Рыжий с серым

*** Кай не сдвинулся с места, пока в дверь не постучали. Кажется, он до последнего не верил, что его друг действительно вернется сегодня. У двери оказывается практически мгновенно, резко дергая за ручку и открывая. Пока гости снимали одежду, отряхивая ее от снега, мой парнишка смотрел то на меня, то на рыжика, что отказался отдавать ему пакет с одеждой, и сейчас скакал на одной ноге расшнуровывая ботинки. — Даже не думай плакать. — Лиф щёлкает друга по носу и обнимает, что-то бормоча ему на ухо. — А мне можно тоже обнимашки получить? — Скалится гривастый, наклоняясь к Каю, а тот испуганно ещё сильнее прижимается к рыжику. Омега ворчит на своего мужа, за то, что тот хоть и знает, что не нужно беспокоить лишний раз Кая, все равно позволяет себе так подшучивать над ним и пугать. Забавная парочка, впервые вижу, чтобы Лута кто-то такой мелкий ставил на место, а волк хоть и ворчал, но слушался. Кажется, этот омега действительно вскружил голову моему другу. Странно, но если эта парочка уходила от меня и если лис выглядел виновато, семеня за Лутом поджав хвост, то сейчас кажется, что это серый где-то знатно накосячил и старается немного загладить вину и считывается это не столько в действиях, а понятно даже по его глазам. Интересно, что же такое произошло у них за это время? — Ты не против, если сегодня мы у вас заночуем? — Налаживая контакт с Каем, гривастый явно пытается реабилитироваться в глазах мужа, но что из этого выйдет не очень понятно. — Не против. — Тихо бормочет мой мальчик и вздрагивает, от моего прикосновения к плечу. — Кай, ты не хочешь принять ванну? Друг может составить тебе компанию, чтобы тебе было спокойнее. — Зачем? — Испуганно оборачивается, встречаясь со мной взглядом. — Ты самого начала так и не расслабился ни разу в ванной, кажется, только ради поддержания чистоты пару раз бегал в душ, пока меня не было дома. Может быть, ты хочешь немного понежиться в горячей воде? Может поговорить с другом о чем-нибудь… Тебе действительно не помешает немного сбросить напряжение, да и помыться, если честно, уже пора. — Ты хочешь их опять оставить наедине? — Лут возмущается, но встретившись взглядом с омегой, словно поджимает хвост. — Лиф, мне серьёзно не нравится эта затея… — Лис больше не будет. — Спокойно на выдохе сообщает рыжий и ерошит волосы Кая. — И он тоже не будет, поэтому не волнуйся. Кай, пойдем или не хочешь? — Это очень неловко! — Пошли давай, неловко ему. Это с жирной головой ходить неловко! — Наблюдаю за тем как рыжик, распушив хвост, утаскивает моего мальчика в направлении ванны, вручив пакет с вещами своему мужу. — Ты долго ему вслед смотреть будешь? — Я не хочу их там двоих оставлять. Ни черта я им не доверяю. — Нервозно жуёт губу, не сводя взгляда с закрывшейся двери. — Нет, я серьёзно, если твой пиздюк уведет моего мелкого, я же им обоим таких пиздюлей вставлю, неделю сидеть не смогут. Ну чего ты ржешь? — Раньше ты был кровожаднее. Не разорвешь на кусочки, а просто отшлёпаешь? Не узнаю я тебя, друг мой. Но это занятное изменение. Давай разувайся и пошли раскладываться, не думаю, что долго болтать будем, в любом случае лучше сразу спальные места организовать, пока есть свободное время. — А если они сейчас план побега там сочинят? — Он сам в это не верит, но подначивает, пытаясь заставить тоже немного понервничать, но и дураку понятно, что они никуда не сбегут. Лифу нравится у его альфы, а Кай точно никуда не сбежит, пока его друг здесь, потому что, кажется, это единственное, что его держит хоть где-то, как опора. — Гривастый, ты думаешь, что этот милашка сбежит от тебя? — Ну, он уже пытался как-то, но ты прав, я хоть и творю иногда херню, но, кажется, ему нравлюсь. — Потирает шею, и следует за мной