Может быть, в следующий раз?

Я не способна на что-то большее в данный момент времени, Мариса ушла, хлопнув дверью, а ее слова до сих пор звучат в моей голове. Говорят, если ты что-то отпускаешь и оно к тебе не возвращается, значит, так суждено судьбой и это просто не твое. НЕ собираюсь проверять это суждение, ведь я уверен, что Мариса именно та самая. Не знаю как переживу эту ночь, я просто обязан с ней поговорить. Только не сейчас, позже…когда закончится этот день и наступит утро. Когда Мариса переспит с мыслью о том, что отказалась от чего-то действительно стоящего, и стоящее в данном случае это не я, — это все, что я могу дать ей, это все, что она может подарить мне. Она поймет… поймет, что просто испугалась. Мои признания ее испугали. Да что там, они и меня сбивают с толку. Первый раз в своей жизни девушка так сильно проникла в мою душу. Впервые в жизни кто-то другой беспокоит меня больше, чем я сам. И кто? Случайная девушка из самолета. С виду такая сильная, а внутри хрупкое и нежное создание, чьи чувства нужно лелеять и подкреплять настоящими поступками. Всю ночь в голове тысячи вопросов. Что если Мариса не правильно меня поняла? Что, если я испугал ее своим отказом, и она больше никогда не станет проявлять себя по отношению ко мне. Я этого не переживу. Утром я сделаю первый шаг: я верну Марису и заставлю ее понять, что тоже чувствую собственную уязвимость, находясь рядом с ней. Я так же растерян и напуган. Могу ли я знать чем закончится наш разговор? Будем ли мы, как обычно мило препираться, или, наконец, решим быть вместе и займемся любовью… Оба варианта меня полностью устраивают, потому что, как говориться, игра стоит свеч.       Ранним утром, не сомкнувший глаз всю прошлую ночь, я прямиком отправился за ответами к Марисе. Я получил некоторое преимущество, встретив Лауру на пороге их общей комнаты в общежитии. Теперь Мариса точно не сможет выставить меня за дверь, или сделать вид, будто спешит на занятия, отложив наш разговор до «лучших времен». В последний раз заставляю себя забыть о волнении, но все меняется, когда я вхожу в ее спальню, и застаю ее, сидящей спиной к двери у компьютера. — Мариса, — она оборачивается совершенно потрясенная столь ранним моим «визитом вежливости». Она пытается сказать хоть слово, но я не даю ей этого сделать,  — не говори ничего. — Я… — Нет, просто выслушай меня. Не знаю чего ты там себе напридумывала, но для меня все то, что происходит между нами тоже в новинку. Мне тоже страшно открываться тебе, меня тоже постоянно преследуют мысли, а что если ничего не выйдет? — Пабло… — Мариса опять хочет меня перебить, но я не преклонен. — Каково мне было отказать тебе вчера? Тебе известно? Да я разрываюсь на части от того как хочу тебя каждую чертову минуту своей жизни! Не могу обещать, что смогу держать себя в руках еще достаточно долго, но одно могу обещать. Я никогда не сделаю тебе больно. Обещаю… Только сейчас я начинаю понимать, что Мариса только недавно вышла из душа, о чем свидетельствует полотенце, завернутое вокруг ее стройной фигуры. Я только заметил, так как полностью был сосредоточен на ее удивительных глазах. Наверное, я и правда в нее влюбился… — Боже… — мой пытливый взгляд скользит вдоль линии ее изящного тела, — я умру если не скажу тебе сейчас. У меня в отношении тебя столько грязных мыслишек, одна из которых прямо сейчас настойчиво требует испытать твою кровать на прочность…  — Мааам, — тянет Мариса и нервно сглатывает, — я тебе перезвоню… Только сейчас, сосредоточив все внимание на монитор компьютера, я могу созерцать на экране изумленную во все смыслах женщину. Более неловкой ситуации даже нарочно не придумаешь! А что вы знаете об унижениях? — Э…здравствуйте, сеньора Спиритто. У Вас… — от