Глава VIII.
5 декабря 2021 г., 14:58
Вернулась домой Эсмеральда под ночь. Весёлая и наполненная жизненной силой, она проследовала на кухню, чтобы выпить свежевыжатого сока.
«Впервые Гейб, — пока шла, рассуждала она, — не вёл себя как напыщенный индюк. Он не донимал меня чёрными розыгрышами, в воспитательных целях, а старался наоборот удивить и доставить маленькие радости. И у него получилось. Романтической идейкой с Розовым пляжем, коктейлем и забавами ему немного удалось растопить лёд в моём сердце и заменить ненависть на интерес к своей персоне… Какой он — настоящий Гавриил»?
Она вытащила из холодильника три порезанных апельсина, закинула их в соковыжималку, добавила туда манго, киви и банан и получила мультивитаминный сок. Достав из сумочки мобильный телефон, с желанием узнать время, она заметила два входящих сообщения:
«Конфетка, ты уже спишь? Если нет, то выйди в сад и подойди к фонтану. Я тебе там презент приготовил».
«Зацени сюрприз. Скорее»!
Закрыв приложение «Сообщения», Эсмеральда накинула лёгкую вязаную кофточку, так как ночь на Сейшелах была немного прохладнее дня, вышла во внутренний двор и прошла через живописный сад к фонтану. Где-то в глубине души она была рада такому вниманию со стороны хитрого «фокусника», но ещё больше её распирало любопытство, что именно подготовил он для неё.
— Ещё один романтичный поступок? — Эсмеральда подняла большой букет любимых ею гортензий и роз и внезапно заметила, что тот был покрыт красными брызгами. — Гейб, крылатая ты сволочь! — воскликнула она, раздражённо возведя глаза к звёздному небу.
В жёлтом свете уличных фонарей, освещающих территорию, окровавленный букет выглядел ещё страшнее, чем при свете дневном. Впрочем, девушку уже было не удивить столь «очаровательным» сюрпризом. Она несколько привыкла к фокусам архангела, что совершенно не испугалась мистической картины «Букет мёртвой невесты». А может даже про себя и посмеялась.
Вернувшись в спальню особняка, Эсмеральда увалилась на кровать. Взяла мобильный телефон и набрала ответное сообщение, которое, как она была уверена, ожидал Гавриил.
«Подарок великолепный. Последнее время я полюбила мистику. Капли крови на лепестках роз, что может быть зрелищнее? Вдобавок под покровом летней ночи»?
«Чего? Тебе понравилось»? — почти сразу же пришло новое сообщение.
«Не ожидал? Гейб, ты столько соков из меня выпил, что окровавленные гортензии на меня уже не произвели должного эффекта. Но за цветы гранд мерси».
«Пожалуйста. Окаюшки… Спокойной ночи, медовая»!
— То-то же, пернатый, — удовлетворённо пропела Эсмеральда, зарывшись носом в подушки.
***
Ночь для Эсмеральды прошла относительно спокойно. Никаких галлюцинаций, розыгрышей и иллюзий. Ей даже удалось рассмотреть сон — яркий и запоминающийся. Ей снилось море. Тёмно-синее, пенное, с могучими волнами и скалами в форме невиданных зверей. На берегу, в лёгком шёлковом платье, стояла женщина. Волнистые каштановые волосы, круглое лицо и задумчивые карие глаза, — она была невероятно привлекательной. И Эсмеральда сразу узнала женщину — её мать, такую родную и любимую, но такую далёкую. — Мамочка, как же мне тебя не хватает, — открыв глаза, прошептала Эсмеральда. Затем перевернулась на правый бок и увидела на подушке… Тот самый ночной букет, который архангельской телепортацией очутился у неё в спальне. — Гейб, блядь! — её голос изменил тональность: из бархатного и мерного он превратился в громкий, чуть ли взвизгивающий. — Что б тебя пьяные тараканы загрызли! Подняв букет, она поднесла его к лицу и резко зашлась сухим кашлем: гортензии и розы издавали трупный, могильный запах, от которого девушку потянуло на рвоту. Даже не раздумывая, она размахнулась и яростно вышвырнула дьявольские цветы в открытое окно. — Утро добрым не бывает, — сидя на пуфике и заливаясь смехом, молвил