Часть третья
18 октября 2017 г., 18:56
Ифань прошел к пианино, которое он специально покупал для Тао в начале совместной жизни, и открыл крышку, начиная наигрывать ту самую «симфонию души». Нахлынули воспоминания о том, с каким воодушевлением эту мелодию играл ему омега, и как потом он учил самого альфу этим нотам. Их случайные прикосновения и смущенная улыбка Тао — почему сейчас всё было, как впервые? Ифань ударил кулаком по клавишам. В данный момент хотелось сыграть что-то более мрачное и грустное. То, что отразит состояние его души. Прогнившей в погоне за деньгами.
Именно пианино их объединяло долгое время, и именно за клавишами Тао осознал, что влюбился в Ву бесповоротно и окончательно. И решился на первый поцелуй.
***
В одну из встреч, Тао пригласил Ифаня в гости. Именно для того, чтобы и сыграть обещанную мелодию. Но получился даже мини-концерт. Омега с восторгом играл практически все мелодии, которые просил альфа. Его глаза сияли от осознания того, сколько у них общего. Наслаждаясь музыкой, альфа подсел к Тао. — А можешь научить и меня? Тао с удивлением и улыбкой посмотрел на альфу. Приятно думать, что вдохновляешь понравившегося альфу на такие поступки. — Конечно, — кивнул омега. — Ты говорил, что немного играешь? — Совсем чуть-чуть, — хохотнул Ву, начиная двумя пальцами тыкать по клавишам, наигрывая всем известную мелодию «К Элизе». — Уже неплохо, — улыбнулся Тао. — Что ты хочешь сыграть? — Научи тому, что нравится тебе, — альфа с нежностью взглянул на омегу. — Буду играть, если вдруг начнешь грустить. Тао от этих слов смутился и слегка порозовел. Слышать подобное было приятно. — Тогда… Talking to the Moon. Знаешь ее? — Да, я слышал, — Ифань кивнул. — Так вот, подо что ты грустишь? — он поднял пальцы над клавишами. — Учи. — Тут нет ничего сложного, — парень стал медленно наигрывать мелодию. — Я услышал эту песню подростком. Друзей у меня было мало, поэтому я часто мечтал, что на той стороне Луны есть кто-то, кому хотелось бы подружиться со мной. — Как интересно, — Ифань накрыл пальцы Тао своими, начиная повторять их движения, — у меня тоже было мало друзей… И я тоже думал о том, есть ли кто-то там на Луне, кому так же одиноко, как мне… Тао обернулся на Ву с искренним удивлением, и их лица оказались буквально в паре сантиметров друг от друга. Омега сглотнул и тихо произнес: — Так странно… У нас так много общего, что я сомневаюсь, что это происходит на самом деле. Ифань мягко улыбнулся и кончиками пальцев провел вдоль лица омеги, останавливаясь на его губах. — Ты такой красивый, Тао… — альфа сомкнул их губы в нежном поцелуе. Вот и еще один рубеж пройден. Тао ответил на ласку, положив ладонь на затылок альфы. У Ифаня такие мягкие и ласковые губы, что было просто невозможно не поддаться.***
Только сейчас Ву смог признаться себе в том, что в момент поцелуя в его жалкой душонке что-то дрогнуло. Но тогда он посчитал это реакцией на долгое отсутствие омег. Сейчас, когда парень перебирал в памяти картинки своей жизни, он понял, в чем была проблема их отношений. Тао любил его слишком слепо. И все, что Ифань ему говорил, принимал за чистую монету. Потому омега и приносил себя в жертву мужу. Тяжело вздохнув, альфа закрыл пианино и медленно двинулся вдоль коридора. Взгляд наткнулся на дверь детской. Он остановился и, чуть помедлив, вошел в комнату, словно боясь разбудить того, кого уже там нет… Кончики пальцев осторожно коснулись мобиля над детской кроваткой, запуская