, что тебе здесь не нравится. Как только письмо дошло до меня, я сразу за тобой и приехал”. Увидев моё изумленное лицо, японка виновато опустила взгляд. “Это было почти неделю назад. Сейчас у меня всё очень хорошо. Правда-правда!” “Да… Я заметил”, – протянул Архип Андреевич. – “Молодой человек, можно мы с моей дочерью поговорим? Наедине”. Кивнув, я улыбнулся Мику уголками губ и вышел на террасу. ~“Сказка начинает превращаться в реальность?” “Ну, да. Я как-то позабыл, что сюда могут нагрянуть ещё и другие люди. Такие, как папа Мику! И что теперь делать?” “Как что? Надо ему понравиться!” “Легче сказать, чем сделать. Я бы на его месте прямо сейчас забрал Мику, а суженому-ряженому пообещал бы сломать хребет, если он решит ещё раз связаться с ней”. “И это нормальное поведение любого отца. Но я уверен, у тебя получится”, – загадочно прозвучало в голове. “Почему это?” “Назовём это чуйкой. А пока - не стой столбом! Послушай хоть, о чём они говорят. Только аккуратно, а то и вправду хребет сломают”.~ Однако мне даже не пришлось подслушивать. Разговор вдруг резко перешёл на высокие тона, и только глухой его не расслышал бы. “Я уже не маленькая! Я сама знаю, с кем мне быть, а с кем нет!” “Мику, тебе шестнадцать лет! И ты совсем не знаешь ничего о нём. Вдруг этот хлыщ с тобой только играет? У парней в таком возрасте только одно на уме!” “Нет! Он мог уже сто раз меня бросить, но не сделал этого. Папа, я чувствую, что он тот самый!” “А я чувствую всё с точностью до наоборот. И, слава богу, в нашей семье я главный! Значит так, я запрещаю тебе с ним встречаться!” “Но папа!..” “Не папкай мне тут. Выбирай: либо мы уезжаем сейчас, либо ты при мне рвёшь с ним все связи и остаёшься до конца смены. Под пристальным присмотром вожатой”. “Ты не уделял мне почти никакого внимания, а сейчас вдруг решил начать заботиться обо мне?! Как это мило! Iie, watashi no daisuki na papa! Теперь я сама буду выбирать, что мне делать. А если будешь мне мешать, я вообще домой не вернусь!!!” – яростно прокричала Мику. Распахнув дверь, она буквально вылетела из музклуба. На лице её отчётливо виднелись злость и ненависть. Но это было лишь маской. Влага на глазах говорила о том, что последнюю фразу она говорила, еле-еле держа себя в руках. “Мику, погоди!” Какой там. Сейчас её разве что поезд остановит. И то не факт. Идти за ней я не стал. Нужно было дать ей время, чтобы остыть. По себе знаю. “Ну что за характер… Вся в меня пошла…” – угрюмо пробормотал Архип Андреевич. Тут его взгляд сфокусировался на мне. “Ну что, доволен? Против отца настроил и рад, да?” “Нет. Я никого против вас не настраивал. В этом виноваты лишь вы сами”. ~“Сёма, нечто подобное было перед директором лагеря. Давай ты будешь учиться на ошибках, хорошо?” “Всё под контролем. Не ударит же он меня, в самом деле!” “Не ударит. Но он отец Мику и у него есть некая власть над своей дочерью. Так что аккуратнее на виражах”.~ “Ты меня ещё жизни учить будешь?! Сопляк!” – рыкнул он, оказываясь слишком уж близко ко мне. “Я не учу вас жизни. Просто делаю выводы из того, что слышал пару минут назад”, – пожал плечами я, стараясь не обращать внимания на сжатые в кулаки руки. – “Я понимаю ваши чувства. Но вы совсем не знаете меня, а значит, и выводы сделали слишком поспешно”. “Понимает он”, – хмыкнул отец Мику и угрожающе зашептал. – “А раз ты меня так прекрасно понимаешь, то сделаем по-простому: не подходи к ней. Никогда. Я сам решу, поспешно сделал я выводы или нет”. Поправив пиджак, он развернулся и пошёл в сторону площади. ~“Бегу и спотыкаюсь. Зуб даю, это проверка. А значит, её обязательно нужно пройти”. “Насчёт зуба, это ты хорошо сказал”, – усмехнулся голос. ~ Разговор с отцом Мику немного вывел меня из равновесия. Снова идти к нему в таком настроении было неразумно, а делать было больше и нечего. Тогда я решил переждать бурю в каком-нибудь тихом месте. ~“Лагерь он не знает, значит, пошёл искать вожатую. Следовательно, домик пока пуст. Отлично”.~ Прикрыв дверь музклуба, я неторопливо пошёл к себе. Ольги Дмитриевны действительно не было дома. Заходить внутрь я не решился. На улице было довольно жарко, особенно под палящим солнцем, а значит в домике скорее всего ужасная духота. Однако рядом стоящий шезлонг вновь был решением данной проблемы. Отодвинув его поглубже в тень деревьев, я собрался было сесть, как услышал своё имя. Об Ольге Дмитриевне можно было не заботиться, а вот её помощницу я упустил из виду. “Привет, Славя. Давно не виделись”. “Привет! И вправду. Хотя, вроде, всё время рядом находимся”, – сказала девушка в своей обычной манере и улыбнулась. – “В начале следующей смены проверка будет, вот нашу вожатую и решили делами завалить. Я просто не могла пройти мимо её проблем. Ты случайно не знаешь, где она?” “Точно сказать не могу. Могу сказать только, что она с отцом Мику где-то ходит”. “О, вы уже познакомились? И как он тебе?” “Ну… Пяти минут явно мало, чтобы делать какие-либо выводы”. “Пять минут?” – удивилась Славя. – “Что-то пошло не так?” “Можно и так сказать”, – горько ухмыльнулся я. “Не расскажешь? Я постараюсь помочь!” ~“В этом вся Славя. Дел невпроворот, а не может пройти мимо чужих бед. Потрясающий человек!” “Я бы не стал отказываться. Свежий взгляд на ситуацию всегда полезен”. “После того, как нас током шибануло, ты стал говорить разумные вещи! Надо было с этого начать в первом дне”. “А ты головой о стену ещё побейся. Да посильнее. Я вообще буду умнее всех на свете!” – фыркнул голос. ~ Улыбнувшись, я указал на шезлонг. “Ну тогда присядь. Будет у тебя небольшой перерыв