Полюби меня вновь

Себастьян

Замешав крем, я выключил плиту. В новом мире люди смогли облегчить жизнь с помощью различных приборов. Интересно, каких высот в технике они смогли добиться за сто двадцать восемь лет… Всё же поразительные существа эти люди, пусть глупые и слабые. Пусть и мир вокруг них меняется, зато они сами остались всё те же. Люди всё ещё алчны, влюблены во власть и в деньги. Среди них всё также сложно найти порядочные души. Голод. От этого чувства я всё ещё не могу избавиться. Учитывая мою двухсотлетнюю голодовку, мне становится не просто находится рядом с моим господином. Особенно прикасаться к нему, чувствуя, что внутри теплится необычайно вкусный кусочек, называемой душой. Но причинять боль мальчику совершенно не хочется, ведь если я дам волю своим эмоциям, то рискую потерять Сиэля навсегда… Взглянув на часы, я понял, что будить мальчика ещё рано. Хотя он всегда вскакивает ни свет, ни заря. Почему-то внутри тлело беспокойство. Надеюсь, болезнь не возьмёт вверх. Хорошо хоть аллергия и астма не преследует Сиэля в этой жизни. Может, стоит подарить ему котёнка? Хотя его тетя чётко сказала, что никаких животных в доме. Жаль. Поднявшись вверх по лестнице, я тихо открыл дверь, проникая внутрь. Мальчик укутался в одеяло, при этом дрожал. Странно, ведь я сам поддерживаю нужную температуру в доме, так что замёрзнуть он не мог. Подойдя ближе, я увидел, что Сиэль весь красный. Похоже, жар развился с новой силой. Прикоснувшись к горячему лбу, я лишь убедился в своей догадке. Проведя по лицу мальчика холодной рукой, я заметил, что он вздрогнул. Ему плохо… Часовая прогулка не проходит просто так, да ещё и этот дождь. Никак не могу понять, что иногда толкает моего господина на такие глупые поступки. Неужели человечность? В любом случае, придётся заниматься самолечением, ведь я мальчику никем не являюсь. А это может вызвать ненужные вопросы. Развернувшись, я пошёл к выходу. Пожалуй, со сладостями придётся подождать, нужно сходить в аптеку и приготовить куриный бульон. — Не уходи… — послышался слабый голос позади меня. — Прошу прощения, я разбудил вас. — повернувшись к мальчику, я склонился в подобии поклона. — Пожалуйста, останься… Не оставляй меня одного! — Разумеется, я вас не оставлю, — я сел возле кровати Сиэля и накрыл его руку своей ладонью. — Я ни за что вас не оставлю, милорд. Мальчик снова закрыл глаза. Кажется, он бредит… И уверен, утром даже не вспомнит о своих словах. Неужели он не хочет казаться передо мной слабым? Как самонадеянно и умилительно… Была бы возможность, я бы обнял Сиэля, только за то, что подарил мне смысл жизни. Но сейчас лучше его не трогать. Пусть спит… Что бы не случилось, я защищу его от всех невзгод, кто бы не угрожал Сиэлю. И пусть он мне ещё не доверяет, пусть боится, я же вижу, как оттаивает его сердце…

