Лисёнок

***

      — Груз приходит регулярно? — спрашивает у помощника Чон, как только они остаются наедине.       — Как часы, — кивает Хосок, наблюдая за сосредоточившимся боссом.       В последнее время Чонгук лично контролирует все: проверяет документы и общается с поставщиками. Ему нельзя проколоться, отец не простит, если сын потеряет этот филиал, через который проходят не только косметические товары. Филиал настолько мелкий, что на него и не подумают, если вдруг бизнес прогорит. Чон не хотел работать в мелкой компании, но, когда в его руки пришли все тонкости работы здесь, его мнение поменялось. Сейчас он упорно работает над прикрытием, "дает на лапу" тем, кому нужно и ловко проворачивает свои дела. Вот только Чимин лезет туда, куда не просят, открыто заявляя Чонгуку, что, при случае, молчать не будет. Пак угроза, но альфа упорно надеется, что младший не сделает глупостей. Хосок друга предупреждает, советует оградить Чимина от всего, что связано с нелегальным бизнесом и настоятельно попросить, если омеге дорога его жизнь, молчать. В деле семьи Чон нет места предателям. Гук говорит с Чимином, и не раз. Но, как об стенку. Пак стоит на своем. Глупый лисёнок.       — Опять суешь нос, куда не нужно, — вздыхает Чонгук, когда понимает, что за отчет сейчас лежит перед ним.       — Я не виноват, что курьер идиот и приносит мне то, что предназначено для тебя, — фыркает Чим, впервые назвав Чонгука на "ты".       — Осмелел? Раньше ты придерживался субординации.       — Надоело.       — Курьер не идиот, — отвечает Чонгук, наслаждаясь запахом омеги, который усилился, когда тот ворвался в его кабинет. — Он приносит документы туда, куда ему велено.       — Ты...втягиваешь меня в свои дела?!       — Не вижу другого выхода заставить тебя молчать, — говорит совсем беззлобно Чонгук. Невозможно злиться на лисёнка, который так притягателен. — И так я чаще могу тебя видеть.       — Если бы второе я еще принял, то первое — нет. Избавь меня от этого, пожалуйста, я не хочу в этом участвовать.       — А жаль, — хмыкает альфа. — Ты бы неплохо справлялся с поставленными задачами, уверен в этом, да и зарплата в три раза больше.       — Я не гонюсь за деньгами, — отвечает Чимин, закипая от того, что альфа нарочно просит курьера приносить документы лично ему, а Пак их открывает, потому что ему нужно узнать, что в этих папках, чтобы что-то предпринять. — Курьеру скажи, чтобы перестал таскать мне твои документы!       — Что ты делаешь сегодня вечером?       Чонгук меняет тему слишком быстро, омега даже не успевает сообразить. Он пришел в кабинет начальника с четкой целью — расставить все точки и ясно показать, что он не собирается иметь дело с теневым бизнесом, хотя такая голова, как у Чимина, была бы очень хорошим бонусом к уже существующей цепочке. А теперь альфа задает личный вопрос, на который Пак отвечает не сразу.       — Я...я занят.       — Чем же?       — Думаю о том, как аккуратненько сдать твою задницу копам, — отвечает Чимин, стараясь вложить в свои слова как можно больше уверенности.       — Ух, лисёнок показал зубки, — улыбается Чонгук, наблюдая за надувшимся омегой, у которого скоро пар пойдет из ушей. — Надеюсь, твоя ценная голова не сделает скоропалительных решений, иначе я буду вынужден попрощаться с тобой.       Угроза. Открытая угроза, которую Чон не боится произносить, но ему так не хочется этого делать — Чимин лакомый кусочек, на который альфа положил глаз, и лишать такое сокровище головы он не хочет. Но Пак будто подталкивает его к этому сам, заставляя старшего все больше хотеть заткнуть ему рот. Но ведь есть разные пути. И Чонгук обязательно выберет тот, который не будет угрожать Чимину физической расправой.       — Иди работать, — холодно добавляет Чон.       Еще чуть-чуть нахождения Чимина в такой близости и Чон за себя не ручается. Во-первых, потому что зубки омеги возбуждают, как и его запах, внешность, а во-вторых, возбуждение уже упирается в ткань брюк. Хочется прикоснуться к себе, а лучше, если это сделает сам виновник такого положения своего начальника. Но Чон думает, что не стоит так резко делать шаги навстречу и почти прижимать младшего к стенке. Все нужно делать постепенно.