легкий перезвон игрушек. Сейчас он оказался в этой комнате впервые. Он не заходил сюда ни до ни после рождения ребенка, сбросив «всю эту мишуру» на Тао. Более того, он даже не знает, как выглядит их дочь… Да что уж там? Он даже не знает ее имени. Альфа огляделся и его взгляд упал на белый комод, на котором остались лежать крохотные носочки и рубашечка. Видимо омега забыл их в спешке. К глазам подступили предательские слезы, и Ифань зажмурился. Имеет ли он право называть дочь Тао их ребенком? Ведь для альфы это вышло случайно, и он ни разу ничего не сделал для малышки.***
«Случайность» произошла в день рождения Ифаня, который они провели вместе. Пара встречалась уже больше месяца, и ничего серьезнее поцелуев у них не было. — Тао, — альфа уже выпил достаточно, язык слегка заплетался, — ты говорил, у тебя есть какой-то особый подарок для меня. Почему я до сих пор его не видел? — по губам скользнула пьяная улыбка. — Ты его и не увидишь, — улыбнулся Тао, целуя его в висок. — Ты его услышишь. Ифань сощурился. — Ты сыграешь мне что-то? — Что-то, что я написал сам, — кивнул парень. — Ооо, — альфа прижал Тао к себе, — и когда же я это услышу? — Можно прямо сейчас, — ответил тот, уложив голову ему на плечо. — Давай, — кивнул Ифань. Хотя все эти розовые сопли, откровенно говоря, были ему чужды. Пьяное сознание желало другого. Тао же пошел к фортепиано, окрыленный словами альфы. Только бы ему понравилось. Парень заиграл спокойную, но очень одухотворённую мелодию. Тао вложил в нее всё, что чувствует к альфе. То, что он не может передать словами. — Тао, — Ву обнял омегу со спины, наклонившись к его плечу, — это так красиво… Долго сочинял? — И много раз переписывал, — кивнул Хуан, не прекращая игры. — С ума сойти, — выдохнул Ифань, скользнув кончиками пальцев по рукам омеги. — Мне еще никогда не дарили музыку… Тао… Ты… Особенный, — нежным поцелуем он коснулся шеи парня. Парень откинул голову, наслаждаясь лаской. Возможно, что сегодня они станут ещё ближе. Тао слегка волновался, но про себя верил, что Ифань не причинит ему вреда. — Как и ты. — Я и такого не умею, — хмыкнул альфа. Рука скользнула под ворот рубашки, оттягивая ее ткань и открывая для ласк худые плечи. — Зато ты умеешь делать многое, чего не умею я, — улыбнулся Хуан. Не прекращая поцелуев, Ифань потянул омегу вверх, заставляя подняться со стула около фортепиано, на который сел сам. А после усадил Тао к себе на колени. — Эй, — рассмеялся в ласку Тао. — Я же ещё не закончил. — Черт, — пробормотал альфа ему в губы, — тогда продолжай, — он развернул омегу на коленях спиной к себе и крепко обнял. Тао усмехнулся и начал играть с того момента, который помнил. Разве рядом с таким мужчиной можно соображать? Ифань не слушал. Он начал покрывать затылок и шею омеги жадными настойчивыми поцелуями. Низ живота уже приятно стянуло. — К черту музыку, — Тао закрыл крышку фортепиано и развернулся к парню. — Я хочу тебя. Ифань впился в его губы горячим поцелуем, крепко прижимая к себе стройное тело. — Ты не представляешь, — сбитым голосом проговорил альфа, — как хочу тебя я. Возбуждение возросло в разы, сильно давя на ширинку. — Давай перейдем в спальню, — предложил Тао, снимая с альфы рубашку. — Пианино меня не выдержит. — Какой предусмотрительный, — усмехнулся Ву. Поднявшись вместе с омегой, он, не разрывая поцелуя, двинулся по направлению нужной комнаты. Нащупывая стены, Ифань успевал покрывать шею Тао жаркими поцелуями. Его