в виде разбора отношений одного пионера”. Поблагодарив меня милой улыбкой, она села, но через пару секунд вдруг покраснела. “Может, ты тоже сядешь? А то мне как-то неуютно…” Кивнув, я смахнул пыль с лесенки у двери и присел. “Так лучше?” – наметил улыбку я. “Гораздо. А теперь рассказывай, что у вас произошло”. Рассказывать особо и нечего было. Я уложился где-то минуты в три. “Знаешь, мне кажется, тебе надо прямо сейчас пойти к Мику”, – задумчиво сказала Славя после того, как я закончил. “Это плохая идея. Она на нервах, папа её тоже. Кто знает, что может произойти”. “Но так ты покажешь Архипу Андреевичу, что Мику для тебя не пустой звук. Вся его злость – это проявление страха за свою дочь. И даже если он будет пытаться выставить тебя, тебе нужно остаться. Может, он…” “Проверяет меня, да. Я тоже об этом думал”, – протянул я, обдумывая её слова. “За своё счастье нужно бороться, Семён. И не важно, сколько нужно приложить для этого сил”. “Говоришь так, как будто наши отношения с Мику висят на волоске”, – хмыкнул я. “А это не важно”, – улыбнулась она и положила руку мне на плечо. – “Главное, нужно действовать. Поступки говорят гораздо больше слов. Это я тебе как главная активистка «Совёнка» говорю”. “Правильно. Кому-то очень сильно повезёт, когда он найдёт тебя в своей жизни”, – подмигнул я ей. Славя сразу покраснела и убрала руку. “Спасибо за совет. Если тебе понадобится моя помощь, обращайся. Кто-кто, а ты помощь точно заслужила!” “Я запомнила! Только потом не отпирайся, если я тебя загружу тяжеленными коробками из администрации”, – хихикнула она. “Ты главное напоминай мне, что я сам виноват”, – улыбнулся я в ответ. – “Всё, я побежал. До встречи!” Как и положено в тихий час, лагерь находился в дрёме. Даже птицы перестали щебетать. Тишину нарушал лишь звук алисиного «Урала», доносящийся со стороны сцены. ~“Надо к ним тоже забежать. А то ждут нас, поди. Но это всё потом”.~ Добравшись до домика Мику, я постучал. Ответом мне была лишь тишина. Я постучал ещё раз, но уже сильнее и настойчивее. Тот же результат. Тогда я решил посмотреть в окно, благо опыт у меня уже имелся. Внутри было пусто. Слишком пусто. ~“Вот это поворот. И куда это она намылилась? А папенька её где? Неужели, пока я мило болтал со Славей, они попросту уехали?!”~ Страх медленно начал сковывать моё тело и мысли. Благо у меня есть помощник в голове, который мигом вернул ясность мнимой затрещиной. ~“Не благодари. Руки в ноги и вперёд к выходу. Они не могли собраться и уехать так быстро”.~ Кивнув себе, я побежал. И побежал так, как будто от этого зависела моя жизнь. Пробегая через уже безмолвную площадь, я увидел вдалеке два силуэта почти у самых ворот. Выложившись на полную, я сократил это расстояние секунд за тридцать. И очень вовремя. Едва я оказался за воротами, как «Волга» медленно двинулась вперёд. В заднее стекло с красными и опухшими глазами смотрела Мику, со следами слёз на щеках. ~“Нет… Чтобы тебя так просто забрали у меня? После всего, что было?! Никогда!” ~ Со всей накопившейся злостью я в пять шагов обогнал машину и поставил руки на капот. Дёрнувшись, машина остановилась. Водительская дверь приоткрылась, и оттуда выглянула голова отца Мику. “Ты что творишь, сучонок?!” “Сенечка!!!” Раскрыв заднюю дверь, Мику выбежала и остановилась лишь в моих объятиях, не переставая плакать. “Тише, моя родная…” “Мику, вернись в машину! Немедленно!” – со злостью сказал Архип Андреевич. “Остановитесь! Посмотрите, до чего вы её довели!” “Я довёл?!” – рыкнул отец Мику. – “Да всё было хорошо, пока она не встретила тебя!” “Вы хоть сами в это верите? Она же вам письмо не просто так написала! Хватит уже притворяться, что всё нормально”. “Щенок, я без тебя разберусь, что нормально, а что – нет!” Сократив расстояние между нами, он потянулся рукой к Мику. Я хотел было её закрыть собой, но та вывернулась и сделала пару шагов от нас. “Папочка… Почему ты говоришь такие вещи… Почему ты не хочешь послушать Семёна?.. Ты же не такой… Ты… Ты меня пугаешь!” – заикаясь, проговорила Мику, медленно уходя назад шаг за шагом. “Мику, девочка моя, ну что ты такое говоришь…” Голос Архипа Андреевича смягчился, как и его взгляд. “Я делаю всё то же самое. Я забочусь о тебе. И сейчас моя забота заключается в том, чтобы забрать тебя от этого…” “Нет! Ты врёшь!” – крикнула японка и со всех ног побежала в лагерь. “Мику!” – одновременно воскликнули мы с её отцом. ~“Не стой столбом! Она же в таком состоянии всё что угодно сделать может!” – рявкнул голос.~ Замявшись ещё на долю секунды, я снова побежал. Но на этот раз не один. Не знаю, чем я не понравился её отцу, но тот не отставал от меня ни на секунду. К счастью, лагерь я знал получше него и оторвался среди жилых домиков. “Чёрт бы побрал эту вожатую! Где она ходит, когда происходит такое?!” К сожалению, оторвавшись от Архипа Андреевича, я потерял след Мику. Ближе всего был музклуб, поэтому я рванул туда. Я должен был найти Мику раньше, чем её отец! Тучи сгущались. В прямом смысле. Небо медленно закрывали серые облака, пряча за собой солнечный свет. Стараясь быть как можно незаметнее, я перебежками добрался до музклуба. Но внутри никого не было. Чертыхнувшись, я облокотился на веранду, пытаясь понять, куда делась Мику. ~“«Совёнок» довольно большой… Одна спортплощадка чего стоит! Так можно до конца смены её искать. А мне просто необходимо найти её раньше всех. Поговорить с ней, успокоить. Блин, вот нахрена её отец приехал именно сегодня?!” “Для начала успокойся сам, а то опять мне тебя в чувство приводить. А это, знаешь ли, не всегда просто!” – хмыкнул голос. – “Девочка в панике, она не станет залазить в какую-то подсобку. Подумай хорошенько, где она чаще всего была и начни искать там”.