Hollow

У Ким Сокджина потрясающая жизнь. Кроме шуток. Он богат, благодаря его безбожно обеспеченным родственникам и неприлично популярен. Его жизнь потрясающая. Великолепная. Красивые девушки и парни в его постели сменяются со скоростью антилопы. Быстро короче. Симпатичное личико и обоятельная улыбка способствуют, да. Все любит Ким Сокджина. От старушек у подъезда до профессора Чхве. А это вполне обнадеживающе (есть подозрения, что Чхве не любит никого, кроме своей мамули). Все вообще супер и афигенно на уровне Гетсби. Но есть одно но. - Серьезно, у него такой маленький, что почувствовать его можно, только если очень напрячься. Мне кажется, что это все не просто так. Возможно, он болен чем-то. Это Но ржет заливисто, призывно откидывая голову, заставляя его собеседника обливаться слюнями. Жалкое зрелище. Сокджин бы даже посмеялся, если бы долбанное Но не говорило именно о нем. Да. Кара за грехи постигла и Сокджина. Да еще и в лице Чон Хосока. Симпатичном таком лице. Ким бы его даже трахнул, но. Он уже трахнул. - Йа, Чон Хосок, тебе не надоело? Хосок фыркает, заметив улыбающегося во все лицо парня, и недовольно сжимает губы. - Сокджин-хен! - Нарочито радостно произносит Хосок, но на лице застывает абсолютное равнодушие. - Давно не виделись. Как твоё здоровье? Тебе лучше? Парень рядом с Чоном тихонько ржет, видимо, вспоминая недавнее откровение Хосока. - Да, давненько не виделись. - Не обращая внимания на провокацию, отвечает старший. - Припоминается мне, в последний раз, когда мы пересекались, ты громко стонал подо мной. Хосок пытается выглядеть равнодушным, но четкие отголоски гнева все же проскальзывают на худом лице. Сокджин чувствует странное удовлетворение. - Я притворялся. Просто говорит Чон, но Ким всегда умел проскальзывать через эту напускную безучастность. - Неужели? - Сокджин позволяет себе одну из фирменных улыбочек. Хосок пожимает плечами и Сокджину почему-то становится неуютно от выражения полнейшей усталости, проскользнувшей на мгновение, на лице младшего. Неважно, это ничего не значит. Его не должны волновать чувства парня, который отдался ему на вечеринке. Просто один из многих. НЕВАЖНО. - Да. Не знаю, достиг ли ты того возраста, когда уже становишься способным принять реальность, но да, ты совершенно никакой в постели. - Парень, все ещё стоящий, какого хрена?, рядом, тихо прыскает в кулак. Ким чувствует неопредолимое желание сломать ему нос. - Оу, надеюсь, я не ранил твои чувства? Хосок смотрит взглядом победителя, но старший знает в какую игру они играют и не собирается проигрывать. - Ох, Хосок-и, парень на одну ночь не смог бы ранить мои чувства, даже если бы приложил огромные усилия. А ты, я вижу, даже не стараешься. - Чон на секунду тускнеет - от злости - думает Ким, и разворачиваясь в сторону ворот университета, уходит, ничего не ответив. Сокджин решает подумать об этом потом.

***

Хосок Сокджину нравился. Да. Но раньше. Пока из маленького, бледного и совершенно неестественно худого миленького паренька не превратился в одного из. В одного из самовлюблённых и напыщенных индюков, коих в окружении Джина было предостаточно, уж поверьте. Даже с избытком. Превращение произошло неожиданно пару месяцев назад, когда Сокджин, казалось, уже и забыл, кто такой Чон Хосок. И тот факт, что Хосок ему нравился, не означало, что Сокджин начал за ним ухаживать. Нет. Ни за что. Чон был другим. Хрупким, чистым, милым мальчиком. Возможно, немного забитым и зашуганным. Он был кем угодно, но уж точно не парнем Ким Сокджина. Джин не занимается растлением детей, ясно? Даже таких чертовски очаровательных, но все ещё детей, мать вашу. Но вся романтическая пелена спала, когда на смену пушистым свитерам пришли кожанки, а свободные брюки заменили обтягивающие джинсы. Дело даже не в том, что Хосок превратился в высокотрахательную машину, от которой Сокджину порой сносило крышу, не настолько, конечно, чтобы отступать от своей позиции по поводу симпатичного первокурсника, но все же. А дело было вот в чем. - Слышал? Говорят, Чон Хосок с первого на вечеринке у Намджуна отсосал Чихо! - Джихун рассказывает это, даже не удосужившись дожевать остатки обеда во рту, с таким счастливым выражением на лице, словно выиграл миллион. Сокджин хочет размазать его по полу. А вчера в клубе, Минхо рассказывал, как трахнул его прямо в университетском туалете. Невероятно! А казался таким невинным, правда? Правда.

***

На следующий день от Хосока ничего не слышно, и Сокджину кажется, что младший и вовсе не приходил в университет. И нет, Сокджин не искал его взглядом по всему корпусу целый день, он же не идиот. - Ты! Идиот! - Чонгук. И я очень рад тебя видеть. Джин устало вздыхает и прикрывает глаза. Вот только зря. Чтобы избежать удар, нужно знать откуда его нанесут. И по лицу вообще-то больно. Долбанный пусанский мудазвон.

***

Он, на самом деле, даже толком не помнит, как они с Чоном оказались в спальне Намджуна, потираясь друг об друга и попутно жёстко целуясь. Возможно, во всем виновато то неизвестное, но определённо большое количество дешёвого алкоголя, которое он в себя влил, или совершенно невозможные пьянящие глаза парня, так отчаянно льнущего к нему. Но он не помнит большую часть вечера, не говоря уже о ночи. Кроме того, что у них был ахуенный секс или того, какое потрясающее у Хосока тело. Джин просто заметил его, зажимающегося с каким-то незнакомцем в углу комнаты. И, казалось бы, что хей, это же вечеринка. Трахаться на вечеринках - это абсолютно нормально, тем более, что Сокджин и сам проделывал подобное довольно часто. Но вид Хосока, совершенно не заинтересованного в парне, который прижимается к нему слишком близко, чем ему позволил бы Джин. Он не понимает, что произошло, но в следующую секунду Ким просто буквально вырывает Хосока из рук парня и тащит его наверх в спальню. Джин не считает странным, что Чон не сопротивляется. Сокджин уходит утром, не прощаясь. А зачем? Ведь это не важно, так? Или?