Пернатый игрок

      — Солнце ярко светит утром, черные глаза.       — Лес мне кажется уютным, карие глаза.       — Много разных впечатлений, серые глаза.       — Я словил на трупе сидя, вкусные глаза.       — Вкусные глаза-а-а — отрываю, поедаю.       — Вкусные глаза-а-а — я только ману восполняю.       — Белые глаза-а-а — самые противные!       — Оп, зелёный гла-а-з, ох как вкусен гла-а-з, вкусненький твой глаз!        Виляя своей филейной пернатой частью, напевал приходящий мне в голову текст. В голове с самого утра звучала музыка, весёлая и жизнерадостная. Моя радость была вполне понятно: мало того, что взял уровень и распределил три очка в характеристики, — теперь было четыре силы, четыре выносливости, три ловкости и восемь в интеллекте, — так ещё оказалось, что сон полностью восстановил мои сорок хп. Была небольшая ложка дёгтя в моей утренней кружке мёда — магическая энергия не восстановилась. Однако, это проблема так же была вскоре решена. Хотя способ её разрешения может показаться аморальным для человеческого сознания, но я то уже не человек! И вот какое решение я нашёл. Но обо всём по порядку.        Проснулся я первый с восходом солнца. Моя Проводница спала, уткнувшись носом в подушку. Её растрепанные волосы падали ей на глаза и настойчиво старались залезть в рот. Небольшая нить слюны виднелась у края бледно-розовых губ.        Решив не будить девочку, я, бодрый и полный сил, полетел в лес в поисках нашего завтрака. С удивлением отметил для себя то, что есть-то не особо хочется. Точнее даже, совсем не хочется. Во время полёта я анализировал себя и свои предыдущие действия и пришёл к выводу, что я уже совсем не человек. Капитан Очевидность пытался выбраться из глубины моей души, и на мгновение у него даже получилось, но тот был жестоко подавлен мной и отправлен обратно. Оказалось, что все приёмы пищи, да и сон — это всё было завязано у меня на психологию. Ел я по привычке, однако, вороша воспоминания, я заметил, что после приёма пищи у меня то восполнялась мана, то — нет. В этот момент я как раз поймал птичку, похожую на снегиря, только вместо красного оперения у этой было зеленоватое с серым. Я потратил некоторое время, отщипывая разные части от добычи, чтобы понять какая из них лучше восстанавливает ману. Как оказалось, восстанавливало всё: мясо, требуха, глаза, мелкие косточки, но больше всего восстанавливали глаза — они давали две единицы магической энергии. И это у маленькой птички! А у меня как раз в лагере множество глаз лежит, с которыми хозяева расстанутся без всяких сожалений. Кстати, с питьём тоже самое — простая вода регенерировала энергию, но в смешных цифрах.        А вот со сном было посложнее. Он мне, с одной стороны, был не нужен в физическом плане, но с другой — нужен. Сон давал мне психологическую разгрузку, снимал моральную усталость. Но я был уверен, что по необходимости могу не спать долгое время. Собственно, видимо поэтому я и высыпался за четыре часа.        Поохотившись всласть, я притащил в лагерь упитанного хрома. Девочке хватит, а мне, как выяснилось, достаточно будет отведать глазок бывших хозяев нашей «гостиницы».        Вкус у глаз был специфический. Будто бы я ел что-то среднее между хрустящей подушечкой, наполненной сухим молоком, и черешенкой без косточки. Странно, но вкусно. А уж ману-то как подзаряжало — четыре единицы за глаз, а тут их сразу два! Правда, глаз глазу рознь. Глаза с бельмом отдавали кислятиной и не восполняли вообще ничего. Попробовав один такой, в дальнейшем я стал их царственно игнорировать.        Прошло несколько часов прежде чем Лина проснулась. Я к этому времени успел и ману до конца восполнить, добив или, точнее, доев её до восьмидесяти, и умыться, и котелок водой заполнить, и принести обратно. Так что девочке оставалось только распотрошить пойманного мной зверька и приготовить.        