~ Пока я мысленно прогонял все места, непогода набирала силу. Становилось всё темнее. На крышу веранды упали первые капли дождя, а порывы ветра покачивали деревья в разные стороны. Покачав головой, я наткнулся взглядом на кое-что интересное. У ближайшего к музклубу дерева была сломана ветка, причем совсем недавно. Подойдя поближе, я увидел ещё и след от небольшой сандалеты на рыхлой земле. “Ох, Мику. Куда же тебя понесло…” – протянул я со вздохом. – “Надеюсь, я найду тебя раньше, чем нас смоет”. Наверное, идти в лес, когда на улице разыгралась самая настоящая буря, было не самой лучшей идей, но выбора у меня не было. Если бы в лесу был кто-то мне мало знакомый – ноги моей бы тут не было. Но там была Мику. Моя Мику. Двигаясь вперёд и периодически зовя японку, я дошёл до совершенно не известной мне части леса. Говорить про то, что я заблудился, не было смысла. Под грохот молний и порывы ветра я оглянулся вокруг. ~“И что ты хочешь найти? Указатель с подсказкой, куда нужно идти?” “Не ехидничай. Идти тупо вперёд тоже бессмысленно”. “Да-а-а? Жаль, что ты заметил это лишь спустя столько времени”, – фыркнул голос. “Что-то от тебя я ничего дельного не услышал!” – огрызнулся в ответ я.~ И тут мне невероятно повезло. Я наткнулся на чудом не размытые следы от сандалий. Сомнений быть не могло – это были следы Мику. И уходили эти следы вглубь леса. Обрадовавшись находке, я с новыми силами двинулся дальше, всё чаще зовя японку. Однако этого хватило лишь минут на десять. Я вымок до нитки и испачкался так, что при одном лишь моём виде Ольга Дмитриевна меня прилюдно казнит за порчу имущества лагеря. Борясь с отчаянием, я делал шаг за шагом, стараясь не думать о тех страшных вещах, что могли произойти с Мику в такую погоду. ~“Земля! Капитан, впереди земля!” “Чего разорался, я и сам вижу. Только не земля, а дом”.~ Сквозь ливень действительно виднелся силуэт дома. Если Мику там нет, то дальше искать было уже попросту бессмысленно. Скорее всего помощь потребуется не только ей, но и мне. Но не успел я сделать и пары шагов, как грунт под моими ногами начал проседать, и в следующую секунду я уже летел вниз. ~“Твою налево… Ох… Почему земля такая твёрдая… А, это бетон. Здорово…”~ Чертыхаясь, я поднялся на ноги и попытался отряхнулся. ~“Хотя зачем мне это? Все равно что мыться, стоя в грязи”. “Это, без сомнения, важная тема для размышления, но давай ты сперва поймёшь, где ты находишься и можно ли отсюда выбраться”.~ До края ямы было около трёх метров, поэтому речи о том, чтобы выбраться этим способом, даже и не было. Отодвинувшись от потока воды, я осмотрелся. Судя по большому количеству проводов, я был в каком-то техническом туннеле. Теперь возникал новый вопрос: куда идти? ~“Ну что, прибегнем к считалочке?” “Нет уж, спасибо. Теперь доверимся моей интуиции и пойдём вперёд”. “А доводы какие-то будут?” “У тебя больше нет вариантов. Поэтому шагай молча. Только аккуратно, не споткнись и не расшиби голову. Она мне ещё будет нужна”. “Да, сэр!”~ Следуя совету голоса, я двинулся вперёд. Как только света стало не хватать, я прислонил руку к стене и стал идти раза в два медленнее. Как говорится: тише едешь – дальше будешь. По туннелю разносились только звуки от моего шарканья. Местами на меня накатывала непонятная паника, но я успокаивал себя тем, что тут никого нет. Не знаю, сколько я так прошёл, но вскоре я буквально носом ощутил дверь перед собой. На ощупь найдя вентиль, я покрутил его и зашёл в проход. Темно было - хоть глаз выколи. Не заметив высокого порога, я споткнулся об него и в попытке удержать равновесие прижался к стене. Пошарив рукой по стене, я нашёл выключатель. Особо не надеясь на чудо, я опустил тумблер. Резко появившийся свет больно резанул мне по глазам. Привыкнув, я осмотрелся. Комната была похожа на радиорубку. Пара железных шкафчиков, что-то похожее на радио с кучей разнообразной аппаратуры и двухъярусная кровать. ~“Всё страньше и страньше. Есть идеи, где мы?” “Под землёй, очевидно!” – фыркнул голос. – “А более подробно: в каком-то убежище. Возможно, от ядерной атаки. Смотри, какие двери!”~ Доводы голоса были резонны. А раз это было какое-то убежище, то в нём должно быть что-то полезное. Мне снова улыбнулась удача: в одном из шкафчиков я нашёл работающий фонарь. Даже не фонарь. Фонарище! ~“Умели же делать в СССР вещи. Этому бункеру лет так за тридцать-сорок, а свет до сих пор работает. Такая же история и с фонарём!”~ Повозившись со второй дверью, которая была у противоположной стены, я вышел в новый коридор. Идти с фонарём было гораздо легче и приятнее. Туннель был абсолютно идентичен первому, поэтому я шёл на чистом автопилоте. ~“Скорее всего, ты прав. Недавно мы были в радиорубке. А это туннели, соединяющие пункты сбора. Вот только где они находятся? И где находится сам бункер? И почему это всё находится рядом с детским лагерем?”~ Пока я гадал о том, где же я всё-таки выйду на поверхность, я чуть не пропустил какое-то ответвление. Оно было раза в два уже основного туннеля и гораздо короче. Буквально через сто метров я вышел к двери. Но на этот раз она была закрыта кодовым замком. Причём довольно современным по меркам моего мира: с сенсорными клавишами и цветным дисплеем. ~“Это что ещё за чудеса? Откуда такие технологии в СССР?” “Может, это военный объект. Кто знает, как далеко советская наука прошла под грифом «совершенно секретно»”.