на второй этаж. Доставали одеяла и подушки, а так же два больших футона. Большая любовь моих родителей к азии и японским оборотням заметна даже в таких мелочах, поэтому, по сути, они сейчас поехали гостить к друзьям семьи в Японию и вернутся только через пару недель, но при этом уже заранее запланировали вновь рвануть туда на две недели в период цветения сакуры. Родители надеются, взять с собой меня и Кая, и я надеюсь, что к этому моменту мой лисёнок больше не будет считать меня страшным и ужасным серым волком. — Думаешь, он согласится спать рядом с тобой? Не то чтобы ты у нас страшненький, просто он же совсем уж хвост поджимает от одного лишь нашего вида, а тут так близко… Я думал, мы по разным комнатам будем и я с Лифом нужен просто для поддержки, разве нет? — Изначально я думал об этом, а потом понял, что даже если мы не сможем уснуть, можно болтать до самого утра глядя на огонь в камине. Зря что ли в таком красивом и теплом месте расстелились? — Болтать до утра? Мне бы выспаться перед работой, это ты работаешь по необходимости, а мне нужно во время явиться и желательно отдохнув. — Гривастый ворчит, взбивая подушки и странно улыбаясь. — Знаешь, последний раз подобные посиделки у нас были тогда, когда мы были ещё совсем малыми, собирались, компанией и играли в настольные игры, часто именно здесь, мы и сидели с твоим двоюродным братом, а ты, совсем мелкий, но смышлёный играл с нами на равных. Кто же знал, что позже мы подружимся, и я вот так останусь у тебя? Судя по всему, придется возрождать вечера настольных игр, если мелким будет это интересно. Хотя, думаю им понравится любой движ, если при этом мы будем собираться в месте. — Значит, придется закупиться, всё, во что мы раньше играли, принадлежало брату и он забрал их, а себе я ничего не приобретал, потому что не думал, что соберу команду для игры. — В следующий раз ко мне? Расстелиться так не выйдет, но место для сна я найду. — Не раньше, чем Кай сможет смело выходить из дома. — Это точно. По крайней мере, сейчас он уже не думает, что окружён врагами. — Надеюсь… — До сих пор мне кажется, что то, что сегодня случилось это слишком счастливый сон и стоит проснуться, как я опять увижу лиса, забившегося под кровать и нервно тявкающего, напуганного и готового меня загрызть, но не подпустить к себе. — Дик! А можно одежду какую-нибудь? — Лиф выходит к нам, осторожно посматривая на дверь ванной. — Он всё ещё очень боится, но теперь хотя-бы чистенький. Это звучит забавно, но хоть и хочется прокомментировать это, понимаю, что оно того не стоит. Отдаю парнишке пижаму, которую давно купил для Кая, но так и не удалось его в этой мягкой теплой одежде увидеть. Неужели настал этот день? Кажется, теперь тому, что к нам пришел этот милый рыжий мальчик я рад даже больше чем Кай. Когда мой лисенок вышел к нам, мне казалось, что я не смогу им налюбоваться. Мордочка довольная, щеки розовущие, от того что распарился очень, и он очень спокойный, без привычного ужаса в глазах и даже на меня посмотрел и улыбнулся. Да, при всём этом он не отпускает руку друга, но это дарит ему уверенность в себе. — Я бы немного перекусил ещё… Я хоть и поел недавно, но всё было так вкусно, что я бы хотел ещё… — Кажется, у моего мальчика наконец таки проснулся аппетит. Эх, это точно распускающийся цветочек. Мой цветочек. — Подогреть или сами справитесь? Я бы мог, но всё-таки это и твой дом, и по желанию, ты можешь сам хозяйничать. — Подмигиваю пареньку, а он смеется и идет на кухню. — Поставьте чайник, я сделаю позже травяной чай, под разговоры у огня самое то. — Чай это хорошо, а я бы выпил чего покрепче, но уже нельзя. — Ну да, нам с тобой сейчас пить не стоит. Начнем ещё чудить и все плюсы этого дня пойдут к черту. ***