После завтра началось самое интересное — мародерка! Отправив Лориану по шатрам в поисках ценного, сам распарывал когтями одежку и сапоги мертвецов в поисках ценного. Мы закончили со всем, когда солнце уже было в зените, но это того стоило. По итогу мы стали богаче на два золотых, восемь серебряных и пару десяткой медных монет. Но, помимо монет, мы нашли пару комплектов столового серебра, какие-то ткани, которые здесь считались ценными, — Лина, оказывается, разбиралась во всём, что касалось кройки и шитья, — один богатый доспех, украшенный драгоценными камнями и ещё множество предметов по мелочи. Но самое стоящее из найденного было у мага: книга, наполненная записями о различных ритуалах; тот самый жезл, которым он меня приголубил; мешочек с драгоценными камнями, стоимостью, по оценке Лины, в целый дом в деревне; непонятный амулет, от которого я так и чувствовал магию.        Большинство вещей мы оставили на своих местах, включая доспехи и амулет. И если доспехи понятно почему — они тяжёлые и никому из нас не подходят под цвет глаз, то насчёт амулета девочка со мной сначала не соглашалась. Но я пояснил той, что мы не знаем, для чего именно предназначен амулет. Возможно, что он дарует хорошие сновидения, но вполне может быть, что он является каким-нибудь амулетом связи со встроенным отслеживающим устройством. Или вовсе, привязан к конкретному чародею и убивающим всех, кто наденет амулет без разрешения хозяина. Да и вообще, жадность — это хорошо, но не когда это смертельно опасно.        Нагрузив найденную у разбойников повозку получше старой нашей, мы отправились в путь. Целый день девочка с радостным лицом, — быстро же она отошла от ситуации с разбойниками, — рассуждала, какие платья она купит, сколько разных кукол у неё будет и       … Под вечер я не выдержал и разбил её грёзы.       — Лина, душка, послушай меня. — Я уселся рядом на жёсткое двухместное сиденье. — Платья и всякая девичья фигня…       — Это не фигня! — Возмущённо перебила меня девочка.       — Хорошо-хорошо, платья и всякая девичья не фигня, — Продолжил я, невольно ухмыляясь, наблюдая за недовольным девичьим лицом. — Но вот скажи, где ты будешь жить и что ты будешь делать дальше? Сидеть у родственника на спине и в потолок плевать?       Девочка на некоторое время задумалась, а потом не уверено выдала:       — Я могу половину отдать дяде Минорае…       — А дальше что? Нет, у меня есть вариант получше. Часть денег ты можешь, безусловно, отдать дяде, но большую часть вложить в своё обучение магии. Это даст тебе в будущем работу, уважение и, конечно же, множество красивых платьев от известных кутюрье и знатных женихов!        Как мне кажется, на выбор девочки повлияли в большей степени не упоминание о магии, престижной работе и уважении людей, а красивые платья и именитые женихи. Но, так или иначе, она закивала головой и вновь окунулась в мир грёз.       — А, вот ещё момент. — Вновь я отвлёк девочку от «важных дел». — В присутствии других магов называй меня Мунин, договорились?       — А почему? — С интересом спросила Лина.       — Потому что если кто-то из них захочет сделать с тобой что-то плохое, то, зная моё истинное имя, он сможет убить тебя либо моими когтями, либо приказать мне не помогать тебе. Я стану рабом, как чуть не стал рабом Лекса, ну, того мага, что хотел тебя убить.       — Хорошо, я поняла.       — Вот и умница.        Несколько дней мы спокойно ехали, заезжая в деревни на ночь и уезжая из них рано утром. С каждой новой деревней я узнавал всё меньше — они были словно под копирку: несколько десятков домов, небольшая гостиница, совмещающая функции паба, дом последователя Лайна. Быт людей ничем не отличался от людей из первой посещённой мною деревни. Так что мне не терпелось поскорее добраться до города и изучить городские реалии.        Но судьба не хотела давать нам много времени на отдых.        