Полюби меня вновь

— Лучше бы ты вообще не рождался! Это была последняя фраза из моего сна прежде, чем я открыл глаза. Странная женщина с кинжалом… Она хотела меня убить? За что? Я и раньше видел её в своих снах, но всегда эта женщина с волосами цвета лакрицы была доброй и дружелюбной. Совсем, как Ларель… Только сейчас я понял как скучаю по тётушке. Сейчас находился в комнате. Странно, но я не помню как сюда пришёл. Вчера вечером я приехал домой и смотрел телевизор, иногда переговариваясь с демоном. Неужели я там и заснул? Блин, как же стыдно. От привычки засыпать где угодно нужно тоже избавляться. Уверен, Себастьян усмехался вчера, когда я заснул на диване. Ну и ещё перенёс в комнату… Откинув одеяло, я спрыгнул на пол. Странно, но на этот раз мои тапочки не валялись по всему дому, а лежали на полу у кровати. Приятно. Однако, никогда в этом не признаюсь. Это же он их принёс.? Почему? Почему Михаэлис делает это? Думаю, мне было бы легче, если он ненавидел бы меня в ответ. Я хотя бы не ломал себе голову, выискивая причину его поведения. Тихо приоткрыв дверь, тихими шажочками направился в сторону кухни. Ну, а что я могу поделать, если в пять часов утра захотел шоколад? В холодильнике как раз оставалась пачка. Себастьян наверняка ещё в кровати, так что можно не беспокоиться о нём. Может, удастся ещё что-нибудь вкусненького прихватить? Пробравшись на кухню, я старался не шуметь вообще. Всё же слух у Себастьяна точно хороший. Протянув руку к ручке белого холодильника, я закусил губу. Даже, казалось, дыхание слишком громкое. Глубоко вздохнув, я потянул за ручку. Дверь с неким шумом отворилась. Но, вроде, не так громко, так что не смертельно. Перед глазами открылось многообразие продуктов. Так как вчера в кафе Себастьян не дал мне поесть и задавал глупые вопросы. Да и чай там, честно, отвратительный был. Да и ещё расспросы демона: «что это у вас за связи?», «одна из тех девчонок на острове была вашей подружкой?». И, честно, это было последней каплей. Больше бесило то, что он говорил об этом так спокойно, будто собак пристрелил, а не людей. Пройдясь взглядом по нижней полке, я обнаружил две плитки шоколада, конфеты и глазированные печенья. Ещё была какая-то глазурь, которую кажется готовил Себастьян для сегодняшнего торта. Вообще, с его прибытием холодильник не пустеет. Но в магазин он не ходит и вообще дом не покидает. И это нормально?.. Причём у нас всегда есть шоколад. Это радует. Захватив плитку, пять печенек и несколько конфет, я весь себе такой довольный закрываю холодильник. Настроение поднимается от одной мысли, что сейчас буду кушать сладости и, возможно, фильм какой-нибудь на компьютере включу. Всё же воскресенье. Также, прикрывая холодильник, я захватил бутылку молока. Запивать ведь чем-то надо? — Доброе утро, — послышался за спиной голос демона. — Чёрт, Себастьян! — крикнул я, от неожиданности выронив всё награбленное за эти минуты. — Опять мы за своё… — Михаэлис ловко всё поймал. — По вашему это нормально — поедать столько сладостей утром? — Тебе-то какое дело? Отдай! — я потянулся за своими вкусняшками, хотя разница в росте даёт о себе знать. Демон просто выше поднял руку. — Простите, но вы перебьете себе аппетит перед завтраком. Причём вам может стать плохо… — Даже если станет, всё равно отдай! — я встал на цыпочки, стараясь дотянуться до своей цели. — Уговорили. Только пожалуйста, вернитесь в постель, — Себастьян протянул мне одну конфетку. — О, ты так добр… — едко отозвался я, рассматривая в руке маленькую конфетку. — А теперь к себе. — Себастьян, без своей плитки шоколада я никуда не уйду. И, пожалуйста, не указывай мне! — Как хотите… В следующие несколько минут демон поднял меня на руку. Честно, когда мои ноги оторвались от пола я здорово испугался. И этот шок не проходил ещё несколько минут. Когда же он прекратит свои неожиданные сюрпризы? Сейчас, на руках у Себастьяна, без точки опоры под ногами, боялся, что демон меня уронит. Но, к счастью, этого не произошло. — Поставь меня! — забарахтался я. — Пожалуйста. Себастьян развёл руки, и я полетел вниз. Странно, но вместо пола руки почувствовали что-то мягкое. Через секунду опомнившись, я понял, что нахожусь у себя на кровати. Как?! Я же был уверен, что демон не сделал ни шага и мы были на кухне. Как мы могли попасть в мою комнату? — Ты что, и телепортироваться умеешь? — оглядываясь на Михаэлиса, спросил я. — Нет. — Тогда, как мы… — Себастьян развернулся и пошёл к выходу. — Эй, ты куда пошёл?! — М-м? Хотите, что бы я остался? — демон победно ухмыльнулся. — Нет! Просто хотел спросить… — я спрятал взгляд. — И что же? — замечая мой румянец, мягко поинтересовался Михаэлис. — Куда ты дел мой шоколад? — поднял глаза я, собрав все силы в кулак. Реакция демона меня удивила. Он рассмеялся. Звонко и громко. Никогда не слышал его смеха. Почему же потеплело на душе? Будто растаял кусок льда? Энергично встряхнув головой, я снова стал смотреть на мир реальными глазами. И сейчас в моей комнате стоял Себастьян и смеялся. Моё смятение было ощутимо. — Простите… — прикрывая рот ладонью, сказал демон, удаляясь из комнаты. Снова зарываюсь под одеяло и начинаю думать. Я ненавижу Себастьяна, ненавижу всей душой. Но мне приходится общаться с ним каждый день. И чаще, чем хотелось бы. Кажется, он совсем не против. Что ему от меня нужно? А ведь эта сволочь всё же забрала мой шоколад!