Сиэль

Холодно… Почему так холодно? Я замерзаю? Притронувшись к лицу, я нашёл его весьма разгорячённым. Что со мной? Я чувствую холод, хотя мне и жарко… В горле ужасно першит. Ужасное ощущение. Будто падаешь в огромную, бездонную пропасть, и нет ничего вокруг, кроме тьмы, которая давит со всех сторон. Резко вскочив, я обнаружил, что нахожусь в своей комнате. Ничего не поменялось, всё такое же. Только самочувствие ужасное, будто ком в горле застрял. Отвратительные чувства. Прокашлявшись пару раз, я обнаружил, что у меня ещё и сильно болит горло. — Доброе утро, — послышался голос сбоку. — Себастьян? Что ты тут делаешь? — хрипло интересуюсь я. — Вам всё ещё плохо? Позволите проверить температуру? — Угу, — я тут же вновь закашлялся. — Хорошо. Ложитесь и отдыхайте. Я сейчас всё приготовлю, -демон вышел из комнаты. Я решил воспользоваться его советом и обратно лёг на подушки, прикрывая глаза, которые ужасно слезились. И что меня вчера гулять тянуло? Обида? Ненависть? Наверное, глупость. Не пойди бы я пешком, то сейчас был бы здоров. Надеюсь, осложнений не будет. Перевернувшись на бок, я задумался, отключая сознание. В голове начали взлетать всякие бредни, наверное, из-за болезни. — О господи, Сиэль, ты опять заболел! — послышался милый девчачий голос, который показался мне знакомым. — Ну ничего, я позабочусь о тебе, и следа от астмы не останется.! Неужели опять эти голоса? Или бредни больного? Хотя я и в здравом сознании их слышал… Если они меня будут преследовать во время болезни, то это значительно может ухудшить состояние. Вряд ли можно отдохнуть, когда всюду слышатся разные голоса. Интересно, про какую астму говорила та девчонка? Сиэль Фантомхайв болел ею? — Пожалуйста, повернитесь ко мне. Нужно измерить вам температуру. — Себастьян вернулся в комнату. С усилиями я смог принять сидячее положение. Демон сунул мне в подмышку ртутный градусник, который был прохладным, из-за чего по телу прошлась дрожь. Зарывшись поглубже в одеяло, я прикрыл глаза. Почему-то всё время клонит в сон. Почувствовав чужую ладонь на лбу, я даже не стал противиться. Потом Себастьян прошёлся рукой по голове, а после зарылся пальцами в волосы. На это я не смог промолчать. Открыв глаза, я испепелил Себастьяна взглядом. Он же, кажется, только этого и ждал, так как лишь улыбнулся. — Почему вы каждый раз так вздрагиваете, когда я вас касаюсь? — в голосе Михаэлиса слышалась усмешка. Я же сначала не понимал, о чём он говорит, так как даже не замечал этого. — Представь, что ты обжёгся огнём, и от него на твоих глазах сгорели близкие люди. Разве после этого ты не будешь вздрагивать каждый раз, когда его видишь? — Нет. Я потушу его. — вполне серьёзно ответил демон. — Себастьян… — через некоторое время молчания произнёс я. — Дай мне воды. — Зачем? — Тушить тебя буду. — Может, вам сразу гидрант сюда установить? — Себастьян начинал смеяться надо мной. — Пц, ах ты! — я нахмурился и кинул в него рядом лежащую подушку. Тот же никак не отреагировал, только перестал смеяться, ограничившись широкой улыбкой. Потом Себастьян приблизился ко мне, смотря прямо в глаза. Его лицо было чертовски близко. — Можете не бояться. Пламя вас больше не тронет. — Себастьян вытащил градусник и отдалился, а я же, думаю, покрылся бы румянцем, если не этот жар, от которого мои щёки и так горели алым пламенем. — Что ж… Сто два и два по Фаренгейту*. У вас, определённо, есть жар. Я заварю травы. Думаю, пока что от школы придётся отказаться. — Михаэлис отложил градусник и встал с постели. В этот момент меня осенило. — Себастьян, а почему ты не на работе? Уверен, у тебя сегодня есть уроки. — я вопросительно посмотрел на демона. — О, не беспокойтесь. Я сказал, что у меня заболела собака. — Собака? — я вопросительно поднял бровь. — Да. Иногда я бываю дьявольски убедителен. — Дай угадаю, если я до завтра не выздоровлю, то ты будешь утверждать, что пошёл на похороны своей «собачки»? — я улыбнулся. Мне и вправду стало смешно. — Именно. Всё-таки я ненавижу собак. — Гав, — обиженно тявкнул я. И почему Себастьян так странно смотрит на меня, как вчера вечером? — Что ж. Вы желаете сейчас позавтракать или отдохнуть? — Отдохнуть. — аппетита у меня сейчас и вправду не было. — Хорошо. Через два часа принесу завтрак. Будут какие-нибудь особые пожелания? — Я хочу молоко с мёдом. — я зарылся снова в одеяле. — Молоко с мёдом? — Да. Что-то не нравится? — раздражённо пробурчал я. — Нет. Скоро будет. Потом звуки в комнате затихли, будто само время остановилось. Глаза сами закрывались, унося в мир снов. Шагов Себастьяна я не слышал, он, как всегда, в своём репертуаре -ходит, как призрак. Но демона я не чувствовал, и вправду покинул мою комнату. И тут моя связь с реальностью оборвалась…