В один из дождливых вечеров мы подъезжали к деревне, располагающейся возле большого озера. Она немного отличалась от предыдущих: домов было много, около шести десятков, а на улицах горело освещение. При ближнем рассмотрении оказалось, что это были не факелы, — я то уже начал удивляться, почему те не гаснут под таким ливнем?! — а кристаллы, что были закреплены на металлических полутораметровых шестах. Они стояли так, чтобы разгонять вечернюю мглу по всей центральной улице. Кристаллы сразу заставляли думать о маге или магах, живущих в этой деревне.        Мокнуть под дождём было неприятно, поэтому Лина стала стучаться в первую же дверь для получения информации о гостинице. Вот только, несмотря на видимый свет из окна дома, дверь ей не спешили открывать. Пожав плечами, девочка пошла в соседский дом, но и там ей не открыли. В итоге, проблуждав под ливнем около получаса и стуча в двери, мы, наконец, наткнулись на гостиницу. Больше всего времени заняли попытки достучаться до жителей, хотя, если бы мы сразу поехали по центральной улице, то заметили бы в конце большое двухэтажное здание с вывеской, на которой была изображена свинья с кружкой в копыте.       — Если нам и здесь не откроют, то я вынесу к чертям дверь и пинками заставлю хозяина этой забегаловки нас обслужить, словно мы дворяне. — Гневно сверкая глазами произнёс я. Я чувствовал себя, словно воробей-переросток: мокрый, нахохлившийся и смешной, как мне заявила Лина. Было бы удивительно, если бы я был душкой.        Пинать никого не потребовалось. Увидев повозку, к нам из-под навеса, что явно служил конюшней, подбежал мальчик и помог загнать наш транспорт под навес.       — Здравствуйте, меня зовут Кричер! — Мальчишке на вид было около четырнадцати. Несмотря на улыбку и активные движения, мне он, по неясной причине, казался нервным. — Вы можете проходить в нашу гостиницу и не беспокоиться о сохранности Ваших вещей. Ой, а ты одна что ли путешествуешь? — Переход от «Вы» на «Ты» был вызван снятым капюшоном Лорианы, который закрывал лицо девочки. — Если у тебя нет денег, то я могу поговорить с дядей, он хозяин гостиницы, — Пояснил Кричер, — И тебе дадут переночевать на конюшне. Там чисто, я сегодня её утром вычищал.       — Нет, спасибо. — Засмущалась девочка, немного нервно теребя кошель на поясе. — У меня есть деньги на оплату ночи. Можешь позаботиться о моём ослике? Он мне очень дорог.       — Конечно, не переживай! — Вот теперь улыбка мальчика была искренней. — Ой, ты вся мокрая! Иди скорее в дом, а я позабочусь о твоих вещах!        Всё самое дорогое, на мой взгляд, было у Лины при себе в наплечной сумке: камни, магические книги. Посох был в руках, кристалл которого был обмотан тряпками. Во избежание неприятностей, так сказать.        Пока Проводница договаривалась с хозяином о комнате, я проследил, чтобы пацан ничего не украл и наших пожитков. Но тот был достаточно честным — распряг Йоа, накормил того, напоил и отправился спать, даже не попытавшись заглянуть в наши укрытые тканью вещи. Ну, будем надеяться, завтра его любопытство не возьмёт верх.        Представляя, как буду греться в нашей комнате и читать магический фолиант, я подлетел к двери и… Она оказалась закрыта! Нет, серьёзно, вы предлагаете мне сидеть под дождём на улице?!       — Откррррывайте, сволочи, всех порву, моргалы повыклёвыванию. — Дождь и длительная однотонная поездка доконала меня и довела до психоза. Я бил о закрытую дверь, дергая за ручку с такой силой, что секунд через десять та, поддавшись моему напору, с треском оторвалась от двери и повисла в моих лапах. С яростным карканьем я откинул ту в лужу на дороге и начал штурмовать окна. Оставив на них следы кончиков своих когтей и клюва, — на окнах почему-то были толстые решётки, — я успокоился и решил облететь здание со всех сторон, заглядывая в окна в поисках моей спутницы.