***

Привет. Пойдёшь гулять?

Привет. Не знай. Ну, наверное можно.

Отлично. Антон, зайдёшь за мной?

Да.

Давай. В первом часу жду тебя. Не опаздывай! Экран потух, и я положил свой телефон на поверхность стола. Отломив от шоколадного торта большой кусочек, положил его в рот. Буквально таял во… Ладно, ради этого мне не жалко пожертвовать и весь свой шоколад. Вкуснота просто. А Себастьян не забыл своё обещание и заварил сегодня «Еarl Grey». — К вам сегодня должны прийти гости? — послышался голос из-за спины. — Подглядываешь? — Нет, просто краем глаза увидел… — Угу… — так я и поверил. Закончив с завтраком, я пошёл одеваться к себе в комнату. Антон должен прийти в скором времени. Как же хорошо получилось, что смог найти себе хоть какого-то друга. Хотя я понимаю, что мне никто не станет так близок, как Грег. Он незаменимый. Прикрыв за собой дверь, я стал рыться в вещах. Всё же не помешает их как-нибудь разобрать. Мой выбор пал на чёрные брюки, а толстовку я решил надеть вчерашнюю. Мне она сильно понравилась, пусть это и подарок Себастьяна. Подойдя к зеркалу, я причесался. В итоге, бросив на часы взгляд, понял, что до первого часа ещё много времени. Что ж, подожду… Я всё равно не люблю оставлять всё на последний момент. Открыв компьютер, я решил ещё поискать информации про Фантомхайва. Может, удастся найти что-то ещё? Кроме компании «Фантом» и некоторых фактов из биографии, нигде больше ничего нет. Надо поискать ещё личные связи. Родственников или, возможно, у него был брат? А про Себастьяна получится найти? Но кроме его поддельного имени и фамилии, я ничего о нём не знаю. А информации о том острове вообще нет, будто не существует вовсе. Себастьян Михаэлис. Ну что ж, попытаться стоило. Информации о демоне нет. И, думаю, если бы что-то сохранилось, то он бы это стёр. Были какие-то известные личности, именуемые Себастьянами. Но никаких Михаэлисов. Что же за такая тёмная лошадка? Он — воплощение моей силы, продолжение моих рук, лишь одна из моих пешек. Эти фигуры на доске двигаются по моей воле. Если бы они двигались сами, победа не была бы моей заслугой. Я упал со стула и отполз в другой конец комнаты. Что это было? Чей голос? Откуда он звучит? Кто здесь? Я был уверен, что слышал знакомый мне голос. Но было страшно признавать, кому он принадлежит. Я схожу с ума? Ведь я полностью уверен, что этот голос мой… Хозяин — тот, кто отдаёт приказы. Без моего приказа он с места не двинется. Но разница между ним и другими шахматными фигурами в том… что он за один ход может забрать неограниченное число фигур противника Я зажал уши, пытаясь не слушать. Кто это говорит? Кого этот голос имеет ввиду? Шахматы… Пешки… Фигуру… Что происходит?! Сейчас мне, кажется, так плохо, как не было никогда. Но не только физически. Ничто так не раздражает, как неизвестность… — Хватит! — истошно закричал я, сильнее сжимая уши. — Всё в порядке? — обернувшись, увидел фигуру демона. К несчастью, в нашем мире нельзя выиграть, не отступая от правил. Игроки всегда будут отступать от правил, а пешки предавать игроков. И снова волна боли, которая прошла по всему телу. Что же происходит? Я всё ещё слышу его, слышу этот голос. Нет, неужели я слышу самого себя? Это невозможно. Мне страшно. Мне больно. Весь мир трещит по швам и летит во все стороны тысячами мелких осколков. И только я остаюсь в темноте, теряя связь с реальностью. Последнее, что я почувствовал, это холодное прикосновение чужой ладони ко лбу и мгновенное исчезновение адской боли.

