Три условия для признания

Святослав Курашов – Final (OST "Салют-7") Думаю, эта композиция идеально подходит к главе, именно под нее я и писала.

Истинная самозабвенная любовь состоит в готовности солгать, обмануть для того, чтобы сделать другого человека счастливым, чтобы создать для него ту реальность, которую он ищет, если ему не нравится та, в которой он живет. © Айн Рэнд

Сказать: «Я люблю тебя» — что сложного? Три обычных слова, по одиночке которые мы постоянно потребляем в своей речи. Но, как правило, сложнее всего их сказать тому, кто говорит искренне. Наруто ждал в холле больницы. Странно, но сегодня он обладал каким-то особым слоновьим спокойствием. Лицо человека, которому уже все равно, что будет, привлекало к себе внимание. — Наруто? В чем дело? Мне сказали, ты срочно ждешь меня здесь, — Сакура спустилась к нему в привычном белом халате и забранными в пучок волосами. Узумаки только было открыл рот, чтобы ответить, как девушку отвлекли. — Сакура-сан, распишитесь здесь пожалуйста, — медсестра протянула бумаги главврачу и отвела ее в сторону. — Наруто, подожди! — послышался голос Ино, которая, запыхавшись, бежала к нему. Она, оглядываясь на Сакуру, которая подписывала документы, взяла Узумаки за руку и также отвела в сторону. — Подожди, не делай глупости! Наруто, то условие, это все ерунда! Не слушай меня! Я была пьяная и… — Ино. — Это не главное! Главное то, что ТЫ любишь ее и… — Ино. — Не вздумай из-за этого отказываться от Сакуры… — Ино. — Что? — Что сделано, то сделано. Спасибо за помощь и… Теперь просто не мешай мне, — спокойно произнес Наруто с легкой улыбкой на лице. — Но… Что ты… — Пожалуйста. Яманака, подчинившись, с грустью отошла в сторону, как раз тогда, когда подошла Сакура. — Так в чем дело? — она улыбалась, убрав руки по карманам халата. — Есть что-то, что я должен тебе показать. — Наруто, это не может подождать конца смены? — Нет. Это больше не может ждать ни минуты. Нам срочно надо идти. — Ох, ну… Подменишь меня? — шепнула Сакура подруге. Та в ответ согласно кивнула. — Ладно. Но, надеюсь, это ненадолго. — Посмотрим. Сакура едва поспевала за другом, перескакивая с крыши на крышу, пока они не углубились в леса. — Наруто, может, ты объяснишь мне, что там? — кричала она ему в затылок. — Всему свое время, Сакура-чан. Девушка смутилась, но покорно последовала за Узумаки, пока он вдруг не остановился посреди небольшой, уютной поляны на окраине леса. Рядом, буквально в нескольких метрах, журчала вода в чистом ручье. Листья деревьев вокруг шумели под легким ветерком. Дело шло к вечеру, а потому небо уже казалось нежно-розовым в закате солнца. Остановившись и застыв на некоторое время, как каменная статуя, Узумаки вскоре обернулся. Сакура стояла позади него и, ничего не понимая, ждала ответов на свои вопросы. Она удивилась взгляду Наруто. Он был не такой серьезный и уверенный, как тот, с которым он пришел в больницу и увел ее сюда. Он был, скорее, добрый что ли? Пожалуй, лучше слова и не подберешь. Блондин смотрел на нее с глубочайшей нежностью и добротой в глазах. Глазах, в которых не было ни капли фальши, злобы или обиды. В них можно было прочитать лишь долю волнения, но решимость все же присутствовала. Единственное, что, наверное, можно было понять сейчас, так это то, что зачем бы Наруто не позвал Сакуру сюда — это было важно. Это было важно для него, а, возможно, и для самой Сакуры. И что бы он не сказал или не сделал — это будет искренне и от самого сердца. — Н-наруто… — тихо сказала Сакура, перебивая нависшее между ними молчание. — Я пришел… — резко ответил