***
Прыгая по веткам, я всё-таки добралась до места падения небесного тела. Это был какой-то сложный механизм. И, главное, он был целый. Свет из этого аппарата светил в небо синим цветом. Интересно, а ничего не будет, что я его потрогаю? Прикоснувшись к этому устройству, в глазах начало темнеть. Всё что последнее я увидела при падении, это ночное небо.***
В нос ударил запах гнили. Приоткрыв глаз, я увидела гниющие трупы. Некоторые части прогнили до костей. Одежда была разорвана. «Где я?» — первый вопрос, который влетел мне в голову. Осмотревшись, я поняла, что нахожусь в каком-то сарае. Снаружи послышались голоса. Они были неразборчивы из-за того, что звучали далеко. Затем они становились всё громче и стали разборчивее: — Твой чёртов муж задолжал нам крупные деньги и пока он не отработает, то посидишь здесь со своей дочкой. — послышался скрипучий голос за дверь. Я подскочила и спряталась с той стороны, где меня не заметят, когда будут открывать дверь. Раз, два, три. Три человека. Готова поклясться, что он один. Дверь открылась и в комнату вошли женщина, девочка лет восьми примерно и тучного телосложения мужчина. У заложниц были связаны руки за спиной. Аккуратно закрыв дверь, пытаясь не вызвать скрип, я нанесла рассекающий удар из ножен в спину. Жертва покрылась проклятыми печатями и, с предсмертным хрипом, упала на бок. Поганый ублюдок. На детей целится может только ублюдок. Девочка от вида трупа, была повержена в шок. Её удивлённые глаза наполнились слезами, а губы начали дрожать. Чтобы только не заплакала. — Тише, тише. Всё хорошо. Не плачь. — я обняла её, поглаживая волосы. Затем я развязала ей руки. — Закрой глазки, тебе нельзя на такое смотреть. — затем я обернулась в сторону матери. Она безмолвно стояла и смотрела перед собой. Я встала и подошла к ней. — Женщина, с вами всё хорошо? — Она повернула голову в мою сторону. Её лицо украшали ссадины, под глазами сильно выделялись чёрные пятна, а сами глаза были, словно, затуманены, зрачки же сильно расширены. После гляделок, она закатила глаза и повалилась на меня. Я подхватила её и положила на плечо. Одной рукой, я придерживала женщину, другой держала меч. — Уходим отсюда. — Д-да. — тихо ответила девочка и поспешила за мной. Выйдя оттуда, в глаза ударил яркий солнечный свет. Когда глаза привыкли, было понятно, что вокруг пустыня. Вдали виднеется башня причудливой формы. — Девочка, как тебя зовут? — мне было интересно, как зовут мою маленькую спутницу. — М-мики. — тихим голосом ответила она, глядя в землю. — Они маму накормили таблеточками. — Наркотики. Подонки… — всё что могла сказать я. Как же они надоели. Они даже здесь. — Где ты живёшь? — нужно было срочно отнести её мать куда-либо. — Во Фрисайде. — всё так же ответила девочка. Ну ладно, дам время оправится. — Веди меня туда. — девочка пошла вперёд меня. Я последовала за ней.***
Горячий пустынный воздух вызывал сильное чувство жажды. Мики вела меня окольными путями. Неужели забыла путь? — Мики, тут мы могли напрямик пройти. — указала я ей на путь, от которого мы шли. — М-мы сейчас по минному полю и-идём, так что х-хорошо, что ты з-за мной ходила. — я была ошарашена. То есть я, а вернее мои останки, могли сейчас взлететь к облакам. След в след, я шла за ней. Вдали казались огромные ворота с цветной аркой над ними. Затем с песчаной почвы, мы перешли на более крепкое покрытие. — В-вот мой город. М-мы можем с-спокойно идти дальше. — я последовала за ней, перекинув её мать на другое плечо. Ворота отворились. Взор упал на руины. Разрушенный город, вокруг мусор. Здесь словно прошёл торнадо. — О, глядите какая цыпа! — сзади раздался слащавый голос. Я обернулась и увидела двое бедно одетых людей, держащие в руках по ножику. Судя по их лицу, они ванну с рожденья не принимали. — Давай её в два болта. — Давай. — ответил другой. Я положила мать на асфальт. Послышались шаги. Пора. Лезвие Мурасаме рассекла им грудь за один взмах. Брызнули струи крови, а их тела покрылись печатями. Когда вложила меч в ножны, противники упали. — Круто! — послышался восхищённый возглас детей. Я обернулась к ним. — В этом нету ничего крутого. Я убила людей. — подняла я мать с асфальта и взгромоздила её на плечи. — Но они же бандиты. — дети подошли ближе. Я заметила, что они все затрёпанные и грязные. Один из них без обуви. Другой же жуёт что-то непонятно. Похожее на сырое мясо. Здесь дела похуже, чем у нас в империи. Кстати, где же я?