***

Яркий свет ударил в глаза. Поморщившись, я снова закрыл их. Чувство опустошения не покидало. Будто я перестал существовать и смешался с внешним миром. Ужасное чувство. Что же случилось? Хоть убей, не помню… Приняв попытку вспомнить, я издал стон. Головная боль не прошла бесследно. — Смотрю, вы проснулись. — только сейчас заметил, что в комнате находится Себастьян. Он присел у кровати. — У вас ещё что-нибудь болит? Головокружение или тошнота? — Что случилось? — я приподнялся. — Вы упали в обморок. Вам стало дурно? — Да, немного… — Может, вам отменить встречу с другом? -демон накрыл мою руку своей ладонью. — Не смей! — отдёрнув руку, взвизгнул я. — Уверены? — Да. Свежий воздух отлично остужает мысли… — Как пожелаете. В таком случае, ваш друг должен прийти через двенадцать минут, — Михаэлис выпрямился. Значит, прошло уже почти полтора часа? Долго же я… От чего мне стало так плохо? Послышался хлопок дверью, кажется, Себастьян вышел. Тяжело вздохнув, я стал потихоньку вспоминать всё сказанное тем голосом. Пропуская каждую фразу потихоньку, я не почувствовал столь огромной боли как тогда. Помассировав виски большими пальцами, немного успокоился. Кажется, мне намного легче. Но про кого говорил тот голос, который был так сильно похож на мой? Думаю за его словами скрывалось нечто большее, чем игра в шахматы. Он пытался мне что-то передать. В этом я уверен… Решив, что разберусь с этим потом, я подошёл к зеркалу и расчесал растрепавшиеся волосы. Нужно освежиться. Спустившись вниз, я зашёл в ванну. Включив кран, я набрал холодной воды и резко плеснул себе в лицо. Повторив процедуру несколько раз, я почувствовал некое облегчение. Оперевшись об раковину, я стал смотреть на воду, которая струёй шла из крана. Когда же это закончится? Закрыв кран, я услышал звонок в дверь. Это, наверное, Антон… Подхватив полотенце, я быстро вытер лицо. Встряхнув головой, чтобы избавиться от навязчивых мыслей, вышел из ванны. Подбежав к двери, я заметил, что слегка ошарашенный Антон беседует с Михаэлисом. Блин, теперь и с этим разбираться. На бегу схватив куртку и натянув ботинки, я встал перед своим новым другом. — Привет. Ладно, пошли. У нас мало времени… — я стал буквально выпихивать Антона к выходу. — Э, Сиэль, а что у тебя в доме делает профессор Михаэлис? — А? Тебе показалось. Всё, пошли! Оказавшись на улице, я вздохнул свежий воздух с лёгким морозцем. Какое же приятное чувство: оказаться вот здесь, на осенней улице, с другом. А то думал, что больше никогда не испытаю этого прекрасного чувства. Будто вернулись былые, светлые времена, в которых не было ужаса, страха, странностей. Чушь… Они были всегда, просто я не замечал да и не хотел. Что же помогло открыть мне глаза? Кажется, только поняв свою бесполезность и беспомощность, можно стереть границы своего разума и вступить в реальный мир. Я сделал это слишком рано. Всё равно когда-нибудь я пережил бы такое. Но жизнь преподала мне слишком жестокий урок. Поэтому я и слаб. Не смог противостоять переменам и демону. А всегда ли всё случается к хорошему? Что-то я в этом не уверен. В моей жизни началась чёрная полоса, которая вряд ли закончится. Можно ли о ней забыть? Как, если по коридорам моего дома ходит существо, которое вечно мне напоминает о случившемся? Себастьян не убил меня, но наказал самым жестоким способом. Он не даёт забыть. Просто не позволяет ранам затянуться. Толкает в пучину тьмы… Хм, а может я сам иду в эту бездну?