***

      У Чонгука такое впервые. Ему впервые настолько понравился омега, что он не хочет пользоваться им. От омег Чону нужен был только секс, ну, пару раз можно сходить в ресторан, не более. А Чимин другой. С ним хочется по-другому, и альфу это не особо пугает, но он чувствует себя странно, по-новому. Чимин — слабость Чонгука и это альфа понимает.       — Ты уверен в нем?       — Он ничего не расскажет, сам боится, — отвечает Чонгук своему помощнику. — И видит он то, что другие и не заметят. Я спокоен.       — Я, на твоем месте, оградил бы его от наших дел. Интерес интересом, но ты рискуешь. Будет худо, если весь бизнес рухнет из-за твоей увлеченности этим омегой.       — Я понял тебя, Хосок, — отвечает альфа, выкуривая уже вторую сигарету. — Приму к сведению.

***

      Чимину впервые оказывают такое внимание. Он не привык получать подарки, но Чонгук постепенно приучает омегу к этому: цветы, конфеты, украшения, вещи. Чон часто приглашает младшего в ресторан, но тот отказывается, прикрывается несуществующими делами, а сам сидит дома — альфа проверял. И если бы раньше Гука это обидело, то в этом случае — его только забавляет поведение Пака. Чимин невинный, кажется, у него даже отношений раньше не было, но в работе серьезный и ответственный, будто два разных человека. И оба Чимина ему нравятся.       — Обедать идешь? — Чонгук врывается в кабинет омеги, пугая того, и подходит к столу, пристально глядя на парня.       — Я... У меня...много работы, поэтому я останусь в офисе.       — Отказы не принимаются, — говорит Чон. — Собирайся, пообедаем вместе. Я не хочу, чтобы ты умер от голода.       — Я не хочу.       — Захочешь, — усмехается альфа, собираясь схватить Чимина за руку, но тот только дергается, испуганно глядя на Чонгука. Только не прикосновения.       Пак уже думал о том, что будет, если Чонгук его коснется. Думал и боялся того, что произойдет. Омега чувствует странную связь со своим боссом, но, в силу генетических особенностей, может учуять запах истинного только во время течки. А так как во время течки Чим запирается в квартире намертво закрывая окна и двери, то и встретить истинного мизерный шанс. Омега смирился, но не отчаялся.       — Ладно, — быстро меняет свое решение Чим. — Только отойди, пожалуйста.       Чонгук не понимает такого страха в глазах Пака, но делает так, как он просит — отходит, чтобы омега смог выйти из-за стола и надеть куртку. В лифте они едут молча, Чимин вжимается в угол железной кабины, коротко поглядывая на старшего, который не сводит заинтересованный взгляд с омеги, улыбается, когда между взглядами устанавливается короткий контакт. В машине альфа даже не пристает, хотя это в его стиле, когда на пассажирском сиденье, рядом с ним, сидит омега. В ресторане сервирован только один столик, вокруг ни души, что снова пугает Чимина, но Гук объясняет это целями безопасности.       — У тебя есть враги?       — Как и у любого бизнесмена, — пожимает плечами альфа, когда официант разливает в бокалы вино.       — Я не хочу пить. Можно мне сок? — Пак смотрит на официанта, а тот, в свою очередь, переводит взгляд на Чонгука, который просто кивает, и тогда тот приносит младшему сок. — Твой авторитет угнетает.       — Ты привыкнешь. Тем более, что я такой только с подчиненными, — намекает альфа, ловя еле заметную улыбку омеги. — Выбирай, что хочешь.       — Ты слишком часто меня балуешь, — немного раскрепощается Чимин, открывая меню.       — Считаю это вполне нормальным — баловать того, кто мне не безразличен.       Пак замирает, смотрит на старшего и краснеет до кончиков ушей. Очень приятно слышать такое, учитывая то, что омеге тоже симпатичен Чонгук. Но Чимина пугает его бизнес, потому что он вполне понимает теперь, чем занимается альфа и что это не совсем законно. Но, с другой стороны, какая разница, чем занимается человек, когда у тебя есть к нему чувства.       Чонгук надеется, что очень скоро Пака будут слушать так же, как и его, потому что альфа не собирается отказываться от него. Даже если омега не захочет становиться частью серьезного и опасного бизнеса, Чон все равно сделает его своим. Потому что альфа от своего никогда не отказывается. А Чимин — уже его. По крайней мере, Гук так считает.