волнения я глотаю слова и заикаюсь, — ... у Вас прекрасная дочь. — Я в курсе, — фыркает она, — держись от нее подальше. Ну, в принципе, нормальная реакция матери на слова незнакомого парня, который минуту назад откровенно признался в том, что намерен заняться сексом с ее дочерью. — Нет, вы не так меня поняли, у меня к Марисе самые чистые намерения, — пытаюсь хоть как-то оправдаться. — Сеньора Спиритто… — Моя фамилия Рей, — перебивает она меня, — и о твоих намерениях мне известно… — Так… — в разговор вступает Мариса, — пока, мам. Отбивая вызов, она поворачивается, и мы одновременно произносим. — Прости. — Поговорим? — Ты первый, ты первая — у нас снова синхрон и мы оба улыбаемся. Еще секунду смотрим друг на друга в полной тишине, пока Мариса устремляет глаза в пол, а я задумываюсь о том, что хотел ей донести. — Пабло, — она преодолевает расстояние между нами и поднимает свой взгляд на мое лицо, — прости что я тебе сказала. Было настолько удивительно вчера слышать от тебя такие слова, что меня буквально охватила паника. В такие моменты я обычно несу всякий бред. Мне действительно нелегко тебе доверять, но я очень этого хочу. И еще… я очень хочу быть с тобой. Я вижу как она несколько сомневается во мне и боится сделать первый шаг. — Если ты еще конечно этого хочешь? Мариса подходит ближе и тянет ко мне мизинчик, чтобы примириться. Я изумлен, но все же мне удается выдавить из себя это простое «хочу». Реакция Марисы мгновенна, как будто ей дали команду «фас». Она накидывается мне на шею, и словно единое целое, мы продолжаем обниматься достаточно долго для тех, кому пора бы уже целоваться. Один взгляд, одно прикосновение, одна улыбка и эта девушка заставляет мое сердце крутить сальто и кульбиты. Невероятная. Мариса может заставить меня совершить все что угодно, мне кажется она способна на все. На любые безумства, которых мне так не хватало в жизни. Слишком долго я был правильным сыночком, идущим на поводу у своего отца. Моя вдохновляющая супер-женщина. Интересно, есть ли что-то, что ей не подвластно в этой жизни? Есть ли что-то, чего она не умеет? Ах да, пить… — Я, в принципе, закончила тебя обнимать. — Ладно, — тут же соглашаюсь я, но не отпускаю Марису из своих объятий. В тот момент, когда мы немного отстраняемся друг от друга, наши взгляды встречаются, и на секунду в наших глазах застывает немой вопрос… мы летим в бездну собственных чувств, делаем то, для чего созданы наши губы. Поцелуи… такие смелые, такие настоящие, такие невероятные, и вместе с тем незабываемые. Голова начинает кружиться от водоворота эмоций, которые вызывают каждые прикосновения ее губ и пальцев. Я сжимаю Марису покрепче и шепчу ей на ухо: — Что мы делаем, малышка? — А на что похоже? — она хитро улыбается и выдыхает в мой рот, снова покрывая своими волшебными поцелуями миллиметр за миллиметром моих губ. Лааадно… Получив полный призыв к действию, то сжимая, то поглаживая, мои руки позволяют себе играть с ее удивительно нежной кожей. Я аккуратно скольжу вниз, вдоль линии спины, пока рукa Марисы не перемещается в кожаному ремню на моих джинсах. — Надеюсь, сегодня нам позволят зайти немного дальше, чем обычно. Ее ответ шепотом приходится в мое левое ухо. — Ты должен знать, что я уже продвинулась немного дальше, но ты вряд ли это вспомнишь. — Ты надругалась надо мной, когда опоила снотворным? — Нет, но позволила себе немного полюбопытствовать. Одним движением я разворачиваю Марису спиной к себе и плотно вжимаясь в ее тело, начинаю покрывать поцелуями ее шею. — Мне придется тебя наказать… Усмехнувшись, Мариса продвигается ближе к кровати, когда чувствует легкий толчок от меня в спину. Мы падаем на кровать и придвигаясь ближе, я замечаю что, ее глаза вновь вспыхивают. Она хочет меня. И