~ Набрав цифры наугад, я узнал, что код состоит из восьми цифр. ~“Итак: цифры могут повторяться… Тогда общее число всевозможных комбинаций - десять в восьмой степени. Ха! Всего-то сто миллионов. Если на каждую комбинацию тратить две-три секунды, то я управлюсь за…” “Может, перестанешь заниматься фигнёй? По пути посчитаешь”. “Ой-ой. А ты куда-то торопишься?” – съехидничал я. “Неуютно мне тут…”~ Голос говорил напряжённо, с нотками волнения. Это было на него не похоже, поэтому я в спешке вернулся в основной туннель. Я устал, хотел есть и вскоре вообще начал ругаться на отца Мику. ~“Вот что ему не сиделось на месте? Приехал бы под конец, извинился, крепко обнял дочь и забрал с собой. Но нет! Давайте приедем, всех поссорим и потеряем Семёна в шахтах!”~ Когда я увидел вдалеке лестницу, я даже прикрикнул от радости. С открывшимся вторым дыханием, я в быстром темпе направился к ней. На стене перед лестницей были странные картинки, явно нарисованные не так давно: оранжевая молния, циановая нота, кисточка с фиолетовой краской на ней и белая лань. Но я попросту не обратил на них должного внимания: слишком уж близко был выход из уже ненавистных мне туннелей. Пыхтя от натуги, я плечом открыл дверцу люка и выбрался наверх. ~“Старый лагерь. Серьёзно?! Я проходил столько времени и продвинулся всего метров на пятьсот вперёд? Какой же это бред…”~ Но сюрпризы на этом не закончились. Видимо, погода решила испортиться окончательно. На улице шёл проливной дождь, сопровождаемый сильным ветром и яркими молниями. “Супер, классно! Ох как же меня это начинает бесить…” Защищаться от дождя было нечем. Простонав, я от бессилия ударил по стене. “Ау!” ~“Ну что за бестолковый, а…” – вздохнул голос. ` Потирая ушибленную ладонь, я вышел на улицу, бормоча себе под нос проклятья. На этот раз тропинку, по которой мы пришли с Ульянкой, я нашёл сразу. Держась подальше от той злополучной ямы, я аккуратно пошёл по тропке. ~“А как же Мику?” – поинтересовался голос. “В лесу её точно нет. В такую погоду уж точно! Либо она сюда и не приходила вовсе, либо уже вернулась. Вообще идиотская была затея лезть в лес, не обыскав весь лагерь”.~ С треском и топотом я напролом прошёл через заросли и оказался рядом со спортплощадкой. Вымокший до нитки, я пошёл к единственному месту, способному меня успокоить. ~“Короче: я сегодня очень злой, голодный и уставший. Поэтому есть и сразу спать, а то наговорю ещё лишнего”. “А если из-за того, что ты не придёшь, отец Мику заберёт её с собой?” “Я… Агр-р-р. Когда ты говоришь только правильные вещи, то раздражаешь ещё больше!” “Спасибо, я стараюсь”, – с улыбкой в голосе сказало моё эго. ~ С сожалением посмотрев на открытые двери столовой, я потопал дальше. Обращать на такую мелочь, как проливной дождь, внимание я перестал ещё в лесу. Идей, куда мне нужно было идти, у меня не было. Однако этот вопрос очень быстро решила появившаяся буквально из ниоткуда Ульянка в жёлтом дождевике. “Сем Семыч! И где тебя носило? Я уже третий раз лагерь по кругу оббежала, а тебя всё нет и нет. А тут ещё и такая погода!” – негодовала младшая из рыжих. “Ну уж извини, что заставил тебя побегать. Я этого не просил!” – грубо ответил я. Сразу после того, как было сказано последнее слово, я раскаялся. ~“Ульянка потратила кучу своего времени, чтобы меня найти. Да ещё и в такую погоду! А я как неотёсанный болван себя веду”. “Впрочем, ничего нового”, – ехидно заметил голос.~ "Прости, Ульян. Я немного потерялся, бродил по катакомбам и вымок насквозь”. “Катакомбам? Ух ты!” – от удивления Ульяна даже забыла на меня обидеться. – “А где ты их нашёл? Было что-то интересное? А призраков видел?” “Где нашёл – не скажу. Ты туда сразу полезешь, потом я тебя искать буду. Интересного ничего не было. Только бесконечные туннели и всё”. “И всё? Значит ты плохо искал! Но это потом”, – вспомнив, зачем меня искала, она тут же потянула меня за руку. – “Пошли скорее на площадь. Там тётя Оля уже поисковый отряд собралась организовывать. Шутки ли, что пионер в шторм в лесу потерялся!” “А Мику-то где?” “Она тут была. Мы её нашли минут через десять после твоего ухода. В музклубе. Её ещё папа искал. Они там поговорили немного и вышли уже в обнимку. Я весь лагерь прочесала, но тебя не нашла…” Выйдя на площадь, я сразу увидел обсуждавшую что-то толпу в таких же дождевиках. Мику, Славя, Алиса, Лена, Ольга Дмитриевна и Архип Адреевич. “Хорошо ещё, что начальник не узнал. А то такое бы было…” “Какой я, оказывается, нужный…” “Сенечка!!!” Увидев меня, Мику с громким криком побежала ко мне. ~“Где-то я уже это видел. Надеюсь, на этот раз меня не повалят на землю”.~ Видимо Мику тоже об этом подумала, потому как слегка притормозила перед тем как влететь ко мне в объятия. Я покрепче обнял её, и мы покружились. Под возмущённое покашливание вожатой и Архипа Андреевича, японка осыпала моё лицо поцелуями прямо под проливным дождём “Вот уж не знаю, специально ты заставляешь меня нервничать и волноваться?” – слегка улыбаясь, сказала она и осмотрела меня. – “И угораздило тебя в лесу потеряться. Да ещё и под дождём…” “В этом весь он”, – произнесла вожатая и ожгла меня взглядом. – “У меня есть пара вопросов и целый вагон возмущений! Знаю, от дождевика пользы уже будет мало, но всё же…” Накинув на себя жёлтый резиновый плащик, я кратко описал, что со мной произошло. “Я Мику искал в лесу. Ну и так получилось, что провалился под землю и попал в какие-то катакомбы”. “Катакомбы?” – в один голос спросили Алиса и Лена. На лицах остальных тоже виднелось немалое удивление. “Ну, или что-то, что очень на них