***

Темнота. Вдалеке горят свечи, тихо тает чёрный воск. Холодный пол, ледяные решётки. Что это за место? Мне страшно… Это ведь плохой сон? Пусть это будет кошмар, прошу! Всхлипнув, я постарался удержать слёзы, которые мелкими градинами текли по моей щеке. Восприятие настоящего теряется где-то на заднем плане. Я сижу тут и жду, что меня кто-нибудь спасёт… Уверен, с минуты на минуту придёт мой спаситель и всё закончится! Ведь закончится, правда? Бог не допустит такого, матушка говорила, что он всегда со мной, он меня не оставит. Так почему же он мне не помогает? Где Бог, в которого я так верил?! Почему он меня не спасает? Почему… Мои размышления нарушили шаги какого-то человека. Я поднял голову и увидел мужчину в красной мантии, лицо которого скрывал капюшон. Также виднелась белая, резная маска, и грязная ненавистная улыбка. Этот человек смотрит на меня и улыбается. Почему он улыбается? Я не знаю кто это, я не знаю, чего он хочет, но я хочу… Чтобы этот человек сдох! Чтобы они все сдохли! — Вылезай! — мужчина открыл дверцу клетки, за рубашку вытягивая меня наружу. — Отпустите меня! — вскрикнул я. — Заткнись! Ты должен быть благодарен, что станешь великой жертвой, принесённой низшему! — грубо проговорил он. — Жертва? Дальше меня силой кладут на стол, держа со всех сторон. Нет, Всевышний не допустит, он придёт и спасёт меня, я же ни в чём не виноват… Страх сковывает движения, остаётся только кричать о пощаде. Ну почему же здесь столько людей, и никто не хочет отозваться на крик о помощи? Даже сам Бог… Вдруг мне становится ужасно страшно. Надо мной заносят ритуальный кинжал, крича какие-то слова. Перед глазами проносится вся моя жизнь: светлая и беззаботная, которая сейчас обливается кровью. Резкая боль в районе живота, и я кричу, но всё остаётся по-прежнему. В моих глазах мелькает серебряный кинжал, который обрамлён кровью. Моей кровью. И тут мне приходит осознание — Бога не существует!