рубашка была уже наполовину расстёгнута, обнажая худое плечо омеги. Тао снял рубашку совсем и принялся за ремень альфы. Парень был девственником, но природа, вкупе с запахом Ифаня, словно направляла его. Альфа выдохнул, чувствуя как мысли затуманивает аромат омеги. Добравшись до кровати, он толкнул Тао на покрывало: слегка смуглая кожа, стройное тело, взъерошенные волосы — всё это заставило потерять контроль. Ифань почти набросился на омегу, начиная оставлять засосы на плечах и шее, слегка покусывая нежную кожу. Тао подставлялся под ласкающие губы и руки и старался не отставать сам: оглаживая сильные плечи, запускал ладони под кромку белья Ву, но не касался возбуждённой плоти — всему своё время. Не отрываясь от ласк, Ифань расстегнул ширинку омеги и запустил руку под белье, крепко сжимая возбужденный член Тао. Тот простонал через закушенную губу. Ощущения были странными. Появился какой-то дискомфорт, но Тао о нем ничего не сказал. Ифань начал опускаться жадными поцелуями вниз по телу, откровенно наслаждаясь гладкой кожей и ароматом омеги. — Тао, — мурлыкнул он, — ты так вкусно пахнешь… Губы опустились к самой кромке белья. Альфа быстро стянул с омеги абсолютно всю одежду и пошло облизнулся, рассматривая его обнаженное тело. Омега свёл ноги и густо покраснел. Он хотел продолжить, но омежья трогательная натура вдруг дала команду смущаться. — Не смотри, — хихикнул парень. Альфа ухмыльнулся и освободил от одежды себя, выставляя на обозрение рельефное тело с явным желанием ниже пояса. — Тао, — он навис над парнем, — ты так стесняешься, будто я у тебя первый, — кончик носа прошелся по ямочке за ухом. Одновременно с этим он качнул бедрами соприкасаясь членом с телом омеги. Тао охнул и решил не уточнять, что Ифань действительно первый. Омега обнял его за шею и постарался расслабиться. — С тобой у меня все, как впервые. — Я сегодня вряд ли смогу быть нежным, — пробормотал альфа, начиная вновь опускаться поцелуями вниз по телу, — ты слишком сладко пахнешь. Тао, — имя совпало с толчком пальца внутрь стройного тела. — Фань! — вскрикнул парень, впиваясь ногтями в плечи альфы. Было немного больно, но омега старался привыкнуть к ощущениям. Альфа зашипел. — Что, давно никого не было? — ухмыльнулся он. Палец начал плавные движения внутри, растягивая тугие мышцы. Ифань вернулся к губам парня. — Ты такой узкий… Даже удивительно, — выдохнул он, нажимая на бугорок внутри. По телу Хуана прошла судорога удовольствия. Все же, не зря он решил отдаться возлюбленному альфе. — Но ведь… Это хорошо? — Нууу, — горячее дыхание опалило изгиб шеи, — сначала может быть немного больно… — внутрь толкнулся второй палец. — Но ты ведь потерпишь ради удовольствия. Да, Тао? — Конечно, — улыбнулся ему омега, целуя шею парня. — Ради тебя я потерплю. — Умничка, — Ифань вытащил из тела омеги пальцы и толкнулся в него сам, не сдержав тихий стон удовольствия. Эта узость могла свести с ума. Тао простонал тоже. Но скорее от боли, чем от удовольствия. Все же, проникновение получилось очень резким. Но парень расслабился, и дискомфорт постепенно ушел. — Боже, — Ифань зажмурился. — Как же туго… — он начал плавные движения бедрами. Запах омеги кружил голову напополам с алкоголем. Это тело откровенно хотелось. Хоть в чем-то плюс от этих отношений — возможно, будет регулярный секс. Омега начал тихо постанывать в такт толчкам, привыкая к непривычным ощущениям. Боль понемногу начала отступать. Чувствуя