я тоже ее хочу. Я целую ее снова, пробую, держу в своих руках. Чувствовать каждое движение ее тела, это так хорошо и так невероятно правильно. Не знаю, что я сделал в прошлой жизни, но явно был хорошим человеком, раз Бог привел меня к такой девушке как Мариса. Она мой подарок, и возвращать его я не собираюсь. Замерев от одного вида ее пухлых губ и влажных волос, свесившихся на один бок, на короткий миг я теряю чувство реальности. — Чего ты ждешь? — Мариса захватывает пальцем петельку на поясе джинсов и тянет к себе, но я сопротивляюсь. — Сначала хочу посмотреть на тебя. — Ты видел уже достаточно, теперь моя очередь смотреть. Вопреки собственным словам, она тянется к застежке лифчика, но тут я останавливаю ее. — Нет, Мариса. Не так. — я веду кончиком пальца по верхнему краю чашечек, очерчивая линию ее груди. — Сколько раз я представлял себе этот момент в своих эротических фантазиях, — мои глаза блестят так, слово я увидел перед собой чудо. — И сегодня ты станешь моей… — Я уже твоя, — у меня нет времени собраться с мыслями, потому что Мариса толкает меня на спину и усаживается сверху. Еще мгновение, и вот она уже стягивает с меня футболку через голову, а потом ее пальцы спускаются ниже. Это было бы слишком идеально, если бы в самый ответственный момент не зазвонил мой мобильный. Слава богу, у нас с Марисой уже выработался иммунитет к стрессовым ситуациям, поэтому какой-то телефонный звонок не сможет помешать нам осуществить задуманное. Я думаю, если даже весь в мир канет в бездну, нас с ней это не остановит, но по ту сторону мобильного телефона кто-то упорно добивался своего Стоит ли названивать, если человек не берет трубку с третьего раза? Нервы у Марисы сдают первой. Она отвечает на звонок тоном лучшей секретарши на свете. Я бы определенно взял ее на работу. — Спасибо, что позвонили Пабло Бустаманте. Она откидывает волосы назад и продолжает меня раздевать, зажав телефон между плечом и ухом. — На данный момент он находится вне зоне доступа сети. Пожалуйста, перезвоните позднее. Минут через пятнадцать. Встречая мой несколько обиженный взгляд, она тут же исправляется, — а лучше час. Да, — убеждает она саму себя, нам понадобиться не меньше одного часа. Мариса бросает мой телефон через плечо, так что в результате он летит на пол. — На чем мы остановились? Я поддаюсь слегка вперед и одновременно с мягким поцелуем, освобождаю ее от полотенца. — На этом… Воздух искрится от напряжения. Поцелуи ожигают своей пламенной страстью, словно огнем. Мы доходим до того момента, когда единственно важным становится желание ощутить друг друга.   — Обратной дороги нет, — хрипло шепчет в мои раскрытые губы Мариса, пока я стягиваю ее нижнее белье, как последнюю преграду между нами. Мои руки берут ее лицо в плен, а глазами я пытаюсь уловить ее взгляд из-под ресниц. Большой палец пробегается по ее обольстительным губам, и я слежу глазами за этим движением. Мариса прикусывает мой палец и лукаво улыбается, безмолвно спрашивая, чего же ты медлишь? — Нам не обязательно делать это сейчас. Если хочешь, мы можем подождать? Самые трудные слова в моей жизни. Произнести их стоило огромных усилий. Мне остается только надеяться, что Мариса так же как и я, отчаянно нуждается во мне. И моя девочка меня не разочаровывает. — Ты должно быть шутишь??? — ее слова звучат как призыв к действию, и мне не остается ничего другого как привести приговор к исполнению… Обладать ею сродни тому, что ребенку получить долгожданный подарок к Рождеству. Чистый восторг! Она моя, она моя - набатом отбивается в моей голове, пока мы занимаемся любовью.       