***

      Утро выдается не самым радужным. Омега проспал, не успел позавтракать, чуть не опоздал на автобус, но водитель любезно подождал пассажира, который так отчаянно бежал к остановке с надеждой в глазах. До офиса, слава богу, омега добирается без приключений. Он заходит в свой кабинет и плюхается в кресло, откидываясь на спинку стула. Пак переводит дыхание и только сейчас вспоминает, что со всей этой беготней он забыл выпить таблетки. Вчерашняя доза еще действует, но запах уже усиливается. Это после он замечает по жадному взгляду начальника транспортного отдела, господина Ли, мужчину средних лет, который жутко раздражает Чимина, ибо тот всегда плотоядно пялится на него, даже делает намеки, от которых омегу тошнит.       Альфа заходит в кабинет к Чимину по какому-то делу, но забывает обо всем, ощущая притягательный и крышесносный аромат молодого омежки, который сидит за столом и с осторожностью смотрит на него, явно понимая, что мелькает у того в голове. Чим пытается узнать у мужчины, зачем тот пришел, но тот молчит, а после срывается с места, набрасываясь на беззащитного парня.       Пака почти рвет, потому что омерзительный альфа лезет с поцелуями, шарит руками по изящному телу и пытается раздеть и себя, и омегу. Чимин кричит о помощи, но знает, что никто из офисного планктона не станет лезть во все это, потому что себе дороже. Гнев начальника Ли может быть велик и силен, поэтому все делают вид, что так и надо, будто это не первый раз, но только не Чонгук, который заходит в офис и сразу же чувствует сильный запах малины и странные звуки, доносящиеся из кабинета Пака.       Альфа не медлит, направляется прямо в кабинет омеги, игнорируя секретаря, который подлетает к боссу с новостями. Чон широко распахивает дверь и почти немеет от увиденной картины. Спохватившись, Чонгук подлетает к Ли, который почти справился с рубашкой Чимина, оторвав практически все пуговицы, оттаскивает от парня и выталкивает из кабинета. Пак трясется от страха и почти не дышит. Чонгук наносит несколько болезненных ударов, которые точно оставят прекрасные сюрпризы на лице, и злобно шипит:       — Чтобы я тебя больше здесь не видел!       — Неужели сам глаз положил, сопляк? — усмехается Ли, разминая челюсть, которая отдает тупой болью.       Чон снова не сдерживается и ломает челюсть к херам, игнорируя громкий писк боли, много крови и собственные разбитые костяшки пальцев. Этот говнюк посмел позариться на то, что принадлежит Чонгуку, а он такое не прощает.       — Пошел вон!       Чимин дрожит, всхлипывая, но пытаясь сдержать слезы. Он отчасти тоже виноват в этой ситуации, но раньше до такого не доходило. Стало очень страшно. Если бы не Чонгук.       Кстати, о нем. Чон заходит в кабинет омеги и захлопывает дверь, тут же, без задней мысли, подходя к парню и поднимая его лицо. Чимин с ужасом понимает, что альфа к нему прикоснулся, только тогда, когда становится невыносимо жарко, а в штанах чувствуется накатившее возбуждение. Пак проклинает себя вдвойне: за сильный запах и легковозбуждаемость, ибо омега — сплошная эрогенная зона. Но так происходит не всегда. Только, когда альфа, прикасающийся к Чимину ему нравится, либо он истинный (так сказал врач). Ни о первом, ни о втором Пак думать не хочет. Разум затуманивается за секунду. И теперь омега не в состоянии думать, а тело просит, как при течке: прямо сейчас, без промедлений, грубо и глубоко.       Чимин почти набрасывается на альфу с поцелуем, который Чонгук ловит, даже успевает ответить. Пак что-то бормочет о том, что он слишком чувствительный и прикосновения Чонгука только распалили его желание, что ему нужна помощь, а после вообще шепчет пошлости, чем заводит альфу.       Запах полностью кружит голову, Чон даже теряется в пространстве, но капли разума все еще при нем. Он помнит слова Тэхёна, да и Чимин шлюхой не кажется, поэтому альфа решает, что нужно как-то выходить из сложившейся ситуации, хоть и целовать младшего очень приятно. А то, как омега трется своим возбуждением о бедро старшего — почти лишает рассудка.       Он напористо сминает его губы, водит руками по податливому телу, которое буквально плавится в руках альфы. Не хочется останавливать омегу, хочется брать.       Чонгук кое-как отстраняется от Чимина, с трудом снова делает вдохи и пытается утихомирить возбужденного парня. Он ластится, целует шею, кладет руку на пах старшего и давит, вырывая из горла старшего рваные вздохи. Пак такой доступный сейчас, но Чон ведь не скотина, хотя хочет таким казаться в глазах работников, чтобы те уважали и боялись его. Другое дело его личные отношения. Он не согласен брать то, что так легко дают, ведь омега, по рассказам Кима и тому, что успел увидеть альфа, — не такой. Альфа хочет играть честно.       — Остановись, — просит Чонгук, пытаясь вразумить вошедшего во вкус парня. — Ты будешь потом жалеть.       — Пожалуйста, сделай это, — хрипит Пак куда-то в шею, седлая бедра старшего, но тот снова его отталкивает, поднимаясь с дивана.       — Я не хочу пользоваться тобой только потому, что ты сходишь с ума от одного моего прикосновения.       Чонгук прочищает горло, смотрит на изнемогающего омегу и проклинает себя за свою правильность, но также и хвалит, что не идет на поводу тупого желания как своего, так и младшего. Он выходит из кабинета, закрывая тот на ключ, который предусмотрено хватает со стола парня. Ему нужно выяснить, какие таблетки нужны Паку и отправить своего помощника за ними, чтобы обезопасить себя, а в первую очередь — Чимина, который не контролирует себя совсем.