***

Северный парк… Как же он изменился за эти дни. Все прекрасные листья превратились в грязевую кашу, смешавшись в общую кучу. Деревья выглядели мрачно на общем фоне мира, как-то пустынно и грустно. Небо усеяли светло-серые тучи. Потихоньку темнело, но людей не уменьшалось. Прибавлялись гуляющие пары, женщины с колясками и подростки. — А какие языки ты знаешь, кроме английского? — поинтересовался Антон, который сейчас шёл рядом. — В детстве я часто ездил с тётей, поэтому пришлось невольно выучить французский и немецкий. Немного смыслю в японском. — А русский? — Не-а. — Эх, жаль… Я-то, кроме родного языка, знаю только английский. В связи с переездом родителей пришлось перейти в Лондон. Но в России я тоже часто бываю. Хочешь как-нибудь поехать со мной? — Не знаю. Может быть… — холодно ответил я. — Какой-то ты задумчивый. Что-то случилось? — Сам знаешь. Дело в профессоре Михаэлисе. Знаешь, как непросто жить с учителем под одной крышей? — Да ладно тебе. Половина девчонок в него влюбились, а он тебе может помогать делать домашку. Разве это не круто? — воодушевлённо вещал он. — Не знаю. На мой взгляд, совсем не круто… — Как знаешь. Не знаю, что бы он сказал, если бы с ним жил демон-убийца, который строит из себя саму вежливость и делает вид, будто ничего не произошло. А я-то знаю, что случилось. Я видел собственными глазами, как он убивает дорогого мне человека. И как мне жить после это с ним, и при этом… ещё просить помощи в домашке?! — Знаешь, — раздался тихий голос Антона. — Я знал тебя со второго класса. Ты был всегда весёлым и умным. Тебя окружали друзья, любили учителя — просто счастливчик. Я завидовал тебе, ну, конечно же, в хорошем смысле. Но когда узнал о произошедшем, подумал, что тебе это по зубам. Но когда ты пришёл в класс, я увидел совершенно другого человека. Но ты продолжаешь улыбаться, если это нужно. Даже когда больно. Поэтому, я хочу стать тебе настоящим другом, Сиэль. Знаю, что не заменю тебе твоих друзей, но я хочу, чтобы ты доверял мне… — Должно пройти время и ради твоей же безопасности прошу: не сближайся со мной слишком сильно. Это может кончиться плохо в первую очередь для тебя. — О чём ты говоришь? — голос Антона звучал немного удивлённо. — Я человек, за которым по пятам ходит несчастье. Если что-то случится, то я не смогу тебя защитить. Поверь, на личном опыте знаю. — Если что-то случится, я смогу это пережить и смогу помочь тебе. Ведь в этом заключается смысл настоящих друзей! — Вот поэтому и не надо. Я не переживу, если из-за меня умрёт опять кто-то близкий. У Антона мышление совсем, как у Грега. Спасти других, рискуя своей жизнью. Как же больно… — Прости, наверное, это больная для тебя тема… — мальчик опустил глаза. — Нет. Мне будет куда больнее, если ты погибнешь по моей вине. — Я не умру, обещаю, — прошептал Антон. — Не обещай невозможного. После мы опять возобновили движение, только в молчании. Мне было больно в душе. Где-то глубоко я понимал, что опасен для внешнего мира. Почему же? Смерть будто следует за мной по пятам, и в желании схватить, убивает кого-то другого. Кажется, моя психика совсем полетела с последнего случая. Нужно будет разобраться в своих глупых мыслях и найти причину своего неординарного мышления. Будто эти мысли… они не мои. Тогда чьи же?