расслабление узких мышц, Ифань начал сильнее толкаться в вожделенное тело. С собственных губ начали слетать неосторожные пьяные стоны. Он перешел еще одну границу в этих подставных отношениях. Тао комкал в пальцах простыни, сбивчиво шептал слова любви и тяжело дышал от мощных толчков. Эта ночь точно будет незабываемой. — Тебе хорошо? — тихо проговорил Ифань, облизывая мочку уха омеги. — Скажи мне. Тао, — резким толчком он вошел в тело, попадая по простате. — Да! — вскрикнул омега, закусывая губу от удовольствия. — Боже, Ифань, не останавливайся. — Как скажешь, детка, — ухмыльнулся Ву. Он начал вдалбливаться в стройное тело, вжимая его в матрас. Каждый толчок был резким и глубоким, каждый сопровождался тихим стоном альфы и каждый попадал по простате. Омеге оставалось лишь сдавленно выть от удовольствия. Парень хватался за Ифаня, как утопающий за соломинку и царапал его спину, словно показывая, что тот реально умелый любовник. Альфа стиснул зубы. Запах омеги и алкоголь полностью спутали мысли. Кажется, что Ву уже и не особо соображал, что делал. — Хочешь почувствовать настоящее удовольствие? — томно спросил он. — А это еще не настоящее? — Тао игриво прикусил губу, проводя ладонью по возбужденному члену. — Нет, — выдохнул Ифань. Со всей силы толкнувшись в тело омеги, он кончил, позволяя начаться сцепке. Тао зашелся в первом оргазме, но с мыслями далеко не об удовольствии. Сцепка. В детском саду и то знают, к чему она приводит. Алкоголь тут же выветрился из головы. Может, обойдется? Хотя… Если Ифань допустил ее намеренно, значит ли это, что он хочет от омеги ребенка? Но альфа думал не об этом. Точнее сказать, он вообще не думал, а просто отключился, спустя несколько минут — большое количество алкоголя сделали своё дело. А омегу не покидали тревожные мысли. Раз Ифань назвал это настоящим удовольствием, значит, он знает, каково это? А если у него уже есть омега и ребенок? Тао вздрогнул от нахлынувшей волны удовольствия, а вместе с ней и с навернувшимися слезами. Похоже, после этой ночи их отношениям конец. Ву проснулся на утро от жуткой головной боли. С трудом открыв глаза, он повернулся в смятой постели и огляделся. Вроде он вчера был с Тао, и вроде вчера между ними что-то было. Или не было? Судя по отсутствию белья на теле — было. Но тогда, где омега? От большого количества вопросов голова разболелась еще больше. Ифань отмахнулся и перевернулся на другой бок. Тао найдется. Куда он денется? Но тот как сквозь землю провалился. Не напоминал о себе, на звонки не отвечал. Счет пошел на дни, а затем и на недели. Но, по правде говоря, Ифаня это особо не волновало. Может, омега, наконец, решил отвязаться? Понял, что Ву не его вариант и «бросил»? В любом случае, внезапная свобода оказалась весьма сладкой. Но недолгой. Когда вторая неделя отсутствия Тао в жизни Ифаня почти завершилась, альфу позвал к себе Хуан старший. И сказать, что он был зол — не сказать ничего. — Какие-то проблемы? — осторожно спросил Ву, стоя перед столом директора. Его молчание напрягало. — Проблемы, дорогой мой, у тебя! — рыкнул мужчина. — Я просил встречаться с моим сыном, а не строгать с ним внуков! — Чт…? — Ифань недоверчиво взглянул на мужчину. — Какие внуки? Я похож на того, кто желает детей? — Не похож. Тем не менее у Тао сегодня подтвердили беременность, — ответил тот. — Как ты это объяснишь? Ифань сверкнул глазами. — Если он нагулял где-то себе живот, то не надо в это впутывать меня, — прошипел