***

Я резко встаю, принимая сидячее положение. Сердце бьётся, как бешеное. В глазах застыл тот ужас, увиденный во сне. Даже живот слабо ныл после протыкания кинжалом. Попытавшись вернуть дыхание в нужную форму, я схватился за край своей пижамы, где, предположительно, должно находится сердце. Сжав ткань, я опустил голову и зажмурился. В голове застряла фраза Фантомхайва. Бога не существует… Сейчас мне было жаль его всем сердцем. То проклятое место, то ужасное место… Почему я испытываю точно такие же эмоции, что и он? — Всё в порядке? — в комнате появился демон, безразлично стоя у входа. Я не отвечал ему. Потом в нём будто что-то перещёлкнуло, и Михаэлис приблизился ко мне. От его равнодушия не осталось ни следа. — Вы плачете? — Да, я плачу, Себастьян… — Что случилось? Вас кто-то обидел? — Ни меня. — повернул голову в другую сторону, где виднелось окно и тёмно-серый кусочек пасмурного неба. — Скажи, существует ли Бог? — К сожалению, да. — более спокойным тоном отвечает он. — Тогда почему он отворачивается от тех, кому нужна его помощь? Почему не протягивает руку тому, кто всегда верил в него? — я еле сдерживал крик. — Милорд… — Не трогай меня! — я с силой ударил по руке, которую демон намеревался протянуть ко мне. — Ты такой же, как и этот Бог! Ты не помог ему, а ведь он ждал спасителя, ждал чьей-то помощи! Но светлым и тёмным силам было всё равно на его страдания! Вам всем плевать на людей! Вы оставили его умирать в мучениях! — О ком вы говорите? — в голосе Михаэлиса читалась удаленность и раздражение. — О том мальчике! Почему ты его не спас?! — я из последних сил бился в истерике. — Не знаю, о ком вы говорите, но я, кажется, уже говорил, что мне всё равно на жизни людей. — успокаивающе произнёс демон. Как он может так спокойно об этом говорить? — А как же Сиэль Фантомхайв? — А что вы о нём знаете? — То, что его мучили страшными пытками, но ни ты, ни Бог не пришли ему на помощь! — более тихо произнёс я. На лице Себастьяна читалось неподдельное изумление. — С чего вы взяли, что он мучился? — демон прикрыл глаза. — Потому что он молил о помощи, кричал, ждал, но никто не пришёл. Почему ты не пришёл? — Я не помню ничего подобного… — тяжело вздыхая, ответил Михаэлис, направляясь к выходу. — А как же та секта? — после моих слов, я заметил, как чуть заметно вздрогнул демон, его спина напряглась. — Откуда у вас такая информация? — голос был суров и серьёзен. Почему-то сейчас мне стало страшно. Я осознал, что сболтнул лишнее. — Это неважно. Не обращай внимания. — успокоившись, я снова решил залезть под одеяло. Но мне этого не дали сделать. — Мне повторить вопрос? — Себастьян каким-то мистическим образом оказался надо мной. — Я сказал, что неважно. Уйди, пожалуйста. — я снова попытался залезть под одеяло, но мне снова не дали это сделать. — Вы не представляете, как это важно. — Покинь мою комнату! — зло фыркнул я. — Откуда вы про это узнали? — демон схватил моё запястье и с силой сжал. Сейчас мне стало страшно. Ведь он смотрел на меня своими малиновыми адскими глазами. — Себастьян, отпусти, мне больно! — испуганно произнёс я. Михаэлис какое-то время просто смотрел на меня, а потом всё же выполнил просьбу. — Вы встали, вот и хорошо. Прошу пожаловать на кухню. — безэмоционально произнёс демон, а после, как робот, покинул комнату. Я сейчас лежал на кровати, немного ошарашенный произошедшим. Себастьян сделал мне больно? Я испуганно посмотрел на свою руку, где остался след от его крепкой хватки. Хотя, что здесь удивительного? Он же демон… Но почему мысль о том, что Себастьян может причинить мне вред, больно колит в сердце? Сейчас я не знал, что делать. Идти на кухню желания не было совершенно, но злить Михаэлиса хотелось меньше всего. Ещё мне нужны были силы на то, чтобы просто не пойти вниз и не накричать на демона за то, что он распускает руки? И вправду, что он себе позволяет? Натянув футболку и домашние штаны, я со злостью и замыслом пакости спустился по лестнице вниз. Глубоко вздохнув для смелости и убрав вредную улыбку, я зашёл на кухню, сразу же натыкаясь на демона. Тот как раз сервировал стол. Он не обратил на меня совершенно никакого внимания, зажигая во мне некую искру обиды и облегчения. Садясь за стол, я увидел перед собой тарелку куриного бульона. — Я не хочу это. — серьезным тоном закапризничал я. — Боюсь, придётся, — хоть Себастьян и говорил со мной, но сам будто был далеко отсюда, где-то глубоко в своих мыслях. Решив воспользоваться его отдалённостью, я тихо подошёл к холодильнику, пока Михаэлис смотрел в мыльную воду и как по рефлексу переставлял грязные и чистые тарелки. Едко улыбнувшись, я открыл холодильник и быстрым движением стащил пирожное с заварным кремом, отправляя в рот, чтобы Себастьян не успел отобрать. Странно, но он даже не повернулся. Что ж, мне это начинает нравиться. Вытащив целый поднос из холодильника, я стал уплетать сладости, радуясь внутри, что Михаэлису всё равно. — Вы вообще хотите выздороветь? — послышался спокойный голос моего сожителя. — Я хочу нормально поесть. — заглатывая новый кусочек, я облокотился спиной к холодильнику, предполагая, что смогу хорошенько полакомиться. — До чего же вы глупы… — отчаянный вздох со стороны демона и в один момент у меня выбивают поднос прямо из-под рук. Я ошарашенно стал смотреть прямо перед собой, и то, как Себастьян мастерски поймал каждое из пирожных. — Пока вы не поедите суп, никаких сладостей! — О, смотрю, ты проснулся. — усмешка. — Подойди поближе, мне нужно тебе кое-что сказать. Демон удивлённо посмотрел на меня, но всё же исполнил просьбу. Подойдя ближе, я встал на цыпочки, чтобы быть ближе к его лицу. Себастьян смотрел на меня с интересом, ловя каждое движение. Протянув руку, я резко хлестнул её, давая сильную пощёчину демону. Тот был буквально ошарашен моими действиями. — Не смей больше никогда так делать! Сейчас у меня было чувство, что весь страх испарился. Именно это я хотел сделать после наглой выходки демона в спальне. Да он мне там чуть запястье не сломал! Хотя всё внутри кричало, что сейчас Себастьян убьёт меня к чёртовой матери. Ну и пусть. Я совершил задуманное. Дальше пусть делает со мной, что ему угодно. Но реакцию демона была весьма удивительной, ведь вместо красных глаз и убийства он упал на одно колено. — Приношу свои глубочайшие извинения, я причинил вам боль… — Михаэлис склонил голову, прося моего прощения. Я же ухмыльнулся и немного наклонившись, поцеловал его в макушку, ощущая аромат чернильных волос. Давно хотел к ним прикоснуться, но на ощупь они были даже мягче и шелковее, чем я думал. — Пирожные были вкусные… — прошептал я. — Милорд, вы меня прощаете? — демон поднял голову, смотря на меня со всем раскаянием. — Разумеется, нет. — я прошёл мимо Михаэлиса и сел за стол. Взяв столовый прибор, я стал потихоньку хлебать бульон. — Вы никогда меня не простите за всё, что я сделал? — Себастьян выпрямился. — Именно. — я немного наклонил голову. Я давно простил тебя, глупый…