Узумаки, на одном выдохе, а затем в его горле словно застрял ком. — Я привел тебя сюда, чтобы сделать тот самый сюрприз, к которому я так долго готовился, — продолжил он, выдыхая каждое слово так, будто переживая его, как маленькую жизнь. Сакура в волнении сглотнула. — Я-я… не хочу, чтобы ты подумала, что этим я тебя к чему-то обязываю, — Наруто поморщился и отвел взгляд. — Я просто хочу, чтобы сегодня ты была со мной такая же искренняя, как и я с тобой. Это все, что мне нужно, — тихо, едва не задыхаясь, шептал юноша. — Я обещаю, Наруто, — кивнула Сакура. — Хорошо… — Это очень красивое место, — заметила она, оглядываясь вокруг. — Я не видела его раньше, хотя оно совсем рядом. — Потому что никто не ожидает увидеть, что если свернет в более густую чащу, то обнаружит что-то вроде этого. Я тоже нашел его случайно. Девушка улыбнулась, скрестив руки за спиной. Здесь она и вправду чувствовала себя очень комфортно. Словно место было волшебным и приносило особую гармонию в душу. — Сакура-чан, ты не против, если я разведу костер? — Мы здесь надолго? — Нет, — отрицательно кивнул Узумаки. — Просто… — замешкался он, не зная, как объяснить свое желание. — Я не против, — подхватила Харуно, заметив эту неловкость. Быстро набрав веточек, настолько быстро, словно они где-то лежали уже подготовленными, Наруто присел и начал готовить место для костра. Сакура в это время засмотрелась на чудесный, розовый закат. Цветные облака гуляли по небесному своду, стремясь занять как можно больше места. Вода в речье успокаивала, играя на самых тонких струнах души. Горизонт был чист. Вскоре в маленьком «очаге», сооруженным Узумаки, появилось пламя. Наруто огородил его небольшими камушками и пригласил Сакуру присесть рядом и погреться. На самом деле, было и так вполне тепло, и в каком-то дополнительном источнике обогрева не было нужды, но атмосфера момента и ностальгия по былым временам искушали вновь вот так вот просто посидеть у костра. — Красиво, — заметила Сакура, задумчиво глядя на пламя костра. — Сакура-чан, — наконец, начал Узумаки. — Для начала… Я хочу, чтобы ты взяла это. Наруто пошарился во внутреннем кармане и достал достаточно крупный кулон, выточенный из дерева, но главной красотой которого являлись натуральные драгоценные камни, словно «вклеенные в это дерево». Они были разных цветов, и в то же время все одинаково прозрачные. На последних лучах солнца камни переливались, как настоящие алмазы, рубины или сапфиры. Узумаки протянул кулон, выточенный в круглую форму с длинной, красивой цепочкой подруге. — Но… — сразу же возразила Сакура, в то же время не отводя глаз от украшения. Так оно приковало все ее внимание. В действительности, подобную ручную работу ювелира, которого посоветовала Ино, не мог повторить никто на свете, а потому кулон был уникален. Единственный и неповторимый, как говорят в народе. — Не отказывайся, — тут же осек девушку Узумаки. — Пожалуйста. — Н-но как же… Где ты… Почему? — подняла глаза Сакура. — Именно что бы объяснить «Почему» я и привел тебя сюда, — Наруто поднялся и отряхнул штаны. Сакура последовала его примеру. В ее ладони все еще лежал кулон, но так неуверенно, словно она была готова отдать его обратно при любом удобном моменте. Заметив это, Наруто вновь повторил: — Он твой. С этими словами Узумаки подошел к подруге и сжал пальцы ладони, в которой лежал кулон так, чтобы они полностью накрыли его. — Это мой подарок тебе. Просто надень и все, — улыбнулся Наруто, после чего Сакура все-таки повиновалась. Украшение смотрелось на девушке так, словно именно его ей всю жизнь и не