***

       Лориана или Лина, как она представилась своему странному духу, уже предвкушала приём горячей ванны. Сначала здоровый усатый мужик, являющийся хозяином заведения «Счастливый Свэн», не хотел даже выслушать девочку, утверждая, что той не хватит денег даже на одну ночь. Сидя в комнате, Лориана недовольно помянула жадного толстяка — тот запросил за одну ночь две серебрушки! Хотя за такую цену, как говорил папа, можно было бы снять номер в столице! Но мокнуть под дождём юной чародейке не хотелось, поэтому пришлось отдать деньги.       — Твоя комната седьмая слева. Завтрак у нас до десяти утра, он уже включён в уплаченную тобой сумму. — Голос хозяина, представившимся Гроком, стал теплее. Как говорил Хугин: «Деньги —универсальный ключ для человеческой души». Девочка запомнила слова духа. Он часто начинал учить девочку в их поездке, изрекая мудрые выражения. Лина была очень рада, что ей встретился ворон и они вместе путешествуют.        Спустя две минуты после заселения, к ней в комнату занесли большую бочку, которую наполнили доверху горячей водой. Лориана даже подумала, что гостиница всё же стоит своих денег. Закрыв дверь на защёлку и ключ, девочка сняла одежду и хотела было залезть в бочку, даже встала на небольшую лесенку, но какое-то шевеление на периферии зрения заставило её посмотреть в окно. Из её уст сорвался громкий крик! В окне на неё смотрело нечто огромное, чёрное, с горящими красными глазами. Силуэт расплывался из-за воды на окне, и девочке казалось, будто чудовище раскрыло свою пасть и сейчас вломится в её комнату чтобы сожрать. Но, постепенно присмотревшись и перестав кричать, Лориана поняла, что это никакое не чудовище. Подтверждением этому служил ещё и глухие слова, которые иногда бурчал её Хугин, запрещая девочке почему-то их слушать и запоминать.       — Сейчас, подожди, я открою.       Ворон стрелой залетел в открытое окно и приземлился точно в бочку с горячей водой.       — Твоюю маааааать. — Заорал дух, выпрыгивая из бочки. — Какая бл*дь поставила эту сраную бочку по средине комнаты?! Убью, воскрешу, а потом снова убью! — Орал ворон, прыгая по полу, размахивая дымящимися перьями.        Пока Хугин прыгал и вопил, Лина закрыла окно и осторожно, чтобы не разозлить духа ещё сильнее, окунулась в бочку, стараясь сделаться как можно более незаметной.

***

       Утро красит нежным светом. Ага, как же! Серое тяжёлое небо глядело на жителей неприветливой деревеньки с уникальным названием Озёрная. Таким же хмурым взглядом я смотрел на свою спящую спутницу. Всю ночь я пытался разобраться с магическим фолиантом, добытом у Лекса, и могу сказать, что чтиво это очень даже на любителя. Позитива не добавляло точно. Большая часть текста была для меня абсолютна непонятна: какие-то закорючки, незнакомые буквы и небольшие зарисовки на полях, похожие на попытки детей по звучанию слова нарисовать синхрофазотрон. Лекс был дерьмовым художником, даже тут сумел нагадить, гадёныш. Понятная же мне часть текста содержала столько отвратительных подробностей, что хотел сжечь её во имя Императора. Вспомнить бы только, во имя какого из? Детальное описание магических пыток, сдирания кожи, расчленения подопытных, расчёты протекания болезни и её возможное лечение. Последнее, кстати, меня не заинтересовало вообще — болезнь, согласно заметкам, редкая и считающаяся неизлечимой. К тому же, после описания всех зверств, которые Лекс творил с разумными сего мира, мне хотелось повторно набить морду и закапать этого бешеного пса с магическими склонностями!        Лина перевернулась на спину и, сладко потянувшись, открыла глаза. Видимо я был слишком мрачен — как можно это понять по морде птицы, я уж не знаю, — но девочка немного съёжилась и немного робко произнесла:        — Доброе утро… А ты давно проснулся?        — Доброе, коль не шутишь. Я сегодня вообще не спал, а читал вот этот вот шедевр. — Кивок в сторону фолианта. — Какие у нас дальше планы?        — Я думаю нам стоит остаться на несколько дней здесь пока дороги не просохнут после вчерашнего дождя. Боюсь, что ослик не сможет протащить нас через грязь на дорогах. — Девочка, умывшись холодной водой из бочки, принялась одеваться.        — Какой грязи? Только вчера дождь был, не должен же он был так размыть дорогу? — Я с удивлением смотрел на девушку. — Но даже если предположить, что сейчас ужасная грязь и мы не можем уехать, ты думаешь, что за несколько дней всё просохнет и дождь не ливанёт опять?       Лориана на мои вопросы лишь пожала плечами, размышляя о чём-то.        -А что ты такое ночью сегодня бормотал? — Сменила тему Лина.        Я посмотрел на неё, прищурив в подозрении свои птичьи глаза.        — Не припомню за собой бормотание при чтении. Но зато сейчас я наблюдаю типичный приём ухода от темы.        Девочка покраснела и постаралась одеться как можно быстрее.        — Пойдём позавтракаем, а то так кушать хочется! — Преувеличенно бодро воскликнула девчонка, подняв в воздух кулак и направившись вниз по лестнице.        Мне оставалось только хмыкнуть на такое детское поведение и, не забыв закрыть на ключ дверь, что в моём положении было крайне неудобно, полететь за своей спутницей.        — Хозяин, жрать! — Нагло прокричал я, взлетев на свободный стол. Таких, несмотря на время завтрака, было много — лишь два стола были заняты: за одним сидели трое мужиков, явно крестьянской внешности, а за вторым сидел одинокий путник, опоясанный мечом. Был он какой-то…помятый что ли.        Лориана уже сидела за свободным столиком возле окна, а перед ней стояла молодая симпатичная девушка с приятным взгляду вырезом на груди.        — Доброе утро. Сегодня у нас на завтрак каша с зайчатиной, крынка молока и чёрный хлеб. Желаете что-нибудь заказать к завтраку отдельно? — Девушка задала свой вопрос с улыбкой, но в глазах явно читалась скука.        — Нет, спасибо. — Робко ответила Лориана. Ей было непривычно, что её обслуживали.        — Вот так вот, а меня опять хамски игнорируют! — Ворчал я, конечно же понимая, что меня никто не видит. Так, или всё же видят?        Я заметил шевеление со стороны вооруженного спутника ещё на первой фразе про «жратву», но списал на совпадение. Но когда что-то повторяется ещё раз, то это уже система. Нет, видеть он меня, похоже, не видел, но его взгляд был направлен точно на меня и это не могло быть случайностью. Только я стал думать чем мне это может грозить, как меченосец встряхнул головой и прокричал:        — Кружку светлого! И чтоб не разбавлял, с-скотина!        — Во бухарик. Ещё только утро, он уже глаза заливает. — С облегчением констатировал я. Не хотелось бы бросать всё и галопом нестись в этот серый туман, что словно одеяло накрыл эту деревушку.        — Ну что, когда всё-таки мы с тобой двинемся в путь? — Перенеся на крыльях свою угольную тушку, я примостился на краю стола напротив Лины. — Ты учти, что чем скорее мы доберёмся до твоего дяди, тем скорее ты начнёшь обучение магии и сможешь заманивать в свои сети «прекрасных принцев» — Казалось, что сарказм окончания фразы можно было потрогать рукой.        Лина хотела что-то мне сказать, но запнулась. И дело было не в том, что она не могла ответить на столь элементарный вопрос, а скорее во вчерашнем мальчишке, что в этот момент вбежал в столовый зал и умчался на кухню.        — Вот только давай без этого, ага-да? — Мне не улыбалось провести здесь, в этой серой деревне, весь период влюблённости своей подопечной. Хотелось побыстрее закрыть квест с доставкой «груза» и свободно гулять.        — О ч-чём ты говоришь! — Вновь вспыхнула Лина, уткнувшись в кашу. Не отрывая взгляда от еды, она проговорила. — Я думала немножко здесь передохнуть от нашего путешествия. Денег у нас много и мы можем провести здесь неделю без страха обран…обокр…       — Обанкротиться?       — Да-да, это слово. — Юная Проводница оторвалась от созерцания каши. — К тому же здесь наверняка проживает маг и мы сможешь узнать что-то новое, как ты любишь. — В её голосе удивительным образом смешалась жалобное блеяние овечки и хитрые нотки лисы. А это её упоминание о проживающем здесь маге прямо заставили меня уронить несуществующий сыр.       — Тогда первое, что мы сделаем — это посетим мага. И мы не задержимся в этой деревне дольше, чем на неделю, понятно! — Я грозно расставил свои крылья и боевито поднял хвост.       — Да, Мастер. — Склонила голову Лина, пряча довольную улыбку. Думала, я не замечу. Ну точно лиса…