***

На улице начинало темнеть. Мрак покрывалом устилал всё вокруг. И уже сложно узнать старый привычный мир. Всё становится прекраснее. Темнота не лишает мир красок, она даёт нам посмотреть на него реального, как мир выглядит без света. Многие пугаются тьмы, а это тоже самое, что пугаться реальности. Они просто не принимают мир таким, какой он есть. На небе звёзд сегодня не было. Наверное, из-за пасмурности. Тускло светила луна. Мы с Антоном решили погулять ещё немного. Он оказался интересным собеседником, с ним можно было обсудить всё на свете. Может, нам всё же удастся сблизиться, и раны затянутся? — Сиэль, а ты не боишься темноты? — Да вроде нет. — А ты бы хотел, чтобы всегда была только ночь? — Разумеется, нет. — И почему же? — Быстро надоест, — холодно ответил я. — Ясненько, — мальчик весело рванул вперёд. Деревья выглядели жутко, как монстры, выпустившие когти. Людей вокруг не было. Только Антон отображался неестественно живо на этом фоне. Я же буквально сливался с ним. Такой же одинокий, мрачный. Но мои губы всё же тронула улыбка. А что будет, если я буду тянуться к свету? Сможет ли расползтись тьма вокруг меня? Вдруг по телу прошлась дрожь. Чувство опасности? Что-то должно случиться, что-то плохое. Но я выяснил урок после того проклятого острова. Нужно уносить ноги и как можно быстрее. Я двинулся с места, пытаясь предупредить своего друга, который беззаботно прыгал по дорожке парка. — Беги! — истошно завопил я, чувствуя усиливающееся сердцебиение. Было слишком поздно. Я почувствовал, что меня кто-то сильно удерживает, не давая вырваться. Антон же, увидев эту картину, попытался убежать. Но его настиг другой человек в капюшоне. «Он не один?» Мои попытки вырваться набирали силу, но сейчас мне было всё равно на свою жизнь. Я хотел, чтобы Антон спасся. Мужчина приложил к моему лицу марлю. Почувствовав резкую слабость, я сразу же понял, что это. Но перед глазами стояла ещё картина, как мальчик пытается убежать от мужчины в капюшоне. Потом Антон спотыкается, и его настигают, следно нанося удары ножом. Один, другой, третий. Сначала он кричал, потом издавал визг, а после совсем замолк. А я ведь говорил ему, что бы он не сближался со мной. Всё же, я проклят.