хватало, чтобы стать настоящим ограненным алмазом или самым красивым цветком на свете, как предсказывала Ино. — Спасибо, — тихо прошептала Сакура, находясь в состоянии непонимания и шока, но с чувством благодарности. — Я знаю, — Наруто приступил к самому главному, отойдя на несколько шагов назад от девушки. — Я был не самым хорошим примером для подражания в юности, и я никогда не умел красиво говорить или ухаживать за девушками. Признаться, я вообще не понимал их. И тебя я тоже, возможно, не понимал. Но я прекрасно понимал тебя, когда ты попросила меня вернуть тебе Саске. Я хорошо знал, что ты чувствуешь тогда. Я дал тебе обещание потому, что решил, что во что бы то ни стало сделаю тебя счастливой, и если для счастья тебе был необходим он — я был готов мириться с этим. Сакура хлюпнула носом, внимательно внимая каждому слову друга. — Я знаю, — затем Узумаки поправил себя, — я верю, что ты разобралась со своими чувствами, и потому считаю, что даже если я уже опоздал, то раньше я сказать этого просто не имел права. Потому что не выполнил обещания, потому что не мог обременять тебя своими чувствами, когда у тебя на душе была горечь и печаль. Я никогда не хотел напрасно разбрасываться громкими словами, но поскольку в детстве такое иногда случается, я рад, что сейчас ты услышишь это впервые и будешь уверена, что я не просто ляпнул это или говорю несерьезно. — Наруто… — глаза Сакуры заслезились. — Ты даже не представляешь, сколько я носил это в себе, — прошептал он. Голос Наруто чуть-чуть похрипывал от того, что он усердно пытался не показать слез, что очень хотели вырваться наружу. — Я позвал тебя сюда, потому что хотел быть уверен, что нам никто не помешает. Но… ты знаешь, у нашего свидания, с твоего позволения я буду называть это так, — в ответ Сакура, вытирая слезу на щеке, улыбнулась и кивнула. — У него все-таки будут свидетели. Это вода в ручье, — Наруто обернулся, присел и обмакнул кончики пальцев. — Это огонь в костре. Согласись, без него было бы что-то не то. Сакура по-доброму засмеялась в слезах и вновь кивнула. — Это земля, на которой мы стоим, лес, окружающий нас. И воздух, гуляющий в ветре сегодня. Четыре стихии — четыре свидетеля, — улыбнулся Узумаки. — Да, — шепнула Сакура. — При них мне не так страшно сказать то, что я давно хочу сказать тебе. И я понятия не имею, какая будет твоя реакция, — горько усмехнулся Наруто с заслезившимися глазами. — Хорошая или плохая… Для меня главное, чтобы мы, как и прежде, были честны друг перед другом. А если это будет так, то твой ответ, каков бы он ни был, — будет правильным. Я приму любое твое решение. И я знаю, что чтобы не случилось, мы всегда сможем найти в друг друге поддержку и верное плечо. Ведь так? Сакура закивала, от чего слезы еще быстрее покатились по ее щекам. — Для меня ты всегда была особенная. Ты, наверное, уже и так это знаешь и слышала много раз, но я все же скажу. Ты очень красивая. Сакура улыбнулась. — Добрая. Нежная. Заботливая. Верная. Покачав головой, словно не веря в слова Наруто, Сакура совсем расклеилась в слезах. — Ну что ты киваешь? Это все так и… Да это все и не важно. Ты особенная — это главное. Особенная для меня. Была есть и, похоже, останешься навсегда, — вздохнул Наруто, встав на одно колено. — Я люблю тебя. Молчание. Стекающие слезы по щекам. Ручей словно притих, пламя огня словно уменьшилось, не желая мешать моменту, а ветер и вовсе где-то спрятался, не тревожа деревья. Сакура дрожала. Он же словно хотел что-то продолжить, но она прервала его. И ее губы, мокрые от соленых слез, прошептали: — Наруто…