Спустя некоторое время, мы лежим в кровати Марисы, оба уставившись в потолок. Тишина угнетает. Для драматичности момента, разве что сверчков не хватает. Возможно ли, что ожидания не превзошли конечный результат? Сказать по правде, это не была лучшая ночь в моей жизни, и судя по тому, что Мариса не произносит ни слова, ее тоже. Как это вообще возможно? Два человека, не только страстно желающие друг друга, но и испытывающие определенные чувства не сошлись в постели? Бог секса меня проклял, не иначе. А может, мы так хотели впечатлить друг друга, что попросту перестарались? — Попробуем еще раз? — Предлагаю я, но слышится как-то коряво. — Мне нужно на занятия. Вот, черт! Это полнейший провал! Мариса кладет голову мне на грудь и начинает игриво водить пальчиком то вверх — то вниз. Нарочито сексуальным голосом она добавляет, — мы обязательно продолжим вечером. ***       Я рад тому, что мы с Марисой договорились встретиться после занятий. В положенное время я стою возле университета, ожидая когда же появится моя девушка. Моя девушка. Совру, если скажу, что не мечтал об этом моменте. Я определенно влюблен, поэтому происходящее вокруг вызывает во мне только радость, о которой свидетельствует моя глупая беспричинная улыбка. Щурясь от весеннего солнца, я обдумываю чем бы заняться в выходные. В голове куча мыслей и ни одной стоящей. Не хочется ничего банального, но романтика должна присутствовать обязательно. — Привет, милый. Голос Августины вырывает меня из мира грез, и не успев вовремя обезопасить себя от ее хищных лап, она обвивает мою шею словно змея. — Ты мне так и не позвонил вчера, — она хнычет, словно капризный ребенок. Ну конечно, по всем законам жанра Мариса выходит из здания университета, весело щебеча о чем-то своем с подружками. Весело…до тех пор, пока не замечает нас с Августиной. Она замирает и пусть Лаура с Лус продолжают идти вперед и перекидываться с ней информацией, Мариса уже их не слышит. Все ее внимание сосредоточено на мне. Прочитав во взгляде Марисы панику, отталкиваю от себя Августину и бегу к единственной девушке, чьи чувства мне не безразличны. — Подожди, — хватаю ее за руку. Августина возмущена, но больше от того, что пол университета наблюдают за ее провалом. — Пабло! — она воинственно складывает руки по бокам, а ее голос звучит как команда для собаки «к ноге!» — Что все это значит? — Мариса моя девушка, — спокойно отвечаю, глядя на сеньориту «я обиделась». — Что??? — верещит бывшая, на что привлекает огромное любопытство со стороны других студентов. — Этого просто не может быть! — Что ты делаешь? — спрашивает меня Мариса, когда я хватаю ее за руку и веду к перилам на крыльце университета. Поднимаю ее и усаживаю на бетонный парапет. От внезапности она взвизгивает и повторяет свой вопрос. — Что ты делаешь? — Ставлю одну высокомерную сучку на свое место. Мариса все еще не понимает чего я от нее хочу, и ее глаза растерянно бегают по моему лицу. — Подыграй мне! — Удерживая пальцем подбородок, я тянусь к ее губам и шоу начинается. Толпа зевак во главе с Августиной пребывает в оцепенелом молчании. Мариса не может удержаться, чтобы на них не оглянуться, и с дерзким прищуром принимает правила игры. Добро пожаловать на шоу Пабло и Марисы! Ее ноги обхватывают меня и со стороны, мы выглядим как два обезумевших от страсти человека. На самом деле все так и есть. Вот так, мы официально перед всем универом заявляем свои права друг на друга. Благодарная публика начинает свистеть и аплодировать, только Августина фыркает и уходит побежденная с «поля боя». — Пойдем съедим что-нибудь? У меня что-то аппетит разыгрался. — С удовольствием, — говорю я и помогаю ей спуститься. Обнявшись, мы проходим мимо местной публики, и напоследок я прижимаю Марису крепче к себе и целую в макушку головы. От счастья хочется петь, и сердце подсказывает мне, что я такой не один. Как минимум нас должно быть двое.