похоже. Я там пробродил всё это время”. “Ох, Семён. Вечно тебя тянет на неприятности. Ты даже хуже Алисы с Ульяной в этом плане”, – покачала головой вожатая. “Мы вообще-то всё слышим, товарищ вожатая!” – недовольно пробубнила Алиса, а Ульянка скорчила вожатой рожицу. Естественно, делала она это за её спиной. Увидев это, Славя улыбнулась, но быстро пришла в себя и пригрозила ей пальцем. “Ладно. Хорошо, что ты выбрался сам до наступления темноты. В общем, девочки – вы на ужин, а Семён – домой. Переодеваться и согреваться. А то заболеешь ещё!” – отдала приказ вожатая не терпящим возражения тоном. “Подождите, Ольга Дмитриевна. Я заберу Семёна ещё на пару минут, вы не против?” – вежливо поинтересовался папа Мику. Кивнув, вожатая принялась разгонять навостривших уши пионерок. Мику стояла, овившись вокруг моей руки, и с серьёзным видом смотрела на отца. Такой взгляд почему-то смутил Архипа Андреевича. “Вы что-то хотели, Архип Андреевич?” – помог я. Хмуро посмотрев на меня исподлобья, он прокашлялся. “Кхм. В общем, я много лишнего наговорил сегодня… Но это не потому, что я тиран какой-то, а потому, что забочусь о своём самом большом сокровище. Хоть и то, что произошло в лесу, очень неразумно и бессмысленно…” – в этот момент Мику сверкнула глазами, а её отец сразу же вернулся к тому, что хотел сказать. – “Но это показывает, что тебе не всё равно, и ты… Ты приложишь все усилия, чтобы найти и защитить мою дочь невзирая на какие-либо преграды”. Почесав затылок, он продолжил: “А поэтому… Не то, чтобы я был очень за… Но… Но ты можешь попробовать быть молодым человеком моей дочери”. По виду Архипа Андреевича было понятно, что эти слова давались ему особенно тяжело. Но взгляд дочери был для него словно кнут и пряник одновременно. “Спасибо. Я рад, что удостоился такой чести”, – с ухмылкой кивнул я. “Не паясничай! И вообще, если моей дочке что-то не понравится или она пожалуется, что ты пристаёшь к ней – пеняй на себя!” Смех Мику тут же разрядил напряжённую обстановку. “Папочка, мы уже говорили с тобой на эту тему, поэтому не волнуйся!” “Это я так… Чтобы голову не терял суженый-ряженый твой”, – посмотрев на часы, отец Мику покачал головой. – “Уже опаздываю. Ладно, дуйте по домам, а мне пора. Мику, за тобой я приеду под конец смены. Если что, обязательно пиши!” “Папулечка, мы тебя проводим!” – улыбнулась моя японка. Я хотел было возразить, что в такую погоду это не очень хорошая идея, но кто бы дал мне право на это самое возражение! Взяв нас под локти, она со счастливой миной на лице повела нас к воротам. Пока они обсуждали предстоящее выступление, я просто шёл молча. Усталость всё больше давала о себе знать, а порывы ледяного ветра заставляли меня вздрагивать от холода. В таком состоянии я был похож на студень. “А, чуть не забыл”, – хлопнул себя по лбу Архип Андреевич, уже садясь за руль чёрной «Волги», – “Как приедем, у меня для тебя будет один сюрприз”. “Ну и зачем ты мне это сказал?” – недовольно сморщила губки Мику. – “Опять интригуешь и ничего не говоришь. Всегда так!” “Ну, теперь у тебя есть причина не сбегать с этим молодым человеком”, – хохотнул он. – “Я не расскажу, потому что это ещё не точно. Всё, я поехал. Хорошо вам провести остаток смены!” Под взмахи наших рук, он завёл машину и вскоре скрылся за стеной дождя. Развернувшись, мы пошли назад в лагерь. “Да уж… Насыщенный вышел день”. “После того, как мы с тобой начали встречаться, они всегда такие. Ты не заметил?” – хихикнула Мику. “Вот не знаю, хорошо это или плохо”, – покачал я головой. “Конечно, хорошо! Будет что детям рассказать”. “А не рановато о таких вещах думать?” “А что, уже испугался?” – лукаво посмотрела она на меня. “Самую малость. Вдруг ты меня вообще разлюбишь?” “Не говори ерунду, Сенечка”, – сказала она и чмокнула в щёку. – “Такого не будет. Senri no sae tabi mo ippo kara hajimarimasu”. “Опять начинаешь?” – устало вздохнул я. – “Хоть не материшь меня там?” “Нет, конечно. Если перевести на русский: даже путь в тысячу километров начинается с одного шага. А его мы уже сделали. Поэтому просто вместе идём вперёд!” – радостно улыбнулась она. “Хорошо сказала. А куда идём-то?” “Сперва ты переоденешься и высушишься, а потом в столовую зайдём. Ты, наверное, голодный. А моему самураю обязательно нужно набраться сил”. “Зачем это?” – с лёгким испугом спросил я. “Как зачем? Ты обещал мне рассказать про себя. И даже не думай отнекиваться, у тебя всё равно ничего не выйдет!” На мою попытку возразить, она просто приложила палец к моим губам, развернула и лёгким толчком направила к двери. “И я тебя тоже люблю. Буду ждать здесь!” “Под проливным дождём? Может, всё-таки в столовой и встретимся?” “Нет уж. Я буду ждать тебя здесь и только здесь. Так что, если я заболею, дожидаясь тебя, то виноват будешь исключительно ты!” – радостно улыбнулась она. Я хотел было возразить, но вместо этого лишь вяло махнул рукой и зашёл внутрь. “Вот и ты”, – кивнула вожатая и полезла в шкаф. – “Как проводили Архипа Андреевича?” “Нормально вроде”, – пожал плечами я и хотел было сесть на кровать, но передумал. ~“Если я сяду на мягкое, то через пару секунд буду уже лежать, а ещё через пару – сопеть. Ну и разбудят меня, скорее всего, ледяной дождевой водой. Поэтому придётся стоять”.