Гавриил. — Только такой безбашенный поц как ты мог подарить даме букет, украденный с кладбища! И да, это утро априори не может быть добрым и хорошим, — с нотками иронии произнесла она, — потому что явился ты. — О, я его не крал, конфетка, — отсмеявшись, сказал архангел и достал из кармана джинс небольшую коробочку мармелада. — Это низко. Мда-с, вижу, что ты не очень рада моей королевской персоне, — но мне как-то плевать. Сегодня нас снова ожидают приключения, поэтому даю тебе десять минут на сборы. Пока ем мармелад. Кстати, с какого начать? С апельсинового или лимонного? Эсмеральда краем глаза взглянула на визитёра и усмехнулась. «Его не исправить, — мимолётно пронеслось у неё в мыслях. — Если отобрать у Гейба сладкое — он умрёт».***
— Вчера я переносил тебя на Розовый пляж, угощал коктейлем Пина Колада, а сегодня я придумал вот что… Понимаю, что тебе тяжело свыкнуться с моими блестящими идейками, Эсмеральда, но это нужно сделать. К тому же, мне хочется баловать тебя… Стоит признать, что это забавно. — С чего вдруг? — А если я скажу, конфетка, что ты мне понравилась. Поверишь дамскому угоднику? — Тебе? — изумилась она. — Никогда. — Ну и ладно, — махнув рукой и обиженно надув губы, ответил архангел. Да, Эсмеральда не восприняла признание Гавриила всерьёз, и зря. В его планы не входило лгать… — Взгляни, сладкая. Эсмеральда томно вздохнула и принялась осматривать местность, где они находились. Ею оказался чердак заброшенного дома. Сквозь деревянные балки, которыми заколотили почти все стены и окна, в помещение пробирались лучи солнечного света. В углу противоположной стены была насыпана здоровенная куча свежего сена, а недалеко от него — гора сухой травы. — И где мы на этот раз? — спросила она. — Беларусь, — весело ответил он. Затем подвёл девушку к стогу сена и галантно усадил на него. Сам устроился рядом. — Беларусь? Гавриил, что ты задумал? — Т-с-с-с-с, — он заставил её замолчать, прижав палец к её губам, и добавил: — Сейчас всё поймёшь. Ещё одно волшебное и неописуемо красивое зрелище. Сосредоточься и взгляни на небо сквозь перегородки-балки — увидишь настоящее чудо! Заинтригованная девушка повнимательнее вгляделась в небосклон и улецезрела фантастическую картину, — миллиарды созвездий сплелись воедино с солнцем. И мерцающие звёздными бликами солнечные лучи проникли сквозь заколоченные деревяшками разбитые окна, озарив помещение необыкновенным сиянием. — Ради такой романтики стоит жить, не так ли, конфетка? — Это чудесно! — искренне восхитилась Эсмепальда. — Смотри далее. Широко улыбаясь, она продолжила наблюдать за звёздно-солнечной сказкой. Неожиданно Эсмеральда ощутила, что архангел прижался к ней, но сделал это очень и очень осторожно — боялся спугнуть её или нарушить царившую идиллию. Впрочем, совсем скоро сидеть в тишине Гавриилу надоело, и он принялся проказничать, подшучивать и в историях раскрывать секреты известных фокусников. Их трюки оказались банальными до невозможности, — фокусники и циркачи просто обманывали доверчивых зрителей. — Как-то так, — завершил свою речь Гавриил, запихнув за щеку круглый, разноцветный леденец на полосатой палочке. — Теперь ты, мышка, не считаешь меня ублюдком? — Не знаю, не знаю, — залепетала Эсмеральда. Потом хитро взглянула на архангела и, заметив, что тот утратил бдительность, в наглую выхватила у него леденец. — Делиться нужно, — хитро заключила она. — Пардон? — спросил он, быстро захлопав ресницами. — Ты. Отобрала. Мою. Сладенькую. Прелесть? — добавил, делая для пущего эффекта специальные паузы, а потом резко толкнул Эсмеральду в гору сена. — Дурак, что ли? — завалившись на спину, взвизгнула девушка. — Сам мне будешь голову мыть! — А нечего было зариться на святое! — Гавриил набрал охапку скошенной травы и смачно обсыпал Эсмеральду. В довесок ещё и на голову сверху