***

      Через час Хосок достает нужные таблетки и приносит другу.       — Я с таким трудом их достал, — выдыхает альфа, садясь напротив друга. — В аптеке меня предупредили, что препарат очень сильный и, если принимать их постоянно, будут проблемы со здоровьем.       — Он без них не может, — отвечает Чонгук, крутя в руках баночку. — Ты же сам чувствуешь, насколько его запах силен. Мне кажется, в офисе уже дышать нечем.       — Так и есть, — кивает Хосок головой, задумчиво поджимая губы. — Иди к нему, он наверняка уже успокоился.       Чон отправляется в кабинет омеги, отпирает дверь и замечает Чимина на диване, сжавшегося и дрожащего младшего. Он наливает в стакан воду и подходит к Паку, который дергается, как только старший тянет к нему руку.       — Все хорошо, — говорит Чонгук, достав из кармана пиджака баночку с таблетками. — Выпей.       — К-как ты...       — Тэхён сказал, — отвечает Чон.       Пак дрожащими руками открывает баночку и берет сразу две таблетки, запивая их водой. Ему жутко стыдно. Картинки всплывают в голове и омега краснеет, зарываясь носом в свои коленки, обнимая их руками. Он лез к Чонгуку, к своему начальнику, с которым хотел держать чисто деловые отношения, а сейчас Пак не сможет избавиться от своих воспоминаний, как только альфа будет появляться в поле зрения.       — Можешь ехать домой, — говорит Чонгук, поднимаясь на ноги.       — Спасибо, — мямлит Чимин куда-то в коленки.       Но на самом деле ему не хочется домой. Он обязательно будет накручивать себя снова. В офисе он может отвлечься. В итоге Чимин так и не уезжает, остается в своем кабинете и работает в штатном режиме. Лучше здесь, чем со своими мыслями наедине.

***

      — Так и не ушел, — хмыкает Чон, появившись в дверях кабинета.       Альфа опирается на косяк двери и внимательно скользит взглядом по Чимину, который ежится от такого взгляда. Он растерял свою уверенность перед Чонгуком.       — Прости за...       — Не извиняйся, — отмахивается Чон, проходя вглубь кабинета и присаживаясь на диван. — Я бы очень хотел, чтобы это повторилось, но по твоей воле.       Чимин краснеет от стыда и смущения, пряча глаза. Ему жуть как невыносимо рядом с альфой, который не упускает случая заставить его залиться краской.       — Что это было, кстати?       — Тэхён не сказал? — спрашивает Чим, поджимая губы.       — Я хочу узнать это от тебя.       — Я... У меня... В общем... Я невольно возбуждаюсь, когда ко мне прикасается тот, кто мне нравится, либо мой истинный, — выдает омега, теребя свои пальцы.       — Истинный?       — Так сказал врач, сам же я еще...       — Значит, я тебе нравлюсь, — заявляет Чонгук, широко улыбаясь. — Это уже интересно.       Чим снова краснеет и это уже не смешно. Альфа все время вгоняет его в краску. С этим надо что-то делать, но теперь шансов все меньше, потому что Чонгук узнал, что Чимину он нравится.