~ “Да уж. Целая драма сегодня в лагере была. Хоть в театре играй! Вот, держи. Как знала, что опять измазюкаешься”. С улыбкой на лице она протянула мне рубашку. “Переодевайся. Обещаю, подсматривать не буду”. “Да мне как бы…” “И в следующий раз, если вдруг захочешь поискать кого, предупреди меня. Или, если не доверяешь, подруг своих рыжих. Ведь всё могло довольно печально закончиться”. “Теперь я в ту степь ни ногой, честное пионерское. Нагулялся уже. И кому вообще нужны эти катакомбы? Да ещё и погода…” “Чего не знаю, того не знаю. Расскажи лучше, как прошло твоё знакомство с родителями Мику!” “Ольга Дмитриевна, а вам не кажется, что…” “Семён. Вы уже не стесняетесь прилюдно проявлять свои, м-м-м, эмоции. А это, спешу тебе напомнить, запрещено. Так что давай, раскалывайся”, – ухмыльнулась вожатая. Спорить я не стал. Попросту не было желания. “Видимо, когда они переговорили второй раз, Мику смогла его убедить, что я не кабе… В общем, что у нас всё серьёзно. И он благословил меня на право быть парнем Мику. Странно всё это”, – хмыкнул я, застёгивая пуговицы. “Осталось ещё с мамой познакомиться. Она, насколько я помню, японка. Причём коренная. Поэтому придётся тебе, Семён, изучать японскую культуру!” “Обязательно займусь этим вопросом, но позже. Сейчас я способен на то, чтобы пойти поесть и погулять полчаса с Мику. Не больше и не меньше”. “В такую погоду? Нет, нет, и ещё раз нет. Оба заболеете и мне с вами возиться ещё!” – сразу же забраковала вожатая идею Мику. “Я тоже не в восторге от всего этого, поэтому ваши слова меня только радуют. Думаю, вместо прогулки я посижу в домике у девочек”. “Это уже лучше. Но недолго! Ужин уже закончился, но если поторопишься, то успеешь перед закрытием. Скажи, что я велела тебя накормить”. “Спасибо, Ольга Дмитриевна. Вы святой человек”. “Иди уже. Умоешься по пути под дождём”, – улыбнулась она и кивнула на дверь. “Вот. Сразу другим человеком стал. Ещё бы грязь с лица убрать и тогда уже целоваться можно”, – хихикнула Мику, когда я вышел на улицу. “Да, это мне уже говорили”. “Что, и про поцелуи тоже?” – рассмеялась японка, беря меня за руку. “Конечно! А ты думаешь, почему я у неё в домике живу. Самый настоящий служебный роман!” “И я тебя ещё перед папой выгораживала. Ужас!” – разочарованно покачала она головой. Достав из кармашка небольшую белую упаковку, она протянула её мне. “Это влажные салфетки. Папа привёз”. “Спасибо. Кстати, а что ты ему такое сказала, что он резко поменял свою точку зрения?” К моему счастью, дверь в столовую была ещё открыта. Пропустив сперва Мику, я зашёл внутрь. “Я просто подумала, что будет очень глупо, если сейчас все со всеми разругаются, и решила всё взять в свои руки! Садись пока, я всё принесу”. На мои вялые попытки поспорить, она крепко меня поцеловала и ушла на кухню. Через пару минут на столе появилась тарелка разогретого супа, второе, пара кусков хлеба и компот. “А сама?” “Я не голодна. А ты ешь давай, пока я рассказываю, что было, пока тебя не было”. Я послушно опустил ложку в суп и начал слушать. “Когда я прибежала в домик, то была очень расстроена. Я совсем не так представляла себе твою встречу с моим отцом. И совсем не думала, что он будет так категорически против. Даже расплакалась от обиды. Это мне и помогло. Я немного успокоилась и решила поговорить ещё раз. Только на этот раз я уже знала, что нужно сказать. Я рассказала о том, как ты помогал мне, заботился. Как подрался из-за меня… Папа хоть и кажется таким грубым, но на самом деле он очень хорошо всё понимает. Он рассказал, что ты можешь меня обмануть, чтобы…” – Мику вдруг густо покраснела. – “Обмануть, в общем. Поспрашивал, уверена ли я в тебе. В конце концов, он согласился на то, чтобы дать тебе шанс. А тут ты ещё в лес на мои поиски отправился. Это окончательно поставило точку в его решении. И показало мне ещё раз, что ради меня ты даже в огонь готов броситься…” “Как говорится, я за тобой пройду сквозь воду, огонь и медные трубы”, – ухмыльнулся я. “И я в этом не сомневаюсь”, – тепло улыбнулась она, погладив меня по щеке. Остаток ужина мы так и просидели молча. Я пополнял силы, а она всё с той же тёплой улыбкой гладила меня по волосам. Это было так приятно, словно я вернулся в родной дом после изнурительного дня, где меня ждала мама… ~“Ты уверен, что надо рассказывать всё?” – спросил голос. “Нет. Но скрывать уже нет смысла – осталась всего пара дней. Очень хочется верить, что она не пошлёт меня после такого”. “Тогда не переусердствуй, как ты это любишь делать”. “Ну что ты. Никакой драмы. Только голые факты!” – хмыкнул я. “Но драма может быть в другом. Я ведь тоже знаю о ней не так уж и много. А раз уж сегодня у нас вечер откровений…” ~ Закончив с ужином, я расспросил Мику о наших дальнейших планах. “Дождик этот всё портит… Можно пока посидеть в музклубе. Как тебе идея?” Кивнув, я убрал за собой посуду и под руку с Мику вышел на улицу. Дождь был уже не такой сильный, но он всё же был. Стараясь вымокнуть как можно меньше, мы быстро добрались до одиноко стоящего музклуба на краю лагеря. “Моя бы воля, я бы забрала этот домик с собой. Уже в который раз он становится местом, где можно спрятаться от всего: от суеты, непогоды и плохих воспоминаний”. “А у тебя так уж много этих самых плохих воспоминаний?” – спросил я, закрывая за собой дверь. Вытащив из подсобки невесть откуда взявшиеся маленькие подушки, она отдала одну мне. “Ну… Не то, чтобы много, но в какой-то момент мне казалось, что моя жизнь сплошь покрашена в тёмные цвета”. Поставив в ряд пару стульчиков, она довольно кивнула, положила свою подушку на мои колени и улеглась. “Помню, ты в первый день рассказала мне о себе. Хафу, да? Неужели родословная так сильно влияет на отношения между японцами?” “Не у всех. Были ребята, которым это было побоку, но сдружиться я с ними не смогла. Говорила очень много и часто. Сама виновата, в