пучок водрузил. — Я мстю и мстя моя страшна. — Ну ты и… — Кто? Скажи это, медовая, скажи громче! — Гавриил продолжил её провоцировать, не забывая чуть ли не выпрыгивать из штанов от радости, как двухлетний ребёнок, получивший в подарок яркую машинку. — Тьфу, — грязная Эсмеральда сдула со лба чёлку, которая была вся в сене, выплюнула несколько сухих травинок и выдала: — чурка! Басурманин! — Приятно познакомиться, чурка, а я Гейб, — покатываясь со смеху, съязвил архангел. И они ещё активнее стали дурачиться, но ровно до момента, пока Гавриил сам не закончил их детскую игру. — Пора возвращаться, — сожалея, что время так стремительно неслось вперёд и его было не остановить, молвил он. — У меня ещё имеется парочка дел в Штатах. Надеюсь, что-то тебе с нашей прогулки запомнится… — С нашей дивной прогулки, — поправила Эсмеральда, осознав, что впервые Гавриил не вызвал у неё отвращения или неприязни. Ей было слишком хорошо с ним в то мгновение…***
Прошёл день и ещё один, вот и месяц пролетел разом. Гавриил всё больше проникал в жизнь Эсмеральды. Благодаря его телепортации, они посетили несколько зрелищных мероприятий, которые девушке запомнились на всю жизнь, как чудесный праздник. Фестиваль морской грязи в Порёне, к примеру. До самой ночи Гавриил и Эсмеральда принимали участие в разнообразных развлекательных программах: катались с водной горки с добавлением морской грязи, окунались в огромную грязевую ванну, поучаствовали и одержали второе место в грязевом марафоне и повеселились на водных аттракционах. На фестивале Ля Томатина в Испании они устроили томатные бои, забросав друг друга помидорами вместе с десятками тысяч туристов из разных стран, а также побывали на ярмарке и приняли участие в легендарных похоронах помидора. Под конец Ля Томатины они полюбовались грандиозным фейерверком. Также Гавриил открыл для Эсмеральды Венецию, Верону, Рио-де-Жанейро и их овеянную легендами историю. Естественно, отношения архангела и девушки сдвинулись с мёртвой точки: в них растаял холодный снег. И Эсмеральда радовалась данному факту. Любой девушке была приятна забота со стороны противоположного пола, и француженка не стала исключением. Гавриилу удалось сделать жизнь Эсмеральды ярче, внести в неё [жизнь] краски. Хотя, поначалу, мадемуазель Боргезе и не хотела признавать всего случившегося. Отрицала чувства. Время от времени залетал её проведывать Бальтазар. По вечерам, по обоюдному согласию, ангел и девушка выбирались в столицу Сейшельских Островов — Викторию, где посещали множество ресторанов, пробуя креольскую, каджунскую, индийскую и французскую кухни; неспешно гуляли по набережной и центральным улицам, вспоминая события из жизни во Франции. Однако, если вернуться к Гавриилу, то проказник не был бы проказником, если бы отказался от фокусов и розыгрышей. Несмотря на существенное потепление в отношениях, Эсмеральда всё же продолжала становиться жертвой абсурдных иллюзий Гавриила. Например, всю прошлую неделю к ней в галлюцинациях приходил Наполеон Бонапарт. И это было символично: пациенты психиатрических больниц часто воображали себя наполеонами. Вот и Эсмеральда видела его. Французский император ходил за ней, пел песни группы «Рамштайн» и рассказывал, как вместе с Адольфом Гитлером посещал футбольные матчи Чемпионата Мира по футболу 2006 года. В архангельской иллюзии смешались века, эпохи, столетия, декады… На этой неделе Гавриил подкинул Эсмеральде глюки в виде русского мишки с гармонью, который преследовал ту по пятам: в спальне, на кухне, у источников и фонтанов… Ночью он прогуливался с девушкой по саду, а когда она укладывалась спать, проводил по её телу мохнатыми лапами, заставляя содрогаться и нервно сжимать покрывало… В общем, так и жила Эсмеральда с Гитлером, Наполеоном, русским мишкой, другом-ангелом и архангелом…