он сквозь зубы. Мужчина схватил его за грудки. — Ты, щенок, сейчас договоришься. После твоего дня рождения он из дома не выходил. Потом начал блевать и чуть что терять сознание. И ты еще смеешь называть моего сына шлюхой?! После дня рождения? Ифань сглотнул, пытаясь припомнить, что же было после фортепиано. В мыслях внезапно промелькнула странная фраза «хочешь почувствовать настоящее удовольствие?». — Не может быть, — прошептал альфа еле слышно. В тот вечер он допустил сцепку! Так, значит, это его ребенок? — Пусть делает аборт, — фыркнул Ифань, возвращая лицу безэмоциональную маску. — Он сам полез ко мне. — Сцепку может допустить только альфа, — Хуан отпустил его. — И решение об аборте принимает тоже альфа. Но ты о своих словах пожалеешь в тюрьме, понял? — Что?! — альфа опешил и стиснул кулаки. — Чего Вы хотите теперь от меня? — процедил он сквозь зубы. — Чтобы ты взял ответственность. Не женишься — пойдешь по статье за изнасилование. Хм… — мужчина задумался. — По-моему, за насилие у нас смертная казнь. Ифань нервно облизнул губы, стараясь сдержать ярость. Кажется, он сейчас услышал, как его жизнь рассыпалась на мелкие кусочки… Надо было сразу увольняться к чертям! — Ясно, — процедил он. — Тогда скажите своему сыночку, — глаза свернули, — чтобы он взял трубку сегодня вечером. Либо открыл мне дверь. Господин Хуан хочет свадьбы? Он её получит. Правда, вот любить Тао никто не просил. Вубэй кивнул, натянув на лицо победную улыбку. — Я организую всю свадьбу. С тебя только предложение. — Прям с цветами и кольцом? — фыркнул Ифань. — На твоё усмотрение. Тао так напуган, что ему плевать на цветы и подарки. — Мне проще, — кивнул Ву. — Это всё? — Да, — кивнул тот в ответ. — Свободен. Ифань вышел из кабинета, хлопнув дверью. Нет. Это не конец. Это только начало. «Сладкой» жизни семейки Хуан. Ву ушел с работы сразу же после разговора. Директор, наверное, простит ему такую наглость. Ведь альфе нужно подготовиться для разговора. Потренировать эмоции перед зеркалом, например… Ближе к вечеру Ифань появился перед дверью квартиры Тао. Выдохнув и собравшись с силами, он нажал на звонок. Тао посмотрел в глазок и замялся, думая, стоит ли открывать. Однако, парень все же нажал на дверную ручку. Рано или поздно придется поговорить. — Тао! — Ифань тут же сжал омегу в объятиях. — Боже… Наконец-то! Что произошло? — он схватил парня за плечи. — Куда ты пропал? Почему? — Я… — омега всхлипнул, не в силах сдержать слезы. Фань так переживал, а он… — Нам надо поговорить. — Конечно, — Ифань закрыл дверь и обернулся назад к омеге. — Что случилось, Тао? — он чуть наклонился и заглянул в глаза. — После той нашей ночи… Была сцепка, и теперь я жду ребенка, — тихо сказал омега. Ифань на мгновение замолчал, выдерживая паузу. — Тао, — мягко произнес Ву, — и ты решил оборвать все связи лишь из-за этого? — А ты не бросишь меня из-за ребенка? — всхлипнул парень. Альфа замолчал, набираясь сил перед главным. Едва слышный вздох. — А ты позволишь стать твоим мужем? — улыбнулся он. Тао показалось, что он не расслышал вопроса. — Фань… Ты серьезно? — Абсолютно, — ответил тот, крепко прижимая к себе омегу. — Это мой ребенок. От моего омеги. Прости, что без кольца, цветов и прочего, — было не до них. — Но я действительно хочу, чтобы мы стали настоящей семьей. Тао ответил на так необходимые сейчас объятия и с облегчением улыбнулся. Теперь у них все будет хорошо. Полноценная семья, ребенок. И искренняя любовь.