общем”, – слегка нахмурилась Мику. “Да нет. Разве ты выбирала, какой тебе родиться? Разве выбирала, где тебе жить?” “Нет… Но… С тобой трудно спорить, Сенечка. Особенно, когда ты так всё обставляешь. Мне действительно было очень плохо и больно от того, что все дети играли и веселились вместе, но без меня. Мне до слёз было обидно, когда на уроках физкультуры меня даже в команду к себе не брали. На меня смотрели, словно на пустое место. А если я к ним обращалась, то меня попросту слали дальше. Когда ты маленький ребёнок, то тебе крайне сложно понять, в чём проблема. А ведь это вообще и не проблема... Это обычный предрассудок… Предрассудок, который стоит многим похожим на меня детям счастливого детства…” В глазах у Мику стояло такое ярко выраженное чувство боли, что у меня сердце сжалось. Но, увидев скорбное выражение на моём лице, она улыбнулась и коснулась ладонью моей щеки. “Но за последнее время я поняла одну важную вещь, Сенечка. Как бы у тебя всё ни сложилось, всегда можно это поменять. Нужно лишь по-настоящему захотеть этого. Я прямое тому доказательство. Правда, иногда для того, чтобы захотеть, нужна помощь. И эта помощь сейчас сидит подо мной и смотрит на меня с таким вниманием, что я сейчас покраснею”. Мотнув головой, я мягко взял её ладонь и прикоснулся к ней губами. “Теперь моя очередь соглашаться. И ты тоже та самая помощь, которая мне была так необходима. Даже нет. Ты не помощь – ты моё спасение”. В этот момент косые лучи заходящего солнца прорвались сквозь расступающиеся облака и разогнали полумрак нашей обители. “Мне кажется, это знак. Не удивлюсь, если у тебя даже крылышки сейчас появятся”, – усмехнулся я и поцеловал Мику в лоб. “Ты меня уж слишком идеализируешь”. “А вот и нет. Всё, что я сказал – чистейшая правда”. “Чтобы поверить, мне надо узнать о тебе чуть больше, чем имя и фамилию”. С улыбкой поднявшись, она взяла меня за руку и потащила за собой. На мой вопросительный взгляд, Мику лишь просто ответила: “Раз на улице солнышко, то давай всё же вернёмся к моему первоначальному плану – пошли на пляже посидим, там сейчас будет очень красиво”. Тучи разошлись уж слишком быстро. Мы всего лишь прошли через весь лагерь, а на чистом небе уже начали зажигаться первые звёзды. На пляже действительно было очень красиво. Яркий закат, мирно плещущаяся река и любимый человек рядом. Всё это было настолько идеально, что порой меня охватывали сомнения в реальности всего происходящего. Но настолько подробных и длинных снов тоже не бывает. А значит выход был только один – наслаждаться тем, что есть. “Пойдём вот туда сядем!” Мику указала на дерево, стоящее у самой кромки воды. То самое, на которое я обратил внимание такие бесконечно далёкие пять дней назад. Выбрав место поудобнее и посуше, она постучала ладошкой рядом с собой. “А теперь рассказывай. Всё-всё-всё. И давай договоримся – никаких тайн. Пусть между нами будет безоговорочное доверие “Что ж. Я родился в небольшом городе, который абсолютно никак не выделялся среди остальных. Жил с родителями. Хорошо закончил школу, увлекался многими вещами, начиная от музыки и заканчивая спортом”. “А почему ты тогда не хотел с нами выступать?” – слегка разочарованно спросила Мику. “Об этом дальше. Хорошо сдал экзамены и поступил в Москву…” “Стоп. Как это поступил? Ты так рано школу закончил?” “Ах, да. Совсем забыл один маленький нюанс. На самом деле мне двадцать лет”. Первые секунд пять Мику недоумённо смотрела на меня, а потом рассмеялась. “Я тебе почти поверила! Ты с таким серьёзным выражением лица это говорил! Но мы же договорились говорить только правду…” – увидев, что я грустно усмехнулся, она перестала улыбаться. – “Что такое, Сенечка?” “А я и говорю. Сейчас я попрошу тебя помолчать и просто выслушать меня”, – я сжал её ладони и посмотрел прямо в аквамариновые глаза. – “Так получилось, что я не из этого мира или времени. Да, я понимаю, что звучит абсурдно, но я не вру. Я уснул на автобусе в своём 2016-ом году, а проснулся в совсем другой стране, в 1989-ом. Более того, я помолодел на два-три года”. Я сделал паузу, дав Мику время осмыслить всё это. Примерно через минуту она медленно начала говорить: “Я… Я чувствую, что ты не врёшь. Но… В это так сложно поверить… Как такое вообще может быть?” “Я не знаю. Но факт остаётся фактом – я здесь. Без документов и каких-либо знакомств за пределами «Совёнка». Поэтому я и не рассказывал никому о своём прошлом. Здесь его попросту нет”. “Тебе, наверное, было одиноко. В самый первый день”, – с сожалением произнесла Мику. “Не совсем. Теперь давай окунёмся в жизнь Персунова послешкольного образца. Амбиций было хоть отбавляй. Я проявлял себя везде, где только можно. Но безуспешно. Везде и всюду происходило так, что я проигрывал или мне не хватало запала. Я не железный. Раза после двадцатого я понял, что идти против течения нет абсолютно никакого смысла. И я сдался. Так в небытие начали уходить все мои музыкальные, актёрские и спортивные навыки. Ведь они были мне ни к чему”. “Ох, Сеня…” “Я всё больше и больше разочаровывался в людях. Они были словно крысы. Пока всё хорошо, все белые и пушистые. Но стоит угрозе лишь показаться, как каждый старается спасти свою собственную шкуру и урвать кусок побольше”. “Но почему? Ведь любые преграды всегда лучше и легче проходить вместе!” “Ты права. Но есть одно "но". Каждый хочет ничего не делать и иметь при этом всё. Поэтому всегда проще и легче держаться позиции «моя хата с краю». Чуть что, а ты уже в безопасности и ждёшь, пока появится благоприятная для тебя ситуация. И таких людей не сотни, и даже не тысячи. Мной тоже пытались воспользоваться, но я вовремя всё понял. И я начал презирать всех этих… выродков. Людьми их уже не назвать”. “Ты говоришь такие плохие вещи… Даже в своём детстве я думала, что будущее всегда светлое. А теперь…” – с грустью прошептала она. “Но это моё будущее. Не твоё. В моём мире, во времена СССР, в пионерлагерях бегали ещё совсем школьники, а не такие замечательные девицы. Больше отличий я не назову, потому что ничего и не видел”. “Хочешь сказать, что моё будущее будет другим?” “Я не знаю. Но если мы будем вместе, то обязательно решим эту проблему”, – улыбнулся я и поцеловал мою Мику в лоб. Она начала улыбаться, но вдруг её лицо начало вытягиваться, как будто она поняла что-то ужасное. “А ты… Как же ты?.. Если ты попал сюда непонятно как, то можешь и так же исчезнуть… А как же… Я?” Все те мысли, которые часто посещали мою голову, теперь накинулись на сознание японки. На её глазах начали появляться слёзы. Она сжала мои ладони изо всех сил и заплакала. Всё, что мне оставалось делать – это лишь дать понять, что я ещё здесь. Я как можно крепче обнял её. “Девочка моя… Не плачь. Это место так много сделало для меня. Для тебя. Для нас. Может быть, оно сможет сделать так, чтобы я остался здесь? Я готов заплатить любую цену, лишь бы быть рядом с тобой, моя аквамариновая звёздочка”. В горле начали появляться комки, а на глазах накапливалась предательская влага. Я успокаивающе гладил подрагивающую Мику по спине, а сам старался унять бушующее море из мыслей. “Последняя неделя была сказкой. А сказки всегда заканчиваются счастливо. Я просто не хочу верить, что всё закончится как-то иначе”, – тихо говорила Мику, постепенно успокаиваясь. “Любовь побеждает обстоятельства”. “Хорошо сказано. Сам придумал?” “Услышал где-то. Давай не будем грустить, а будем верить, что всё будет хорошо?” “Давай”, – несмело улыбнулась Мику. Вытерев слёзы, она положила голову мне на плечо. “А расскажи, что будет в будущем! Только без мрачных подробностей, а то мне уже их хватило”. “Ну… Очень далеко шагнул технический прогресс. У каждого есть телефон, но не такие бандурины, а миниатюрные. Размером с ладонь где-то. Придумали такую штуку, как интернет. С помощью неё ты можешь сделать почти всё, что угодно”. “Ого, это как?” “Ну, смотри. Захотела купить какую-то вещь – вбила пару строчек в поисковую систему и вуаля – выбирай всё, что тебе угодно. Захотела научиться чему-то новому? Не вопрос. Есть миллионы обучающих видео, где всё подробно расписано”. “Ух ты!” – восхитилась Мику. “Всё чаще и чаще люди летают в космос. Мы даже нашли пару потенциально пригодных для жизни планет. До них всего десятка три-четыре световых лет”. “Здорово. То есть мы когда-нибудь сможем перелететь на другую планету?” “Ну, насчёт нас не знаю”, – ухмыльнулся я. – “А вот наши потомки – очень даже вероятно”. “А про Японию знаешь что-нибудь?” “Только то, что она в техническом плане идёт впереди планеты всей. Прости”, – виновато пожал плечами я. “Жаль. Или нет. Я лучше сама всё это увижу. Нет, не так. Мы вместе всё это увидим!” – уверенно заявила она. “И никак иначе”, – согласился я с ней. Такая эмоциональная разрядка была последней каплей. Со стороны воды дул приятный прохладный ветерок, где-то в траве стрекотал светлячок, а от Мику излучалась аура спокойствия и умиротворения. Облокотив голову о дерево, я прикрыл глаза. “…Вставай давай!” Лёгкий толчок в плечо, и я тут же ошарашено посмотрел вокруг. “Что?” “Сижу и думаю – как же хорошо. Молча сидим и наслаждаемся романтикой вечера. А ты как засопишь!” – притворно злилась Мику. Но глаза выдавали её с потрохами – в них виднелись искорки смеха. “Ну, уж извините. Я и так продержался намного дольше, чем думал. Скажи ещё спасибо, что не уснул сразу по прибытии!” “Ну ты и со-о-оня”, – последнее её слово поглотил чудовищный зевок. “Ага, именно он”, – ехидно хмыкнул я. Стрельнув в меня взглядом, Мику улыбнулась. “Пошли спать тогда”. “К тебе или ко мне?” “В смысле?..” “Ну, ты говоришь: "спать пошли". К кому пойдём-то?” “Дурачишься опять?” “Исключительно, чтобы не усну-у-уть. Вот, ты зевнула и вызвала цепную реакцию. Будем идти и зевать теперь”. “Не пра-а-авда!” – тут же зевнула она. “Хотя знаю я одно средство, зевать точно не будем”, – озорно подмигнул я. “Это показывает то, как я тебя люблю. А не то, чем стоит заниматься, чтобы не зевать!” “Ну и ладно. Моё дело предложить”, – угрюмо шмыгнул я носом. “А моё – согласиться!” – хихикнула Мику. Снова стоя у её дверей, мы крепко-крепко целовались. Но в отличие от прошлого раза страсти теперь было поменьше. “Всё, хватит. А то до домика не дойдёшь”, – улыбнулась она. Чмокнув напоследок в щёку, японка зашла к себе. До домика было около двухсот метров, но в моём состоянии они показались мне намного длиннее! Ноги начали наливаться свинцом, а веки и вовсе норовили не подниматься после мигания. Собрав все силы, я открыл двери и, еле волоча ногами, направился к кровати. Вожатая сидела за столом и попивала чай, параллельно чиркая в своём ежедневнике. “Я думала, ты опять опоздаешь. Уже даже задание придумала для тебя на завтра”. “Видите, какой я непредсказуемый”, – хмыкнул я, скидывая одёжку. – “Сколько ещё до отбоя?” “Около получаса”. “О да-а-а”, – блаженно простонал я, упав на кровать. – “Лишние полчаса сна. Что может быть лучше?” “Действительно”, – хихикнула Ольга Дмитриевна. – “Я пойду, пройдусь на сон грядущий да проверю, все ли спят. Доброй ночи”. “Ага”, – только и смог вымолвить я. Уснул я даже раньше, чем вожатая успела выключить свет.